Происки

Наше время

— Вот такая моя история, ребята. Как вы понимаете, сейчас я ищу Элвину. Объездив все крупные страны этого мира, я так и не нашёл её. Сейчас думаю, что, возможно, она в Эльтвии.

— Грустно… Но почему вы не убили сержанта? Он же предал вас! Убил вашего пса, убил друга! — возмущённо вскрикнул Эдмус.

— Он — глупец, заблудившийся в своём высокомерии. Но это не делает его трупом в моих глазах, — сказал Вейх, подходя к Эдмусу и положив руку ему на плечо.

— Нет! Это неправильно! Тот, кто убил или совершил поступок, сравнимый с этим, должен быть мёртв! Мусор должен быть уничтожен! — Грольф не мог успокоиться, словно чувствуя, что его прошлые поступки теперь бьют по нему изнутри.

— Но люди — не мусор… Если бы ты убил моего отца, ты бы назвал это справедливостью? Ты бы просто удовлетворил своё желание возвышения и фальшивой правоты, — сказала Фира, вставая напротив Эдмуса и глядя ему в глаза.

— Твой отец — исключение! Он просто сломанный человек!

— В мире много сломанных людей. Это не означает, что ты им судья, — уже с раздражением произнесла Фира.

Эдмус скинул руку учителя с плеча и, сжав зубы, направился в свою комнату. Там заранее стояла бутылка вина. Взяв её, он налил себе бокал, созданный ранее Гуко. Выпивая один за другим, он становился всё более задумчивым.

«Неужели всё, что я делал, было неправильно?.. Почему!? Где я ошибся? Я же старался быть справедливым. Человек, пытающийся или уже разрушивший мою жизнь, должен поплатиться… Но мастер… Он ведь никого не убивал. Почему? Это должно быть так? У меня забирают всё самое дорогое, не приносят извинений — и требуют, чтобы я сохранял им жизнь? Это ненормально…»

Смотря в потолок, по лицу Эдмуса начали скатываться едва заметные слёзы. Лёжа на потрёпанной кровати, он не понимал, что происходит. Всё, что он выстраивал годами — ненависть к правительству, любовь к свободе — в один день было растоптано. С этими мыслями он уснул.

Проснувшись, он поднялся на корабль, где уже были собраны все. Вейх обучал Гуко безоружной магии — у того пока плохо получалось её освоить.

— Ребята! Вы не забыли про меня? — послышался голос с кормы.

— Нет. Мы просто готовимся к схватке, — ответил Вейх и вместе с остальной командой спустился вниз.

Они последовали за Хайдом. По пути тот рассказывал о способностях четырёх братьев. Один из них владел элементом земли — одним из самых распространённых. Его звали Кут. Второй, хоть и не продвинулся в магии, был лучшим в ближнем бою. Его звали Эреб. Третий обладал самой мощной способностью — элементом гравитации. Это был Шеша — грозный и сильнейший из братьев. Последний, Савитар, владел жаром, способным охватить целую локацию.

Дойдя до места, они увидели нечто, напоминающее арену — огромный стадион, полный людей. Удивлённо переглянувшись, они зашли внутрь, следуя за Хайдом. Там уже находились все четверо братьев. Вперёд вышел парень и сказал:

— Вот они… У нас на острове бои за титулы проходят один на один. Если это команда, бой идёт по очереди. Чтобы жители не возмущались, вам тоже придётся драться именно так. И, конечно, я буду сражаться вместо Фиры. Иначе это было бы просто нечестно! — громко объявил Хайд, стоя на трибуне.

— Нам всё равно. Мы справимся с ними при грамотном подходе, — сказал Вейх, наблюдая за братьями.

Спустя полчаса наблюдений он понял, кто на что способен, и подозвал Хайда, Эдмуса и Гуко.

— Итак, ближник достаётся тебе, Хайд. Элемент лавы отлично подойдёт против него.

— Н-но… Как вы узнали?

— Ты столько времени был рядом. Поверь, я чувствую такие вещи. Гуко, тебе достаётся земной. Посмотрим, что крепче — земля или металл.

— Понял, Вейх.

— Эдмус, тебе предстоит бой с тем, кто владеет жаром. Если ты покроешь себя кислотой, его сила на тебя почти не подействует. А я выйду против Шеши — сильнейшего.

Они переглянулись, и Хайд пошёл подавать заявку на бой за звание владельца острова. Это было нечто редкое, но официальное — выдуманное нынешними правителями правило: «Хочешь жить — живи по моим правилам. Не хочешь — победи и забери власть».

После предложения глаза комментатора на арене загорелись. Без промедления он закричал:

— ДАМЫ И ГОСПОДА! У НАС БОЙ ЗА ВЛАСТЬ НА ОСТРОВЕ!

