«Локи»

На улицы города медленно опускалась атмосфера пятничного вечера. Рабочая неделя подошла к концу, и даже несмотря на налетевшую непогоду, люди отправлялись отдохнуть от своей злободневной рутины в каком-нибудь баре, пропустить стаканчик другой. В одном из таких заведений сегодня вечером произойдут очень странные вещи. Среди завсегдатаев там окажется курьер.

Находился этот клуб в месте, известном как Муравейник. Подземный район города со множеством домов и зданий, буквально проросших в толще стен тоннелей, оставшихся от старинных труб производственных цехов. Не всегда со светом и теплом, но люди жили здесь, разделяя соседство с пауками, крысами и другой нелицеприятной живностью, которая не рисковала появляться на поверхности.

И хоть это место и было сырым, грязным, плохо пахло, но даже несмотря на это всё – оно имело свой шарм, что бы там не думали об этом месте жители Верхнего Города. Сейчас, в стенах старых тоннелей люди выдалбливали магазинчики, делали небольшие торговые лавки, строились публичные дома, отели и даже бары с клубами, которые манили прохожих в туннельной тьме, словно мотыльков на яркий свет неоновых огней. В Муравейнике, в отличие от Верхнего Города, можно было найти даже запрещенные товары, достать которые не так-то просто и законно.

После восстановления города, здесь обосновались все те, кому не нашлось места в более благоустроенных районах: нищие, неудачники, простофили, и другие, которым не было места наверху. Муравейник – место таинственное, которое будто бы по волшебству притягивало к себе больных, слабых, ненормальных, бедных, а порой и опасных людей. Улицы его отливали болотно-зелёным светом фонарей, выросших железными деревьями вдоль главной дороги. И вдоль всего тоннеля, наверху, проходила толстая и яркая полоса света, заменявшая местным обитателям солнце.

Сегодняшним вечером тоннели были забиты людьми. Курьер едва ли успевал за быстрым потоком, а под его ногами с неприятным звуком чавкала грязь, разлетавшаяся мелкими брызгами во все стороны. Издали до него доносилась бодрая матершина от выбежавшего из борделя мужика: – Да чтоб у тебя завяло всё, тварь, с такими ценами!

Опасливо оглянувшись, он натянул капюшон пониже, и, засунув руки в карманы, зашагал вперёд, расталкивая меж собой прохожих крепкой рукой. Даже здесь, в месте для отбросов, он ловил на себе взгляды, полные омерзения и неприязни. Курьер давно привык к этому, и всё же...

Добравшись до восточной стены, в которую упирался тоннель, курьер увидел место, куда он стремился сегодня попасть. Издали виднелась вывеска клуба незамысловатым названием – «На дне».

Несмотря на неприветливое название и неопрятный внешний вид, из него доносились бодрые звуки, а вход обступили так, что было не подобраться. Мужчина протиснулся в сторону из потока людей и двинулся к чёрному входу в заведение. Там он встретил знакомого охранника, который приветственно махнул ему головой и пропустил внутрь.

Как и на улице, внутри было полно народу: большая часть посетителей просто выпивали у барной стойки или за столиками, и с неподдельной забавой и интересом поглядывала в сторону тех, кто решил выйти на танцпол. В такт их бессвязным движениям играла ритмичная музыка, разгонявшая дремоту в этот вечер, а шум, гам и задурманенный смех посетителей, то и дело, придавал некое извращенное чувство спокойствия, заставляя хоть ненадолго отвлечься ото всех проблем вокруг. И даже несмотря на то, что это был притон в худшем районе Биврёста, здесь курьеру было не так противно находиться, как в курьерской конторе.

– Тьфу ты, очередная бродячая шавка прибилась, – охранник, стоявший внутри, покосился на курьерскую эмблему, неприятно сморщил лицо, и ушёл в другую часть зала. Курьер проводил его уставшим взглядом, и не сказал ни слова. Поправив свой тёмно-синий плащ перед зеркалом, он остановил взгляд на крупной эмблеме, которая даже в темноте переливалась серебристым цветом люминофора. На гербе был изображён раскинувший свои крылья орёл, перед которым находился дипломат. Помимо самой эмблемы, над ней светились и мелкие буквы: «Eagle».

Вошедший мужчина окинул коротким взглядом заведение, и, приметив свободное место за барной стойкой, двинулся к нему. Он прекрасно знал, что ему здесь не рады, поэтому и не собирался надолго задерживаться. Его интересовал сегодня лишь диалог с местным барменом – Майком.

