Новый Мир!
Том 1 Глава 2 — Новый Мир!
«Что случилось?.. Я умер?.. — прошептал Ута, не веря себе. — Нет, не может быть… Может, всё это был глупый сон?»
— Парень, ты меня слушаешь? — раздался недовольный голос Джека.
Ута вздрогнул, словно вернувшись в реальность, и нехотя поднялся на ноги. Стряхивая пыль со штанов, он пробурчал с явным пренебрежением:
— Меня могли ограбить... или напасть монстры. Я понял тебя, старик.
— Можем тебя подбросить, — вдруг вмешался мягкий женский голос.
«Не может быть...» — сердце Уты ёкнуло.
На пригорок медленно поднималась Лиана. На её теле не было ни кровавых следов, ни чудовищных ран.
Пульс Уты участился. В ушах зазвенело. Перед глазами всплыл пугающий образ: ведьма с алыми, кровавыми глазами сжимала горло.
Ута вцепился в своё горло, будто хотел заслонить его от невидимой угрозы.
— Всё… повторяется… — прохрипел Ута почти беззвучно, словно сам себе.
— Лиана, я же просил тебя... — сдержанно произнёс Джон, глядя на девушку с лёгким упрёком.
— Ты так долго не…
— Прочь, — резко перебил Ута, глядя сквозь них, будто их и вовсе не существовало.
Лиана и Джек переглянулись. Ута стоял, сжав кулаки, словно цеплялся за жизнь. Его взгляд был диким и полным ужаса.
— Прочь! — повторил он громче. Голос дрожал, срывался, но в нём звучало дикое, безысходное отчаяние.
— Всё хорошо? — осторожно спросила Лиана, сделав полшага вперёд.
Ута не отреагировал — будто вовсе не слышал её. Его лицо исказилось, как под давлением внутренней боли. Он пошатнулся, уставившись в пустоту, и едва слышно выдохнул:
— Прочь...
— Тебя что, не учили вежливости? — рявкнул Джек. Он резко схватил Уту за ворот и со злостью прижал к стволу дуба.
— Джек, пожалуйста... — тихо сказала Лиана, осторожно коснувшись его руки.
— НЕ НУЖНА МНЕ ВАША ЖАЛКАЯ ПОМОЩЬ! — взорвался Ута. В его глазах вспыхнул безумный огонь. — УЙДИТЕ ПРОЧЬ!
На лице Джека проступило отвращение. Лиана испуганно отшатнулась и молча отошла в сторону.
Ута смотрел Джеку прямо в глаза — пристально, почти зловеще, будто передавал ему свою ненависть без слов.
— Жалкое животное… Хотя нет, даже животные благороднее тебя, — процедил Джек сквозь зубы и с силой бросил Уту на землю.
Тот рухнул на спину и остался лежать, не издав ни звука.
— Пошли, — спокойно сказал Джек, уже не глядя на него. Он повернулся к Лиане, которая всё ещё стояла, не сводя с Уты тревожного взгляда.
«Снова. Всё снова...»
Ута медленно сел. Плечи дёрнулись. Он вцепился пальцами в волосы, зажмурился. Дыхание сбивалось, как будто лёгкие не слушались.
Глаза метались по сторонам — будто он проверял, здесь ли ещё опасность. Всё было тихо. Только ветер в кронах и его собственное сердце, стучащее где-то в горле.
«Я опять... Я опять туда... Нет. Нет…»
Он втянул носом воздух. Слишком резко — закашлялся. Потом снова вдохнул, уже медленно.
«Они ушли. Значит я не встречусь… с ведьмой?»
Дрожь в пальцах начала утихать. Он опустил руки, посмотрел в землю.
«Спокойно. Просто успокойся. Всё… в порядке. Дыши ровно. Надо просто начать сначала.»
Дыхание стало чуть ровнее. Звон в ушах начал исчезать.
Он медленно поднялся на ноги, стряхнул с одежды пыль, выдернул прилипшую к штанам череду и огляделся.
