Ночные Гиганты

— Эй, Балу, отнеси это Турину и Дурину, — сказал Дифур, подёргивая своими синими глазами.

— Они, наверное, проголодались. Много часов стоят на страже — тяжело им охранять нас.

Скажи, пусть после трапезы приходят к ночлегу: поедят как следует и отдохнут.

После них на караул заступят Рудур и Пулин.

Махнув ладонью, Дифур ушёл.

Балу отнёс еду двум молодым гномам, но, приблизившись, заметил нечто странное.

Турин и Дурин стояли в полном недоумении — ошарашенные и напряжённые.

— Вот ваша еда, — тихим голосом сказал Балу.

— А… спасибо, мистер Балу, — без единой морщины и безо всяких эмоций на лице ответил Дурин.

Турин нервно сглотнул.

— Эм… мистер Балу… у нас произошла одна неприятная ситуация, — сказал он тихим, протяжным стоном.

— Коней было восемнадцать… а сейчас их двенадцать. Кто-то… украл наших коней.

Что нам делать, мистер Балу?

Брови гномов поднялись высоко, лбы пересекли глубокие горизонтальные морщины.

Глаза были широко распахнуты, нижние челюсти отвисли.

Они не знали, что сказать.

Ведь именно они были ответственны за охрану лошадей и за ночную стражу.

И они совершенно не понимали, как такое могло произойти.

Балу был немного шокирован и не понимал, что делать.

— А… а может быть, коней украли… более большой и огромный типы?.. —

еле шевеля ртом и челюстью, сказал Балу, указывая пальцем.

Его тело дрожало, лицо сморщилось, а глаза были широко открыты.

Гномы, поняв вид Даббита, повернулись и увидели странную сцену.

Деревья, размером с замки, начали шевелиться и шататься.

А ещё глубже слышался голос лошадей —

более того, теперь лошадей вообще не осталось.

Трое, еле передвигая свои тела, пошли по направлению голосов лошадей.

И вскоре начал слышаться более жуткий, кривой, страшный и громкий голос.

Голос эхом отдавался по всему лесу.

Группа отошла от разрушенной деревни.

Когда трое приблизились ближе,

они увидели трёх огромных гигантов.

Они готовили себе ужин.

— Ммм, ням-ням… какой вкусный суп из лошадей и пони.

Давно я не ел мяса, —

грубый, громкий и кривой голос гиганта разнёсся эхом.

— Да-да, мы уже давно не ели мясо.

Прошло уже пять восходов солнца, — сказал второй.

— Мм, помнится, мы тогда ели деревенских людей.

Хоть они были худыми, но были вкусными.

Но нам же пришлось покупать людей у слабых гоблинов, —

недовольно сказал третий гигант.

— Ладно, так уж быть, это уже в прошлом.

Надо довольствоваться тем, что есть сейчас.

Эх, но всё же я хотел бы отведать людей или гномов, —

громким голосом и с довольной улыбкой сказал первый гигант.

Тем временем гномы и Даббит прятались в кустах,

неподалёку от гигантов.

— Мистер Балу, вы же взломщик и вор,

к тому же хорошо бегаете.

Может, вы отвлечёте гигантов

или, возможно, сможете спасти оставшихся лошадей,

а мы позовём подмогу, —

тихо, с трясущейся челюстью, сказали два гнома.

— Погодите, Турин и Дурин! —

развернувшись, сказал Балу.

Но от гномов уже и след простыл.

В прошлом году — о, как же было вкусно.

Добычи было много: гномы,

люди и иногда высшие создания — эльфы.

А суп из них выходил вкусным и полезным.

— Но, Лен, ты ничего не делал, когда я охотился,

и всегда придумывал отмазки

и ел мой суп, — проворчал он.

Брови сомкнулись, а лицо искривилось.

— Хватит ворчать, ворчун.

Вечно ты всем недоволен.

У нас одна кровь — мы должны поддерживать друг друга.

— Хватит ссориться перед едой.

Лучше кушайте, ведь я сам добыл мясо.

Всё благодаря мне.

— Да-да, спасибо, Гордыня.

Гиганты шумели, а их голоса распугивали

животных и хищников.

Пока непутёвые гиганты разговаривали,

Балу незаметно подкрался сзади

к одному из них.

— Ой, спина чешется…

Но не хочу сам.

Почеши мне спину, Гордыня, пожалуйста.

Почеши мою спину, —

сказал гигант.

Он не мог дотянуться до своей спины,

а из-за лени и злости лицо гиганта покраснело.

За спиной гиганта висел клинок.

Балу попытался этим клинком

разрезать верёвку, которой

были связаны лошади.

Но качество и острота клинка

оставляли желать лучшего.

Балу так и не смог даже

перерезать верёвку.

И в этот момент

огромная неуклюжая рука

гиганта схватила Балу.

— А вот ты где, жалкое насекомое…

Хм, хи-хи-хи.

Лицо гиганта выражало радость

и предвкушение.

— Ням-ням.

— Гордыня, приготовь ещё ужин,

я нашёл кролика, хи-хи-хи!

Грубый, громкий, хриплый голос

разнёсся эхом.

Но в этот момент пришли гномы

и напали на гигантов.

Началось неуклюжее сражение

между гигантами и гномами.

Гиганты из-за своих огромных тел

двигались медленно и неуклюже.

Тем временем гномы

двигались быстро,

но почти не наносили

ущерба гигантам.

В итоге битва

превратилась в игру в догонялки.

Но всё же один из гигантов,

по имени Гордыня,

схватил Балу.

— Эй, двигающиеся гномьи мяса!

Все остановились!

А то я сожру этого кролика —

живьём!

А ну, отпустите оружие,

движущиеся мясы!

Голос гиганта был

таким громким, грубым

и отвратительным,

что уши звенели.

Гномы замерли

и не смогли ничего сделать.

Тогда Торгус

медленно поднял оружие

и опустил его на землю.

После решения Торгуса

все остальные гномы

отпустили оружие

и сдались.

— О-хо-хо-хо-хо-хо!

Видите?

Я добыл мясо!

Всё благодаря мне, мне!

Мой суп будет ещё вкуснее!

О-хо-хо-хо-хо!

— Хватит болтать, Гордыня! —

раздражённо сказал другой гигант.

— Быстрее готовь свой суп.

Скоро появится солнечный свет.

Если не хочешь,

чтобы мы все заснули

и упустили такой

прекрасный, вкусный ужин —

давай быстрее!

— Хватит ворчать, ворчун, —

с недовольством буркнул Гордыня.

Услышав слова гигантов,

на лице Балу

появилась лёгкая ухмылка.

Его глаза

блестели — не от страха,

а от осознания тупости гигантов.