Аккуратно лавируя между столиков и подвыпивших людей, мужчина добрался до стойки, и с небольшим вздохом уселся на свободное место. Курьер откинул капюшон, и облокотился на барную стойку. Его длинные и немытые волосы рассыпались непонятной формой на голове, а уставшее лицо с синяками под глазами, наконец, перестало прищуриваться. В полусумраке клуба черты его лица было сложно разглядеть.

На секунду он позволил себе прикрыть глаза и, наконец, расслабиться. Но резкий стук каблука заставил приоткрыть один глаз и взглянуть на прошедшую мимо официантку: взгляд её был рассеянный, а руки нервно дёргались, как и правая нога. Она была привлекательной, но бледно-болезненная кожа отталкивала этого курьера.

– Добрый вечер, – глубокий баритон бармена, совершенно не сочетающийся с его внешностью, окликнул курьера. – Что сегодня пьём?

Мужчина в курьерской форме повернул свою голову, и перед взором мужчины предстало уже помотанное, с лёгкими морщинами, но всё с той же ехидной улыбкой, лицо, которое он помнил уже несколько лет. Курьер молча протянул руку в перчатке, и бармен аккуратно пожал её. Любой, кто якшается с курьерами, порицается среди людей точно так же, как и сами курьеры. Но только не в Муравейнике, и не бармен, который наливает каждый вечер всем и каждому, кто живёт в этом богом забытом месте.

Курьер обратил внимание, что множество косых взглядов уставилось на него. Вряд ли кто-то лично знал его в этом-то месте. Точно нет. Это была обыкновенная человеческая злоба к любому курьеру. И он привык к этому. Оглядевшись, курьер со вздохом вновь прикрыл глаза. Он знал, что, несмотря на ненависть, его никто не посмеет тронуть, ведь с недавних пор курьеры стали неприкасаемыми.

Этот закон появился не так давно, после эксцесса, когда насмерть забили трёх сотрудников службы Eagle. Каждый из них был осуждён на смертную казнь за страшнейшие преступления, но, когда им предложили альтернативу – они выбрали работу в курьерской конторе.

 Отец, чью дочь изнасиловал и убил один из этих самых курьеров, не выдержал такой несправедливости закона: это чудовище, убившее его единственного ребёнка, не должно было оставаться на свободе ни секунды дольше положенного.

Так, он скрытно ото всех нашёл единомышленников и за неделю они выследили курьеров, каждый из которых задел чьи-то жизни. И то, что они сделали с ними, даже самые ярые садисты посчитали бы излишним. А потому, когда полиция нашла то, что осталось от сотрудников курьерской конторы, она была вынуждена доложить об этом вышестоящему начальству. Конституционному суду вместе с правительством пришлось быстро учреждать закон, который дарует неприкосновенность курьерам, дабы их не перебили ещё на улицах города. Общество какое-то время негодовало, но позже пришлось смириться. Да и сами курьеры теперь почти не находились на улицах города, а лишь сидели в штабах, ожидая, когда им придёт очередной заказ.

– Ну, так что наливать? – бармен повернулся к бутылкам с алкоголем, ожидая заказ.

– Не сегодня, – ответил курьер, и нагнул голову ниже, чтобы никто не услышал. – Мне нужно узнать о Дельте. Где он и что с ним.

Он положил небольшую бумажную упаковку, пережатую резинкой. Из развернутого края виднелись купюры. Бармен же с опаской оглянулся, и оттолкнул деньги.

– А я-то думал, что ты пришёл просто так. Захотел встретиться со своим другом, выпить, поболтать о жизни… – Майкл усмехнулся и поправил хвост на затылке. – К сожалению, ничем не могу тебе помочь тебе с твоим делом. Никакой информации ни от него самого, ни от его группы не поступало уже несколько недель. Можешь забрать деньги. Мои источники молчат, так что быстрее будет дождаться новостей от твоих конторских.

– Ох! – прервал их разговор один уже охмелевший и от того осмелевший посетитель бара, что сидел рядом с курьером. Игравшая песня давно закончилась, и потому присутствующие с интересом глядели в сторону барной стойки. Бармен же догадывался что сейчас будет, и пошагал в сторону подсобки, бубня себе под нос что-то вроде: – Что сейчас начнётся-то…

Этот мужчина был тучным, а его глаза немного подёрнулись алкоголем. И тем не менее, он ещё оставался в ясности ума. Его руки с тяжестью упёрлись в коленки, и курьер даже подумал, что мужчина сейчас упадёт, но тот удержался на стуле, и даже смог членораздельно заговорить.

