Первые шаги

Удар в дверь, грубый и настойчивый, вырвал меня из сонного оцепенения. Колючий луч солнца, прокравшийся сквозь неплотно прикрытые ставни, полоснул по глазам, точно бритвой, оставляя на сетчатке огненный след.

— Подъем, Гость! Завтрак через десять минут! Нечего дрыхнуть! — прорычал голос за дверью, грубый, как кора старого дуба, не терпящий возражений.

Я рывком сел на жесткой, словно каменной, кровати, пальцами ввинчиваясь в виски. Голова гудела, словно колокол после набата, напоминая о жестокой битве с зеленым змием, исход которой я тщетно пытался вспомнить. Комната встретила холодом и чуждостью: голые каменные стены, аскетичная деревянная мебель, и лишь на стене — гобелен с вытканным багряным восходом, отчаянно пытающийся согреть этот каменный склеп.

Подойдя к тусклому, словно затянутому пеленой, зеркалу, я впервые увидел незнакомца, поселившегося внутри. Белые, как первый снег, волосы обрамляли бледное лицо, словно сотканное из лунного света и тумана. А глаза… Два алых уголька, пылающих на пепельном фоне, словно искры в ночи. Невольно пальцы коснулись уродливого шрама, пересекающего щеку, словно отметина гнева судьбы. От прикосновения по телу пробежала острая дрожь, словно укол ледяной иглы, и в голове вспыхнуло смутное видение: оглушительные крики, едкий дым, и чей-то отчаянный шепот:

— Ты должен…

Столовая гильдии бурлила, словно растревоженный улей, от сотен голосов. Длинные дубовые столы ломились от снеди, источая дразнящие ароматы. Едва я переступил порог, как разговоры стихли, словно по волшебству, и сотни глаз, острых, как кинжалы, устремились на меня, пронзая насквозь.

— А вот и наш загадочный гость соизволил почтить нас своим присутствием! — выкрикнул кто-то, словно выстрелил в повисшую тишину.

— Не обращай внимания на этих пустозвонов, — фыркнул Сад-Жа, обнажая хищные клыки в усмешке, более похожей на оскал. — Ешь быстрее, если не хочешь опоздать на тренировку и познать гнев Алисы.

Я взял с подноса кусок черствого хлеба, твердого, как камень, и миску дымящейся каши, пахнущей чем-то смутно знакомым и утешительным. Еда показалась на удивление вкусной, хотя я совершенно не помнил, что ел прежде, словно вкусовые рецепторы проснулись заново. Подметил, что новички и опытные авантюристы выбирают разные блюда, словно следуя негласному кодексу, написанному кровью и потом.

— После завтрака — твоя первая тренировка, — безапелляционно заявила Ариэль, отрезая слова, как клинок. — Алиса будет обучать тебя фехтованию.

— Удачи, новичок, — усмехнулся Сад-Жа, и в его глазах, словно в темном омуте, заплясали злые огоньки, предвещая беду. — Она не терпит неудачников. А уж тем более таких безнадежных, как ты.

Тренировочный двор представлял собой огромную площадку, испещренную разнообразными снарядами: мишенями, чучелами, бревнами, словно поле брани, застывшее в ожидании битвы. В центре, подобно статуе, высеченной из льда, застыла Алиса, с грацией кошки вращая в руках сверкающий клинок, словно продолжение ее руки.

— Опоздал на семь минут, — ледяным тоном констатировала она, и от ее голоса по коже побежали мурашки. — В бою это означало бы верную смерть.

Резким, отточенным движением, достойным восхищения и ужаса, она бросила мне деревянный меч, словно вызов.

— Базовая стойка. Повторяй.

Я попытался скопировать позу других учеников, напряженно следя за их движениями, словно подражая теням. Ноги согнуты в коленях, меч выставлен вперед, словно щит. Но оружие казалось неестественно тяжелым и неуклюжим в моих руках, словно чужеродное тело.

— Эй, новобранец, ты хоть знаешь, с какой стороны меч держать! Это тебе не оглобля! — раздался насмешливый выкрик из толпы наблюдающих, словно плевок в лицо.

Я перехватил рукоять, пытаясь придать ей хоть какое-то подобие правильного хвата, но стоило попытаться нанести удар по соломенному манекену — меч с глухим стуком вылетел из вспотевших ладоней, словно предал меня в самый ответственный момент. По тренировочному двору прокатился взрыв хохота, обжигающий стыдом.

