Трагедия, написанная смертью

После того звонка прошло пять дней. Мия умерла пять дней назад. От этой мысли меня снова прошиб холодный пот. Уже второй день я не выхожу из квартиры, не отвечаю на звонки и сообщения. Моя связь с миром оборвалась.

Услышав о её смерти, я со всех ног побежал по указанному адресу. К моему сожалению, это оказалась больница, но было слишком поздно. Мию сбила машина, когда она отошла от дома. Судя по словам очевидцев и записям с камер, она плакала. Она плакала, уходя от меня рано утром, а потом попала в аварию. Эта новость окончательно выбила меня из колеи. Услышав это, стоя у её палаты, я бессильно упал на колени. Слезы хлынули, словно пытаясь потушить пожар, разгорающийся в моей душе.

Причину её слез я узнал только на следующий день. Оказывается, за день до трагедии у Мии умерла бабушка – невероятно добрая женщина, которую я успел полюбить. Летом мы несколько дней гостили у неё. Это была старушка с мягким, добрым взглядом и лёгким, весёлым характером. Новость о её смерти сделала мне только хуже. Вот почему Мия тогда не хотела меня отпускать, вот почему она так быстро уснула. Ей было настолько больно, что она не смогла мне рассказать. Может, боялась ранить и меня, а может... Хотя зачем гадать, я уже никогда не узнаю, что она чувствовала на самом деле. Никогда.

На следующий день были похороны. Их совместили с похоронами её бабушки. До последнего мне не хотелось идти: от одной мысли о Мие меня бросало в дрожь, руки немели, ноги наливались свинцом. Я не мог сдвинуться с места.

Возможно, это мерзко говорить, но похороны родителей – это то, через что рано или поздно проходит каждый. Смерть её бабушки выбила всех из душевного равновесия, но все понимали, что рано или поздно это случится. Она прожила счастливую жизнь, её дочь вышла за хорошего человека, а внучка нашла хорошего парня. Она ушла с улыбкой на лице, прожив эту жизнь до конца. Но Мия...

Вы можете сказать, что я не прав, но я уверен: нет в этом мире ничего хуже, чем родители, хоронящие своего ребенка.

Шум толпы, слезы горя и сострадания, мрачная атмосфера заполнили кафе, которое было переполнено людьми. Я облакотился на мягкое кресло и взглядом обежал помещение. Родственники, несколько человек с нашей группы, её старые одноклассники и друзья – около сотни человек провожали Мию и её бабушку.

– Как ты? – тихий голос вернул меня к реальности и помог сдержать слезы.

– В-все хорошо, – коротко ответил я и посмотрел на говорившего. Это была девушка, невероятно похожая на Мию, но на несколько лет младше – её младшая сестра, Кей. В отличие от меня, она совершенно не сдерживала слез и то и дело всхлипывала.

– Ты так её любил... Может, даже больше чем я! – так же тихо сказала она и опустила голову, сжав маленькую ручку в кулачок. Я потрепал девочку по голове, пытаясь хоть на миг её успокоить.

– Любил, – протянул я, все-таки выпустив слезы из оков. Несколько слезинок упали девочке на руку, и она подняла голову.

– Она тоже тебя любила... Только о тебе и говорила! – немного обиженно, но с теплой ностальгией выпалила Кей и вцепилась мне в руку. – Сестрёнка…

Я приобнял девочку, но вскоре её увели: разбитый горем, я был не лучшим собеседником для ребенка. Сделав глоток из жестяной банки, я поморщился. Горьковатый напиток слегка опалил горло, оставив после себя лёгкое послевкусие. Я почти не пью, но казалось, что без алкоголя я бы не вынес этой атмосферы.

Превозмогая боль, я поднялся и направился к выходу. Там находился человек, перед которым я искренне хотел извиниться. Немного шатаясь, я добрался до двери. Холодный воздух ударил мне в лицо, по телу пробежала дрожь, но я не стал возвращаться за ветровкой. У кафе была небольшая терраса с видом на ночной город. Уже стемнело, мрак окутал улицы, а звёзды словно играли роль фонарей. В тусклом лунном свете на террасе стоял лишь один человек.