Братья, находившиеся на другой стороне трибун, ехидно улыбнулись, смотря на четвёрку. Получив список, они не раздумывая расписались, принимая вызов. Шеша посмотрел на каждого из братьев:

— Нам ведь всё равно, в каком порядке разбираться с этими сопляками?

— Конечно, братец. У них всё равно нет шансов. Хотя… тот старик… Он выглядит сильным. Даже я это чувствую. А мальцы возле него… Их элементы опасны. Но без опыта они нам не соперники, — сказал Кут, висев вниз головой.

— И ПЕРВЫЙ БОЙ! КУТ — ВЛАДЕЛЕЦ ЭЛЕМЕНТА ЗЕМЛИ, БОГ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЙ! ПРОТИВ ХАЙДА!

Сойдя со своей трибуны, Хайд увидел старого обидчика — высокого, физически крепкого мужчину лет тридцати, с густой чёрной бородой. Он посмотрел Хайду в глаза и сказал:

— Зачем ты здесь, слабак? Ты же знаешь, что не сможешь победить. Это бессмысленно. Сдавайся.

— Начинай бой, а не болтай, — коротко ответил Хайд.

После этих слов Вейх выглядел немного удивлённым. Фира заметила это:

— Что такое, мастер?

— Они хоть и подписали наши бумаги, но выставили другого бойца. Должен был выйти Эреб, а вышел Кут.

— А почему организации на это всё равно?

— Видимо, это слишком крупное событие. Но в принципе, это неплохо. Кут тоже подходит для Хайда.

Кут уже начал сливаться с ареной, пол которой полностью состоял из земли. Хайд преобразовал участок вокруг себя в лаву.

«Это должно помочь от неожиданной атаки. Надо ещё цепи накинуть — будет преимущество вблизи», — подумал он.

Кут вылез в виде огромного земляного голема. Его лицо напоминало человеческое, но остальное тело было полностью земляное. Он замахнулся, чтобы прихлопнуть Хайда, но тот в прыжке покинул безопасную зону и, используя цепи на груди, выхватил одну, обвив ею руку гиганта. Земля начала крошиться. Хайд оказался на его плече. Закинул цепь на шею — голова отвалилась. Через несколько секунд всё тело рассыпалось.

Хайд снова создал лаву под ногами. Кут вылез в обычном виде.

— Ты стал сильнее… Не намного, но сильнее. Что за цепи? — спросил он.

Хайд молчал, полностью сосредоточившись.

— Мастер, что это у него в руках? — спросила Фира.

— Их называют Цепи Аида, — ответил Вейх.

— Почему Аида? — с интересом уточнил Эдмус.

— Аид — это царство мёртвых. Цепи поглощают энергию врага и усиливают владельца. Они крайне редки. Простому парню с острова не достать их. Кстати, с этими цепями Хайд бы растоптал тебя, Эдмус.

— Понимаю, о чём вы…

— Хайд уже выиграл бой. Осталось заманить Кута в ловушку, — спокойно подметил Вейх.

— Что? Но как!? — Гуко всё ещё не понимал.

Кут вызвал землетрясение. Хайд не двигался.

— Какого чёрта ты стоишь!? — закричал Кут, и вдруг понял: ноги Хайда были прикованы к лаве.

Кут сформировал вокруг Хайда массивную клетку из земли, сжимая её всё сильнее и сильнее, будто надеясь раздавить парня под гнётом камня. Однако, к его искреннему удивлению, Хайд расплавил её всего за несколько секунд. Без малейшего намёка на усталость он вырвался наружу и начал медленно приближаться к Куту.

Каждый шаг был пропитан ненавистью. Под его ногами земля буквально выгорала — вместо неё оставалась лишь лава. Шаг за шагом он превращал арену в пылающее поле. Именно так и можно было описать этот бой: не сражение, а сдержанная, но разрушительная месть.

И вот они сцепились в ближнем бою. Если не учитывать преимущества стихий, бой выглядел равным. Удары, уклонения, захваты — всё было в динамике. Но спустя тридцать секунд непрерывного столкновения Хайд отступил и, с усмешкой на лице, произнёс:

— Мне всё-таки повезло попасть на самого тупого из вас. У тебя полностью отсутствует логика и стратегия. Ты просто бежишь на врага, как безумная собака. И за это ты должен поплатиться.

Кут уже собирался что-то выкрикнуть в ответ, но не успел — вокруг него начали подниматься стены из лавы. Они замкнулись, как капкан. Он пытался вырваться, складывал ладони, концентрировался, но стены сомкнулись с невероятной силой. Крика, раздавшегося следом, было достаточно, чтобы арена на секунду замолчала. Он визжал — словно не воин, а раненый ребёнок. Стонал от боли, а его братья лишь молча наблюдали.

