Глава 11. Неожиданное выступление?..
— Э-э-э?! С какой стати мы должны выступать на «Канале Аригаку»?!
Матори удивилась не без причины.
На них как снег на голову свалилась просьба от радиокружка — предложение принять участие в их проекте — «Канале Аригаку». Более того, в день трансляции планировался эфир прямо из школы. Запись должна была остаться на YouTube и транслироваться на весь мир.
Затем Аяка с виноватым видом начала объяснять ситуацию:
— Понимаете, это специальный выпуск перед летними каникулами, и они очень хотели пригласить газетный клуб, который в последнее время так усердно работает... Нас попросили сделать спецвыпуск, посвящённый спортивным клубам, готовящимся к летним соревнованиям, с точки зрения газетного клуба.
— Ты не отказалась?
— Да... Я с улыбкой ответила: «С удовольствием!»...
— Серьёзно?! Кстати, Аяка, ты же говорила, что Исидзука-сэмпай классный, да?!
— Н-не говорила я такого! Я лишь сказала, что люди, которые умеют быстро и много говорить — невероятны!
Сакуто и Хикари слушали эту перепалку между президентом и вице-президентом клуба так, словно их это совершенно не касалось.
— Кажется, мы влипли.
— А стоит ли так паниковать?
Тут подала голос Вакана:
— Это прямой эфир, поэтому права на ошибку нет, разве не так? К тому же, у нас нет опыта разговоров на камеру, мы ведь обычно те, кто задаёт вопросы...
Судя по всему, главным поводом для беспокойства было то, смогут ли они нормально говорить в прямом эфире.
— И кто будет выступать? — задала Матори Аяке самый волнующий её вопрос.
— Я думаю, было бы здорово выступить всем вместе и распределить, кто о чём будет рассказывать...
— Я пас.
— Матори-тян...
— Моя специализация — съёмка. Выступать на публике — это не моё, — легко отмахнулась Матори.
Тогда со своего места поднялась Вакана:
— Если есть возможность... я бы хотела поучаствовать, — произнесла она, немного колеблясь. — Если мы хорошо себя покажем, возможно, кто-то заинтересуется нашей газетой. Страшно ошибиться, но я хочу, чтобы о газетном клубе узнало как можно больше людей, чтобы они читали газету, в которую мы вкладываем столько сил!
Аяка сначала удивилась такому уверенному заявлению от младшеклассницы, а затем радостно прищурилась.
— А что насчёт тебя, Хикари-тян? — спросила Аяка, и Хикари, казалось, немного задумалась.
— Ну, мне как-то без разницы...
— Тогда давай выступим вместе, Хикари! — без малейшего промедления выпалила Вакана. Её лицо лучилось энтузиазмом и улыбкой.
— А?
— Ну ведь в этой статье именно ты лучше всех разбираешься в общей структуре и всём остальном, разве нет?
Вслед за ней нерешительно заговорила и Аяка:
— Это верно... Интервью о профессиях получилось просто великолепным. Если мы сможем донести, что пишем не только о спортивных клубах, но и такие статьи, это может показать, насколько наша газета полезна.
Несмотря на эти слова, Аяка явно не собиралась заставлять Хикари. Она хотела оставить окончательное решение за ней.
Пока Хикари колебалась, Матори широко ей улыбнулась:
— Хикари, почему бы тебе не попробовать? Я-то на камеру не очень смотрюсь, как ни старайся, а вот ты точно будешь выглядеть отлично. К тому же... видишь, как все тебе доверяют?
Поразмыслив немного, Хикари сдержанно улыбнулась:
— ...Хорошо. Если я вам подойду.
Итак...
Хоть это и свалилось как снег на голову, но в итоге газетный клуб всё же согласился на участие в прямом эфире программы радиокружка «Канал Аригаку».
В трансляции должны были принять участие трое, не считая Матори: Аяка, Вакана и Хикари...
После этого они начали обсуждать, кто и о чём будет говорить, но Сакуто не мог не обращать внимания на выражение лица Хикари.
