Глава 2.0

Где это я?

Когда джонка подошла ближе, человек, казавшийся командиром, закричал Йохану:

— Сдавайся! Сопротивление не будет прощено!

Йохан внимательно оценил состояние врага.

Если перед ним вновь воины того же уровня, что и раньше, он мог бы справиться даже с несколькими десятками.

Всё потому, что его тело сейчас было телом из игры. В Mount & Saber даже самые низкоранговые солдаты обладали силой, сравнимой с легендарными генералами вроде Люй Бу.

Пусть его уровень и был низким, даже так он был гораздо сильнее этих хилых солдат Мин.

Но возникла проблема.

— Огнестрел? Ну это уже нечестно.

Йохан хорошо владел копьём, мечом, топором — чем угодно. Более того, он был не промах и в рукопашном бою.

Но какой бы ни была техника боя — против ган-фу все равны.

Он не был каким-то мастером из боевых романов, чтобы голыми руками бросаться на противника с ружьём.

Понимая, что шансов на победу нет, Йохан поднял обе руки.

Так он стал пленником армии Мин.

— Чёрт, и с самого начала в плен…

Хотя, в Mount & Saber он был привычен к плену — проигрываешь бой, попадаешь в неволю.

Сотни, тысячи сражений за время игры. Естественно, не каждое заканчивалось победой.

— Имя.

— …Ким Йохан.

Когда чиновник спрашивал его анкетные данные, он отвечал искренне и спокойно.

Он был весьма покладистым пленником.

— Из какой ты страны?

— Из Чосон.

Разумеется, как бы искренне он ни отвечал, сказать «я прибыл из будущего» он не мог.

Поэтому он сочинил себе биографию.

Он уже не раз придумывал себе прошлое, чтобы глубже погрузиться в игру, так что сделать это снова не составило труда.

— Что привело тебя в Фучжоу?

— Корабль потерпел крушение, я просто направлялся к ближайшему берегу.

— Понятно.

Видимо, больше ничего вытянуть не удалось — солдаты схватили Йохана за руки, чтобы снова отвести в темницу.

«Нельзя, чтобы меня отправили в шахту. Надо продемонстрировать свою ценность.»

Хотя Йохан был уверен, что и из шахты он бы сумел сбежать — в конце концов, он же мастер побегов.

Но зачем самому себе усложнять жизнь? Там ведь и убить могут.

«Хорошо, что функция перевода работает и тут».

Он понял это по тому, как свободно говорил на китайском языке.

Стоило ему захотеть — и из его уст свободно лился древнекитайский.

И не только китайский. Он мог говорить на любом языке мира.

Даже в современности это редкость, а уж в XVII веке и подавно.

— Я владею всеми языками Запада!

На его восклицание чиновник, до этого не проявлявший никакого интереса, слегка приподнял брови.

— Ты хочешь сказать, что знаешь не только язык Инглиша, но и речь этих рыжих варваров?

— Рыжих варваров?

— Голландцев, Хуалань.

— Разумеется. Не только Хуалань, но и Подоа (Португалию), Сэбана (Испанию), Буллансо (Францию) — всё без проблем.

— Хо…

Чиновник с интересом посмотрел на него и сказал:

— Подожди здесь немного.

Одной только смены его отношения было достаточно, чтобы Йохан понял — его положение сейчас начнёт меняться в лучшую сторону.

—

И Йохан не ошибся, решив продемонстрировать свои языковые навыки.

Вскоре после того, как он показал себя, к нему в темницу начали наведываться высокопоставленные лица.

И он, словно дрессированная обезьянка, с лёгкостью показывал им, как говорит на языках Запада.

Английский, португальский, голландский и так далее.

Даже маньчжурский и чосонский (хотя он сильно отличался от современного корейского, так что Йохану пришлось использовать свою функцию перевода). И эффект был феноменальным.

_

— Где это я опять? Почти как дворец…

— Это резиденция Наманьхоу. Он использует её как загородную виллу.

Прошло всего несколько дней с тех пор, как Йохана освободили из темницы после демонстрации его языков.

Теперь его повели в какое-то роскошное место, не уступающее дворцу.

Да это же дворец, хоть сейчас императора сажай.

Лишь по величине и богатству этой усадьбы можно было понять, насколько могуществен Наманьхоу.

Говорят, он главный человек в Намине?

Даже должность у него была официальная — тайса, великий наставник.

Вообще-то именно он и поставил нынешнего императора на трон.

После того как династия Мин пала, прошло меньше года, как погиб даже первый император Наньмина, Хунгуан-ди.

В этой стремительно меняющейся ситуации Наманьхоу возвёл на трон князя Тан, Чжу Юйцзяня.

Говорят, он бывший пират… если это правда, то он почти мой кумир.

Йохану казалось, что местные вообще не знают, что такое секретность.

На любой вопрос они отвечали с такой охотой, будто соревновались друг с другом.

Иногда даже не стеснялись оскорблять самого императора — будто в этом мире не существовало понятия «посягательство на устои государства».

Так или иначе, благодаря этому Йохан быстро ознакомился с ситуацией в Намине.

И узнал, кто такой человек, что призвал его.

— Ха-ха! Говорят, ты в одиночку уложил несколько десятков солдат. Правда, что ли?

Только вот первое впечатление о Наманьхоу, Чжэн Чжилуне, оказалось совершенно иным, чем он ожидал.

* Наманьхоу (南蛮虎) - в дословном переводе может означать “южный дикий тигр” или “дикий тигр с юга”.

Йохан представлял его как старого коварного евнуха — хитрое лицо, змеиный взгляд…

А на деле перед ним оказался крепкий мужчина лет сорока, с телосложением воина.

