Глава 7.0

—ААА!- я упал, опершись на щиколотку. Больно!

Камни... Сук-

Я попытался подняться, опершись на руки.

Но перед этим я посмотрел наверх, туда, откуда я упал.

Кажется, мне не стоило это делать, потому что вслед за мной выпрыгнула глыбААА-

...

Наконец-то.

Я плюхнулся в стог сена. Оказывается, оно совсем не колючее. Богатыри были правы, оно и вправду очень мягкое... Такое.. Что хочется распластаться, и-и-и...

Рядышком плюхнулась глыба. Вся вспотевшая, красная и грязная. Выглядит, думаю, также как и я.

И неудивительно. Все таки, мы бежали через весь город от этих людей.

Боль такая бо́льная. Но как же радостно, что мы убежали... Хотя. А убежали ли?

А вдруг нас будут преследовать?..

Я вытянул шею из стога, и посмотрел туда, откуда мы пришли.

Ну. Вроде тихо.

Пока я отвлекался, меня ударила по ноге какая то другая нога. Рефлективно отстранившись, я схватился за больное место руками. Господи, глыба, за что?! Я не мог не сделать страдальческой морды.

Она, сделав вид, будто бы ничего не было, встала, отряхнула свою тряпку-платье и пошла.

—Э? Глыба?? Глыба, куда ты!

Она остановилась и обернулась.

Ура! Она не проигнорировала меня!

Я постарался подняться, чувствуя себя как старая больная обезьяна, потому что не чувствовал полноценно своих ног, и пару раз падал и спотыкался, хотя всего лишь хотел подняться со своей задницы.

—Подожди меня! Пожалуйста-а...

...

Я уже привык. И чувствую себя просто великолепно. Грабить людей - прекрасно.

Я побывал на премиальной кухне и смог попробовать блюда из местной таверны. Буду честен - полное гов...разочарование. Нет, ну серьезно, они до сих пор не научились солить еду?.. Отстой.

Также у меня теперь есть... Ну, что то на подобии нормальной одежды. "Нормальной" — слово относительное. Но запах чистоты, отныне — мой любимый. Серая рубаха и свободные шаровары. Я вполне этим доволен.

Еще я подучил язык. Глыба очень в этом помогает. Оказывается, ее зовут зовут Аша. Или Ша. Или Ашья... Пока тяжело различить. А когда я просил ее научить меня местной системе исчисления, она меня не поняла. Но, может быть, она и сама не знает. Вполне может быть, что тут, в этом мире, большой социальный разрыв в обществе. И потому разрыв и в образовании. Ну, впринципе, до этого вывода легко додуматься, учитывая, что тут куча беспризорных детей на улицах, брошенных на произвол судьбы...

Говоря про воровство. Воровать здесь гораздо легче, чем в современности. Подкрался, тихонько взял, тихонько ушел — никто и не узнал, что ты что то украл. Ни камер, ни телефонов, ни толпы людей(я уже почти забыл, как это все выглядит)... Одно раздолье. Но, вы не подумайте чего, я ворую только у богатых! Так приятно видеть их злость и отчаяние, после того, как они раскрепощенно сорили своим денюжками.

Ах да, но куда же мы прячем все свое добро? Оказалось, у нее было убежище, в котором жили и другие дети. Да, коммунальная квартира, хаха. Только дом. Коммунальный детский дом. И Аша была одной из его руководителей, что ли? Я не знаю, как называется ее роль в этой маленькой иерархии, но она определенно не низкая. Ну и я соответственно поднялся на ту же ступень(о да, связи работают и в другом мире, поразительно), хехе.

Правда, конечно, на благо всеобщей коммуналки, весь доход делится поровну, несмотря на то, что приносим большую часть только мы с Ашей. И, впринципе... Мне не жалко, что больше половины награбленного забирают другие дети. Зато не голодают. Жалко их. Видимо, раньше Аша занималась воровством одна, а потому приносила не так уж и много. А когда у нее появился я - пусть и хиленький, но парень, выше нее на пару голов и считай самый старший в этом детском неверленде, — все пошло по маслицу.

А еще... Это даже весело. Пусть я все еще и чувствую себя подзаборной тошнотной мерзкой крысой, но зато радостной.

Ну и в общем... А?

—Это мне? - рядом появился мальчик, руки его протягивали какую то свистульку.