 – Ты же курьер, да? Позволишь спросить кое-что? Что ты такого сделал, чтобы тебе дали возможность стать сраной шавкой на побегушках? За мелкие преступления курьерами стать не предлагают. Так что же? Ты изувечил кого-то? Или убил? А может украл кучу денег? Или ты насильник? И тебе не омерзительно от самого себя? Ты разрушил чью-то жизнь, может даже забрал её, и заслужил наказание. Но теперь, после всего того, что ты сделал, тебе хватает наглости шляться по городу в этом тряпье? Хоть бы постыдился этого знака на груди. Неужели тебе нравится, когда каждый встречный желает плюнуть в твою сторону, когда видит твою униформу, а про себя желает, чтобы тебе однажды кусок хлеба поперёк горла встал? Ты, и такие же выродки как и ты, курьер, заслуживают ли они ещё одного шанса, чтобы выйти на свободу? А?

Курьер ничего не ответил. Он знал, что слова этого пьяницы – лишь накопившаяся общественная злоба за грехи тех, кто работал на курьерскую службу. Раз люди не могли устроить физической расправы над преступниками, то устраивали словесную. Протокол обязывал курьеров не вступать в конфликт с гражданскими ни при каких обстоятельствах. Но ещё этот курьер знал, что такое курьерская работа. Тёмная часть того, о чём не подозревало большинство людей, живущих внутри стен безопасных городов. Курьерам было позволено слишком немного вольностей, а поэтому мало кто знал, чем они занимаются на самом деле, и с чем встречаются на работе.

Но этого курьера невероятно раздражало, что всех курьеров мешают с грязью, и ни одна мразь, живущая внутри этих стен, не соизволила взглянуть, на то, что находится за ними.

– Не замучила ли меня совесть? – негромко начал курьер, и упёрся рукой на стол, медленно поднимаясь со стула. Взоры всех посетителей клуба были прикованы только к этим двум.

– А знаешь… нет. Мне ни капли не стыдно. Ведь я знаю, какую амнистию такой «выродок», как я, получил. Ты считаешь, что все курьеры – «мрази»? Правительственные псы, преступники, которым руководство города дало амнистию «просто так»? Нам же так хватает курьеров. Так почему же ты, или другие люди не идёте добровольно работать курьерами? М? Или вы все думаете, что в ряды курьеров просто так набирают людей из тюрем?

Мужчина оглядел всех, кто уставился на него, и снова перевёл взгляд на пьяницу. Заметно опьяневший посетитель не нашёл что ответить на это.

Лампа над головой курьера заморгала. Никто не сказал и слова. Все взгляды он приковал к себе, и даже та официантка перестала метаться по залу, собирая заказы. Наступило молчание, которое никто не нарушал.

– Чего ты язык в жопу засунул? Отвечай! – голос курьера был злым, и он медленно приближался к этому пьянчуге. – Не можешь? Оно и понятно.

Последние слова прозвучали с полнейшим пренебрежением.

– Что же, хорошо. Тогда послушай, что я тебе скажу, – он выдержал тяжёлую паузу. – Работа курьером – это вовсе не прогулка по парку летним вечером, как все из вас тут думают. Это танец со смертью каждый раз, как ты выходишь за пределы городских стен. Или ты забыл, что все мы окружены Тьмой?! Ты забыл о том, что Тьма делает с теми людьми, что попали в неё? Может ты забыл, как она пожрала сёла и маленькие города? Или ты забыл, кто обитает во Тьме?!

Он вышел под свет мягкой лампы и все увидели его молодое лицо, которое пересекал ни один десяток маленьких порезов и шрамов. Тяжёлые мешки под глазами и нервное лицо намекали, что он уже не единожды выходил во Тьму.

– Если ты думаешь, – он уже спокойнее обратился к пьянице. – Что жизнь курьера длинная и сладкая, то давай. Иди. Сходи и поработай в курьерской конторе, и я посмотрю, сколько походов во тьму ты переживёшь. И через сколько из них ты сойдёшь с ума.

 Недобрую улыбку сменила неприкрытая злоба.

 – Я посмотрю на тебя, когда ты будешь завтракать в одной столовой с другом рано утром, пускать шутки, размышлять о том, что будете делать после доставки, чтобы поздно вечером узнать, что Тьма сожрала его, превратив в ужасную тварь. И всё, что теперь осталось от него – это трекер груза, по которому ты потом пойдёшь доставлять этот груз вместо него. Скажи мне, что я получил помилование. Я ПОЛУЧИЛ АМНИСТИЮ. Ну же! СКАЖИ ЭТО!

Тот пьяница, что начал весь этот разговор, сейчас дрожал, словно осиновый лист. Из зала слышались голоса: – Такой молодой, а уже курьер? Что же он такого натворил?

Курьер повернулся ко всем посетителям, что уставились на него. Голос его стал тише.