Тот же пригорок. Тот же дуб. Карета медленно исчезала за поворотом вдали. За спиной — горы и город, точно такой же, каким он уже видел его прежде.
«Всё точно как в начале…»
Он нахмурился.
«Что со мной происходит?.. Сначала я думал, что это сон. Но сон не может настолько точно предсказывать будущее».
В голове вспыхнуло воспоминание: парящая в воздухе бесконечная библиотека, израненный парень и предсказания грядущего.
«Он знал о появлении ведьмы… Значит, знает и то, что происходит со мной. Мне нужно с ним поговорить».
«Но как?.. Он появлялся только тогда, когда сам этого хотел».
— Ладно, с этим разберусь позже, — пробормотал Ута вслух и покачал головой.
Он поднял взгляд — небо стремительно темнело.
«Сначала нужно найти, где переночевать».
Он посмотрел в сторону города. Он казался не таким уж далёким.
«Карета ехала туда около двух часов. Пешком — примерно три. Если срезать по склону, может, уложусь за два».
Ута достал из кармана карту и связку ключей. С минуту подержал их в руке… и, не раздумывая, резко размахнулся и бросил далеко с пригорка.
«Мне это больше не нужно».
Отряхнув руки, он неспешно спустился вниз и зашагал в сторону города.
***
Прошло около часа пути. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, уступив место ночи. Луна взошла высоко в небо, её серебристый свет тускло освещал землю. Цикады стрекотали в траве, а издалека доносился вой волков.
Ута нащупал в кармане смартфон, включил его. Экран мигнул — 20% батареи.
«Должно хватить до города.»
Он включил фонарик. Пять метров вокруг озарились ярким светом. Лес ожил — показались деревья, кусты и движение теней.
Ночь казалась удивительно красивой. Вокруг стояла тишина. Лишь звуки цикад и сверчков наполняли воздух, добавляя особую атмосферу.
Леса казались тёмными и пугающими, а из их глубины изредка доносился вой волков. Но множество светлячков смягчало этот страх, будто сама природа старалась не отпугнуть забредшего путника.
***
После ещё нескольких километров пути Ута оказался рядом с городом.
Вокруг простирались широкие поля с разнообразными культурами, но преобладала, без сомнения, пшеница. Прямо посреди этих золотых просторов возвышалась старая мельница с большими деревянными лопастями, которые медленно вращались под лёгким ветром, издавая скрип и глухой шум воздуха.
Город впереди освещался лампами у домов и мягким светом, струившимся из окон, так что казался тёплым и гостеприимным, несмотря на поздний час.
Однако больше всего Уту удивило отсутствие крепостной стены — в отличие от типичных городов в исекаях, которые он видел в аниме. Вместо мощных стен — обычный деревянный забор, как на фермах, ограждал лишь часть домов по периметру.
Взгляд Уты невольно притянула статуя на горе. На неё падал серебристый лунный свет, и, хотя разглядеть детали было трудно, он различил основные черты.
Это была гигантская каменная фигура мужчины, высеченная прямо из скального массива — будто сама гора приняла его форму. Воин в тяжёлых доспехах, покрытых лианами, мхом и следами времени, стоял в величественной позе. Его лицо скрывал массивный шлем, а обе руки покоились на рукояти меча, вонзённого в землю перед ним.
«Я как будто смотрю на скелет динозавра в музее.»
Он направил фонарик на другую статую, стоявшую на соседней горе, по правую сторону от города. Та вершина была полностью затенена, и лунный свет туда не проникал. Разглядеть вторую фигуру было невозможно, но казалось, она имела такую же форму, как и первая.
Вдруг фонарик мигнул и погас. Ута попытался включить смартфон, но экран остался тёмным.
— Похоже, батарея села, — пробормотал он, вздохнул и огляделся по сторонам.
— Нужно найти, где переночевать... В дом меня вряд ли пустят. Попробую найти сеновал.
Улицы города были почти безлюдны. Изредка мимо пробегали кошки, а редкие прохожие — один-два человека — с интересом оглядывались на Уту, явно замечая его непривычную одежду.