Я взял в руки деревяшку. На одной из ее сторон красовался цветочек, напоминающий похожий смайлик из телеграмма. Эх, прошлый мир...

Я поднес ее к губам и дунул.

Глыба, пришедшая только что с двумя откуда то стыренными ведрами воды, сморщила лицо:

—Фу.

Я возмутился.

—*Я ... Не! Не начал. Голосить.*. Господи, как тяжело иметь ограниченный словарный запас.

Я попробовал еще раз. Я никогда не играл на духовых инструментах, и думаю это действительно звучит ужасно. Но падать еще ниже как в чужих, так и в собственных глазах, мне кажется, уже некуда. Да и перед детьми как будто не так уж и стыдно.

Хе-хе... А это не так уж и сложно.

Вытянув из этой деревяшки более менее чистые ноты, я начал думать, что бы такого надуть.

Какие песни я знаю?

—Хм...

В комнате со мной сидела целая орава детишек, из которых чуть меньше половины смотрели на меня.

*Грани-и-ицы ключъ-ъ.! переломлен пополам; а наш ба-атюшка Ленин... Совсем усох...*

Я замолк.

Это было ужасно. Что то мне подсказывает, что я не попал ни в одну ноту. Благо, что дети этого не знают.

Может что то полегче сыграть...

...

Аша сидела на корточках над чугунным кипящим котелком и мешала жижу, находящуюся в нем, откуда то взявшимся половником. Рядом полукругом сидели разношерстные дети, заворожённо наблюдая то за происходящим в предпологаемом супчике, то за слабым огнем под ним.

Я лежал у стены, немного дальше, все с той же дудочкой. Практиковался весь день, и за это время вынес мозги всем, кому только можно. Слава хоспаде, что в нашу полуразрушенную залупень не пожаловали соседи... Но не пожаловали же.

А значит, можно продолжать наглеть. Хе-хе.

И вообще, за постоянное дудение я научился... Как это назвать, контролировать звук из флейты? Этот контроль настолько сногшибателен и великолепен, что я могу выдыхать довольно ровные и чистые нотки с при этом довольно тихой громкостью. За последние, наверное, часа четыре, никто даже особо косо на меня не взглянул, как это часто делали вначале.

И хорошо.

Мне так понравилась эта дудень. Кажется, это одно из немногих маленьких счастий среди всего этого мирового дерьма.

—Аша.

—м.-гмыкнула она, продолжая помешивать.

—А здесь... Не здесь. Есть... ?

Я задумался.

Вставши, я пошел искать какую нибудь палочку.

Найдя, я побежал обратно к котелку с Ашей. А... Э, всмысле, к Аше с котелком.

Раздвинув от нее детишек, я присел рядом на корточки. Крепко сжав свою волшебную палочку, я начал выводить ею на пыльном полу с песком всякие звездочки и линии, пытаясь нарисовать... магию.

Я хочу узнать, есть ли магия.

Дорисовав более менее достойное изображение, я посмотрел на сестрицу и выстроил положение своих рук в пространстве жестом "зацени чо накалял".

—Вот. Такое. Есть?

Она лениво перевела взгляд со своего супчика на изрисованный мною песочек.

—...

Аша переходила взглядом то на меня, то на песочек, и так раза четыре. Наконец...

Она отвела взгляд снова на свой супчик и продолжила его помешивать.

...Мне кажется, или меня только что посчитали за полоумного??

—Аш???

—...Нет.-наконец мне выдали ответ.

Эх...

Грустно.

Этот мир реально какой то недоделанный... Или сломанный.

Как я попал сюда? Что, если не магия, переместило меня сюда? В это тело.

Меня это так убивает.

Если не магия, то неужели... Бог?

Нет, бог. Ты меня не наебешь. Иди ты нахуй...

Бог - создание веры. Вера - инструмент власти. Вера, это то, что придумали одни люди для контроля других людей. Бога нет.

Его нету.

Но тогда... Тогда как я здесь оказался?

...

Гарт как всегда самый голодный. Сколько можно у меня на плече висеть.

Гм... Он снова в унынии. Его глаза пусты.

Это потому, что я сказала ему, что в нашем мире не существует странных перекрестных пятигранников?

Бедный парень. Интересно, как долго он проживет... Может, головой ударился. Бедняга.