Воля человека

На окраине разрушенного города пылала тишина.

Рангрид стояла среди руин — среди камня, что ещё помнил крик и мольбы. Её глаза, обычно холодные и неподвижные, теперь горели яростью. Пальцы сжались на древке копья - не просто оружия, а продолжения её воли.

— Лемон… - едва слышный шёпот сорвался с её губ, будто проклятие.

Госпожа, которой она служила. Та, чью силу она боготворила, — теперь пронзила её не клинком, а выбором. Астра. Высокомерная выскочка. Мятежница, жаждущая трона. И именно ей Лемон отдала место рядом с собой… место, которое по праву должно было принадлежать Рангрид.

Мало того, что Рангрид вынуждена подчиняться Астре и её приказам... Так ещё и она получила свой собственный отряд!

Грудь Рангрид вздымалась, плечи дрожали от сдерживаемого гнева. Она шагнула вперёд, подняла копьё, и небо, казалось, качнулось — так высоко она его занесла. А затем, как судья, обрушила его вниз.

Гулкая вспышка.

Крик улиц.

Кварталы исчезли в одном движении.

Дома рассыпались, как карточный домик под дыханием урагана. Пыль, кровь и безмолвие — единственное, что осталось от тех, кто жил.

И тут…

Явилась она. Леонис. Женщина в алых доспехах, инкрустированных золотыми узорами. В её руках - меч, похожий не на оружие, а на приговор.

— Прости, но я не могу позволить тебе продолжать. - Её голос был твёрдый, спокойный. Как будто она говорила с ребёнком, а не с Инсигнией.

— Леонис...

Инсигнии нечасто запоминали имена людей. Но этот раз был исключением. Она - глава Ордена Носителей Принципов, та, кого нужно раздавить. К счастью, благодаря Рине, которая специализируется на сборе информации, Рангрид знала всё необходимое о своей противнице.

Рангрид внимательно осматривает женщину перед собой. Мощная аура. Уверенность в себе. Взгляд, не знающий страха.

И всё же... Она - человек.

Она презирала Леонис ровно так же, как Астру. Но сейчас… в этом фарсе есть шанс. Шанс доказать, что именно она, Рангрид, достойна. Она продемонстрирует наглядную разницу между людьми и инсигниями. Она покажет, что намного достойнее Астры! Что именно она должна быть правой рукой Лемон!

— Ты готов, Хару? - Леонис крепко сжала свой меч. Она обращалась к своему главному оружию, ключу к победе над любым противником.

— Готов. - уверенно ответил он.

Хару никогда не чувствовал себя живым.

Не потому что его били.

И не потому что с ним плохо обращались.

А потому что рядом с ним никогда не было тепла.

Родители были… нормальные. Уставшие. Отстранённые.

Он не помнил, чтобы мать когда-либо смеялась вместе с ним. Не помнил, чтобы отец держал его за руку дольше, чем на несколько секунд.

Они жили с ним, как с мебелью.

Он ел за тем же столом, что и они — но в одиночестве.

Смотрел, как они переглядываются, будто его здесь нет.

Он пытался заслужить их любовь. Он рисовал, учился, приносил грамоты.

И каждый раз слышал одно и то же:

— Мог бы лучше.

— Не то.

— Старайся сильнее.

Он жил с ощущением, будто в его груди дыра.

Как будто что-то нужно, но он не знает — что.

Он не плакал. Он прятал. Прятал всё: разочарование, страх, одиночество.

Старался не быть обузой. Старался не мешать.

Когда он впервые увидел, как другие дети рассказывают о своих мечтах — стать кем-то, спасти кого-то, быть счастливым — он понял: у него нет такой мечты.

Он просто хотел, чтобы его заметили.

Хотя бы раз.

И когда его Принцип, наконец, пробудился — когда его тело в первый раз превратилось в оружие — он подумал, что теперь всё изменится.

И действительно изменилось. Но не так, как он хотел.

С этого момента родители начали называть его “ценным”. Не “любимым”. Не “дорогим”.

