Глава 36.0

Глава 36. 

Касио вспомнил Офелию и её надменное выражение лица, словно насмехающееся над всем на свете. 

Её волосы сияли, словно нимб, лоб был бел подобно слоновой кости. Зелёные глаза были настолько яркими, что ни один драгоценный камень не мог сравниться с их блеском. А губами, прекрасными, как лепестки роз, девушка без колебаний извергала циничные слова. 

Тиранша или Богиня. 

Да. Она обладала поистине таинственным светом. Всё, что говорила Офелия, похоже, правда. 

Даже я, презирающий людей, словно умных муравьёв, был тронут её светом и не мог желать ничего другого. Остальные люди буквально боготворили её. Не родись она смертельно больной, а родись в королевской семье, то легко бы получила королевскую корону. И, естественно, даже на эту корону посмотрела бы ледяным взглядом. 

Дала бы Офелия шанс Эдмонду Глостер? – Касио сомневался. 

Офелия была неизменно холодна со всеми, кроме Эмилии, но даже эта холодность варьировалась. Девушка сохраняла определённую доброту к Лэотису и немногим слугам, которые были рядом с ней и Эмилией с самого детства. 

Однако ко всем остальным она была бесконечно холодна. Конечно, Офелия была холодна и безразлична и ко мне, но её отношение к Эдмонду Глостер было…… 

Голубые глаза Эдмонда вспыхнули зловещим блеском и Касио мысленно щёлкнул языком. 

– Если я потеряю её и в этот раз…… – мужчина сжал кулаки так сильно, что вены вздулись на тыльной стороне его ладоней. 

Наверняка, «обычный» Касио Брамантоф счёл бы Эдмонда Глостер достойным инструментом. Какими бы ни были обстоятельства семьи Глостер и несмотря на то, что сам Эдмонд был непредсказуемой тикающей бомбой замедленного действия, люди подобного уровня и власти были редкостью. Особенно те, кто никогда не сдавались, несмотря на сложности. 

Для Касио Брамантоф, которому нравилось манипулировать людьми, словно марионетками, был слишком сильным соперником, чтобы легкомысленно отмахиваться от него. Раздался скрежет зубов, ведь одна мысль об этом вызывала в Эдмонде ярость. Его глаза в замешательстве забегали из стороны в сторону. 

– Если потеряешь? 

– Больше я не буду сдерживаться. 

Сдерживаться? – резкая усмешка мелькнула в глазах Касио и тут же исчезла. 

А была ли вообще у Эдмонда Глостера Офелия? 

Обдумав всё ещё раз, Касио понял, что мужчина, державшийся относительно спокойно на похоронах Офелии, сейчас был подобен спущенному с поводьев жеребцу. 

Да, если бы всё шло как обычно, мы бы все переругались на её похоронах, выплёскивая накопившуюся обиду. Однако все молчали. Это было также проявлением уважения к умершей, но…… – Касио вспомнил Эмилию, облачённую в чёрное платье с лицом, лишённым слёз. 

Её сухое, холодное и безэмоциональное выражение лица, когда девушка положила яркий, разноцветный букет в гроб Офелии. И двое мужчин, каждый из которых по отдельности был слишком силён, чтобы кто-то мог справиться с ним, но молчащие рядом с ней. 

Номинально скорбящими были маркиз Виндроуз с супругой, хоронящие свою дочь, но настоящую скорбь, которую они приняли и ощутили, источала не кто иная как Эмилия. И все это знали. Даже если из её глаз не скатилось ни слезинки, даже если она проигнорировала бесчисленное количество белых лилий и положила прекрасный, роскошный на цвета букет, Эмилия оставалась той спутницей, которую умершая Офелия действительно желала видеть. 

Да. Даже если Офелия умерла, даже если наша лучезарная, прекрасная и жестокая Богиня умерла, пока Эмилия жива, казалось, что мы никогда по-настоящему не отпустим её. Мы бы заглядывали в особняк маркиза, пусть там уже не было Офелии, и осыпали бы Эмилию своими язвительными замечаниями, чтобы получить спокойный и колкий ответ…… 

Именно эти дни должны были продолжиться. Однако никто и представить себе не мог, что Эмилия внезапно исчезнет, словно насмехаясь над нами. 

Эдмонд Глостер пытался притворяться, что всё в порядке, однако он был одним из тех, кого исчезновение Эмилии потрясло сильнее всего. 

Казалось, мужчина пытался оправдаться, говоря, что после смерти Офелии подобный шаг естественен, но Касио видел, что что-то не так. 

И, конечно, Эдмонд Глостер не погряз в том необъяснимом хаосе и не убил себя, он пришёл в себя уже через несколько месяцев, но…… – на мгновение Касио Брамантоф ощутил лёгкое беспокойство. 

«Этот» Эдмонд Глостер пришёл в себя через несколько месяцев после случившегося? Почему? 

Если задуматься, то это странно. 