— Тренировка окончена. Ты безнадежен, — отрезала Алиса, презрительно скривив губы в гримасе отвращения. — Не трать мое время.

Вечером, в тишине библиотеки, пропахшей пылью древних знаний и пергаментом, Ариэль терпеливо учила меня основам письма, словно заново открывая мир слов.

— У тебя удивительная хватка, — задумчиво произнесла она, словно размышляя вслух. — Ты схватываешь все на лету, словно уже умел это делать, словно знания дремлют в глубине твоей памяти, ожидая пробуждения.

Я лишь пожал плечами, не зная, что ответить, не понимая, откуда берутся эти проблески знаний.

— Может быть, и так.

Она протянула мне древний фолиант, переплетенный в кожу, — *"Хроники богов"*. Открыв книгу на случайной странице, я машинально прочел, словно повинуясь невидимому приказу:

— И спустились Боги с небес, дабы спасти своих детей от неминуемой гибели…

— Спасти от чего? — невольно вырвался вопрос, словно сорвался с губ против моей воли.

— От Тьмы, что надвигается на наш мир, словно неумолимая волна. Скоро будет великий фестиваль в их честь, — пояснила Ариэль, бросив мимолетный взгляд на мою странную, явно нездешнюю одежду, словно пытаясь разгадать тайну моего происхождения. — Пойдем в город, мне нужно забрать мантию у портного. Заодно и тебе подберем что-нибудь приличное.

Ночной Оплот предстал передо мной во всем своем великолепии, словно декорации к волшебной сказке. Фонари, наполненные мерцающими светлячками, мягко освещали мощеные улицы, отбрасывая причудливые тени и создавая атмосферу таинственности и волшебства. Вдруг, словно пораженный молнией, я замер на месте, словно оцепенел — узкий, темный переулок показался мне до боли знакомым, словно осколок забытого прошлого.

— Здесь должна быть площадь… с колоннами, — пробормотал я, словно во сне, словно вспоминая то, чего никогда не видел.

— В Оплоте никогда не было площади в этом месте, — нахмурилась Ариэль, с недоумением глядя на меня, словно я говорил на незнакомом языке. — Ты, должно быть, ошибаешься.

В мастерской Леаля, старого эльфа-портного, чьи руки помнили прикосновение лучших тканей, мастер с профессиональным интересом окинул меня взглядом, словно оценивая холст для будущей картины, подбирая подходящую одежду.

— Воин, значит? — пробормотал он, указывая на мой шрам, словно читая по нему историю моей жизни. — Глубина и ширина говорят сами за себя… Явно боевое ранение, полученное не в уличной потасовке.

Я примерил прочные кожаные штаны с множеством карманов, словно созданные для странствий, удобные сапоги с металлическими накладками, готовые к любым дорогам, и легкую кольчугу, словно сотканную из паутины, гибкую и прочную одновременно. Все сидело на мне, как влитое, словно было сшито по моим меркам, словно ждало меня долгие годы.

— Шестьдесят пять тысяч динаров, — объявил Леаль, оценивающе поглаживая свою длинную седую бороду, словно взвешивая ценность своей работы.

Пока Ариэль расплачивалась с портным, я вышел на улицу, жадно вдыхая свежий ночной воздух, словно глоток свободы. Белая Башня, возвышающаяся вдали, казалась знакомой, но… какой-то неуловимо другой, словно мираж, ускользающий от взгляда.

По пути в штаб гильдии прохожие бросали на меня косые взгляды, привлеченные моими белыми, как снег, волосами и необычными красными глазами, словно я был экзотической птицей, залетевшей в их мир.

— На следующей неделе у нас фестиваль богов, — прервала молчание Ариэль, словно напоминая о неизбежном. — Будем отмечать покорение нового уровня. Готовься.

В своей комнате, сняв рубашку, я впервые заметил большой, уродливый шрам на груди, словно выжженный клеймом, словно печать, поставленная неизвестным палачом. Как я мог не видеть его раньше? Он словно прятался от меня, ожидая своего часа, словно ждал момента, чтобы напомнить о себе.

