Глава 3.0

Встреча с Чон Соном.

«Вот это да, не зря его называют королём пиратов. Щедрый, ничего не скажешь — сразу командование сотней бойцов.»

Йохан был вполне доволен.

В Mount & Saber, чтобы получить в подчинение сто солдат, игроку приходилось тратить в игре не один месяц.

А он получил такой шанс всего через несколько дней — просто потому, что повстречал нужного человека.

Хотя официальной должности ему, конечно, не дали.

Обэнбин были скорее личной армией. Чем-то вроде наёмников.

«Но в чём-то это даже лучше. Армия Мин — сборище неумех.»

Йохан по-прежнему считал: если бы не пушки, он бы не попал в плен.

Армия Мин, с которой ему довелось столкнуться, была по-настоящему жалкой.

Впрочем, чего ещё ожидать? Все более-менее боеспособные солдаты уже погибли в войне с Цин или в столкновениях с Ли Цзычэном. Оставались только остатки.

Часть тех, кто противостоял Йохану, вообще раньше были пиратами — говорить больше было не о чем.

А вот обэнбин, которыми Йохан должен был командовать, сильно отличались от солдат Мин.

Они были физически крепкими, смелыми и не знали страха перед смертью.

— Это он, что ли? Тот самый… кто там, «командир»? В общем, какой-то мутный титул, и теперь он должен нами командовать?

— Пусть и фальшивый командир, но с виду он мне уже не нравится.

— Выглядит мерзко, как эти чёртовы португальцы.

Йохану обэнбин нравились.

Он видел в них хороших солдат.

Но, похоже, сами обэнбин были иного мнения.

«Они, похоже, решили, что я такой же, как и прежние офицеры — номинальный командир, не более.»

Формально у обэнбин всегда был офицер из армии Мин.

Но по факту командовали ими чернокожие сержанты. Так было всегда, и солдаты, по всей видимости, не ожидали, что сейчас будет по-другому.

«Ну что ж. Самообман ваш я развею.»

А чтобы развеять иллюзии обэнбин, нужно было для начала их разозлить.

Сейчас они вообще не слушали, что Йохан говорил, и просто перешёптывались, насмехаясь над ним.

— Эй, вы, рабы! Хозяин говорит, а вы где-то там треплетесь!

На несколько секунд повисла тяжёлая тишина.

Обэнбин переглянулись, на лицах — недоумение и злость.

— Ты нас рабами назвал, да?

— Ты чё несёшь, говнюк?!

— Я с самого начала знал, что ты мразь. Беломордый, чтоб тебя!

Тишина длилась недолго.

Обэнбин тут же вспыхнули от ярости. Каждый, без исключения, принялся ругаться.

Один из них даже сжал кулак и направился к Йохану.

Это был здоровяк, почти с Йохана ростом и шириной в плечах.

— Сейчас узнаешь, как «не больно» бьёт рабский кулак!

Он тут же замахнулся на Йохана, даже не думая о том, что перед ним — его командир.

Но именно такой реакции Йохан и ждал.

Вжууум!

Он легко уклонился от удара в лицо и тут же ответил своим кулаком.

— Кх!

Здоровяк рухнул на землю. И это стало сигналом: другие обэнбин тоже бросились на Йохана.

— Убить его! Я возьму ответственность на себя!

— Какая ответственность, просто штраф заплачу!

— Сдохни, мерзкий ублюдочный беломордый!

Да, с солдатами Мин они явно не имели ничего общего.

Они хотя бы сражаться умеют.

Но Йохан сохранял спокойствие и встал в боксерскую стойку.

Его характеристики пока были низкими.

Он ещё не успел набрать уровень, ведь в настоящих сражениях участия не принимал.

Хотя, если подумать, и повышение уровня здесь не дало бы мгновенной силы — всё-таки это реалистичный режим.

«Но с таким уровнем бокса я бы стал чемпионом ещё в XX веке!»

Йохан обладал исключительным талантом к физической активности.

Если бы не война, он бы стал профессионалом в любом виде спорта.

А теперь к своему таланту он получил ещё и физическую силу персонажа из игры.

Словно рыба в воде.

Бах! Бах! Бах!