Сутулый силуэт раз за разом выпускал облака сигаретного дыма. Лёгкая щетина, красные от слез глаза... Мне не хотелось отвлекать его, но, собравшись с духом, я двинулся в его сторону.

– З-здравствуйте. – Рука, которая только что опиралась на небольшой поручень, переместилась в карман пальто. Он еще раз затянулся сигаретой и потушил её о пепельницу. Искорки, вспыхнувшие на мгновение, тут же погасли. Он медленно повернулся ко мне.

– Здравствуй, Хиро. Как ты? – хриплым голосом спросил мужчина. Я на миг поднял глаза вверх. У террасы не было крыши, и казалось, что звёзды могут меня спасти. Но быстро придя в себя, я сделал еще один глоток. Алкоголь уже начинал действовать, мысли стали расплывчатыми. Какая это уже банка?

– Всё нормально, – машинально ответил я, отмахиваясь от слёз. Рука, державшая сигарету, протянулась ко мне, и я передал мужчине банку. Он одним глотком опустошил её и горько усмехнулся.

– И тебя достали с этим вопросом?

– Ага, – ответил я, и голос мой оказался куда тише, чем я ожидал.

– Никак не могу прийти в себя... – Он вытащил из пачки ещё одну сигарету и закурил. – Кто же знал, что всё будет так? – Из его глаз тоже падали слёзы; он держался дольше всех, но примерно час назад не выдержал. – Знаешь, Хиро, я благодарен тебе. Спасибо, что сделал её счастливой. Кто знает, что было бы с ней без тебя? Спасибо тебе. – Его слова ранили меня в самое сердце.

– Н-нет... – с трудом выдавил я. – Это я виноват... Это я не смог уберечь её в тот день. Я был рядом, но не заметил боли, которая разрывала её изнутри. Я ничего не сделал, я был слеп. – Слёзы вновь хлынули, я обхватил голову руками и упал на колени. – Простите, простите, простите... – Раз за разом повторял я, не поднимая взгляда.

Тяжёлая рука опустилась мне на плечо.

– Поднимись, Хиро. – Меня потянули за руку, и, пошатнувшись, я встал на ноги. – Не вини себя. Я просил её рассказать всё, но стоило мне самому догадаться и рассказать тебе. Ты всегда был рядом с ней, и даже в тот день ты смог её поддержать. Скорее всего, она не выдержала уже утром. – Он выдохнул облачко дыма. Я лишь смотрел на него расплывчатым взглядом, не желая вслушиваться в слова. Может, он прав? Может, я зря виню себя во всех бедах? Он ещё долго пытался что-то донести, но я перестал слушать, просто смотря в сторону города.

– Ладно, я понял, – коротко бросил я потухшим от печали голосом.

– Понимаю, что слушать что-либо в таком состоянии не хочется, – горько улыбнувшись, сказал он, убирая руку с моего плеча. – Только... – прикусив губу, он серьёзно посмотрел на меня и, глубоко вздохнув, закончил мысль: – Забудь её. Как бы ты её ни любил, прошу тебя... Отпусти её. У меня был знакомый, который после смерти жены так и не смог прийти в себя. Я много раз говорил с ним, но всё было тщетно.

– Но... н-но... – пытался что-то ответить я, но слова застряли в горле.

– Я не прошу тебя вычеркнуть все воспоминания о ней, нет. Но, Хиро, – его тяжёлый взгляд, казалось, проникал в самую душу, – не живи прошлым. Скорби, вспоминай, но иди дальше.

Я прекрасно понимал, чего он хочет, но принять его слова было слишком тяжело. Я жил, думая о ней, больше года. А теперь должен забыть её? Сколько времени у меня уйдёт, чтобы погасить пламя чувств, бушующее внутри? Я не знал. Я не хотел думать об этом. Мне хотелось сбежать отсюда, где все говорили о ней, вспоминая её жизнь.

– Я-я постараюсь, – ответил я, желая закончить разговор. Мне хотелось сделать ещё глоток, но банки в моих руках уже не было. Слёзы стекали на деревянный пол.