А полезным.

Он стал вещью. Его передавали. Сдавали в аренду. Он чувствовал руки на себе. Холодные, грязные, чужие. Его держали, как оружие.

И в те моменты он больше всего на свете хотел быть человеком.

Он не жаловался. Просто молчал.

Он научился притворяться, что ему не больно. Что он не боится. Что он — безразличен.

Он смотрел на свои руки и не чувствовал их.

Потому что сам давно перестал чувствовать себя собой.

А потом появилась она. Леонис.

Когда он впервые увидел её — она показалась ему сном.

Она говорила, как будто знала, что весь мир принадлежит ей. Смотрела, будто никто не может ей солгать.

Она посмотрела на него — и увидела. Не форму. Не способность. А его.

Громкая. Уверенная. С золотыми глазами, полными огня. Она не спрашивала. Не торговалась.

Она посмотрела на родителей и бросила чемодан с деньгами.

— Я забираю его. Насовсем.

Родители, которые когда-то держали его в темноте, продали его навсегда.

Он боялся. Думал, что всё повторится. Что она — просто ещё один человек, которому от него нужно лишь оружие.

Но Леонис… не торопила. Не приказывала.

Первые дни с ней мальчик провёл, застыв в углу. Молчал. Смотрел. Ждал, когда его снова заставят превратиться в желаемый предмет. Когда его снова поднимут как вещь.

Но Леонис…

Она приносила ему еду. Сама.

Она укрывала его, когда он засыпал, даже если он был на полу.

Она спрашивала, чего он хочет, а не что он может.

Она дала ему выбор.

— Прошу прощения... А почему вы так хорошо ко мне обращаетесь? - застенчиво просил Хару. — Нет-нет! Я ничего не имею против! Просто не могу понять! - он вновь натянул на себя лживую улыбку. Его защитный механизм.

Она рассмеялась.

— Мне нужен ты, Хару. А не то, во что ты превращаешься.

Он не знал, как на это реагировать. Его трясло. Он не верил. Но одно было ясно. В тот день Хару впервые улыбнулся по настоящему, от всей души.

Он начал замечать запахи. Цвета. Слушать, как стучит дождь по окну.

Он начал жить.

И однажды он понял:

Он не просто часть её арсенала. Он — её защита. Её опора.

Она подарила ему радость жизни. Она показала ему, как прекрасен этот мир.

Он хочет быть рядом с ней. Всегда.

Даже если ради этого придётся умереть.

— Сдохни. — прошептала Рангрид. — и стань моим аргументом.

Она бросается вперёд, словно ураган, в её глазах пылает ярость. Копьё рассекло воздух — раз, два, три — молниеносные, смертоносные выпады. Один прицелен в сердце, другой в шею, третий в живот.

Но Леонис…

Она двигается так, будто заранее знает, где окажется каждый наконечник. Плавно, точно. Влево, вниз, шаг назад.

Копьё пролетает мимо каждый раз.

Она переходит в наступление.

Резкий шаг вперёд — меч взмывает в сторону головы Рангрид. Но это был лишь отвлекающий манёвр, дабы коснуться своего противника. Её Принцип: метки, что ослабляют, душат, ломают врага изнутри.

Но Рангрид прекрасно знает об этом.

Она отшатывается, уходит в сторону, затем резко бьёт по мечу древком, отталкивая.

— Знаю я твои трюки. Ни одного касания, понятно?

— Хех, а я уже подумала, что этот бой будет лёгким. - на её лице появилась самоуверенная ухмылка.

— Ты же лидер, верно? Тогда ответь на мой вопрос. - Она сжимает копьё. — Кого стоит держать ближе — того, кто лоялен, или того, кто, возможно, полезней в перспективе?

Леонис рассмеялась.

— Неужели хочешь самоутвердиться через мой ответ? - с издёвкой произнесла она.

— Нет. - холодно отвечает Рангрид. — я просто злюсь.

Рангрид отскакивает, а затем поднимает копьё вверх. Высоко.

