Пошло поехало

Ожидая реакции организма, ходила туда‑сюда. Только здесь было три рабочих места с абсолютно непохожими ремёслами. И там ещё один верстак был… А что, если ещё не все нашла? Сложно представить, что один человек может профессионально работать в столь сложных науках.

— Ха. Возможно, здесь был такой же неумеха, как я, — мастер широкого профиля, — взгляд цеплялся за привычные инструменты. Не удивлена: щипцы точно изобрели тысячелетия назад и лишь улучшали качество и удобство, но с остальными придётся пободаться.

— Я всегда была бесталанна и могла только бездумно работать руками. И даже если окажусь магом - что вряд ли, - мне будет тяжко. Постигать новое всегда страшно, — бормотала я, подходя к пентаграмме.

Возле неё стояла тумба, как у классических магов, где лежат древние фолианты, - пара столов, заваленных свитками и книгами. Сев за ближайший стол, начала осматривать макулатуру - и, к счастью, нашла то, что объяснило всё.

— Я - Мастер Прожиус Икль Дрэ Занон, и мой путь подошёл к концу. Настала пора передать это место моему наследнику. Долгие годы, в одиночестве, вырывая знания по крупице из множества миров, я постигал путь созидателя. Мой труд не должен кануть в забвение! Я не знаю, кем ты будешь, но верю: ты достоин стать новым владельцем Межпространственной Лавки.

Однажды, как теперь я уверен, не случайно нашёл это место. Не понимая, что это, неосторожно зашёл в Дверь. Лавка переместилась, и я почти погиб, пытаясь покинуть её. Моя смекалка и реакция уберегли меня, но пути домой больше не было.

Отныне ты должен следовать пути Созидателя и продавать результат своих трудов…

— Хаа, ну хоть какая‑то информация… Но быть должницей неприятно. Я не просила этого и спокойно прожила бы жизнь в комфорте, — всегда недоумевала, встречая такое в книгах: с какой радостью главные герои взваливали на свои плечи чужие долги и обязанности. Они благодарили, клянясь, что не подведут тех, кого встретили буквально только что, - или, как в моём случае, даже не увидевшись.

— …Мне неведомо, кто создатель столь непостижимого явления, но я понял, чего желает это место. Оно жаждет продавать и покупать. Я не понял истока этого желания, но функционал прямо говорит об этом. Дверь открывается в множество удивительных миров и прямо рядом с разумными, что чего‑то сильно жаждут и имеют средства, чтобы купить нужное…

— Фух… Ну, надеюсь, плата - не душа и человеческие страдания или что‑то похожее, — мне несложно представить, насколько далеко может зайти жадность, ради своих низменных желаний человек с удовольствием и лёгкостью продаст душу. Но, оглядывая новым взглядом… магазин? — не замечаю дурных признаков: ни крови, ни страдающих душ. А впрочем, откуда мне знать, к чему приглядываться?

— …Главное - прислушивайся к тому, что пытается донести до тебя лавка: она поможет подобрать правильную цену за то, что ты сможешь предложить страждущему…

— М‑да уж, всё больше смахивает на чёрные делишки.

Мои глаза сузились, лицо привычно сложилось в оскал, и раздалось тихое шипение: —Ублюдки…—Хоть я далеко не хороший человек - это точно знаю, без прикрас, - но гнев переполняет меня из‑за тех, кто наслаждается чужой болью и получает от этого выгоду. Они хотят сделать меня своим инструментом? Не бывать! Даже если придётся поставить свою жизнь на кон.

— …Товаром же послужит то, что ты создашь сам из материалов, что обменяешь, и старых запасов, оставшихся от меня. К сожалению, большинство самых редких материалов были потрачены на твой призыв.

Найти подходящую душу, что не будет жаждать власти и богатства, - слишком дорого. Тот, кто способен созидать, не желая зла, поистине ценен.

Я не мог позволить случайному человеку стать новым владельцем. На своём опыте, разочаровавшись в людях, я пытался найти преемника самостоятельно. Все мои ученики рано или поздно начинали применять мои знания для увеличения своей власти, стремясь разрушить свой мир по собственной прихоти…

— Эм… То есть… — я лишь сильнее нахмурилась, запутавшись в написанном из‑за резкой смены настроения повествования, но тут же возмутилась. — Это я не поглощена злом? Я точно такой же обычный человек, как и все. Я жадная, ленивая, мстительная, грубая, жестокая, и… и… — гнев кипел во мне от праведной ярости, так что даже не смогла подобрать слова.