Ночной город дышал медленно и тихо. Каменные мостовые, покрытые вечерним туманом, отражали тусклый свет фонарей. Над ними кружилась ночная живность — мотыльки и другие насекомые, издавая сухие взмахи крыльев и глухие удары о стеклянные колпаки. А рядом мягко мерцали светлячки, отчего всё вокруг казалось сказочным, будто вырванным из сна.
Дома с крутыми крышами и резными балконами теснились друг к другу, укутанные в плющ и полутьму. Из некоторых окон струился тёплый свет — в них всё ещё бодрствовали.
Над городом плыла луна, затянутая дымкой. Прохладный ветер шептал в узких переулках, освежая уставшее, вспотевшее лицо Уты. В воздухе витали ароматы древесины и пшеницы.
«Какой мрачный город…»
Несмотря на то что Ута уже находился в самом городе, он чувствовал себя чужим. Всё вокруг казалось незнакомым и холодным, и это только усиливало внутренний дискомфорт.
Побродив ещё немного, он на окраине города нашёл большой сеновал. Постройка была полностью деревянной, с распахнутыми воротами, из которых вываливались охапки сухого сена.
Ута забрался внутрь, поднялся повыше и устроился на мягкой подстилке. Он укрылся сеном, насколько смог, пытаясь согреться. Желудок болезненно урчал от голода, будто вытягивая из него последние силы. Но усталость взяла верх — он заснул почти мгновенно.
***
На следующее утро — утро для уты и день для обычных людей.
Открыв глаза, он увидел перед собой девочку лет десяти. Она спала, свернувшись калачиком, на том же сене, недалеко от него.
— А?…
Сонливость мгновенно испарилась. Паника накрыла с головой. Он рывком вскочил, соскользнул с сена — и с грохотом приземлился пятой точкой на вымощенный камнем переулок.
— Н-неужели я… вкусил запретный плод?! — прошептал он в ужасе.
Он поспешно стряхнул сено с одежды и снова посмотрел на девочку. Та спокойно спала на боку, с невинным и умиротворённым выражением лица.
Она лежала прямо на сене — в светлой блузе с длинными рукавами и бежевой юбке чуть ниже колен. На ногах — белые ажурные носки и тёмные туфли с бантом и небольшой брошью.
Длинные серебристые волосы были свободно распущены, мягкими волнами рассыпались по голове, а несколько тонких прядей ласково легли на лицо.
«Нет… я бы никогда так не поступил», — резко подумал он, отгоняя дурные мысли.
Опрометью опомнившись, Ута осторожно подполз ближе и лёгким движением коснулся плеча девочки. Он бережно потряс её, стараясь разбудить, но не напугать.
«Неужели её родители просто так отпустили её одну? Что-то, наверное, случилось…»
Девочка перевернулась на спину и медленно открыла глаза. Из-под век показались большие, изумрудные зрачки, и она встретилась взглядом с Утой.
— У тебя всё хорошо? — тихо и нежно спросил он.
Девочка моргнула, её глаза распахнулись шире. Она резко подалась назад, вжимаясь в сено.
— Кто ты? — спросила она тонким, настороженным голосом и обняла себя за плечи, будто защищаясь.
— Меня зовут Ута. Не бойся, — сказал он, подняв ладони, показывая, что не представляет опасности. — Я просто... тоже здесь переночевал. Я не трону тебя. Обещаю.
Он немного отодвинулся и сел в стороне, давая понять, что не собирается приближаться.
— Ты в порядке? Потерялась?
Она несколько секунд молча смотрела на него, будто пытаясь понять, можно ли ему доверять. Затем медленно кивнула и опустила руки.
— Я… не потерялась. Просто... родители сказали спрятаться в городе, — прошептала она, пряча взгляд.
«Наверное, случилось что-то плохое...»
Девочка выпрямилась, села на колени и сдула со лба непослушную прядь серебристых волос.