Ночью мне приснился странный, тревожный сон, полный смутных образов и необъяснимой тоски — тот же Оплот, но… без зверолюдов и эльфов, населяющих его улицы сейчас, без той пестрой толпы, что стала для меня привычной. Я видел Белую Башню в совершенно ином облике, величественную и неприступную, словно крепость, выдержавшая бесчисленные осады. Какой-то незнакомый старик, манивший меня рукой, звал к себе, словно призывая в давно забытый дом:

— Эй, парень! Иди сюда! Все готово! Давно тебя ждем!

Он разворачивал передо мной полотно, скрывающее какой-то предмет, похожий на оружие, словно сокровище, спрятанное от чужих глаз…

Я проснулся в холодном поту, сердце бешено колотилось в груди, словно птица, бьющаяся в клетке. Кто этот старик? Что было скрыто в том полотне? И главное — тот ли это город, в котором я живу сейчас? Или передо мной лишь иллюзия, тщательно сотканная из лжи и обмана, словно карточный домик, готовый рухнуть от малейшего дуновения ветра?

Прошла неделя. Каждый день я проводил на тренировочной площадке, но меч по-прежнему не подчинялся мне. Алиса лишь качала головой:

— Ты должен стараться усерднее.

Помимо фехтования, Мэг учила меня стрельбе из лука, а Сад-Жа иногда приглашал на рукопашные бои. Эти «тренировки» обычно заканчивались тем, что я лежал на полу, как мешок с песком, а он смеялся, скрежеща зубами.

Во второй половине дня я сидел в своей комнате, погрузившись в «Хроники Богов». Оказалось, что помимо Меридиа существуют и другие боги:

Азура — богиня луны, сестра Меридиа.

Надия — её дочь, богиня удачи и азарта.

Зенитар — бог труда и торговли.

Сир — богиня урожая.

Дибелла — богиня любви.

Марелла— богиня равновесия и сострадания.

Герлион — бог знаний.

И это лишь ключевые божества. У каждого из них были артефакты, недоступные смертным, и каждый скрывал свою истинную силу.

Я также прочитал о руинах Астрала — самых больших подземельях, где, согласно пророчеству, хранится Последний Завет. Там появляются монстры, о которых даже гильдия мало что знает.

Сегодня фестиваль, и Ариэль занята до вечера. Решив воспользоваться моментом, я отправился в библиотеку, чтобы сдать книгу и найти карту.

Положив «Хроники Богов» на стол, я начал бродить между полками, рассматривая тома по истории, легендам и энциклопедиям. Голова уже начинала болеть от обилия информации, как вдруг…

БАМ!

Деревянное ведро прилетело мне по голове.

— Ай! Больно!

Я резко обернулся — никого. Ведро явно не упало с полки само.

— Эй, я здесь.

Голос раздался снизу. Опустив взгляд, я увидел… девочку. Нет, скорее, очень маленькую женщину. Ростом не больше полутора метров, в белом платье, с черными волосами, почти волочившимися по полу, и желтыми, как у кошки, глазами.

— Привет, девочка. А ты кто?

— Какая тебе девочка?!

Её нога со свистом рассекла воздух и больно впилась мне в голень.

— Ай! За что?!

— За то, что шляешься без разрешения! Я — Бэт Кровел , хранительница библиотеки. А ты кто?

— Простите, я Нелл. Я принёс «Хроники богов» и хотел найти карту мира. Я не хотел вас злить.

— А-а-а, так ты безымянный? — Она скрестила руки на груди. — Ладно. Обращайся ко мне «госпожа Бэт».

Я поклонился.

— Рад знакомству, госпожа Бэт. Мне нужна карта мира. Услуга за услугу?

— Хм… Помоешь читальный зал — помогу. И даже кое-что расскажу.

— Договорились.

Я взял то самое ведро и принялся за работу. Мыл полы, вытирал пыль со столов, пока Бэт сидела на диване и листала журнал.

И тут я заметил нечто странное.

Книги вокруг неё двигались сами по себе. Одни подлетали к её рукам, другие убирались на полки — телекинез.

Закончив уборку, я получил одобрительный кивок.

— Молодец. Редко кто помогает так усердно.

Она щелкнула пальцами, и по воздуху приплыл деревянный тубус. Внутри оказалась старая карта Нира.

— Вот, изучай.

— Спасибо! Может, расскажете о ключевых местах?