＊ ＊ ＊
— ...Так вы в итоге согласились? Хи-тян, ты в порядке?
Вечером в ресторане европейской кухни «Канон» Сакуто и Хикари встретились с Чикаге.
Чикаге была в повседневной одежде. Судя по всему, она ходила по магазинам: на подставке для вещей рядом со столиком лежал бумажный пакет с логотипом бутика.
— Насчет «в порядке» не уверена. Если нужно будет просто сидеть и что-то объяснять, я как-нибудь справлюсь, но...
Глядя на то, как Хикари говорит, потупив взгляд, Сакуто непонимающе склонил голову набок:
— Тебя что-то беспокоит?
— Просто я не из тех, кто любит быть на виду...
— Но ты ведь так хорошо умеешь выступать перед людьми.
— Ну да...
Хикари неловко хихикнула, но всё равно выглядела подавленной. Не в силах на это смотреть, Чикаге ободряюще улыбнулась ей:
— Всё будет хорошо, Хи-тян. В день трансляции я буду стоять неподалеку и присматривать за тобой.
— Правда?
— Правда. И Сакуто-кун тоже, так ведь?
— Да, я тоже буду рядом.
— Вот как... Что ж, раз вы двое будете там, мне уже спокойнее. Я постараюсь!
С этими словами Хикари радостно улыбнулась.
Однако, по-хорошему, эта улыбка и эти слова должны были предназначаться членам газетного клуба. Теми, кто дарит Хикари чувство безопасности, по идее должны были быть...
Судя по всему, Чикаге подумала о том же.
Сакуто и Чикаге обменялись взглядами, полными смешанных чувств, но в итоге так ничего и не произнесли вслух.
＊ ＊ ＊
На следующий день, в воскресенье, вскоре после полудня.
— Г-готово! — воскликнула Аяка, и все члены газетного клуба собрались позади её места.
— О-о, передовица выглядит что надо, а? Распечатай скорее, — поторопила её Матори.
— Подождите секундочку… Вывожу на печать!
Из принтера один за другим начали появляться листы формата B4. Матори раздала их остальным, и девушки с радостным предвкушением принялись за чтение.
— Слушайте, а ведь и правда выглядит отлично! И верстка, и сам текст стали куда удобнее для чтения! — произнесла Матори, и Вакана тоже радостно улыбнулась.
— Заголовки тоже удачные, а фотографии Матори-сэмпай просто супер!
— Вот-вот! Можете уважать свою сэмпай ещё больше~
— Эй, вообще-то, эти фотографии корректировала Хикари! Не слишком-то задавайтесь!
— Ладненько, тогда пойду поищу опечатки в тексте Ваканы~
— Эй… Хватит целенаправленно выискивать во мне недостатки!
Хоть Матори и Вакана обменивались привычными колкостями, их лица сияли ярче обычного. Чувство выполненного долга придало им уверенности в себе. Наблюдая за этой сценой, Аяка подошла к Хикари.
— Спасибо тебе огромное, Хикари-тян. Думаю, уровень нашей газеты стал значительно выше, чем когда-либо прежде.
— Эм, да я ничего такого…
— Нет, дело не только в самом содержании, но и в том, что мы смогли всё это оформить исключительно благодаря твоим навыкам. То, что мы успели сделать такую качественную работу в условиях нехватки времени — полностью твоя заслуга. Правда, спасибо тебе.
Хикари, видимо, смутившись от таких похвал, лишь робко улыбнулась, залившись румянцем:
— Эхе-хе…
Глядя на них, Сакуто подумал:
«Неужели… Аяка-сэмпай всё поняла?..»
В конце концов, главной проблемой газетного клуба был именно недостаток технических навыков редактирования и верстки.
Сакуто уже просматривал их старые выпуски и заметил, что в какой-то момент визуальное качество газеты резко упало. Это произошло примерно в октябре прошлого года — как раз тогда, когда третьегодки, которые до этого тянули клуб на себе, покинули его.