– Если вы и правда думаете, что преступников ждёт помилование, когда они становятся курьерами, то спешу вас обрадовать, ведь вы любите, когда такие выродки как я – погибают, – его лицо в один момент стало мрачнее тучи. – Участь курьера – это смертный приговор. Ты можешь прожить месяц, можешь год, а можешь погибнуть и в самый свой первый выход за стены. И о вас даже не вспомнят. Вас не найдут. О вас никто не будет думать. Никто не будет оплакивать или тосковать. Ваши останки не похоронят. Ваша жизнь оставит лишь один след – в месячном отчёте о доставке. Вот это – жизнь курьера. Если кто-нибудь из вас в следующий раз захочет крикнуть курьеру: «– Эй, псина», то вспомните, что жить ему с его работой осталось всего ничего. Ну и крикните, само собой. Вам же от этого точно станет легче жить.

Курьер подошёл к бармену и всунул ему денег:

– Майкл, если что-то узнаешь – сообщи мне. А это – предоплата за информацию, – он кивнул ему, и, нахлобучив капюшон на голову, поспешил выйти из клуба. По пути он включил наруч, который неприятно завибрировал. Это значило лишь одно – пришло очередное задание на доставку.

***

На Земле всегда происходили разные катаклизмы: землетрясения, цунами, извержения вулканов, смерчи. На протяжении множества тысяч лет существования, человечество приспосабливались и училось жить рука об руку с этими природными явлениями, стараясь уменьшить их опасность для себя настолько, насколько это возможно.

С течением времени и развитием технологий, люди сумели обезопасить себя от множества опасностей, и заняться более глубоким освоением планеты. Люди забуривались всё дальше в породу, ныряли всё глубже в воду, добираясь до морского дна. Человечество думало, что серьёзного воздействия здесь и сейчас это не повлечёт, однако это было одно из самых сильных заблуждений, которое в последствии навлекло страшную катастрофу на всех, и поставило под сомнение существование человека, как вида.

Земля – это не просто огромная безжизненная глыба в космосе, а что ни на есть огромный и живой организм. А мы для него, что блохи для собаки. И обычно, от блох избавляются как от вредителей. А Земля приняла человека, дала нам всё, чтобы мы могли жить. Но человек обнаглел, и брал всё больше и больше, не давая ничего взамен. И похоже, что Земля решила вытравить своих вредителей всеми возможными способами, будь то землетрясения, смерчи и наводнения. Но мы приспособились жить с этим, и Земле пришлось использовать своё самое сильное, а вместе с тем, и самое страшное средство, чтобы остановить людей.

Учёные считают, что произошедшее – было последним средством Земли для собственного спасения. Воздействие человека на планету стало столь значительно и жадно, что она была не способна выдержать всё более сильные и глубокие внедрения человечества под земную твердь.

Как всё самое плохое, оно начиналось довольно незаметно и безобидно: в далёких и безлюдных уголках мира стали сгущаться тени, в прямом смысле этого слова. Странный мрак окутывал верхушки гор, далёкие скалы и утёсы, словно какие-то чёрные тучи, что никак не расходились. Они были куда гуще и чернее всех тех туч, которые могли бы встречаться на Земле.

Никто не знал, где эта Тьма появилась изначально, и что это вообще такое. Люди опасались приближаться к ней, а её исследование из-за очень сложного расположения было почти невозможным. Так, мир ненадолго взбудоражило мистическое явление, что появилось где-то вдали от цивилизации. Мрак лишь клубился тяжелым чёрным туманом, вдали ото всех, но оставался на месте. Изредка, в этой Тьме можно было заметить что-то похожее на редкие красные вспышки, но ничего более.

Рядом с этой аномалией сбоили GPS-приборы и любые другие навигационные системы, так что для самолётов и кораблей стали прокладывать пути подальше от этой Тьмы.

Никто не мог объяснить причину и природу этой аномалии. Одни утверждали, что это – реакция планеты за все прошедшие опустошительные войны и безмерную выкачку ресурсов. Другие утверждали, что это последствия использования климатического оружия. Ну а остальных не интересовало распространение этой «Тьмы», как её стали называть в будущем. Правды же не знал никто. Простых людей волновала только своя жизнь, а не что-то находится в десятках тысяч километров от них. До поры – до времени.

Первый год эта Тьма действительно бездействовала, и был сделан предварительный вывод, что это – новая безобидная природная аномалия, которая вскоре может исчезнуть сама по себе, ровно так же, как и появилась. Большое заблуждение, за которое человечество позже заплатило высокую цену.