– Но и нас не забывай... Всё-таки мы за это время к тебе привыкли, да и думаю, Мия была бы рада... – С горькой улыбкой говорил её отец, также перестав сдерживать слёзы. Ещё какое-то время мы молча смотрели на ночной город.

– Хорошо, – кивнул я в ответ на его просьбу и натянуто улыбнулся. – А теперь я, пожалуй, пойду. Хочется побыть одному...

– Ты же совсем не знаешь город, уверен? – А ведь и правда. Я совсем забыл, что нахожусь в городе Мии. Бывал здесь пару раз, но в моём состоянии вряд ли что-то вспомню. Обдумав его слова, я легкомысленно ответил:

– Мия показывала мне один парк, посижу там, а потом к вам.

– Ну хорошо, будь осторожен, – он горько усмехнулся, потушив сигарету, тлеющую в руке. Попрощавшись, я зашёл за ветровкой, попрощался с остальными и ушёл, спешно прихватив с собой еще две банки.

Я шёл медленно, витая в своих мыслях.

– Её больше нет, – тихо прошептал я себе, и ещё одна слеза упала на асфальт. Я не помнил, где находится парк, да и что уж там – Мия никогда меня туда не водила. Просто идти сейчас в квартиру к её родителям было бы для меня моральным самоубийством. Легким движением я открыл одну из банок. Напиток противно зашипел, но я, не обращая внимания, сделал внушительный глоток. Я забрёл в какую-то глушь. Вроде бы вокруг были обычные многоэтажки, но практически все фонари не работали. Я шёл по тёмной улице минут двадцать и успел допить содержимое банки.

Я потерял счёт времени, и телефон разрядился как раз тогда, когда я набрёл на парк. Я невольно улыбнулся. Хоть я и обманул отца Мии, вот он – парк. Моё внимание тут же привлёк круглосуточный магазин у входа. Понимая, что оставшейся банки точно не хватит, чтобы утопить горе, я нашарил в кармане банковскую карту и шаткой походкой направился туда. Даже осознание того, что мне – человеку, который пьёт пару бокалов вина по праздникам, – не стоит напиваться ночью в незнакомом городе, не остановило меня. Автоматическая дверь беззвучно открылась, и моё тело, которое давно ныло от холода, попыталось как можно быстрее отойти от двери, чтобы она закрылась, но в процессе я чуть не упал.

– Хиро?! – Звонкий голос словно молотом ударил меня, заставив сделать шаг назад. – Что ты тут делаешь?! – Ещё один удар. Я поднял голову и ответил привычной уже за сегодня натянутой улыбкой. На меня с ошарашенным взглядом смотрела какая-то девушка. Я попытался сфокусировать взгляд, но безуспешно. Я дрожал от холода, от меня несло алкоголем, и я шатался, пытаясь устоять на ногах.

– Пожалуйста, потише... – беззвучно прошептал я. Девушка вышла из-за кассы и направилась ко мне.

– Какого чёрта ты пьяный?! Куда Мия смотрит! – Ругалась она, но стоило мне услышать имя покойной любимой, я посмотрел в лицо кричавшей девушке, и слеза скатилась по щеке.

– Мии больше нет... – ещё тише произнес я, отчего девушка ахнула.

– В смысле?! Не шути так со мной! – Крикнула она с паникой в голосе и подошла ко мне вплотную. Я, не желая больше смотреть ей в лицо, отвернулся.

– Несколько дней назад она попала под машину... Врачи не смогли её спасти...

– Ты же шутишь, да? Это какая-то глупая пьяная шутка, и Мия сейчас зайдёт к нам? – Она буквально схватила меня за грудки, и её глаза покраснели от слёз, готовых хлынуть в любой момент. Я не смог ничего ответить, а просто заплаканным взглядом посмотрел ей в глаза.

– Подожди тут... – опустив голову, сказала она и бегом удалилась в подсобку. Пожав плечами, я пошёл к отделу с выпивкой. Пока я пытался разобрать хоть что-то в названиях и ценниках, девушка вернулась и одёрнула меня за руку.

– Чего тебе? – не смотря на неё, произнес я, и услышал то, что заставило меня замереть.

– Я тебе ничего не продам. И вообще, магазин уже закрыт.

– Что?

– Я сказала, магазин закрыт! У нас неполадки, и их исправят только к утру.

– Но ведь только что всё работало...

– Все парни такие дураки? – сердито спросила меня девушка, чьё имя я так и не вспомнил, но я лишь виновато пожал плечами. – Это магазин моей семьи. Я рассказала отцу о произошедшем, и он разрешил закрыть его на ночь под предлогом каких-то проблем. Короче, не важно! Пошли уже.

– Потянула она меня за руку, но я не двинулся с места.

– К-куда? – дрожащим голосом выдавил я, на что девушка, в чьих глазах застыли слёзы, раздраженно проговорила:

– Куда-куда, ко мне! Утешать тебя буду! – на полном серьезе крикнула она и развела руками. Я отшатнулся и упал на пол. – И всё-таки ты дурак, – коротко бросила она, словно уколола меня.

– Ч-что ты вообще несешь?

– Твоя пьяная головушка, видимо, не может меня вспомнить, но так уж и быть, на этот раз я тебя прощаю, – Я всё ещё ничего не понимал, но тут до меня дошло, что на ней уже не рабочая одежда, а черная куртка. – Я Кира, мы с Мией учились в одной школе, и вообще-то вы оба ночевали у меня этим летом. – Меня словно пронзило молнией. Да, я всё-таки знал, точнее знаю, кто эта девушка. В августе, когда мы приезжали в гости к родителям Мии, они встретились и безумолку болтали, потому что не виделись почти год. Кира затащила бывшую одноклассницу к себе в гости, оставила на ночь, а я шёл тогда комплектом. Бывают же в жизни совпадения...

– А, прости, не узнал, – склонив голову, искренне извинился я. – И чего ты хочешь?

– Я же прекрасно помню, что ты совсем не знаешь город. Ещё и пьяный. А если с тобой что-нибудь случится?

– Всё со мной будет нормально, – угрюмо ответил я, держась за стену, чтобы не упасть.

– Слушай, я не отпущу тебя никуда в таком состоянии! Мия бы мне этого не простила! – Сказав это, она тут же прокусила губу; эти тяжёлые слова ударили в самое сердце. – Ты сейчас замолчишь и пойдёшь со мной! – Её голос эхом разносился в моей голове. – И кстати, – она протянула руку, – дай-ка...

Она быстро подошла ближе и ощупала мою ветровку. От её прикосновений мне стало не по себе, и я попытался отойти, но смог лишь закрыть глаза.

– Ч-что ты творишь?! – как мог выкрикнул я, но в ответ получил лишь натянутую улыбку.

– Хватит с тебя, это я забираю, – отвернувшись, сказала она и направилась к выходу. – Не стой, а то и тебя тут закрою.

Я не ответил, остатки разума пытались понять, чего хочет эта девушка. Рука скользнула по ветровке, и я заметил пропажу: в кармане не было банки. Понимая, что ничего не поделать, я вышел из магазина и облокотился на фонарный столб.

Девушки не было минут десять, потом она вышла из магазина, в котором погас свет, а на двери висела табличка «закрыто». Мой разум окончательно потух, и я уже ничего не понимал. Девушка что-то говорила, но я не мог разобрать слов. Меня словно маленького ребёнка вели под руку, а редкие любители ночных прогулок смотрели с презрением.

Ну и пускай! Посмотрел бы я на них, будь они на моём месте! Хотя нет, даже злейшему врагу я не пожелал бы таких страданий.

Я медленно шёл, не понимая куда и зачем. Осознание вернулось, когда Кира впустила меня в свою квартиру, и свет небольшой лампочки ударил прямо в глаза.

– Заходи давай, – послышался усталый и раздражённый голос девушки. От лёгкого толчка в спину я буквально завалился в квартиру. – Так, дай-ка сюда свой телефон, – строгим голосом сказала она и протянула руку. Не желая спорить, я извлёк из кармана нужное устройство и покорно передал его.

– Д-держи, – хриплым голосом сказал я.

– Ну конечно, разряжен. Что ещё от тебя ожидалось? – тоном, словно родитель отчитывает ребёнка, сказала она и провела меня на кухню. Я опустился на деревянный стул и оперся локтями о стол. Повесив голову, я только слышал быстрые шаги; видимо, она что-то искала.

Внезапный глухой удар заставил меня вздрогнуть и поднять голову, но это оказался стакан, который Кира с силой поставила на стол.

– Спасибо, – пробормотал я и жадно опустошил стакан. Прохладная вода была настоящим спасением. Тяжело вздохнув, я хотел еще раз сказать ей спасибо, но она уже говорила с кем-то по телефону.

– Да, он у меня, забрёл к нам в магазин, я его к себе и забрала. Завтра вернётся, – пусть мой разум и был затуманен, я понял, с кем она говорила.

– Спасибо, что позвонила им, – шепотом проговорил я, отводя глаза от девушки.

– Слышал бы ты, дурак, как за тебя переживают! – снова сорвалась она на крик, но я лишь угрюмо повесил голову.

Больше она ничего не сказала. Поднявшись с угрюмым выражением лица, она помогла мне встать, взяла за локоть и отвела в комнату. Моё уставшее тело уложили на кровать; что-то сказав, но я уже не мог разобрать слов. Резкая боль словно пронзила меня, и, пытаясь сбежать от неё, я уснул.

Не могу сказать, сколько я проспал, но пробуждению не обрадовался. Поднявшись и сев на кровать, я попытался восстановить картину произошедшего, которую алкоголь выжег из памяти.

Часто подмечали, что мне достаточно пары часов сна, чтобы вернуть ясность мысли, и были правы.

Голова болела так, словно пока я спал, её били молотом, но мысли уже не путались.

– Где я вообще?.. – пробормотал я себе под нос, осматривая явно девичью комнату. Последнее, что я помнил, – я нашёл какой-то парк, а дальше всё как в тумане.

Несмотря на боль, я встал и направился к выходу. Дверь с лёгким скрипом пустила меня в коридор, но дальше я не смог сделать и шагу.

– Мия... – глаза задрожали, душу пронзила резкая боль. Это её голос, я слышу её голос... Собрав остатки воли, я быстрыми шагами направился к источнику звука. Мия там? Я всё ещё сплю?..

Чем дальше я шёл, тем отчётливее становился её ласковый голос; она разговаривала с какой-то девушкой.

Мия, пожалуйста, подожди меня...

Я вылетел на кухню, словно сумасшедший, но там было пусто. Так же пусто мигом стало и в моей душе. Сердце болезненно сжалось. Глаза лихорадочно искали хоть что-то, хоть маленькую зацепку. В полумраке кухни за небольшим столиком сидела девушка – нет, это была не Мия. У неё были длинные каштановые волосы и хрупкая, словно хрусталь, фигура, готовая разбиться в любой момент. Я видел эту девушку пару раз, это была подруга Мии – Кира. Но что я делаю тут?..

Встряхнув головой, я отбросил эти мысли. Девушка сидела, опустив голову. Источник звука лежал на столе рядом с ней. Небольшой телефон слабо светился, я медленно подошёл ближе и посмотрел на экран. Там проигрывалось видео школьных времён. Мия в аккуратной форме о чём-то оживлённо говорила с Кирой. Я посмотрел на девушку, которая безжизненно смотрела в экран и плакала.

Теперь я вспомнил: ночью я забрёл в магазин, в котором она работала, и она привела меня к себе. Но я не помню, чтобы она так горевала... Может, не хотела, пока я был рядом в таком состоянии.

– Уйди... – вперемешку с плачем сказала она, не поднимая головы.

– Ты на удивление долго держалась, – тихо прошептал я и сел рядом. У меня уже не было сил плакать или грустить. Я лишь горько улыбнулся и снова посмотрел на экран.

– Отстань... – с трудом выдавила она, но не стала меня прогонять. Мы молча пересматривали их школьные видео и фотографии.