При этом сами статьи ничуть не уступали прежним, а местами даже чувствовалось, что девушки старались проводить интервью ещё тщательнее, чем их предшественники. Те самые «основы основ для интервьюера», о которых недавно с досадой бормотала Вакана, соблюдались неукоснительно, что доказывало, насколько Аяка и Матори дорожили этими правилами.
Однако сбор материала и верстка — это совершенно разные вещи.
«Интересно, будет ли кто-нибудь читать газету, над которой мы так старались?..» — вот в чём крылся ответ на недавние переживания Ваканы.
Проще говоря, всё портил плохой дизайн и верстка.
Накопленный годами опыт редактирования был утрачен. Если сравнить статьи до и после прошлого октября, становилось очевидно, что при хорошем содержании огрехи в оформлении бросались в глаза. Именно поэтому их отличные статьи, в которые было вложено столько труда, оставались непрочитанными. Как говорится, не хватало «наглядности» — газета просто не вызывала желания прочесть её с первого взгляда.
В конечном счете, все предыдущие усилия газетного клуба не были напрасными. То, что от отчаяния из-за отсутствия читателей они свернули на кривую дорожку желтой прессы и скандалов, было, конечно, сильным искажением, но сама эта неуемная энергия и страсть всё это время дремали внутри них. И пусть направление этой энергии оказалось ошибочным...
«Так вот почему Тачибана-сэнсэй не хотел, чтобы всё так закончилось…» — пронеслось в голове Сакуто.
Чтобы вернуть их на правильный путь, требовалось не только внешнее давление, но и внутренние реформы. И тут появилась Хикари Усами — настоящий специалист. Благодаря её продвинутым навыкам работы с компьютером проблема решилась в мгновение ока. Заодно это помогло самой Хикари найти своё место — место, где она оказалась нужна.
Вдобавок, за ними теперь присматривает Чикаге Усами в качестве внешнего аудитора. Изнутри и снаружи — именно благодаря сестрам Усами газетного клуба смог так быстро встать на ноги.
«Да уж… Похоже, мы и правда пляшем под дудку Тачибаны-сэнсэя…»
Сакуто с кривой усмешкой обратился к Аяке:
— Аяка-сэмпай, теперь осталась только проверка учителями?
— Да. Но в таком виде, думаю, точно одобрят. Для начала отнесу распечатку в учительскую.
В этот момент в дверь постучали.
— Хм, все в сборе, — произнес вошедший Тачибана.
— Ах, — тут же отреагировала Аяка. — Тачибана-сэнсэй, вы как раз вовремя. Мы только что закончили новый выпуск.
— Вот и славно. Позже я передам его второму куратору Накамуре-сэнсэю и учителям из отдела по работе с учащимися, так что распечатай мне несколько экземпляров для учителей.
Когда Аяка принялась печатать, Матори посмотрела на учителя.
— Кстати, Тачибана-сэнсэй, а вы зачем пришли? Мы вообще-то сейчас не делаем ничего плохого.
— То есть вы хотя бы признаете свои прошлые злодеяния и глупости? Что ж… По поводу того, зачем я здесь — пусть вам об этом расскажет сам виновник торжества. Заходи.
В кабинет вошел ученик третьего года, президент радиокружка Исидзука.
— Добрый день, Уэхара-сан. И всем остальным тоже привет~
При виде его ослепительной улыбки Аяка слегка дрогнула, не в силах скрыть волнение.
— А, Исидзука-сэмпай. Спасибо за вчерашнее…
— На самом деле, я хотел обсудить с вами предстоящее выступление. Тачибана-сэнсэй, вы не против присоединиться?
— Эм, я не против, но почему Тачибана-сэнсэй тоже?
— Потому что это будет прямой эфир. Школьное разрешение мы получили, но на всякий случай я бы хотел заранее обговорить список запрещенных слов, поведение в кадре и прочие подобные вещи, — гладко объяснил ситуацию Исидзука.