— Держи, “лидер”…

Её коронный приём.

Копьё сияет в воздухе, будто молния готовится ударить с неба. Сила чувствуется даже отсюда — ноги Леонис чуть скользят по земле, под натиском ветра.

— Увернуться не успею, — шепчет она. — Тогда...

Она ставит меч горизонтально, обеими руками, дабы защититься.

— Приготовься, Хару... Возможно, будет немного больно.

Удар обрушивается.

Всё сотрясается. В момент столкновения меч сопротивляется, скрежещет, вибрирует от давления. Искры вырываются наружу, земля под ногами трескается... Но этого недостаточно.

Треск.

Лезвие ломается.

И удар достигает цели.

Леонис с сокрушительной силой впечатывают в землю, оставляя огромный кратер.

Тишина.

Пыль медленно оседала на развалины, стелилась по земле, будто покрывало для павшей. Воронка всё ещё дымилась, трещины разбежались от центра, как паутина. Рангрид стояла посреди разрушенного квартала.

Взгляд — тяжёлый, затуманенный, но наконец-то… спокойный.

— Вот и всё. - выдохнула она.

Слова слетели с губ почти беззвучно, как признание, как прощание.

Она опустила копьё, положила его на плечо, будто оно стало вдруг легче.

Её глаза глядели вперёд, но в них больше не было пыла. Лишь устало

сть и облегчение.

Она разворачивалась, чтобы уйти.

Спокойно. Без спешки.

Потому что это было окончание.

Победа.

Рангрид уже хотела вернуться на базу, однако, внезапно услышала посторонние звуки позади себя. Она мгновенно обернулась.

— Ты в порядке, Хару? Сила этого удара была просто невероятной... - Леонис встала и отряхнулась, будто ничего и не произошло! На её броне ни единой царапины.

— Всё ещё жива? Тц, ну и упертость. - высокомерно произнесла Рангрид.

— Спасибо тебе огромное, Хару. Если бы не ты... Со мной было бы уже кончено. - весёлый и горделивый тон сменился серьёзным.

На кануне боя...

Леонис сидела на диване, а рядом с ней лежал Хару, положив голову на её колени. Женщина нежно гладила его, окутывая своей заботой.

— А какие у нас планы на предстоящий поединок? - спросил юноша

— Главная проблема состоит в том, что мы не знаем, кто именно будет нашим противником. А он, скорее всего, уже прекрасно всё о нас знает. Поэтому... Я подготовила особую стратегию.

— Особую стратегию?

— Да. Для этого... Ты станешь моими доспехами.

— Доспехами? Разве не будет лучше, если я стану каким-то крутым оружием? Вряд-ли обычный меч справиться со столь могущественным противником, как инсигнии...

— Да, ты прав. Но... В следующем бою мы будем играть от защиты. Сначала я должна узнать, в чем заключается сила вражеского принципа. А потом...

— Потом?

— Адаптируемся и сокрушим его. - твёрдо заявила Леонис.

Рангрид смотрела на Леонис с открытым презрением. Ей был противен сам факт того, что после её коронного удара на противнике не было никаких видимых повреждений.

— Все вы, люди - лишь отбросы. Мне даже немного вас жаль. – она крепко сжала своё копьё. — Против нас, Инсигний, у вас нет шансов. И даже бог не поможет вам.

— Ну раз не поможет бог... - броня Леонис исчезла, а в руках появился необычный клинок. — Помогу я. - Леонис решительно горела желанием победить.

На первый взгляд, этот меч кажется игрушкой — его лезвие настолько тонкое, что просвечивает на свету, а при неосторожном касании может дрожать, словно нить паутины. Его длина почти стандартна, но ширина лезвия едва ли превышает пару миллиметров, и к гарде оно выглядит почти прозрачным. Сам клинок излучает лёгкий серебристо-голубой свет.

— Это ещё что за игрушка? По виду этот меч сломается от одного лишь дуновения. - Презрение сменилось отвращением.

— Хару... Ты готов рискнуть своей жизнью ради меня?