Через год с момента её обнаружения, Тьма вновь начала своё движение, и не вовсе не на полшага, как предполагали учёные…

Над многими странами в то злополучное утро поднималось солнце. Тогда обещал быть обыкновенный будний день: люди торопились этим утром на работу, в магазины или по другим своим делам – ничего необычного, простая утренняя суета. Всё бы ничего. кроме одного «маленького» но. Всем, кто находился на северном полушарии Земли, не могло не бросаться в глаза ЭТО!

Огромная чёрная лавина, застелившая весь горизонт, словно скоп тяжёлых туч из сажи, приближалась. Солнце скрывалось за этими чёрными облаками, лишь изредка пробиваясь сквозь них. А те лучи, что сумели пробить мрак, отливали ярко-красным отливом. И чем ближе была эта лавина, тем суше становился воздух, и тем холоднее становилось на улице. Тёплый весенний рассвет исчезал, и яркое солнце медленно приобретало тёмно-красный оттенок.

Округу заполоняли грозные и тяжелые громовые раскаты, словно вестники конца света, пришедшие за людьми. По небу пролетали тяжелые красные молнии, что вылетали из Тьмы, врезаясь в землю, в высотные здания, или улетающие за горизонт. Наблюдавшие это люди теряли дар речи, многие были в таком шоке, что не могли даже пошевелиться.

Так в первые часы, с того момента, как Тьма начала своё движение, она поглотила территорию нескольких стран. Это произошло настолько внезапно, что едва ли кто-то успел здраво среагировать и понять произошедшее, а также принять необходимые меры, что обезопасить себя и своё население.

Никто точно не знает, где был эпицентр распространения Тьмы, да и времени на эти разбирательства не было. Точно ясно было лишь одно: медлить нельзя!

 Даже несмотря на весь шок и нерасторопность, очень быстро были выведены военные транспортные самолёты, чтобы попытаться эвакуировать первых людей правительства из стран, на которые тяжёлым маршем наступала Тьма. Попытки были, но это больше напоминало тщетные потуги перед смертью: стихия была намного быстрее, чем любой автобус, любая машина, любой самолёт. От неё нельзя было просто улететь или уехать. Её нельзя было переждать. Считанные часы – ровно за столько целые страны окончательно уходили во Тьму, где связь с ними пропадала безвозвратно.

Тьма пожирала всё, к чему прикасалась, и никто не мог её остановить. Автобус за автобусом, самолёт за самолётом, человек за человеком – всё исчезало во Тьме навечно. Люди отчаялись, считая, что пришёл их конец.

Но судьба была жестокой, и все тяжёлые испытания были впереди. То было лишь начало тернистого пути для тех, кому удалось выжить в первые дни с приходом Тьмы.

Тьма действительно пожрала мир, но среди нависшего мрака ещё оставались маленькие островки надежды, к которым, почему-то, не смог прикоснуться мрак. Чаще всего это были огромные мегаполисы, которые Тьма, будто бы, специально обходила стороной. Выжившие люди, которым повезло оказаться в таких городах, в спешке разбирали дома, чтобы обезопаситься от Тьмы.

Казалось бы – это же бессмысленно против такой аномалии, не так ли? Это так. Но стены строил не против Тьмы, а против того, что вскоре Тьма с собой принесла. Произошло это не сразу.

После того, как тьма поглотила мир – счёт времени был утерян, и не скоро ещё к нему вернулись. Проходили дни, может даже недели или месяцы, и людям стало казаться, будто бы ничего страшного кроме темноты эта катастрофа с собой не принесла. Да, была потеряна связь с другими городами, странами, но ничего катастрофического не произошло.

Так людям казалось ровно до того момента, пока возле города не стали мелькать странные фигуры и тени. И чем больше проходило времени, тем чаще они ходили вокруг городов, и вскоре, возле стен дозорные стали замечать странных созданий. Они не были похожи ни на какого зверя, и ходили так, будто присматривались к жителям городов. Во Тьме их невозможно было разглядеть, а к свету они не спешили приближаться, словно тут пугал их.

Сбиваясь в небольшие стаи, эти существа стали пытаться подходить всё ближе и ближе к городу. И ни у кого не было сомнений, что эти создания хотели напасть на людей, вопрос был только в том, когда они на это отважатся.

Первым монстром, с которым познакомились жители Биврёста – одного из выживших городов, была химера. Она же и показала людям, что делает Тьма с теми, кому в ней не повезло оказаться. И у всех, после встреч с химерами, сразу исчезли наивные мысли о том, что кто-то мог выжить внутри Тьмы.