— Он сдаётся! Опусти стены! — прокричал Шеша, вмешавшись в происходящее. С помощью гравитации он раздвинул лавовые стены. Хайд спокойно отпустил контроль над ними.

Уходя, он бросил взгляд на израненного Кута, который упал почти у его ног. Молчание повисло в воздухе.

— Ты как был ничтожеством, так им и остался. Тупой садист с наклонностями калечить людей. Ты не человек.

— Заткнись! Ты победил только благодаря везению! — выкрикнул Кут. Но тут же заметил: у него не было руки. Она была полностью расплавлена.

Его унесли в лечебницу. Арена начала восстанавливаться, всё занимало около часа. В это время Хайд вернулся к союзникам — с лёгкой улыбкой на лице. Но встретил холодный взгляд Вейха — ни осуждения, ни похвалы.

— Сейчас у тебя не было другого способа победить, кроме как расплавить его, — сказал Вейх. — Но у меня вопрос. Если бы у тебя был выбор — ты бы пощадил его?

— Да. Я не хочу убивать людей. Но наказывать — это другое. Я не радуюсь его страданиям… я просто свёл счёты.

— Ладно. Тебя можно понять.

Фира вдруг обняла Хайда — крепко, по-дружески. Но он мягко отстранился и с невозмутимым лицом сказал:

— Ты, конечно, извини… но есть одна проблема. Я гей.

— Ты ГЕЙ!? Серьёзно!? — удивлённо воскликнула она, отстраняясь. — Да я тебя по-дружески обняла, кретин!

— Хех… Как скажешь, — усмехнулся Хайд.

— Слушай… — вмешался Эдмус, немного настороженно. — А то, что ты так быстро мне доверился — это никак не связано с тем, что ты… ну?

— Кто знает, кто знает, — с хитрой ухмылкой ответил Хайд.

Команда рассмеялась. Даже Вейх позволил себе лёгкую улыбку. Они вернулись на трибуны — и тут к ним направился Шеша. Он проигнорировал всех, кроме Вейха. Подойдя вплотную, сказал:

— Старик. Это было умно. Признаю.

— Ты про что? — Вейх действительно не понял, к чему это.

— Не притворяйся. Хочешь сказать, что Хайд сам всё это провернул? Без твоей помощи? Не неси бред.

— Я знаю его несколько дней. Думаешь, я настолько хорош, что научил его всему за это время? Он победил твоего брата благодаря уму. Он покрыл арену лавой, заманил Кута в ближний бой, а затем — в заранее подготовленную ловушку. Он знал, что тот не сможет избежать атаки. Всё, что ему оставалось — сжать добычу.

Шеша перевёл взгляд на Хайда. В его глазах мелькнула искра подозрения, но он ничего не сказал.

— В любом случае, старик. Последний бой — ты и я. Готовь одного из своих сопляков. Мой брат размажет любого.

Когда Шеша покинул арену, Вейх обернулся к Гуко и спокойно сказал:

— Ты следующий. Постарайся не злоупотреблять негативной энергией — ты пока не вполне умеешь её контролировать.

— Да, как скажете, — ответил Гуко с невозмутимым видом. Он выглядел спокойно и уверенно.

Трое бойцов вышли на сцену. Хайд, сидящий на трибуне, сначала улыбнулся, наблюдая за началом боя, но его выражение внезапно изменилось — улыбка исчезла. Он узнал одного из бойцов: это был Эреб — самый беспощадный из братьев, мастер ближнего боя, о котором ходили страшные слухи. Говорили, что его удары способны пробивать тела насквозь, и он не раз применял их как наказание за неповиновение.

Шеша, стоящий рядом с Вейхом, повернулся к Савитару и сказал:

— Желательно выиграть этот раунд. Не хочется надеяться на ничью в последнем бою.

— За семь лет мы ни разу не проиграли ни одного поединка. А тут — какая-то кучка выскочек приехала. Ладно, сейчас увидим.

— И У НАС НАЧИНАЕТСЯ ВТОРОЙ БОЙ! — раздался голос комментатора. — ГУКО ПРОТИВ ЭРЕБА — САМЫЙ СИЛЬНЫЙ БОЕЦ БЛИЖНЕГО БОЯ В ИСТОРИИ ОСТРОВА!

Ни Гуко, ни Эреб не стали тратить время на разговоры. В их взглядах не было ни намёка на колебания. Бой начался мгновенно.