Номинально радиокружок занимался интернет-вещанием и вел себя словно клуб инфлюенсеров, но, поскольку они представляли лицо школы в сети, за кулисами проводилась очень строгая и тщательная подготовка. Такой серьезный подход был одной из причин, почему школа их так ценила.
— Именно поэтому я пришел пообщаться с участниками трансляции, Косака, — подытожил Тачибана.
— Ясно… Что ж, раз я не участвую, то выйду на минуточку.
Матори взяла свою камеру и покинула кабинет. Сакуто тоже поднялся со своего места.
— Я тоже отойду в туалет, — сказал он и последовал за Матори.
＊ ＊ ＊
Матори стояла, опустив взгляд на камеру в своих руках, в крытом переходе чуть поодаль от здания клубов. Её привычная жизнерадостность куда-то испарилась, и она казалась чем-то подавленной.
— Вам что-то не нравится? — окликнул её Сакуто, и Матори тихо усмехнулась.
— Что-то тут нечисто, чую за версту.
— Вы о чём?
— В этот раз всё идёт как-то слишком гладко. Не слишком ли удачно подгадал время радиокружок?
С этими словами Матори оперлась локтями о перила, подалась вперед и прицелилась из камеры.
— Я одна чувствую, что кто-то дёргает за ниточки за кулисами?
— ...Не слишком ли вы себя накручиваете?
— Как знать? Радиокружок, из-за которого мы вообще начали писать эти разоблачения, внезапно вытаскивает нас на свой эфир... Мое чутье подсказывает, что это как-то чересчур откровенно.
— Сомневаться во всём — это профессиональная черта репортера?
— Я фотограф. Моя работа — запечатлеть истину.
Внезапно Матори в шутку навела объектив на Сакуто, делая вид, что снимает. Сакуто лишь поразился тому, как человек, собиравшийся писать сфабрикованные статьи, рассуждает об истине, но всё же продолжил её слушать.
— ...Ну, доказательств у меня нет, но всё складывается слишком уж удобно. Наша последняя статья была идеальной по сравнению со всем, что мы делали до этого, и оставался лишь вопрос, как её распространить. Конечно, раздавать газету по школе — это классика, но если воспользоваться трансляцией радиокружка, узнаваемость взлетит в мгновение ока.
Слушая её, Сакуто окончательно впал в ступор.
— И как человек, способный просчитывать всё так далеко, мог проигнорировать все риски и скатиться до жёлтой прессы?..
— Заткнись. Загнанная мышь и котику глотку перегрызет!
— Впервые слышу такую милую вариацию этой пословицы... Но неужели вас и правда настолько загнали в угол?
— Ну да.
— Из-за чего именно?
Матори с виноватым видом тяжело вздохнула.
— С тех пор как мы с Аякой стали главными, газетный клуб перестал кого-либо интересовать. Наш надежный куратор ушла в декрет, а Накамуре-сэнсэю, второму куратору, до нас нет дела, ведь его основная забота — художественный клуб. Нам оставалось полагаться только на себя, так ведь?
— Что ж, это чувство мне отчасти понятно.
— Мы прекрасно осознавали, что уступаем нашим сэмпаям, которые за год до этого выиграли премию газеты «Асада»...В общем, давило на нас это, понимаешь? Выпустившиеся сэмпаи были отличными людьми, но они стали для нас чем-то вроде непреодолимой стены... Как-то так...
Понять это было можно, но кое-что всё равно не давало покоя.
— И всё же, я думаю, что из-за этого резко менять курс и бросаться писать скандальные статьи — это уже перебор...
— Просто радиокружок стал слишком популярным. Вообще, Аяка говорила, что хочет как-нибудь сохранить клуб ради Ваканы, которая придет за нами, но лично я хотела оставить хоть какой-то след от нашего поколения.
«Вот оно что», — с пониманием, но не без изумления подумал Сакуто.
— Скорее не след, а шрам. Причем на всю жизнь...
— Да заткнись ты! Знаю я, виновата!..
Выкрикнув это, Матори шумно выдохнула.
— ...Я правда раскаиваюсь.
В отличие от её обычного поведения, эта поникшая Матори выглядела даже как-то мило.
— Тогда почему бы вам не поучаствовать в трансляции радиокружка? Показали бы всем, что вы осознали свои ошибки и теперь стараетесь изо всех сил.
— Это совершенно разные вещи!
— Почему же?
— Потому что эфир будет на всю школу, запись сохранится, да ещё и на YouTube! Если я со своим характером сунусь в прямой эфир, то точно облажаюсь!
Неужели она настолько не хочет светить лицом?
— В этой жизни нет ничего абсолютного, так что...
— А вот представь: я облажаюсь, и все начнут обсуждать, какое у меня милое смущенное лицо! Это разлетится по всему миру через YouTube, меня заметит агентство по поиску талантов, я стану моделью или актрисой, прославлюсь ещё больше, и в итоге могу стать женой богатейшего президента IT-компании!
— Этому абсолютно не бывать! — Сакуто поспешил прервать её фантазии.
— Жестоко! Ты же сам только что сказал, что нет ничего абсолютного!
— Тогда беру свои слова назад! И вообще, почему во второй половине вашей истории у вас вдруг складывается такая отличная жизнь?!
— Ну вероятность-то не нулевая!
— Нулевая, абсолютный ноль!
«Да, эту девушку уже не спасти», — подумал Сакуто.
Тут Матори рассмеялась, будто весь их разговор был лишь шуткой, и уткнулась в смартфон.
— ...Оп. Отправила.
Сакуто недоуменно взглянул на свой телефон.
На экране высветилась фотография Хикари с чудесной улыбкой на лице.
— Сняла её уже давненько. У неё тут такое хорошее выражение лица.
— ...Зачем вы мне это прислали?
— Знаешь, как-то обидно. Хикари делает такое лицо исключительно тогда, когда она с тобой. Ты ей не на шутку нравишься, а? Вы и на вчерашней совместной фотке отлично смотрелись. Почему бы вам просто не начать встречаться?
Поскольку это прозвучало как шутка, Сакуто ответил лишь кривой усмешкой.
— Фотографии запечатлевают истину... Уж я-то способна отличить настоящую улыбку от фальшивой. Твоя улыбка тоже попахивает фальшью, но и у Хикари та же история. Она понемногу открывается нам, но до такого лица ей ещё очень далеко. Э-эх, как же всё это муторно~
Бросив это, Матори направилась в сторону клубной комнаты.
«Фотографии запечатлевают истину, да?..»
Ещё раз взглянув на фото улыбающейся Хикари, Сакуто кое о чем задумался.
Возможно, Матори уже давным-давно раскусила фальшивую улыбку Хикари.
＊ ＊ ＊
Совещание с радиокружком заняло около часа и завершилось тем, что трое участников трансляции задали последние волнующие их вопросы.
— Что ж, тогда до встречи в полдень девятнадцатого числа, после длинных выходных.
— Постарайтесь там, ладно?
Одарив их напоследок ослепительной улыбкой, Исидзука ушел, а Тачибана-сэнсэй удалился с легкой усмешкой.
— Что-то я разволновалась. Но давайте постараемся! Газетный клуб, фай-о!
— Я-я тоже буду стараться! Фай-о-о!
Пока Аяка и Вакана подбадривали себя, Сакуто заговорил с Хикари.
— Хикари, как ты, справишься?
— Если буду вести себя как обычно, то, наверное, да? Главное — заучить текст...
Тут к Хикари подошла Вакана со сложным выражением лица.
— У-ух, хоть я и сказала, что буду стараться, но теперь не на шутку разволновалась...
— Ты в порядке?
— У-угу...
Сакуто было интересно, что же скажет Хикари этой неуверенной и напряженной Вакане, но та, ничего не говоря, спокойно подошла к ней и мягко обняла.
