Снежок

Неожиданно местное божество оказалось настолько эффективным, что Чао Лин была вне себя от радости. Чжан Шу попал под повозку и, вероятно, получил серьёзные травмы. Он не навещал Чао Лин несколько дней, но двери в комнату оставались под постоянным наблюдением, что не оставляло ей возможности сбежать. Еду приносили ежедневно, но она была совершенно невкусной. Если бы Чжан Шу не собирался сделать её своей наложницей, она бы подумала, что он хочет её убить.

Не имея другого выбора, Чао Лин ежедневно благоговейно приносила еду в жертву святилищу Снежного Божества. Когда закончилась сушеная рыба, она начала предлагать тушеные свиные ножки и свою собственную маринованную редьку. Ее свиные ножки так вкусно пахли, что слуги, охранявшие её, пускали слюни от зависти. Чао Лин пыталась подкупить их ножками, но они оставались непреклонны.

Аромат тушеных свиных ножек также привлек большого белоснежного кота. Это был кот с длинной и пушистой белой шерстью, с глубокими лазурными глазами, который расхаживал по подоконнику, словно благородное божество. По его большой задней части Чао Лин узнала в нем кота, который ранее украл сушеную рыбу.

— Этот кот такой чистоплотный, должно быть, это чей-то домашний баловень

Чао Лин подумала и сказала:

— Как жаль быть кошкой в семье Чжан, еда у них отвратительная. Иди сюда, иди сюда — Чао Лин взяла на себя роль матери — Матушка накормит тебя мясом

По какой-то причине Чао Лин почувствовала, что аура кота стала несколько мрачной.

Кот сидел на окне, с высокомерным видом глядя на Чао Лин. Слуги, казалось, не замечали его, или, возможно, им было всё равно. Должно быть, это был домашний любимец главы семьи Чжан, который спокойно мог ходить где угодно.

Чао Лин отломила несколько кусочков свиной ножки, положила их на тарелку для подношений и подвинула коту.

— Иди сюда, малыш Снежок, мама даст тебе немного мяса. Подойди, позволь маме погладить тебя, иначе я не дам тебе мяса, а сушеной рыбы уже не осталось!

«Снежок» — так назвала его Чао Лин; он был белоснежным, и это имя ему идеально подходило.

К её удивлению, Снежок бросил на неё холодный взгляд, повернулся и ушёл.

— Хм, неужели у кошек могут быть такие холодные, высокомерные глаза? — Чао Лин была несколько удивлена, испытывая при этом странную смесь эмоций, но в то же время она не желала расставаться с пушистым Снежком. Она даже еще не успела его погладить! Она прислонилась к подоконнику, пристально глядя в сторону, куда убежал кот, и глубокое чувство меланхолии наполнило её сердце. Она несколько дней молилась Снежному Божеству, но её желание, покинуть семью Чжан и обрести свободу, не было исполнено, казалось, что её молитвы были бесполезны.

В соседнем коридоре слуги, обсуждая вялое выражение лица Чао Лин, перешептывались между собой:

— Эта девушка сошла с ума от заточения? О чём она весь день разговаривает сама с собой? Снежок, снежок, что за снежок?

— Да… — недоуменно сказал другой слуга — Надеюсь, она не заболеет от того, что её держат взаперти. Нужно немедленно доложить молодому господину

— Будьте осторожны, чтобы юная госпожа ничего не узнала

К несчастью, этого слугу вскоре поймала служанка молодой госпожи. Его привели к новоиспеченной госпоже, и служанка ударила его большой палкой. Слуга, дрожа от страха, признался в том, что у молодого господина была любовница.

Новой госпожой дома оказалась старшая дочь семьи Бай, Бай Чжи, выросшая во внутренних покоях дома. Ее муж вскоре после замужества уже взял наложницу, но она сохранила спокойствие и не стала устраивать сцен, просто велела слуге внимательно за ней следить.

— Какая жалкая девочка. Вы заперли её, а теперь она заболела. Молодой господин ещё выздоравливает, так что, думаю, вам не стоит его беспокоить. Пусть девочка гуляет по двору, и да, с этого момента заботьтесь о ней

Слуга тут же преклонил колени:

— Молодая госпожа поистине великодушна!

Слуга ушел, и служанка в недоумении спросила свою госпожу:

— Молодая госпожа, почему вы так добры к этой девушке?