Эреб ринулся вперёд, используя всю свою скорость и резкость. Удар пришёлся точно в щит Ревлюкса. Тот едва успел выставить защиту, но даже так его отбросило на добрые десять метров — он скользил по земле, словно по льду.

«Чёрт… С такими ударами мне будет непросто… Что же придумать?» — мелькнуло в голове Гуко.

Эреб не дал времени на раздумья. Он атаковал с неумолимой яростью, сокрушая щит, будто это была хрупкая игрушка. Гуко попытался влить энергию в защиту, чтобы восстановить её, но Эреб мгновенно нашёл брешь и нанёс мощнейший апперкот. Гуко взлетел в воздух, ударился о стену и рухнул вниз — словно мяч, которым грубо поиграли.

Эреб приготовился нанести финальный удар в грудь, но в последний момент Ревлюкс, из последних сил, ушёл от атаки прямо в воздухе и приземлился. Он сразу активировал свою самую прочную защиту — серебряный слой поверх брони, усеянный длинными, острыми как лезвия, шипами.

Он тяжело дышал, с трудом удерживая равновесие.

— Чёрт… Казалось, я сейчас умру… — прохрипел он.

— Ты и должен был, — холодно отозвался Эреб.

— А ведь он прав, — вставил Вейх, не отводя взгляда от боя.

— Что вы имеете в виду? — встревоженно спросил Эдмус.

— Я ни разу не видел, чтобы Гуко двигался с такой скоростью. Эреб двигается так быстро, что земля под ним трескается, если ты не заметил. А Гуко в воздухе сумел среагировать на его удар… Это либо невероятное везение, либо… что-то ещё. Я не понимаю.

— Думаю, он просто предугадал атаку, — тихо произнёс Эдмус.

Бой продолжался. Гуко развернулся лицом к противнику — на этот раз без следа страха. Он собирался применить то, чему его за одну ночь успел обучить Вейх: усиленное использование негативной энергии с тонким, почти филигранным контролем. Он объединил два элемента в одну, цельную стихию.

Шипы на его броне начали стремительно меняться. Из жёстких они становились гибкими, как резина, удлиняясь и изгибаясь в невозможных траекториях. При этом их цвет стремительно тускнел, переходя из серебристого в глубокий пепельно-серый, словно сама магия теряла яркость ради силы.

Гуко начал наступать, атакуя шипами с расстояния. Его противник, Эреб, оказался под постоянным давлением — Гуко шаг за шагом загонял его в угол. Но даже в столь стеснённом положении Эреб не собирался сдаваться. Его тело было всё таким же опасным оружием, а новая техника Гуко, при всей своей гибкости, всё же уступала в скорости.

Наконец, Эреб оказался в углу арены. Гуко, с торжествующей улыбкой, выкрикнул:

— Перья Феникса!

В тот же миг шипы обрушились на Эреба один за другим. Они продолжали отрастать на его броне, растекаясь, как волны, по всему телу. Эреб получил несколько попаданий — в живот, в ногу — и на мгновение замер.

Гуко тяжело дышал. Победа казалась близкой… Но внезапно он почувствовал, как вся энергия исчезла, будто выжжена до последней капли. Его броня растворилась, как мираж, оставляя тело без защиты. Он упал на спину, обессиленный.

Эреб, пошатываясь, подошёл, хромая. Его лицо исказилось от боли, но в глазах читался не гнев, а искреннее удивление:

— Если бы не твой чёртов контроль, ты бы меня убил… малец.

— Я знаю… Надо было больше стараться, — выдавил Гуко с усталой улыбкой, лёжа на холодных плитах арены.

В ту же секунду к нему спрыгнул Вейх. Он без слов поднял юношу на руки.

— Он сдаётся! — произнёс он в сторону трибун, унося Гуко прочь. Он осторожно положил его возле Фиры, затем вложил ладони в грудь мальчика и начал вливать энергию.

— С ним всё будет хорошо? — нервно спросил Эдмус. Он пытался казаться спокойным, но голос его предательски дрожал.

— Да. Идём со мной. Я расскажу, что ты должен сделать в следующем бою, — коротко ответил Вейх.

Они отошли в сторону. Там, прикрытый от посторонних глаз, Вейх достал предмет, и в тот же миг глаза Эдмуса расширились от изумления.

— Это же… ОНИ?! Но как? Когда вы успели?

— Полезная штука, правда? — усмехнулся Вейх. — Но есть условие. Ты не калечишь. Мы не убиваем.

— Что?

— Ты сам всё видел. Они уважают силу. Эреб мог убить Гуко, но не стал. Ты не тронешь Саватара — их брата.

— Конечно! Конечно, Вейх! — быстро кивнул Эдмус, хотя голос его всё ещё был полон адреналина.