Каждый удар — и кто-то падал. Йохан даже не уставал.

— Ч-что за монстр…

— Святой Иаков, спаси нас!

Перед боем обэнбин всегда кричали «Сантьяго!» — в честь святого Иакова, и бросались в атаку.

Противники так их и прозвали — дьявольская армия.

Но сейчас, вопя о помощи святого, сами обэнбин выглядели совсем не как демоны.

Они дрожали, как испуганные звери перед хищником.

— Куо-о-о-о!

И тут вперёд вырвался один из них — чёрный солдат, крупнее прочих.

— Матус!

— М-Матус! Он же точно справится!

Обэнбин снова обрели надежду, увидев его.

Он был для них чем-то вроде лидера.

— Вот это да!

— Удержался после удара!

— Давай, Матус! Победи его!

И Матус не подвёл: он выстоял под ударом Йохана и даже не сбавил скорость. Шёл прямо на таран.

«Крепкий попался.»

Йохан даже восхитился про себя.

Но потом лишь усмехнулся, сделал шаг в сторону и с лёгкостью сбил Матуса с ног.

Он превосходил других не только в физическом плане. У него были боевые навыки XXI века. Хотя и заключались эти навыки лишь в умении драться — в этом и крылась главная проблема.

— Кто ещё хочет попробовать?

Йохан без труда вырубил Матуса ударом в лицо, даже не выказывая усталости.

Обэнбин глядели на него с лицами, искаженными страхом.

—

Чжэн Чжилун был человеком, поднявшимся с самого дна.

Он прошёл путь от обычного торговца до пирата, от пирата до короля пиратов, а теперь стал одним из главных властителей страны.

Но даже у такого человека было то, чего ему не хватало.

Это была честь.

Даже став одним из самых влиятельных людей, он всё равно оставался в глазах людей бывшим пиратом.

И хотя теперь он носил титул наньаньского гуна, прошлое пирата с него не стереть.

Так он и отказался от мечты стать почтенным человеком сам — вместо этого решил, что его сын должен воплотить эту мечту.

К счастью, его старший сын полностью оправдывал ожидания.

Он стал учеником Чон Сона, известного как честный учёный, и добился больших успехов в учёной среде.

Недавно даже получил от императора фамилию — за это его теперь часто называли Гуксонъя, что означает «человек с императорской фамилией».

Гуксонъя, Чжэн Чэнгун.

Старшему сыну Чжэн Чжилуна было всего двадцать два года, но он уже считался выдающимся человеком — не только в семье Чжэн, но и в глазах самого императора Юнму.

— Он правда один голыми руками усмирил несколько десятков Обэнбинов?

— Говорят, даже без оружия.

— Ха, такой силой обладал разве что Сян Юй…

На слова своего дяди Чжэн Чжифэна, Чжэн Чэнгун не смог сдержать восхищения.

Один усмирить Обэнбинов?

Он сам учился военному делу, и потому это казалось ему ещё более невероятным.

— Если бы он родился раньше, мог бы и царём стать.

— При его силе — вполне.

Все Обэнбины были людьми огромной силы и свирепости, каждый стоил двух-трёх обычных бойцов.

В равной схватке даже с войсками Цин он мог бы победить.

— Жаль только, что в наше время личная доблесть на поле боя уже не решает исход войны.

Даже его отец Чжэн Чжилун когда-то обладал невероятной физической силой.

Но на войне он не применял её — с появлением ружей и пушек сила одного человека теряла значение.

Наверное, поэтому Чжэн Чэнгун и не придавал столь большого значения боевым качествам Йохана, хоть тот и был сравним с Сян Юем.

Больше его интересовало другое — происхождение Йохана.

— Говорят, он — кореец.

— Верно. Сам так утверждает. Хотя и выглядит не по-корейски.

Чжэн Чэнгун задумался.

Если объединиться с Чосон, можно заставить Цин сражаться на два фронта.

Даже император возлагал на него большие надежды, не говоря уж о простых генералах.

Верили, что как только Чжэн Чэнгун станет сильнее, он сможет прогнать ненавистных северных варваров обратно за реку Янцзы.

Однако сам Чжэн Чэнгун понимал — сила одного Южного Мин не сравнится с мощью Цин.