Химера – одна из множества чудовищ, что мутировала из человека под воздействием Тьмы. Никто точно не знает, как именно Тьма уродует человека, но все знали, что стоит лишь тебе потеряться в ней – и ты никогда больше не вернёшься обратно. Как минимум таким, каким был раньше. Из человеческого в химере осталось лишь искорёженное лицо, которое приняло звериную форму пасти и её животный оскал. А в остальном химера была похожа на огромного черношёрстого волка с острыми как бритва когтями и загнутыми клыками. Химера была не самой опасной тварью, но сила её была в том, что она никогда не охотилась в одиночку.

Появление монстров из Тьмы и вынудило начать постройку стен из того, что у людей было. И надо сказать, что принятое решение было крайне удачным, ведь помимо химер начинали появляться и другие твари в разы опаснее этих. И глядя на них, люди узнавали в них человеческие черты и ужасались от того, что Тьма сделала с ними. В каждом новом встреченном монстре отражались что-то человеческое, что-то знакомое, но влияние Тьмы превратило их в омерзительных тварей, что теперь рыщут теперь по округе в поисках пищи.

Помимо монстров и сама Тьма, вскоре, стала источником опасности. В редкие дни на Тьму опускался чёрный туман, который делал её куда более суровым врагом, чем может показаться сначала. Люди после поглощения всего вокруг Тьмой и без того были на грани измены самому себе, ведь рассудок от произошедшего пошатнётся у любого. Ну а во времена, когда туман опускался – из-за стен доносились такие звуки, которые даже самого смелого заставили бы уйти подальше и забиться в угол.

Звуки эти были самыми разными: это мог быть шепот или зов потерявшихся людей, затем скрежет по стальной стене чем-то невероятно острым. Были удары по стенам, были крики и завывания. Нередко слышался зов о помощи. Был и душераздирающий женский или детский плач. Он был настолько громким, что это невозможно было слушать и терпеть. Были и мольбы на нашем языке. Такие настоящие, такие искренние, такие жалобные, что волей-неволей поверишь в них. Вспоминая всех тех людей, кто остался во Тьме, у любого могли накатиться слёзы от того, что они слышали за стенами. Но обманываться было нельзя. Никого из тех людей, кто потерялся во Тьме уже не было в живых. Всё это – происки проклятых монстров, созданных Тьмой.

Нередко солдаты, коим выпала участь нести дозор на стенах во время тумана уходили подальше, только чтобы не видеть и не слышать того, что происходит по ту сторону от них.

Ну и наихудшим было то, что с приходом Тьмы никогда больше над городами не светило солнце. Только бессменная, холодная и далёкая луна. За первый год большинство жителей едва живого мира стали бледными, некоторые – даже чересчур.

По прошествию лет люди уже не могли бояться. Они устали. Все понимали, что нужно было приспособиться и жить дальше, даже в погибшем мире. А чтобы в нём жить – необходимо было его изучить. Поэтому новое правительство города Биврёст решило учредить корпус разведчиков, который чуть позже изменит название на курьерский. Люди в городе понимали, что они могли быть далеко не единственным уцелевшим городом во всём мире, а значит нужно было установить контакт с другими выжившими, чтобы не умереть под гнётом отчаяния и тварей. К счастью, это сделать удалось…

***

Сегодня не было видно даже луны. Выбравшись из Муравейника, курьеру начала неприятно капать влага на голову. Дождь и не думал прекращаться, отчего мужчина вздохнул. Он догадывался, что сегодняшний вечер не пройдёт спокойно, но точно не ожидал, что ему придётся идти во Тьму в столь мерзкую погоду.

– А ещё этот урод, – он сжал кулаки, быстро шагая по улице. Ему вновь вспомнилось лицо того пьяницы, что наехал на него в баре. Он не испытывал к нему большого зла, лишь неприятное раздражение. – Вмазать бы ему хорошенько, и можно считать, что вечер удался…

Его мысли спешно прервал звонок. Курьер коснулся сенсорного экрана на своём браслете, и в ухе у него раздался голос с небольшими помехами.

– Агент класса В, №1053, позывной – «Локи». Вы обязаны прибыть в течение часа в штаб для выполнения задания. В противном случае вам будет предъявлено дисциплинарное взыскание, а также понижение в классе курьерской доставки, – будто бы на автомате проговорил женский голос, хотя Локи и знал, какому человеку он принадлежит. Вот кого-кого, а эту стерву действительно можно было назвать правительственной шавкой. Одна из так называемых судей, что следили за всей курьерской организацией, а эта, в частности за отдельным корпусом агентов, в который входил и Локи.

– И ещё, – продолжила она уже без всякого официоза. – То, что произошло баре – было нарушением протокола о безопасности агентов курьерской службы. Я, конечно, не передам об этом наверх, но речь у тебя была действительно… – Локи услышал, как она усмехнулась. – Сильной. Я понимаю тебя и твои обиды от слов людей, но не стоит лишний раз нагнетать ситуацию. Они хоть и не понимают, что происходит по ту сторону, но и им живётся не легче нашего.