— Да. Готов. - уверенно ответил клинок.

— Попробуй не умереть без своих доспехов! - Рангрид ринулась в бой, нанося град скоростных тычковых ударов.

"Я знаю как победить. Я поняла в чём заключается... Суть её принципа!", - эти мысли пронеслись в голове Леонис.

Она без труда уклонялась от всех ударов, однако Рангрид тоже не планировала сдаваться. С каждым разом темп всё ускорялся, напор её атак был всё более беспощадным. Но даже так копьё ни разу не достигло своей цели! Глава ОНП не намерена была отвечать, она лишь уклонялась и выжидала подходящий момент.

И тут, внезапно...

— Сдохни. - копьё Рангрид пронзило левую руку Леонис и, под натиском сокрушительной мощи удара, она оторвалась!

Сама девушка была отброшена разрушительным импульсом и едва устояла на ногах!

— Кгх... - она стонала от боли, оперевшись на свой меч. В глазах помутнело от болевого шока.

— Вот и всё. Не стоило тебе вставать. - холодно произнесла Рангрид, обрушивая на свою противницу финальную атаку.

Вся её мощь, вся ненависть, вся преданность Лемон — были вложены в один финальный выпад. Копьё, словно продление её воли, сияло багряным светом и будто пульсировало живым ритмом. Она шагнула вперёд, удар пришёлся прямо в сердце.

Но Леонис не отступила.

Она выдвинула вперёд меч — тонкий, почти невидимый, казалось, ветер мог его переломить. И всё же она не дрогнула.

Кончик копья и острие меча соприкоснулись...

Момент замер.

Воздух вокруг них искажается, напряжение нарастает. Рангрид давит, вкладывая всю свою силу, мышцы напрягаются, её крик срывается в яростный рёв. Она уверена — этот хрупкий меч не выдержит. Он должен сломаться.

Но он не ломается.

И вдруг — трещина. Не в мече. В копье.

Сначала едва заметная, как царапина. Потом — разлом.

Копьё трескается по всей длине. Осколки разлетаются в стороны. Оно было полностью разрушено.

— Что…? - Рангрид не успевает договорить.

Уже в следующий миг Леонис делает шаг вперёд, и тонкое острие меча мягко, без усилия, входит в её грудь.

— Не стоило тебе недооценивать человечество, и его волю к победе. - эти слова были последним, что услышала Рангрид перед тем, как её тело рассыпалось в прах и развеялось по ветру.

Леонис облегчённо выдохнула. Вот она... Победа. В этот самый момент она дала надежду всем людям на земле. Она смогла доказать, что человек способен убить Инсигнию.

— Фух... Победили. - Леонис не могла больше держаться на ногах. Она потеряла слишком много крови.

Благо её подхватил Хару, вовремя перевоплотившись в человека.

— Ты была просто невероятна. - гордо, и с улыбкой, произнес юноша.

— Да... Я знаю. - усмехнулась она.

Хару превратился в транспортное средство, подходящее для переноса раненой Леонис и они отправились в госпиталь.

— А как ты узнала, что её копьё сломается от столкновения со мной?

— Всё просто. Мне ради этого пришлось пожертвовать своей левой рукой... И поставить на копьё "метку ослабления".

— П-погодите-ка... Получается, ты специально подставилась под такой опасный удар?!

— Ага. И риск оправдал себя.

— Но ты же можешь оставлять метки только на живых существах...

— Всё верно. Копьё Рангрид было живым.

— Ч-чего?!

— Точнее... Частицей её самой. Её Принципом.

— Но как ты смогла это узнать?

— Мне показалось странным, что она ни разу не использовала свой принцип против меня, хотя настроена была предельно серьёзно. А также... Она слишком много ставила на своё оружие. Вот я и предположила, что её оружие - и есть принцип. Но... Я не могла знать этого точно, поэтому поставила всё на кон ради моей простой гипотезы.

— Ты просто безумна...

— От безумия до гениальности всего один шаг. - она в последний раз усмехнулась, теряя сознание.