Ему был нужен союз.

Идеальным союзником могла стать Корея, граничащая с Цин.

Но связь между Южным Мин и Кореей была давно потеряна — особенно после падения Нанкина.

Прошёл почти год без контактов.

Если Йохан, имеющий такую силу, смог бы стать связующим звеном между Кореей и Мин, как когда-то генерал Им Кёноп, это могло бы всё изменить.

—

— Что, у тебя ноги есть? Почему не бежишь? Или ты, как раб, умеешь только ползать?

Йохан нарочно называл Обэнбинов рабами. Он натравливал на них гнев, чтобы закалить их в суровых тренировках — так, что они начинали скучать по временам рабства.

— Лучше бы мы остались рабами.

— Может, уже бунт устроим?

— Против этого монстра? Сам сдохни, если хочешь.

— Чёрт.

Если бы Йохан хоть раз показал слабость — его бы убили, даже не дав договорить.

Настолько сильна была ненависть солдат.

Но чем больше они его ненавидели — тем сильнее становились.

Всего за несколько дней дисциплина стала куда строже, чем раньше.

Теперь вы и правда похожи на армию.

Уровень индивидуальной подготовки у них и раньше был неплох.

Их храбрость не шла ни в какое сравнение с солдатами Мин.

Но с точки зрения Йохана — этого было недостаточно.

По его мнению, прежние Обэнбины были всего лишь немного лучше подготовленным ополчением.

Они даже строевой устав не знали — чего уж говорить.

Осталось только увеличить число стрелков — и можно побеждать армию, в разы превышающую нас числом.

В отличие от армии Мин, в составе Обэнбинов уже было много стрелков — аж 30 из 100 человек имели фитильные ружья.

Но в эпоху, когда уже существовали кремнёвые ружья, это было непозволительно мало.

Кстати, у китайцев вообще есть кремнёвки? Для линейной тактики они необходимы.

Разумеется, разработать кремнёвки — не проблема.

Хотя и дороже в производстве, их создание не требует высоких технологий.

Учитывая экономическое могущество Южного Мин — точнее, самого Чжэн Чжилуна — массовое производство кремнёвок не казалось Йохану чем-то невозможным.

Он уже начал думать, как уговорить Чжэн Чжилуна выдать ему такие ружья, как…

К нему подошёл один из слуг семьи Чжэн.

— Кто-то меня ищет?

— Вас зовёт генерал Чжэн Чэнгун, командующий Центральной Армией.

— Чжэн Чэнгун? Неужели… тот самый?

— Если вы имеете в виду старшего сына наньаньского гуна, которому сам император дал фамилию, то да — он.

Глаза Йохана распахнулись.

Похоже, это тот самый Чжэн Чэнгун, которого я знаю.

Отец Тайваня — Чжэн Чэнгун.

Человек, которого каждая страна Восточной Азии (кроме Кореи) считает своим.

Отец — китаец, мать — японка, а государство он основал на Тайване.

Неужели Чжэн Чэнгун — действительно сын Чжэн Чжилуна?

Если подумать, это логично.

Он бы не смог основать своё царство из ниоткуда.

Будучи сыном короля пиратов — вполне возможно.

Но если он всё ещё в Китае… это значит, что Тайвань — ничей?

Йохан потер подбородок.

Тайвань…

Когда он играл, его целью всегда было стать королём.

Но приехав в Китай, он решил, что у него нет шансов.

Теперь же он узнал, что Тайвань пока ничей.

Может, мне стать королём Тайваня вместо Чжэн Чэнгуна?

Кто-то, узнав о мыслях Йохана, посмеялся бы.

Сказал бы, что он сумасшедший.

Даже если он командует частью Обэнбинов — он всего лишь нахлебник.

Какой из него король?

Но Йохан не был сумасшедшим.

Наоборот, он был холоден и сосредоточен как никогда.

Он ведь уже создавал своё государство с несколькими десятками бойцов.

И пусть каждый из них был силён как Люй Бу — в других странах игры было так же.

Так что идея стать королём Тайваня не казалась ему невозможной.

Даже малая часть наследства Чжэн Чэнгуна — точнее, крошечная часть — позволила бы ему основать своё королевство.