– Да-да, – с раздражением проговорил Локи, и поспешил сбросить звонок. Своего отношения к судьям он не скрывал, как и все агенты в его корпусе. Поэтому к такой грубости уже все давно привыкли. И такое отношение между судьями и курьерами возникло не просто так. Для судей курьеры были не больше чем расходным материалом, а также непокорными детьми, за которыми приходилось следить. Не каждый взрослый человек сможет терпеть вечные укоры судей в свою сторону.

 – Ладно, надо спешить. Не хочу, чтобы меня лишили походов на улицу.

Он застегнул полностью плащ, поднял воротник, и почти бегом двинулся к служебному монорельсу организации Eagle. В основном, он был рассчитан для военных и учёных, но курьеры также могли им пользоваться.

Сегодня была пятница, а значит выходной у большинства служащих, и он был единственным пассажиром на этом монорельсе. Усевшись поудобнее у окна, он прислонился к стеклу. Лоб ощутил приятную прохладу от стекла. Послышался скрип металла и тяжелый поезд двинулся к курьерскому корпусу.

Локи видел, что улицы города были абсолютно пусты. Лишь редкий патруль попадался курьеру на глаза. Всё-таки ночью был учреждён комендантский час, чтобы полностью пресечь разбой и кражи. Реальность была такова, что вместе с полицейскими ходили по городу и солдаты армейской гвардии, чтобы ловить нарушителей и мародёров. После прихода Тьмы у каждого человека было оружие, и правительство Биврёста особо этому не препятствовало.

Из-за Тьмы было сложно понять, который сейчас час. Локи же знал, что сейчас было время, когда все люди ложились спать, а именно 23:02. Тьма хоть и затмила собою солнце, но время суток это всё равно не изменило, и ориентироваться как-то было нужно. Именно поэтому из тех материалов, что были у людей, в центре города соорудили огромную башню вроде Биг Бена. На ней стоял циферблат, который и показывал время суток. Под него же настраивались и часы всех, живших внутри этого города.

– Не вовремя мне, конечно, работку подкинули, – с некоторой досадой подумал Локи, глядя на яркий циферблат, который отсчитал ещё одну минуту.

***

Оказавшись перед огромным высотным зданием со множеством окон, что расходятся в разные сторона, к всё новым и новым корпусам, Локи стянул капюшон и без всяких церемоний, чавкая грязными и мокрыми сапогами, зашёл внутрь. Он оказался в светлой приёмной и, не удостоив даже коротким взглядом одного из судей, что стоял за стойкой, регистрируя очередных курьеров – двинул сразу в ангар, что выводил наружу, за стены Биврёста.

– Быстро же ты вернулся, – в одном из коридоров его нагнала его куратор, а по совместительству одна из судей – позывной «Маргрит». Женщина с бледно-светлыми волосами в улыбающейся маске.

Судьи скрывали свою личность, дабы преступники, которых вербовал Eagle, не могли выслеживать судей и их семьи в то время, когда у них нет заказов на доставки. Помимо прочего, все люди в курьерской службе не знали имён друг друга, чтобы не привязываться друг к другу. Жизнь агентов в этой организации не была долгой, а потому и для скорости вместо имён людям давали позывные. Буквально их вторые имена, которые использовались везде, и прижились настолько, что по-другому они даже не обращались друг к другу.

– Какая цель доставки? – лицо Локи было хмурым, а глаза – утомлёнными. Слишком много раз для обычного человека он бывал во Тьме. Ему было страшно, но он не мог показывать это окружающим. Для своего ранга он был обязан держать статус непоколебимого курьера. И всё же адреналин начинал медленно бурлить в крови, ведь сегодня ему предстояло вновь выйти за стены безопасного города в безжизненную пустошь, полную монстров. В этом месте не было дураков, что не боялись Тьмы. Были сильные люди, были ловкие и глазастые, но смельчаков среди курьеров не было ни одного.

– Не знаю, помнишь ли ты, но в начале этих суток к нам прибыл один молодой парень. Он, кажется, был обвинён в краже немалой суммы наличных у замначальника по финансам Биврёста. По крайней мере, у него так написано в деле. А как ты знаешь, кража из бюджета города является строжайшим преступлением, наказание за которое – смерть.

Локи просто кивнул, а Маргрит слегка улыбнулась, хоть это было и не увидеть под маской.

– Обвинение на самом деле липовое. По сути, этот ловелас познакомился, а потом и переспал с дочерью этого замначальника, а тот застал их, кхм, в самый неподходящий момент. Он и предложил ему либо смерть… либо службу курьером. Ну, что он выбрал ты и сам понимаешь.