Эдмонд Глостер изначально беспокоился сильнее всего именно о Лэотисе Хоуп. Тот всегда был верным партнёром Офелии, поэтому у Эдмонда были причины желать держать его под надзором. Ведь даже Эмилия, несмотря на спокойное возражение в день похорон, была настроена к нему дружелюбнее всего. 

Учитывая репутацию леди Элоди как гостью маркиза Виндроуз, Лэотис Хоп должен быть главным соперником Эдмонда Глостер. Но почему он сейчас пришёл ко мне и бросает враждебные взгляды на меня? 

Особняк, где остановилась Эмилия, принадлежал не Касио, а графине Мейнкин, поэтому местом, куда без предупреждения ворвался Эдмонд Глостер, было главной резиденцией семьи Брамантоф. 

Касио презрительно усмехнулся, смотря на незваного гостя, стоявшего перед его столом в кабинете, взгляд которого метался так, словно мужчина был готов кинуться с кулаками: 

– Если так, не лучше ли будет внести ясность? В конце концов, кого бы мы не выбрали себе в кандидатки, выбор кавалера остаётся за леди. Разве мы, глупцы, имеем право вмешиваться в выбор леди?

– Чт, что? 

– Неужели всемирно известный лорд Эдмонд Глостер, столь уверенный в своей избранности, слепо обратился к, казалось бы, некомпетентному сопернику, чтобы продвинуть свою нелепую, надуманную логику? Невозможно. Честь семьи Глостер давно известна, поэтому я прошу прощения за своё дерзкое предположение. 

Лицо Эдмонда залилось краской от этого завуалированного оскорбления. 

– Я не встречал леди Элоди лично, но слышал слухи. Она добродетельная, красивая и изящная леди, как и говорят? 

– Ко, конечно! Как ты смеешь…… 

– Тогда добродетельная леди сделает добродетельный выбор. 

– Кто, кто знает вдруг её соблазнят шёпотки мух, кружащихся вокруг и выставляющих соблазнительную внешность……! 

Итак, кандидат, который выставляет на показ «соблазнительную внешность» и кружит вокруг неё с «шепотками» – это я? 

Сколько бы ни слушал, истинная причина опасений этого мужчины в том…… – серые глаза Касио вспыхнули злым блеском. 

– Что плохого в соблазнительной внешности? – улыбаясь спросил он. Это была идеальная, но почти насмешливая улыбка. 

– Чт, что? 

– Для прекрасной и добродетельной дамы самым подходящим украшением будет красивый мужчина с безупречным происхождением. Лорд Глостер, вы, кажется, совершенно не знакомы с правилами высшего общества. Мы с вами, как зрелые мужчины, имеем рыцарское звание, но на этом всё. У нас нет таких впечатляющих достижений, как у легендарного сэра Лэотиса, поэтому нас следует хвастаться хотя бы своей внешностью. 

Конечно, фраза «хотя бы» была несколько обманчивой. Взять хотя бы нынешнего главу семьи Брамантоф, он был министром финансов, пользующимся благосклонностью ныне больного Короля, а Касио Брамантоф в одиночку участвовал во многих решениях семьи и в несколько раз увеличил её и без того огромное состояние. 

Эдмонд Глостер, пусть и не прославился военной доблестью, считался ведущей фигурой в теологии и магических исследованиях – областях, практических забытых в этой стране. 

Конечно, в современных реалиях, где религиозный авторитет и авторитет магии в значительной степени были забыты, Эдмонд не обладал большой реальной властью, однако его утончённая внешность в сочетании с имиджем учёного, посвятившего себя исследованиям, делали мужчину весьма популярным в высшем свете. Тот факт, что семья Глостер является не последней и к тому же престижной семьёй ещё со времён правления прошлого Короля, вероятно, также играл свою роль. 

В любом случае, сейчас Касио Брамантоф фактически свёл положение и достижения Эдмонда Глостер до его внешности, а тот питал глубоко укоренившийся комплекс неполноценности в отношении Лэотиса Хоуп. 

На первый взгляд, они все были красивыми мужчинами с превосходным происхождением, пусть и разными специализациями, поэтому причин для беспокойства не было, но…… 

– Я хуже сэра Лэотис?! – лицо Эдмонда отразило ещё большую ярость. 

– Я не имел в виду это, – пожал плечами Касио, словно смущённый. 

Конечно, именно это я и имел в виду. 

Солнечный свет, льющийся из окна, освещал светлые волосы и серые глаза мужчины, словно сцену картины. 

– По сравнению со всемирно известным сэром Лэотис, кто из нас может считаться достойным? Он владеет преданностью гордых рыцарей Гламис, а также уничтожает врагов, нападающих на наши границы. Он эффективно искореняет диверсионные отряды…… неверующих, если так можно сказать, появляющиеся после катастрофы 20-летней давности. Они ведь даже пытаются совершать человеческие жертвоприношения. Молодой герой. Кто из нас осмелится сравниться с ним? 

Голубые глаза Эдмонда задрожали от ярости. 

Стоит ли добавить ещё остроты? – крутя в пальцах тонкое перо, задумался Касио.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –