Увядшая роза

«Глава пишется от лица Александры Августы»

Пламя, что ярче и горячее тысячи солнц, поглощало Аркадию. Я не ожидала такого даже в худших кошмарах моей жизни-марионетки. Всегда... всегда... снова и снова меня использовали. Да, ведь я и не человек вовсе, а лишь кукла в руках вельмож. Если я им больше не нужна, они просто выбросят меня, как ненужную вещь. Родная мать? Или отец? Нет, ни одна живая душа не проявила ни капли понимания или сострадания. Я ведь дочь многоуважаемого Маркиза, и все ждут от меня слишком многого. Как и многие аристократки, я пала жертвой браков по расчёту. Мы не более чем инструмент для улучшения отношений, товар, который можно купить.

Моя жизнь всегда была наполнена печалью. Я с детства не понимала психологию высшего общества, отчего мать постоянно злилась. Меня ругали, а порой и наказывали. Счастья я не обрела и с мужем, бароном, который относился ко мне как к последней дряни. То, что я не смогла родить ему ребёнка, ещё больше накалило ситуацию. А потом мои родители погибли в так называемой "несчастной ситуации".

И вот на этот город, расположенный между границами Умбры и Атернии, хлынула волна войны. В тот момент я окончательно потеряла всё: статус, деньги, поместье. Но печаль была не из-за этого… Слёзы наворачивались на глаза и текли по щекам. Я ведь даже не знала счастья, только боль!

Вдруг войско Умбры, не щадившее никого, отступило. Мой мозг остановился, а дыхание замерло. Я не понимала, почему они решили отступить, но это был прекрасный момент для начала новой жизни!

Внезапно откуда-то донёсся детский плач. Это был хрупкий, кем-то брошенный ребёнок. Он лежал на груди рыцаря. Честно говоря, я не распознала знак на доспехах, он был совершенно чужим. Что важнее, ребёнок был грудничком, и тут меня осенила мысль: что-то внутри не позволяло мне оставить этого малыша.

К этому времени прибыли рыцари и спросили о выживших — их было совсем немного. Я лишь сказала, что этот ребёнок мой.

Да! Точно, этот ребёнок мой, мой! Я хочу счастливой жизни и хочу дать эту счастливую жизнь ей. Хм, ей же нужно придумать имя. Пусть будет Азалия – это имя ей как раз под стать, а эти волосы напоминают мне розы.

Мне и моей уже дочке выдали скромный домик на краю города Эдем.

Бам! Наверное, это единственный способ описать то, что произошло. Мне поставили диагноз: закупорка путей мантры. Это то же самое, что и вены, но только эти пути обеспечивают циркуляцию мантры, как сердце и кровь.

Один год… лишь один жалкий год? Блядь! За что? А в этом мире точно есть бог? Единственное, что теперь я могла сделать, это взять ответственность и сделать жизнь моей дочери лучше.

Не удалось… Три года, прошло три года? Были ли они долгими? Нет. Они были самыми короткими за всю мою жизнь. Эти три года… Они были краше всей моей жизни, лучше всех этих жалких тридцати трёх лет. Моя дочь — единственное сокровище, мой дождь после засухи, урожай в голод. Пусть мы и в бедности, я думаю, я не жалею об этом времени.

Улыбка Азалии освещала мне путь. Пусть и каждый день я захлёбывалась в собственной крови. Я чувствовала, что больше не могу двигаться.

В один день ко мне подошла Азалия:

«Мам? А как ты меня родила? Было трудно? А где мой папа?» — спросила она.

Мне не хотелось, чтобы она знала горечи, но правду я сказала, хоть и не совсем.

«Азалия, дочка, сядь. Я хочу сказать тебе, что ты не моя родная дочь. Я нашла тебя в огне войны в руках мёртвой матери и решила вырастить как свою», — объяснила я.

Но кому я это говорила? Ей всего два годика. Хотя, даже так, эта девочка талантлива и умна, она поймёт мои слова, даже если тогда меня уже не будет.

Один вопрос засел в моей голове очень сильно: кто был тот рыцарь, что держал Азалию на своих руках? Неужели он был чьим-то послом? Я так и не смогла найти ответ на этот вопрос.

Наши дни текли неспешно, наполненные простой, почти нищенской жизнью, но и неземным счастьем. Каждое утро, если мне хватало сил, мы с Азалией отправлялись к цветочному полю, что раскинулось за нашим скромным домиком. Для Азалии, которой едва исполнилось два с половиной года, это было настоящее волшебство. Её крошечные ручки тянулись к каждому бутону, а карие глазки, так похожие на мои, сияли от восторга. Она смеялась звонко, когда я, присев на корточки, показывала ей нежный лепесток, или когда ветер трепал её волосы, пахнущие свежей травой и солнцем. Я же, несмотря на боль в груди, улыбалась, чувствуя её маленькую ладошку в своей, пытаясь запомнить каждую секунду этого хрупкого счастья. Иной раз, приступ слабости накрывал меня прямо там, среди благоухающих цветов. Я заставляла себя дышать ровнее, чтобы Азалия ничего не заметила, но иногда из уголка губ предательски стекала тонкая струйка крови. Я тут же вытирала её, пряча от дочери свой недуг.

В другие дни, когда силы хоть немного возвращались, мы шли к реке. Она была неглубокой, с чистой, прохладной водой. Азалия с визгом радости бросала в неё камешки, наблюдая за кругами на воде. Я сидела на берегу, наблюдая за ней, за её беззаботным весельем. Река уносила все мои тревоги, хотя бы на время. Мои мысли всегда возвращались к ней, к этой маленькой девочке, для которой я стала всем. Могла ли я дать ей всё, что она заслуживает? Скорее всего, нет. Но я давала ей всю свою любовь, каждую крупицу, что оставалась во мне. Во время таких прогулок, я часто чувствовала, как мантра, словно застоявшаяся вода, тяжело давит в моих путях. Иногда, мне казалось, что я слышу слабый стон своего тела, но вид Азалии, плещущейся у берега, давал мне силы игнорировать этот шепот болезни.

Раз в неделю мы отправлялись в город, чтобы купить хоть немного еды. Наши скудные средства позволяли лишь самое необходимое. Азалия, цепляясь за мою руку, топала по пыльным улицам, с любопытством разглядывая яркие лавки и шумную толпу. На базаре царила суматоха: голоса торговцев, запахи специй и свежего хлеба, крики детей. Мой взгляд всегда приковывали дешёвые овощи и фрукты, а ещё самые простые ткани. Азалия часто просила какую-нибудь яркую ленточку или деревянную игрушку, но я лишь качала головой, объясняя, что у нас нет денег. Её детские глаза тут же наполнялись печалью, и мне становилось невыносимо больно. Как же хотелось дать ей всё на свете! Мои лёгкие иногда горели так, словно в них плескалось кипящее масло, и приходилось останавливаться, чтобы перевести дыхание. Я опиралась на стену, пока Азалия беспокоилась, дёргая меня за платье:

«Мам, тебе плохо?»

Я лишь улыбалась ей, успокаивая: «Всё хорошо, солнышко, просто устала немного».

И мы шли дальше, я — с болью в теле, она — с надеждой в сердце. Эти прогулки были тяжёлыми, но я знала, что они необходимы. Это был наш способ выжить, наш способ держаться за эту жизнь, за это хрупкое счастье, которое Азалия принесла в мою опустошённую душу. Она была моей путеводной звездой в этом мире, где я, увядшая роза, пыталась расцвести заново ради неё.

Моё тело медленно угасало, словно свеча, что вот-вот догорит. Болезнь, эта проклятая закупорка путей мантры, с каждым днём пожирала меня изнутри. Дышать становилось всё труднее, каждый вдох отдавался жгучей болью в лёгких. Ночами меня сотрясал мучительный кашель, который будил даже Азалию. Я старалась приглушить его, уткнувшись лицом в подушку, чтобы не тревожить её сон, но иногда он был настолько сильным, что кровь предательски выступала на губах. Мне становилось страшно. Не за себя – я уже давно смирилась со своей судьбой – а за Азалию. Что с ней будет, когда меня не станет? Кто позаботится о моей маленькой розе?

Я часто смотрела на неё, спящую, такую беззащитную и чистую. Моё сердце сжималось от предчувствия разлуки. Я плакала по ночам, тихонько, чтобы не выдать себя. Слёзы текли по щекам, смешиваясь с кровью, которую я сплёвывала в платок. Моё психическое состояние было на грани. Я боролась с отчаянием, с мыслями о том, что я снова не справлюсь, что я провалилась как мать. Я не смогла дать ей ни богатства, ни положения, только эту убогую лачугу и свою угасающую жизнь. Чувство вины терзало меня, не давая покоя.

«О Боже, — шептала я в темноту, — почему ты так несправедлив? Почему отнял у меня всё, а теперь забираешь и последние дни, которые я могла бы провести с ней?»

Эти мысли преследовали меня. Я видела её улыбку, слышала её звонкий смех, и каждый раз это давало мне силы продержаться ещё один день. Но с каждым днём силы уходили всё быстрее. Мои ноги подкашивались, голова кружилась, а тело отказывалось повиноваться. Я знала, что конец близок.

Однажды утром, солнце ещё не поднялось над горизонтом, но я уже чувствовала, что этот день будет иным. Кашель был сильнее обычного, и я буквально захлёбывалась собственной кровью. С трудом я дотянулась до стакана воды, но руки уже не слушались. Стакан разбился, осколки разлетелись по полу. Шум разбудил Азалию. Она подошла ко мне, её маленькие ножки едва слышно ступали по голому полу.

«Мам?» — её сонный голос был таким нежным.

Я посмотрела на неё. Её личико было обеспокоено. Я с трудом улыбнулась, пытаясь скрыть свою боль, свою агонию. Мои пути мантры, словно пересохшие ручьи, уже не пропускали силу. Я чувствовала, как жизнь утекает из меня, как песок сквозь пальцы.

«Азалия, дитя моё…» — прохрипела я, голос был едва слышен. Каждая буква давалась с неимоверным трудом. Я собрала последние остатки своей силы, чтобы произнести эти слова, чтобы вложить в них всю свою любовь, всю свою боль, все свои надежды.

Она подбежала ко мне, её маленькие ручки обняли меня. Я чувствовала её тепло, её запах, и это было самое дорогое, что у меня было. Я хотела сказать ей так много, рассказать ей о том, как сильно я её люблю, о том, как горжусь ею, о том, какой прекрасной она вырастет. Но слова застряли в горле, превратившись в хрип.

Мои глаза наполнились слезами. Слёзы печали от того, что я покидаю её. Слёзы радости от того, что она была в моей жизни. Я прикоснулась к её мягким волосам, словно лепесткам розы, которые когда-то напоминали мне о ней.

«Будь счастлива…» — прошептала я, и это были мои последние слова. Улыбка, полная любви и прощания, застыла на моих губах, адресованная моей единственной, моей любимой Азалии. Мой последний вздох был лёгким дуновением ветра, уносящим с собой мою увядшую жизнь. Мой мир потух, но я знала, что её мир только начинается.

------------------------------------------------------------------

больше информации про тайтл в тг канале

@EdenOne0