Дело о пропавшей невестке

Глава 1. Дело о пропавшей невесте

В кабинете директора пахло старой кожей и табаком.

Эвелин Харт стояла у окна, разглядывая мокрый асфальт, пока Леонард Грей листал папку с материалами дела.

— Итак, — сказал директор, сцепив пальцы. — Пропала невеста. Мира Кроу. Двадцать два года. Исчезла утром в день свадьбы.

Эвелин обернулась.

— Без записки?

— Без записки. Зато с личными вещами, — директор кивнул в сторону папки. — Сумка, туфли и украшения нашли в пруду неподалёку от алтаря.

Леон закрыл папку.

— Время обнаружения?

— Через три часа после церемонии. Гости уже были на месте.

Самоубийство.

Это слово не прозвучало вслух, но повисло в воздухе.

— Жених? — спросила Эвелин.

— Томас Чаплинг. Тридцать один год. Известный в городе предприниматель. Сотрудничает с благотворительными фондами, репутация — безупречная.

— Идеальный вдовец, — тихо заметил Леон.

Директор посмотрел на него предупреждающе, но ничего не сказал.

Через час они уже были у пруда.

Место выглядело слишком аккуратным для трагедии. Ни следов борьбы, ни беспорядка. Вода была спокойной, почти зеркальной. Эвелин присела у берега и осмотрела влажную траву.

— Следов нет, — сказала она. — Если она прыгнула сама, то сделала это аккуратно. Слишком аккуратно.

Леон стоял чуть поодаль, наблюдая.

— Или кто-то постарался, чтобы их не было.

Они работали молча, но удивительно слаженно. Эвелин обращала внимание на детали, Леон — на несоответствия. Иногда их взгляды пересекались, и каждый из них делал мысленную пометку: он наблюдателен.

— Нашли тело? — спросила Эвелин.

— Нет, — ответил Леон. — И это проблема.

К вечеру они встретились с Томасом Чаплингом.

Он выглядел так, как и должен выглядеть мужчина, потерявший невесту: бледный, с потухшим взглядом и идеально выглаженным костюмом. Он отвечал на вопросы спокойно, без истерики.

— Мира была счастлива, — сказал он. — Она нервничала, как все невесты, но… никаких признаков.

— Вы ссорились? — спросила Эвелин.

— Нет, — ответил он сразу. Слишком сразу.

Леон сделал пометку в блокноте.

Когда они вышли из дома Чаплинга, уже стемнело.

— Думаешь, он врёт? — спросила Эвелин.

— Думаю, он что-то не договаривает, — ответил Леон. — Но пока не понимаю что.

Эвелин посмотрела на окна дома, где погас свет.

— Или он просто не знает.

Они остановились у машины.

— Это самоубийство? — спросил Леон, глядя ей прямо в глаза.

Эвелин помолчала, затем покачала головой.

— Пока нет тела — нет выводов.

Она открыла дверцу.

— А значит, это расследование только начинается.

И ни один из них ещё не знал, насколько далеко оно их заведёт.