— Я не благотворительница, — фыркнула она. — Но если ты приготовишь чай… может быть.

Я сбегал в столовую, принёс сервиз и свежее печенье. Бэт устроилась поудобнее, налила чай и начала рассказ:

— Оплот — город на острове, окружённом рекой Сен. Его почти невозможно взять штурмом. Интересно, что, когда боги спустились с небес, он уже существовал.

Она ткнула пальцем в карту.

— Река соединяет восемь городов: Отцвил, Бранвил, Матхен, Бруно, Квач, Самерсет, Хорост… а Оплот — центр торговли, ведь он выходит к двум морям: Тор и Нол.

Её глаза горели, словно она сама побывала в этих местах.

— А руины Астрала? — спросил я.

— О-о-о, — она прищурилась. — Ты не первый, кто спрашивает о них. Но это опасное место. Даже гильдия туда не суётся.

Наступил вечер, и вдалеке зазвучали первые ноты фестивальной музыки.

— Спасибо, госпожа Бэт. Теперь я знаю больше.

— Заходи ещё. Только… — она лукаво улыбнулась, — принеси что-нибудь вкусненькое.

Я поклонился и вышел.

Улицы Оплота преобразились до неузнаваемости. Вместо привычных боевых доспехов горожане щеголяли в расшитых золотом туниках и шелковых платьях. Я же, в своей походной кольчуге, чувствовал себя серым воробьём среди райских птиц. Каждый взгляд в мою сторону заставлял непроизвольно сжимать кулаки.

Таверна "Пьяный единорог" гудела, как потревоженный рой. Едва я переступил порог, как чья-то рука легла на плечо, заставив вздрогнуть.

— О, вот и наш белый воронёнок пожаловал!

Передо мной стояла Ариэль в роскошной синей мантии, отороченной серебряными нитями. За её спиной, словно холодная тень, замерла Алиса в белоснежном платье.

— Вы... Вы прекрасно выглядите, — пробормотал я, ощущая фальшь в собственном голосе.

Алиса бросила на меня ледяной взгляд и молча удалилась.

— Ну что, как твой первый день в городе? — спросила Ариэль, игриво подкручивая прядь волос.

Я машинально потер лоб:

— Познакомился с госпожой Бэт. Она... многое рассказала...

— Ух ты! — Ариэль засмеялась, но в глазах мелькнуло что-то настороженное. — Попал под чары нашей колдуньи? Характер у неё — хоть святых выноси, но своих она любит крепко.

Наш разговор прервал оглушительный голос:

— Слушайте все! Храбрые воины, ловкие наемники! Подходите! Испытайте судьбу!

Толпа заволновалась. Ариэль схватила меня за руку — её пальцы были удивительно тёплыми.

— Бежим! Герлион начинает представление!

На деревянном помосте стоял сам бог знаний. В его руках сверкала катана в ножнах из чернёного металла.

— О, опять своё шоу затеял, — прошептала Ариэль. — Никто же ещё не смог...

— Какое испытание? — спросил я, чувствуя, как в горле пересохло.

— Нужно вытащить этот... меч, если его можно так назвать. Смотри.

Один за другим воины поднимались на помост. Ален, Сад-жа, даже Алиса — но клинок не сдвинулся ни на йоту.

— А ты не попробуешь? — спросил я Ариэль.

Она фыркнула:

— Я маг, дорогой. Мне эта железка ни к чему.

Вдруг я почувствовал тяжёлый взгляд. Герлион смотрел прямо на меня.

— Эй, беловолосый! Твой черед!

Толпа замерла. Сотни глаз впились в меня.

— Я... Я не думаю, что смогу... — начал я, но бог уже стоял за моей спиной.

— Смелее, мальчик! — прошептал он так, что слышал только я. — Что ты теряешь?

Когда я взял меч, мир перевернулся. Перед глазами поплыли видения: древний город... тот самый старик... "

Щелчок.

Звук разнёсся по площади, как удар грома. В моей руке сверкал клинок с таинственными символами.

— Теперь он твой, — Герлион наклонился ко мне. — Как тебя зовут, избранник?

— Не... Нелл...

—Значит Нелл. Запомню. Мы ещё встретимся.

Спускаясь, я поймал взгляд Алена — в его глазах читался немой вопрос. Сад-жа скрежетал клыками, а Алиса смотрела на меня так, будто видела впервые.