— Плевать, кого ты там хотел призвать! — резко встав, я ушла из‑за стола. Метаясь туда‑сюда, шипела от новой волны злости.

Опять… Мне опять говорят, что я хороший человек, что я добрая, хотя даже не знают, какая я на самом деле. Я знаю: я плохая. Я творила множество зверств, была жестока со многими… Чёрт возьми, как же я это ненавижу… Слёзы обиды вновь катятся по щекам. Я только привыкла с саркастической шуткой встречать такие слова, но сейчас, оказавшись в настолько категоричной ситуации, где магия ритуала решила, что я добрая… Не чьё‑то субъективное суждение, а результат анализа… Мерзко… Ведь если я действительно хороший человек, то почему…

— Так… Ладно, хрен с ним… Просто магический ритуал пошел не по плану, и призвалась я… — со злой улыбкой нашла для себя простое объяснение. Будет невероятно весело, когда я сразу же катастрофически накосячу.

Как обычно в такие моменты, решила заесть стресс, вспомнив на радость голодного желудка, о бурде что приготовила. Подошла к котлу. Отравления вроде не чувствую, да и не пофиг ли в такой ситуации уже? Запихивая в себя отвратительную, как и всегда, пищу, старалась не думать.

Что ж, вроде нет какой-то чёткой цели, зачем я здесь, и нет того, что я должна делать сейчас. Если посмотреть на всё это чуть проще, то я как в игре, где есть свобода действий, но есть привязка к месту: продавай, покупай, создавай, возможно даже добывай. В целом неплохо, если руки не из жопы и есть хоть капля мозгов.

Осматривая новым взглядом место, в котором появилась, понимаю, почему мне всё казалось неправильным. Теперь это не стеллажи с чем-то непонятным и большой рабочий стол, а прилавок, перекрывающий главный зал, и полки с товарами.

— Ха-а, не слишком удобно организована торговая зона. В целом всё равно, но было бы слишком легко схватить что-то и сбежать. Придумать систему защиты? Хотя, возможно, здесь уже всё продумано. Люди всё же не тупые и умеют защищать своё имущество. Только и остаётся что самой узнать, чем я теперь торгую.

В моём разуме сложилась картина моего будущего, и тревоги почти отступили. Осталось только привыкнуть к ней. Хм, а ведь если подумать: я и разумных других рас встречу, а живность я даже уже ела. И если не терзать себя мыслью, что я могу случайно эпидемию вызвать из-за вирусов в моём организме (что гораздо сильнее из-за борьбы с антибиотиками), то жизнь не слишком изменится.

Ну почти… Уже сейчас чувствую скуку и грусть без своей музыки и прочих штук, что развлекали меня каждый день. Но нужно просто занять себя работой, а в скором времени обязательно по закону подлости появятся проблемы - и времени скучать не будет.

— Ха… Надо дочитать письмо. — Вскоре упав за стол, продолжила чтение. Немного стыдно от того, что все усилия этого деда пропали прахом. Нет… Возможно, просто я излишне самокритична, и моё представление о настоящем добре излишне идеализированно… Погрузившись в себя, бездумно застыла на несколько минут, смотря в рукопись.

Тряхнув головой, прогнала меланхоличные думы.

— ...Теперь самое главное: тебе осталось лишь признать себя его владельцем. Просто скажи вслух "я хозяин этого места!" — и если оно тебя примет, то это место изменится, став более большим и разнообразным. Если я правильно помню свое появление, то у тебя сейчас даже нет кухни…

Всё не может быть настолько легким, но я устала бояться. Без особой подготовки и помпезности, озвучиваю фразу, прямо сидя.

— Я хозяин этого места. *Крх-треск, треск!* — В один момент произошло несколько изменений: в моей груди появилось странное тепло и чувство полной уверенности сказанного, и окружающее пространство задрожало. Тихие скрипы перемеживались громкими стонами древесного волокна, за стеной что-то грохотало, словно огромный шкаф упал и покатился по лестнице, разваливаясь на лету. Дрожь неприятно отзывалась вибрацией во всем теле, отдаваясь в кишках. Рядом со мной звенело стекло колб и металл кузнечных инструментов.