— Если бы не огнестрел, я бы уложил не десятки, а сотни.

Йохан ответил на вопрос Чжэн Чжилуна с полной уверенностью.

Может, в этом времени и ценят скромность, но Йохан по натуре далёк от неё.

И такой его подход понравился Чжэн Чжилуну.

— Ты прямо как сам Сян Юй!

— На Западе был человек по прозвищу Лев-царь. Он был как Сян Юй. И это моё прозвище — Лев-царь.

—

Всё равно он выдумал себе прошлое.

Немного приукрасить прошлое — не преступление.

Вряд ли кто-то пойдёт в западные земли выяснять настоящую личность Йохана.

— Ты говорил, что из Чосона?

— Да. Хотя я и не родился в Чосоне, я — чосонец.

— А на чосонца ты не очень-то похож.

Когда Йохан создавал внешний облик аватара, он выбрал западные черты: выразительное лицо, густые брови — не совсем европеец, скорее, похож на метиса.

— Моя мать — англичанка.

Он, которого во время Третьей мировой войны увезли и который с тех пор больше ни разу не покидал страну, в этой жизни решил быть наполовину иностранцем.

«Мама, ты ведь всегда хотела в Англию? Пусть я не могу тебя туда отправить, но хотя бы сделаю тебя англичанкой.»

Пока Йохан таким своеобразным образом проявлял сыновнюю любовь, Чжэн Чжилун неожиданно сказал:

— Англия… Хорошая страна. Среди южных варваров, не ведающих морали, только она — страна благородных мужей.

Услышав это, Йохан на мгновение застыл в недоумении.

Англия — страна благородства?

Это звучало примерно так же, как «Япония — страна мира» или «Китай — страна гуманности и справедливости».

Но затем Йохан словно что-то понял и мысленно кивнул.

«Хм. Похоже, у пиратов всегда найдётся общий язык.»

Хотя сейчас Чжэн Чжилун притворялся высокопоставленным чиновником Минской империи, по своей сути он оставался пиратом. И, как пират, он, конечно, не мог не уважать Англию — родину других пиратов.

— Значит, ты приехал в Китай, чтобы потом вернуться в Чосон?

— Изначально — да…

Йохану и впрямь было интересно, каким был Чосон. Вероятно, сейчас правили Инчжо или Хёджон — эпоха, которую он знал лишь по учебникам истории.

Ему стало любопытно, как выглядела Корея в то время.

Но для Йохана большой разницы между Чосоном и Китаем не было. Всё равно этот Чосон не имел ничего общего с Южной Кореей, где он прожил всю свою жизнь.

— Сейчас в Чосоне вряд ли найдётся возможность продемонстрировать мои способности. Они ведь капитулировали перед чжурчженями, и боевые действия там полностью остановлены.

Чтобы повысить свои характеристики, нужно было как можно больше участвовать в боях.

А Южный Мин был для этого идеальным местом, ведь их врагом была Цинская империя.

Если что, всегда можно сбежать. Цин слишком сильны, а Мин — безнадёжны.

Йохану были нужны не проигрышные, а выигрышные сражения. В отличие от игры, в этом мире поражение означало не плен, а смерть.

— А в Минской империи, как я слышал, война с Цин всё ещё продолжается.

— Как ты и сказал, мы пока ещё сражаемся. Пока.

Чжэн Чжилун сказал это с многозначительным выражением, словно хотел намекнуть, что конец войны близок.

Йохану показалось это странным, но он не придал этому значения и продолжил:

— Если вы возьмёте меня под своё начало, вы точно не пожалеете.

В Mount & Saber путь к короне начинался с дворянства. А чтобы стать дворянином, нужно было встать под знамёна сильного господина.

Если уж выбирать, то лучше служить сильному, чем сражаться против него.

— Хотите — командуйте мной на море, хотите — дайте мне армию. Или хотя бы поручите перевод.

Чжэн Чжилун погладил бороду.

Хвастун, конечно, но явно не простой человек.

Если бы он был тем Чжэном, который служил у Итана, то при встрече с Йоханом ни за что не оставил бы его в живых.

Йохан выглядел более способным по всем параметрам, чем тогдашний он сам.

Проведя детство в Макао, Чжэн Чжилун выучил португальский. Позже он освоил японский и голландский и благодаря этим языкам наладил международную торговлю.

А Йохан знал ещё больше иностранных языков. Даже боевые навыки у него выглядели серьёзно. В те времена Чжэн точно не стал бы его щадить.

Но теперь он был не просто мелким торговцем, а почти что правителем целой страны.

А значит, и подход был другим: талантливых людей нужно не устранять, а использовать.

Как раз ищу командира для Обэнбина… Вовремя.

У него под началом была особая армия из чернокожих солдат. Их сила не шла ни в какое сравнение с жалкой армией Мин.

И вот он собирался поручить Йохану часть этой элиты.

Хотя… сможет ли он действительно ими управлять?

Это будет непросто.

До сих пор ни одному минскому военачальнику это не удавалось — ведь Обэнбин были верны только семье Чжэнов.

Скорее всего, он не справится. И слава богу. Было бы хуже, если бы он и правда подчинил их себе.

На самом деле Чжэн Чжилун и не ожидал от Йохана чего-то великого. Он просто хотел использовать его как переводчика.

Йохан хорошо говорил на китайском и владел португальским, на котором в основном общались чернокожие солдаты.

Назначив его командиром, Чжэн Чжилун хотел показать, что Минская империя готова принимать талантливых людей вне зависимости от их происхождения — и этим много чего выигрывал.