— Ну что, герой? — Ариэль взяла меня под руку, но её улыбка казалась натянутой. — Похоже, у нас есть повод для праздника.

Когда мы шли к таверне, клинок на моём бедре пульсировал в такт сердцу. А в ушах звенел шёпот Герлиона: "Мы ещё встретимся…"

Таверна "Пьяный единорог" встретила меня стеной шума и густым запахом жареного мяса. Я протиснулся между столами, чувствуя, как взгляды задевают меня, словно колючки. В дальнем углу обнаружился свободный столик — словно сама судьба приготовила мне это уединенное место.

Когда я положил катану на потертый дубовый стол, дерево слегка заскрипело. Металлические ножны покрылись мельчайшими каплями конденсата. Я провел пальцем по гравировке, и вдруг...

Звон. Громкий, как удар наковальни.

— Надежда, — прошептал я, глядя на загадочные символы. Откуда я знал это?

Передо мной с грохотом появилась кружка вина.

— Ну что, герой дня, — Ариэль плюхнулась на скамью напротив, её голос звенел хмельной веселостью. — Разглядываешь свою добычу?

Её палец ткнул в клинок:

— Странная штуковина... Ни у кого в Оплоте такого нет.

— Это катана. Оружие восточных земель.

Ариэль замерла с поднятой кружкой, глаза расширились:

— Ка-та-на? Восточных... Откуда ты...

Я сжал виски пальцами. В голове вспыхнули обрывки воспоминаний — тот старик дал мне его... Затем все исчезло.

— Не знаю. Просто... знаю.

Ариэль пристально посмотрела на меня, затем на клинок. Её пальцы дрогнули, когда она потянулась к нему, но отдернула руку, будто обожглась.

— Если бы это было распространенное оружие, кто-то ещё знал бы о нем. Но... — она обвела взглядом зал, — никто не узнал его. Да и эти символы... — её голос стал тише, — я таких никогда не видела.

— Они означают "надежда".

Ариэль резко откинулась назад, скамья жалобно заскрипела:

— Ты... ты читаешь Древние Знаки? Но это...

Она залпом осушила кружку, рука дрожала:

— Ты удивительный парень, Нелл. Меня окружают сплошь загадочные личности. Вот Сад-жа — с виду грубый зверолюд, а на деле... — она икнула, — в авангарде идет первым, а при отступлении — последним. Прикроет, даже если самому капут.

Потянувшись за пустым кувшином, она продолжила:

— А Алиса... Мы с ней давно. Когда её родители пропали в Подземелье, ей было тринадцать. Я тогда только в Рассвет вступила, но взяла её под крыло. — Пьяная улыбка растянула её губы. — А в семнадцать она уже стала лучшей мечницей Оплота. А Ален... — фыркнула она, — бывший вор, представляешь? А теперь глава гильдии. И вот ты... — её дрожащий палец указал на меня, — с твоей... карамбой...

— Катаной, — автоматически поправил я.

— Да какая разница! — Ариэль махнула рукой и рухнула на стол.

Я потянулся к ней, но рядом возникла тень. Алиса стояла, скрестив руки.

— Ты не умеешь пить. Эй, Нелл, помоги донести её до дома.

Когда мы подняли Ариэль, её голова беспомощно упала мне на плечо. Выйдя на ночную улицу, Алиса неожиданно нарушила молчание:

— Ты сегодня... неплохо выглядишь, — произнесла она, будто слова причиняли боль.

Я чуть не споткнулся:

— Спасибо... Ты тоже...

Алиса резко остановилась, заставив меня чуть не уронить Ариэль. Её глаза в лунном свете казались почти белыми.

— Этот... клинок. Ты правда не знаешь, откуда он?

— Нет. Но когда я держу его... мне кажется, я что-то почти вспоминаю.

Алиса закусила губу, резко кивнула:

— Завтра на рассвете будь в тренировочном зале. Проверим, на что способно это... оружие.

Не дав ответить, она развернулась и пошла вперед. Клинок у моего бедра вдруг стал теплым, будто отвечая на её слова. Я посмотрел в ночное небо, где мерцали чужие звёзды.

Кто я? — этот вопрос снова застучал в висках. И почему этот меч чувствует себя частью меня?