Бай Чжи улыбнулась и ответила:

— Судя по словам слуги, она думает о побеге днем и ночью. Если мы не будем внимательно за ней следить, она может сбежать сама или, что более вероятно, проникнуть в запретную зону святилища, разгневать отца [1] и тем навлечь на себя собственную гибель. Тогда руки наши останутся чисты

[1] Бай Чжи имеет в виду главу семьи Чжан

Служанка мгновенно поняла, что её хозяйка хочет найти способ заманить девушку в запретную зону и использовать главу семьи Чжан, чтобы убить её

Святилище — это место поклонения богу клана. Легенда гласит, что тысячи лет назад божество заключило договор с предками клана о защите города Сюэцзянь, множество лет уберегая его от чумы и войн, и обеспечивая долгосрочное процветание и благополучие клана Чжан. Всякий раз, когда город Сюэцзянь сталкивался с бедствием, бог клана всегда посылал божественные откровения, чтобы предотвратить катастрофы. Предки говорили, что истинная форма бога клана — это кот, поэтому город Сюэцзянь считает котов и кошек посланниками бога и никогда не посмеет обидеть их. Однако несмотря на то, что этот бог клана защищает город, у него довольно скверный характер. Говорят, что глава клана служит ему с особым усердием и учтивостью, но все же жрецов святилища приходится менять три-четыре раза в год.

Святилище — самое священное место в городе Сюэцзянь, и обычным людям вход туда запрещен. Даже Чжан Шу не может войти туда без разрешения, не говоря уже об этой девушке. Если бы эта девушка ворвалась внутрь, это наверняка разгневало бы главу клана.

Служанка похвалила Бай Чжи за ее блестящую стратегию, сделала поклон и сказала:

— Я пойду и найду способ заманить ее в святилище!

Теперь Чао Лин могла свободно бродить по небольшому дворику. Дворик был небольшим, и, обойдя его по кругу, она нашла чей-то подкоп. Если бы она присмотрелась, то заметила бы, что ход был вырыт совсем недавно. Но Чао Лин всегда была беззаботной и не придала этому большого значения, желая лишь как можно быстрее сбежать, поэтому она выскользнула наружу. Вскоре после того, как она покинула дворик, она услышала крики слуг о том, что её нужно найти. Её сердце сжалось, и она побежала. Семейное поместье Чжан было слишком большим, и она заблудилась, абсолютно потеряв нужное направление. Она шла вдоль высокой стены, думая, что главная улица, должно быть, находится за ней. Однако, наконец, обойдя стену, она оказалась в глубине уединенных гор.

Длинная лестница вела в горы, где вдали виднелось древнее святилище. Если бы она знала историю города Сюэцзянь, то узнала бы в этом священном пути дорогу к святилищу. Пройдя по лестнице до конца, она вошла в невообразимое место. На горных ступенях спали многочисленные полосатые кошки, греясь на солнце, их мягкие животики лениво смотрели на Чао Лин.

Чао Лин узнала некоторых кошек, которых она кормила, когда впервые приехала в город Сюэцзянь. Кошки, похоже, тоже узнали Чао Лин, встали и потерлись о ее ноги.

Над всеми кошками восседал большой, белоснежный кот — Снежок. Пока другие кошки терлись о Чао Лин, Снежок оставался отстраненным и неподвижным.

Глаза Чао Лин загорелись, и она крикнула:

—Снежок!

Он проигнорировал её и повернулся, чтобы подняться на гору.

— Снежок, куда ты идешь!?

Крики сзади становились все отчётливее. Чао Лин в панике бросилась вслед за котом, не задумываясь о своих действиях

Они поднялись по ступеням, их лапы и ноги одновременно ступали по мху. Колокольчики, свисающие с древних деревьев, отчетливо звенели над её головой. Она не знала, что колокольчики на святилище чувствовали присутствие Его, звон раздавался в тот момент, когда лапы белоснежного кота касались пола родового зала.

Войдя в святилище, Чао Лин увидела жертвенный стол, заваленный подношениями, горящую лампу и древнюю каменную статую в центре. Статуя была настолько старой, обветшавшей и покоцанной, но в ней все еще можно было смутно различить очертания кошки. Неудивительно, что в городе Сюэцзянь было так много кошек, да и кошки не боялись людей; оказалось, что их богом был кот.