– Ближе к делу, – Локи был слегка на взводе от того, что его вытянули на работу в столь поздний час.

– Пять часов назад он был отправлен на доставку двух небольших грузов в Гардарику, – отчеканила Маргрит, глядя в свой планшет.

– Не самый далёкий маршрут, – тихо подытожил Локи, открывая дверь в огромное помещение ангара. Тяжелый и влажный воздух ударил ему прямо в лицо. Ворота наружу были открыты, и Локи видел, как огромный караван из десятка бронированных и вооружённых машин отбывает во Тьму. Курьерскими терминалами торговцы пользовались ровно так же, как и сами курьеры. Нередко, агенты на заработанные деньги покупали что-то у прибывших торговцев, а также узнавали новости из других городов.

– Верно. До города два дня пути, если не сбиться под переменчивой Тьмой. К тому же, я его буквально за руку вела по трекеру к Гардарике. И первое время всё было в порядке. Когда моя смена закончилась, я зафиксировала его местоположение в журнале, проверила статус курьера, и передала его Филину. Затем произошло что-то, чего я не могу объяснить. Со слов Филина, через час пути он сказал ему, что он отключится на пятнадцать минут.

Локи кинул на неё вопросительный взгляд.

– Похоже, что парень хотел где-то сделать привал. Ничего страшного. Но затем… его жизненные показатели просто исчезли. Точно не могу сказать, что это было. Как сказал Филин – всё произошло почти моментально. Так не бывает при нападении. Даже при смертельной ране он не умер бы во мгновение. Я думаю, что он попал в туман, который внезапно налетел на него. А в тумане выжить не способен никто. Да и вся электроника там сбоит, – подытожила Маргрит. – В общем, ты должен донести груз до места назначения, а также, если удастся – выяснить причину гибели курьера для отчёта, и вернуть его браслет обратно. Они у нас в дефиците.

Она говорила это так спокойно, что Локи даже смотреть в её сторону не хотел.

– Трекер маячка на грузе будет загружен тебе в браслет. Дорогу до Гардарики ты как-нибудь найдёшь: не первый раз туда отправляешься, и провожатый тебе не нужен. Ну вроде и всё. Удачи, – она похлопала Локи по спине и ушла в сторону другой комнаты, попутно принимая звонок на пейджер.

– Ни капли жалости… – подумал Локи, спускаясь по стальной лестнице.

В ангаре D, куда и прибыл Локи, сейчас было шумно. Даже несмотря на столь поздний час, тут было полно народу, словно днём. Множество людей отправлялись на самые разные заказы, ведь за пятнадцать лет, удалось найти и объединить в одну сеть более десятка городов. От этого востребованность курьеров лишь выросла вместе с их смертностью, а потому в последний год и стали набирать целые курьерские корпуса. У Локи было несколько знакомых среди курьеров, но сейчас он не видел их в ангаре, а потому без всякого промедления двинул к своему гаражу со снаряжением.

Курьеры были не совсем простыми доставщиками грузов. Они, помимо всего прочего, являлись и охотниками, которые могли дать отпор тому, что находится во Тьме. Для этого они и были разделены на пять классов, которые обозначавших опытность курьера. Эта же классификация разделяла задачи для всей организации.

К классу D относились курьеры, которые имели за своей службой не больше десяти выходов во Тьму, и они имели меньше всего преференций и самую низкую заработную плату среди всех курьеров. Их задачей было патрулирование стен, а также доставки грузов в ближайшие города. Таких курьеров в Eagle было большинство. В противовес им был наиболее малочисленный и опытный класс курьеров с обозначением – S. Элита курьерской службы, которая занималась тем, что разыскивала новые города, а также защищала исследовательский корпус, когда тот выходил вместе с ними во Тьму. Они же и охотились на самых опасных монстров, что водятся в ней.

Подойдя к гаражу, Локи достал потёртый ключ из внутреннего кармана плаща и присел, чтобы отпереть замок. Откинув его в сторону, Локи с усилием потянул ручку вверх, открыв настежь широкие ворота. Перед ним предстало небольшое помещение, озарённое светом тусклой лампочки и запахом масла и пороха. С тяжёлым вздохом Локи шагнул внутрь, и первым делом кинул взгляд на небольшую стойку у стены, верх которой был прикрыт тяжёлой тканью. Сняв его резким движением, он упёрся руками в стойку, глядя на тяжелую штурмовую винтовку.

– Что же, вот и пришло время очередного заказа. Чёрт, – со вздохом подумал Локи, отодвигая очередную грязную ткань в сторону и глядя на комбинезон, который уже заметно побило время.