Я усыновила своего отца

– Что так резко с ним случилось?

“У него что, старческий маразм?” 

В его возрасте было рановато для старческого маразма, но другого объяснения не было. Если бы он просто тихо стоял, у него была бы Святая на его стороне и способ противостоять Папе! 

“Я не понимаю!”

С какой стороны не посмотри, я была кем-то, за кем следовало бы стремиться. Как он мог так меня оттолкнуть?

"Невозможно, чтобы мой любимый персонаж был так глуп!"

– Ах! Что происходит? – Лусиана вздохнула и заговорила, увидя, как я разочарована – Думаете, он волнуется о Вас?

– Волнуется обо мне?

Да, нет другой причины, по которой он упустил бы такую выгодную позицию. 

– О чём он может волноваться?

"Если бы он действительно обо мне волновался, он бы меня забрал"

Лусиана пожала плечами в ответ на моё несогласие. 

– Я не уверена, но возможно, он чувствует какую-то ответственность?

– Ответственность?

– Он может думать, что плохо Вас воспитает, или нечто подобное. 

– Ах!

Я даже о таком не задумывалась.

"У Милькиаде есть такого рода мысли? Это возможно, но мой любимый персонаж не настолько добрый"

– Хм...

Слова Лусианы имели смысл, но он не был таким человеком. Должно было быть что-то ещё.

У Милькиаде не было такого чувства ответственности. 

"Может быть, он не хочет семью?"

Он ненавидел разбираться с семьёй и любовью. Как я должна была решить эту проблему? 

"Я ничего больше не смогу сделать, если он откажет мне таким образом. Он хоть знает, что мне пришлось сделать, чтобы заставить заткнуться Папу и старейшин?"

Я серьёзно подумывала вернуться, ухватиться за его одежду и сказать, что могу ему помочь, ведь я знаю всё о будущем. Но вдруг я услышала шум около двери. Вошёл слуга.

– Святая, Его Святейшество ищет Вас. 

Неуютная атмосфера наполнила воздух. 

То был морозный день. 

Милькиаде помнил первый день, когда он приехал в империю Виос. Он снова, как и тогда, проводил ночь, не засыпая. 

"Это так утомительно"

Кто-то говорил ему, что он страдает от проклятия, но доктор просто поставил ему диагноз – бессоница. 

Название его недуга не имело значения. 

Ему было важно успокоить свои чувствительные нервы. Именно поэтому он пошёл прогуляться. 

Он держался за свою пульсирующую голову, когда это случилось. 

Раздалось скуление, будто маленький зверёк был пойман в ловушку. Милькиаде пошёл на звук. 

Когда он добрался туда, он увидел странное зрелище. 

– Ай!

Маленький ребёнок висел на шторе, с трудом держась за неё. 

"Почему этот ребёнок здесь? Это пытается сбежать ученик священника?"

Вдруг эта ситуация его заинтересовала, и он уставился на ребёнка. Дитя отпустило штору, за которую держалось.

 – ААА!

Для кого-то, пытавшегося сбежать, она слишком громко кричала. 

Возможно, это показалось ему забавным. Возможно, это было инстинктивно. А может, из-за того, что чувство боли в голове, которое он чувствовал, исчезло, когда он нашёл ребенка. Не важно, какой была причина, он спас ребёнка, и тот свернулся в его руках. 

"Она похожа на белку"

Маленькая девочка открыла глаза, думая, что она упала. Милькиаде никогда раньше не видел столь чистых, красных глаз.

– Ой, спасибо!

Он поставил её на землю, и она поклонилась ему. 

Милькиаде подумал, что девочка испугается, узнав его. К этому он привык, но был бы огорчён, если бы ребёнок повёл себя так. Но вскоре мужчина понял, что ошибся. 

– Милькиаде!

Дитя вздрогунло с волнением, бесстрашно произнеся его имя. 

– Кто ты?

Он был обескуражен наглым поведением девочки, которая, узнав его, не попыталась сбежать. 

– Я спрашиваю, кто ты такая?

В трепете, ребёнок не ответил.

Мильтиад думал, что девочка начнёт молить о пощаде, узнав  кто он такой, но...

– Папа!

Слово, которое он и представить не мог, вырвалось из её уст. 

В первый раз в жизни он так сильно запаниковал. 

Чувство было незнакомым, как и ребёнок перед ним. Какое-то удушающее тепло. 

То, что он не отрицал это чувство, было незнакомо тоже. 

– Кого ты называешь своим папой?

– Хехе! Папа!

Смысла это не имело. Девочка была настолько бесстыжей, что ему пришлось всерьёз задуматься, правда ли она была ребёнком. 

Девочка, которая продолжала его держать, хотя он пытался её оттолкнуть, сыграла свой козырь. 

– Папа, подожди меня! Я тебя заберу!

– Кого заберёшь? Меня?

Улыбающийся ребёнок с криком зашёл в комнату. 

Милькиаде не знал, как эти слова сбудутся  в будущем.

"Вот, как всё было"

Как он должен был предсказать, что святая выберет его в качестве своего отца? 

Милькиаде очнулся от своих мыслей и посмотрел на Папу и двенадцать старейшин, сидевших на другой стороне огромного стола. 

Рядом с Рафаэлем сидел робкий маленький ребёнок. 

"Высокомерная мелочь"

Раньше она ярко улыбалась ему и свободно разговаривала с ним, но теперь девочка тихо сидела, избегая его взгляда. 

– Мы слышали, вы сами сказали Святой, что не имеете качеств, нужных для того чтобы быть её опекуном, – торжественный голос старейшины Ракеля раздался в зале, – Это правда?

Заплаканный ребёнок смотрел на Милькиаде, пока не раздался голос другого старейшины. 

– Мы должны были выбрать другого человека на роль опекуна Святой с самого начала!