Крики приближались, и Чао Лин очнулась от оцепенения, увидев, как Снежок прячется под жертвенным столом. Чао Лин быстро последовала примеру и тоже спряталась под столом. Стол, полностью скрывавший её фигуру, был покрыт красным шелком. Она затаила дыхание, слыша, как крики становятся все громче. Снежок присел рядом с ней, и она, приложив палец к губам, прошептала:

— Пожалуйста, котик, не издавай ни звука

В родовом зале послышались шаги, а за красным шелком вырисовывались темные тени.

Она услышала старый мужской голос:

— Молчи! Ты потревожила божество, и ты не сможешь вынести последствий!

Раздался голос Чжан Шу:

— Отец, во всем виноват я. Лин-эр — деревенская женщина, которая не знает правил. Как только я ее найду, я её сурово накажу

— Заткнись! — сказал старик — Если она оскорбит божество и разорит семью, я не пощажу ни её, ни тебя!

Чжан Шу после этих слов хранил молчание.

Слуги обыскали всё вокруг, даже ощупали трещины в кирпичах. Глава клана Чжан преклонил колени перед статуей, воскурил благовония и пробормотал:

— Предок, именно небрежность ваших потомков позволила вору проникнуть в родовое поместье. Ваши потомки искали вора, и мы надеемся, что вы простите нас и не будете держать обиду

Сам глава клана шагнул вперед, поднялся на алтарь и уже собирался поднять красную шелковую скатерть. Бай Чжи стояла в стороне, ожидая начала представления. Служанка уже сказала ей, что лично видела, как девушка вошла в родовой зал.

Когда Чао Лин увидела, как тень главы клана приближается к красной шелковой скатерти, ее сердце замерло в груди. Теперь ей было никуда не деться, печально подумала Чао Лин.

— Божество клана, великое божество — тихо молилась Чао Лин, сложив руки вместе — Если я смогу избежать этого бедствия, я буду приносить Тебе в жертву жареную рыбу, тушеные свиные ножки и маринованную редьку до конца своих дней!

— Сделка заключена

В её ухе раздался тихий голос

Чао Лин вздрогнула. В то же время глава клана поднял скатерть, и Чао Лин, ошеломленная, сидела всего в нескольких сантиметрах от него. Однако взгляд главы клана на некоторое время задержался под столом, но он не увидел Чао Лин и отступил.

— Если её нет здесь, ищите в другом месте! Не тревожьте наших предков и божество! — сказал вождь клана

Бай Чжи, охваченная сомнением, нахмурилась и сказала:

— Отец, неужели этой девки здесь нет? Может стоит поискать ещё?

Глава клана сказал:

— Довольно. Мы всё обыскали. Если здесь нет, значит будем искать в другом месте

Все разошлись, и в святилище снова воцарилась тишина. Чао Лин подождала немного, прежде чем осмелиться выбраться наружу. Только что оказалось, что бог клана откликнулся на ее желание и помог ей спрятаться. Она была польщена и трижды искренне поклонилась на молитвенном коврике.

— Чао Лин точно пожертвует самую жирную сушеную рыбу, вот увидите!

— Лин-эр, ты действительно здесь? — внезапно раздался голос Чжан Шу сзади, Чао Лин резко обернулась и встретилась взглядом с улыбающимся Чжан Шу.

— Как тебе удалось остаться незамеченной моим отцом? — Чжан Шу посмотрел на неё и сказал:

— Неважно, сначала спустись со мной с горы. Тебе не следовало приходить сюда. Божество легко гневается и несколько кровожадно, поэтому ты не должна его оскорблять. Не бойся моего отца; я защищу тебя.

— Я с тобой не пойду! — Чао Лин поспешно встала и отступила назад, ударившись поясницей об алтарь.

— Если ты не подчинишься, мне придётся применить силу — Как только он закончил говорить, с двух сторон её окружили двое слуг.

Они угрожающе приблизились к Чао Лин. Чао Лин стиснула зубы, готовая схватить их и вступить в смертельную схватку, когда внезапно они остановились.

Из тени стен святилища выскочило множество полосатых кошек, они окружили Чао Лин и оскалили зубы, чтобы оттеснить двух слуг.

Слуги растерянно переглянулись.