— А ты... ты ведь тоже не отсюда, да? — спросила она чуть смелее, хотя голос всё ещё дрожал. — У тебя глаза… как у тех, кто не местный.
Ута посмотрел на неё внимательнее. Его голос стал ещё мягче:
— Нет, я не отсюда, — признался он. — И тебе, наверное, тяжело здесь одной?
«Если помогу ей найти родителей… может, они дадут что-нибудь взамен? Хоть немного денег.»
— Если хочешь, я помогу тебе найти твоих родителей. Вместе будет безопаснее, — добавил он, стараясь улыбнуться.
Девочка посмотрела на него с осторожной надеждой, будто боясь выдать эту искру. Потом медленно кивнула.
— Хорошо, — прошептала она.
«Какая же она доверчивая…»
— Тогда спускайся, — мягко попросил Ута.
Она осторожно съехала по сену вниз и легко приземлилась на ноги.
Ута последовал за ней и, оказавшись рядом, протянул руку.
Девочка немного замялась, но всё же аккуратно взяла её, и вместе они направились по переулку к главной дороге — той самой, по которой он бродил прошлой ночью в поисках ночлега.
Утреннее солнце только начинало подниматься. Его лучи мягко просачивались сквозь щели между домами, выхватывая из воздуха пылинки, словно искры.
***
Через пару минут впереди показался конец переулка — солнце ярко било оттуда, а в воздухе повис знакомый запах.
Ута вскинул голову, вдохнул поглубже и расплылся в ленивой улыбке.
— Пахнет... хлебом?
Девочка тут же оживилась:
— Правда! Пахнет булочками!
Они вышли на главную улицу — и оказались посреди кипящей жизни.
Десятки деревянных лавок растянулись по обеим сторонам дороги. Тут торговали всем — от душистых цветов до грубых стальных доспехов. Повозки скрипели под тяжестью товаров, дети бегали между прилавками, взрослые громко переговаривались и спорили о ценах.
«Днём город совсем другой»
Девочка остановилась, глядя по сторонам широко распахнутыми глазами.
— Как тут много всего, — прошептала она, почти заворожённо.
Ута смотрел на неё с лёгким удивлением.
— А ты раньше бывала на таких рынках? — спросил он, склонив голову набок.
Она отвела взгляд, опустив плечи.
— Очень редко… — тихо сказала она.
Их внимание привлёк голос рядом:
— Не желаете попробовать свежую выпечку? Только сегодня — бесплатно! — раздался добродушный голос.
Ута повернулся в сторону и увидел старика с густой седой бородой. Тот сидел у своей лавки, а перед ним лежала плетёная корзина, полная румяных булочек.
— У меня нет денег, — сдержанно сказал Ута, вежливо покачав головой.
— А я и не прошу. Это пробная партия, — с улыбкой ответил старик и подмигнул девочке.
«Наконец-то хоть что-то хорошее…»
Он подошёл и протянул руку.
— Тогда мне две, пожалуйста.
Старик усмехнулся, молча вложил в его ладони две булочки — румяные, чуть тёплые, в форме цветка.
Ута тут же протянул одну девочке:
— Держи. Ты ведь тоже голодна.
— Спасибо, — робко пробормотала она, взяв булочку.
Укусив край, она вдруг замерла, а потом слегка улыбнулась уголком губ, словно впервые пробовала нечто подобное.
— Вкусно? — спросил Ута, наблюдая за ней с интересом.
— Угу... — с полным ртом кивнула она. — Очень!
— Рад, что вам понравилось, — тепло сказал старик и, заметив, как девочка стесняется, добавил мягко: — У вас славная сестра, молодой человек.
— Она мне не… — Ута осёкся и усмехнулся. — Да, спасибо.
Затем он поднёс булочку к губам и откусил.
«Обычная булочка с сыром… но сейчас — словно божественная еда.»
Прожевав, он оглядел лавку. Его внимание привлекла потрёпанная свёрнутая бумага на бочке позади старика.
— Что это у вас там? — спросил Ута, кивая в сторону бумаги, прищурившись.