Глаза заболели от упавшего с потолка мелкого мусора. Странно, но сейчас я чувствовала себя абсолютно спокойно. Та вакханалия, что началась здесь, меня абсолютно не волновала. А пока я терла глаза, всё успело закончиться.

— Ах нет, так избавиться от боли не получится. — Я шла, не замечая изменений, произошедших с этим местом. Промыв глаза, вошла в спальню и приятно удивилась. Окно, которого раньше не было, простиралось вдоль всей стены за спинкой кровати.

Подойдя к нему, облокотилась на широкий подоконник и с удовольствием вглядывалась в глубину облачного неба. Кучевые многокилометровые облака, на которых свет ложился с боку, почти снизу из-за того, что, кажется, был закат. Красно-золотые блики снизу и постепенно углубляющаяся вверх непроглядная тень. — Зачетная погода, жаль, сфотографировать не могу. А если еще гром и молния долбанут, то будет вообще мега эпично. Значит вот о каких изменениях говорилось, прикольненько. 

— Хм, волшебным кажется не вся эта ситуация, а редкое погодное явление. Какой же я всё же… странный, чёрт… — Редкий подъем настроения тут же улетучился, и плечи опали, но вместо того чтобы ныть, я постаралась занять себя делом. Застыв на месте с пустым взглядом, не вглядываясь в прочие изменения, что произошли… с моим новым домом?.. Задумалась: а что конкретно делать-то дальше?

Но недолго мне дали побыть в покое. Всё тело прострелило легкое, еле заметное покалывание, а напряженный взгляд сквозь стены уперся туда, где была дверь. Нет, наверно, просто дверью её не назвать. Дверь. Что-то должно вскоре произойти с ней. Я стремительно шагая вошла в торговый зал.

И успела застать момент, когда она раскрывалась, а появившееся из неё существо разгибалось, еле войдя, сложившись почти пополам. Огромный, что задевал головой потолок даже в наклоне, чёрный настолько, что свет словно тонул в нём, и лишь немногие декоративные вставки в одежде, похожей на пустынный балахон, горели тихим золотым светом. Благо он был похож на человека, хоть я и не видела его лица скрытого платком. 

Вёл он себя спокойно, неотрывно смотря на меня. А его глаза приковали всё моё внимание. Неописуемые, золотые с вертикальным зрачком и, кажется, испускали свет. Крутые глаза. Было бы интересно взглянуть поближе.

Я никогда не обладала достаточными социальными навыками, чтобы даже предположить, какая эмоция могла бы быть вложена в этот взгляд, но мне не казалось, что в нем есть угроза.

Он сделал короткий осторожный шаг - лишь им одним переместился от двери к прилавку - и медленно опустился на колени, склонив голову.

В изумлении мои брови поднялись вверх. Это проявление уважения? К кому, ко мне? С чего бы такие почести. Чёрт, как же неловко.

Наверно, надо ответить соответствующе, но все эти ритуалы приветствий даже в моём мире были чужды мне, даже если нужно было просто назвать своё имя. А тут на колени встал. Ответить тем же? Никак не могу, и его хочется оторвать силой от пола. Но это же будет оскорблением, наверно, по его традициям, да и не смогу эту махину даже двинуть.

Глубокий вдох. Все в порядке, сидят же в азиатских странах так, просто из удобства. Наверно и сейчас такой случай, и мне нет нужды переживать. Я не буду пытаться играть роль, что мне не присуща, и просто постараюсь быть вежливой и дружелюбной. Вперед!

— Здравствуй. Я не знаю, как тебя приветствовать правильно в твоей культуре, но я рада гостю, что пришёл с миром. Тебя не обидит то, что я не следую твоему этикету? — Наверно, это прозвучало чрезмерно напыщенно или по-детски. Чёрт, вообще не представляю, как это выглядит со стороны. Меня стремительно накрывал адреналин, и в такие моменты я становлюсь прямолинейной и грубой.

— Раксад вадэ итр нток вод парсу, вордс ррак то вар. — Говор его речи был рычащим, а звук пробирал до костей. С очередным малым поклоном он ожидал моего ответа. На мгновение испугалась, что языковой барьер нам помешает, но тут же в моём разуме появился смысл его фразы: «Да не угаснет твой внутренний свет, как пожелает великий дух.»

Дух? Он меня с кем-то спутал? Пожалуй, не буду развеивать это недопонимание. — Хм, эм… Кто ты и зачем пришёл сюда? — Надеюсь, он не начнёт рассказывать свою историю с основания мира.