Чжан Шу хотел что-то сказать, когда его лицо внезапно застыло, он выглядел совершенно потрясенным. Двое слуг последовали его примеру, безучастно глядя на то, что находилось за спиной Чао Лин. Девушка в замешательстве повернула голову и увидела, что Снежок каким-то образом забрался на статую и расположился у нее на голове.

Несмотря на то, что это был кот, он производил более внушительное впечатление, чем кто-либо другой. Даже недалекая Чао Лин поняла, что что-то не так.

Чжан Шу почтительно поклонился и сказал:

— Клянусь, Божество, эта женщина — моя наложница. Я заберу её сейчас же

Глаза Чао Лин расширились. Как Чжан Шу называл Снежка? Бо... Божество?

Снежок с высокомерным видом сказал:

— Ты нарушил мой покой, убирайся отсюда

— Божество, — сказал Чжан Шу, не желая отступать, — пожалуйста, позвольте мне забрать Лин-эр

Чао Лин отчаянно качала головой, глядя на Снежка, и шепнула напоминание:

— Сушеная рыба!

Снежок взглянул на нее и сказал:

— С этого момента она моя

Чжан Шу сделал паузу, а затем с недоверием спросил:

— Неужели бог клана хочет отнять у своих потомков женщин?

Слова Снежка были холодными, а его тон не оставлял места для возражений

— Мне нужна твоя женщина, если нет, я отниму твою жизнь

Полосатые кошки, поднявшись на дыбы, приблизились к Чжан Шу и его слугам. Слуги, от страха преклонив колени сначала перед Божеством, а затем перед Чжан Шу, одни за другим покинули храм.

Чжан Шу ничего не оставалось, как сказать Чао Лин:

— Лин-эр, подожди немного, я обязательно найду способ тебя спасти

— Кому нужна твоя помощь! Разве ты не слышал, как твоё Божество велело тебе убираться прочь!

Чао Лин схватила большое яблоко со стола для подношений и бросила его в него.

Чжан Шу покинул святилище с большой неохотой, в его глазах не было понимания. Чао Лин, некогда очарованная его влюбленным взглядом, теперь испытывала отвращение.

Наконец, прогнав негодяя, Чао Лин обернулась и встретилась взглядом с Снеж… нет, с Божеством. Чао Лин с опозданием, но с затаенным страхом, осознала, что дала имя Богу клана и даже сюсюкалась с ним. Но, судя по словам Божества, он, похоже, хотел жениться на ней? Она невольно вздохнула: «Действительно, красавица не бывает слишком красива; даже негодяй положил на неё глаз, как и божество-кот».

Снежок спрыгнул с каменной статуи и лёг в кошачью лежанку рядом с жертвенным столом. Лежанка была украшена с размахом: её внешняя окантовка была сделана из золота, а внутри была мягкая пушистая подкладка. Было очевидно, что это кошачья лежанка была специально изготовлена для Снежка семьёй Чжан.

Чао Лин, поколебавшись, спросила:

— Божество, вы собираетесь на мне жениться?

Чао Лин немного колебалась. Хотя это Божество занимало почётное положение, он всё-таки был котом. Как она могла выйти замуж за кота? Ну ладно, утешала она себя. По сравнению с Чжан Шу, этим никчёмным мужчиной с одним лишь красивым лицом, кот хотя бы был пушистым и очаровательным, и даже мог согреть ей руки зимой.

Прежде чем она смогла окончательно смириться с тем, что станет женой кота, она услышала слова Божества:

— Я не женюсь на глупцах; отныне ты моя служанка

"..."

Чао Лин внезапно высмеяли, и она пробормотала:

— Ты не женишься на глупой девушке, но ешь её сушеную рыбу, тушеные свиные ножки и маринованную редьку

Снежок холодно взглянул на неё, его ледяные голубые глаза были полны холода.

Чао Лин по-прежнему нуждалась в защите Божества, чтобы вырваться из лап Чжан Шу, и ей также нужно было найти способ попросить этого кота помочь ей вернуться домой. Она могла лишь подавить гнев и сказать:

— Уже почти время ужина, Вы, должно быть, голодны, я пойду приготовлю Вам тарелку сушеной рыбы

 — Нет — холодно ответил Снежок

— Ах... Вы ведь не очень-то злитесь, правда? — Чжан Шу был прав, кот действительно легко выходил из себя.

Снежок сказал:

— Мне нужно ведро

Чао Лин: ?