Старик оглянулся, посмотрел на свёрток и равнодушно махнул рукой:
— А, это? Карта мира. Старенькая, но точная.
«Карта мира?.. Вот это мне пригодится.»
Ута задумчиво посмотрел на карту, потом опустил взгляд на свой карман.
«Но денег-то нет…»
Он достал телефон, немного поколебался, а затем положил его на прилавок перед стариком.
— Что скажете на обмен? Это — смартфон. Единственный в своём роде.
Старик удивлённо наклонился и взял устройство в руки.
— Смартфон? — с сомнением произнёс он, поворачивая его в ладонях. — А что он делает?
— Сложно объяснить… Он может всё — показывать изображения, хранить книги, играть музыку. Но… сейчас он не работает. Батарея села.
Старик прищурился и ещё раз осмотрел устройство.
— Говоришь, единственный?
— Уверен в этом, — ответил Ута спокойно.
Девочка подошла ближе, с интересом заглядывая через прилавок на странный предмет. Её глаза блестели от любопытства.
Старик на секунду замер, а затем протянул руку:
— По рукам.
Они пожали руки, и карта перекочевала к Уте.
Он бережно развернул свиток. Перед ним предстал неизвестный мир.
Ута быстро окинул взглядом карту.
Центральный континент — Королевство Серафим (разделено горным хребтом); на северо-западе — Королевство Дива.
Восток — Континент Беззакония (Королевство Руш).
Южнее — Континент Великанов (Королевство Сильвия).
Север — Мёртвый континент.
Юго-запад — Остров Древних.
«Центральный континент, значит, самый большой… За ним — Континент Беззакония и Мёртвый. Континент Великанов — самый маленький. Меньше только этот... остров. А между ними простирается Лазурное море.»
Он положил карту на прилавок и задумчиво уставился в неё.
«Значит, четыре континента, четыре королевства и один остров…»
— Слушай, старик… — Ута поднял взгляд. — А расскажи мне поподробнее о мире?
— Хм… с чего бы начать… — Старик почесал подбородок, прищурился. — Наш город, Геро, расположен в королевстве Серафим. Это тёплые, плодородные земли, с развитой экономикой. Тут найдёшь всё — от мелких племён до знатных академий.
— А за горами? — не удержался Ута.
— А за горами — суровое, холодное Королевство Дива, — кивнул старик. — Народ там закалённый, но нелюдимый.
— А Руш?
— Ах, да… Королевство Руш. Оно лежит в пустыне. Его ещё называют городом беззакония. Там правят гладиаторы — сила там важнее закона.
Старик на миг замолчал, глядя куда-то в даль.
— Кроме людей, в мире живут зверолюди и эльфы, — продолжил он. — Но встретить их трудно. Зверолюди разбиты на племена и прячутся в лесной глуши. А эльфы — высокомерны. Они правят на континенте Великанов, и почти никто из них не покидает его.
— Значит, тут есть и другие расы… — Ута улыбнулся. — Ушки и хвостики, значит...
— Люди же, — будто не услышав, продолжил старик, — живут на всех континентах. Кроме Мёртвого.
— А что это за Мёртвый континент? — оживился Ута.
Рядом с ним стояла девочка и, встав на цыпочки, пыталась заглянуть на карту. Ута заметил это и, не раздумывая, аккуратно посадил её на прилавок рядом с собой.
— О нём я знаю немного… — покачал головой старик. — Только то, что это крайне опасное место… Говорят, все, кто пытался туда добраться, погибали ещё в море. Корабли тонули — не дойдя даже до берега...
Он опёрся на прилавок, наклонился ближе и заговорил почти шёпотом, будто делился древней легендой:
— Никто не вернулся.
Это звучало как пиратская байка — захватывающе и, пожалуй, не очень правдоподобно. Но именно такие истории Ута любил больше всего.
Он широко раскрыл глаза и сглотнул.
— Никто не доплывал… — прошептал он.
«Значит, я могу стать первым».