— Хикари?! Т-ты чего так внезапно?!
— Моя младшая сестра, Чи-тян, с самого детства из-за волнения могла даже заболеть.
— Та самая Чикаге-сан?..
— Угу, хоть по ней и не скажешь. Но знаешь, если сделать вот так, она всегда приободряется.
— Вот как... Да, кажется, я понимаю... Так тепло...
Напряжение на лице Ваканы постепенно таяло.
Сакуто наблюдал за этим с нескрываемым удивлением. Еще совсем недавно Хикари ни за что бы не стала вот так обнимать одноклассницу.
Пока Сакуто с теплой улыбкой смотрел на них, Матори вдруг ехидно ухмыльнулась:
— Такашики, ты чего это пялишься на них таким пошлым взглядом~?
— А-а?!
— Завидуешь? Хочешь, мы тоже так попробуем? Давай, иди сюда. Грудь твоей сэмпай...
— Вот уж с кем, а с вами — ни за что!
— Жестоко!
Засуетившаяся Аяка попыталась утихомирить Матори.
— Матори-тян, знай меру. У Такашики-куна тоже есть право выбора...
— Да ты из нас самая жестокая, Аяка! Ах ты ж~!
— Хья?! Н-не обнимай меня!..
Опомнившись, Сакуто заметил, что Вакана и Хикари уже отстранились друг от друга и теперь тихонько хихикали.
Сакуто с облегчением прикрыл глаза.
Хикари смеется. Искренне, от души.
«Остался еще один шаг...»
Чтобы девушки ничего не заметили, Сакуто мысленно вновь собрался с духом.
＊ ＊ ＊
Итак...
Наступило девятнадцатое июля, вторник — долгожданный день прямой трансляции.
В самом начале обеденного перерыва...
— Сакуто, спасибо тебе. Ты так выручил, что пришел помочь с уборкой.
— Да не за что, но работка выдалась та еще...
— Ничего не поделаешь, вторая дежурная заболела...
Беспокоясь о Хикари, Сакуто пришел на спортивную площадку. У первокурсниц на физкультуре был бег с барьерами, и Хикари в одиночку убирала инвентарь под палящим солнцем.
Не в силах просто смотреть на это, он решил помочь, но даже с тележкой погрузка и перевозка заняла немало времени. Учитель физкультуры, судя по всему, сопроводил заболевшую ученицу в медкабинет, так что из дежурных осталась только Хикари.
— Кстати, а где Хигасино-сан?
— Вакану-тян я отправила вперед. Она предлагала помочь, но если бы мы опоздали вдвоем, Аяка-сэмпай оказалась бы в затруднительном положении.
С другой стороны, если бы Хикари продолжила убираться одна, она могла бы не успеть к началу трансляции. Сакуто убедился, что не зря пришел проверить, как у нее дела.
— Тележку ведь нужно откатить в тот склад с рольставнями?
— Ага! Спасибо.
Толкая перед собой тележку, груженую барьерами, они подошли к складу.
Здесь хранился инвентарь для легкой атлетики и спортивных фестивалей. Также тут лежали и старые, не выброшенные за ненадобностью снаряды, напоминающие о долгой истории академии Арисуяма. Внутри было мрачновато и сыро, но по сравнению с жарой на улице — вполне терпимо.
Закатив тележку вглубь помещения, Сакуто с облегчением выдохнул.
— Мы совсем одни, да?
Услышав игривый смешок Хикари, Сакуто криво усмехнулся.
— У тебя же скоро эфир?
— Тц... А ведь если б не он, могли бы здесь пофлиртовать.
Хотя тон ее был недовольным, лицо Хикари сияло.
— Ну ладно, нас все ждут, так что пойдем?
Хикари повернулась к выходу. И тут...
С оглушительным лязгом рольставни опустились, и внутри склада моментально стало темно.
— Что случилось?!
— Н-не знаю, они просто взяли и закрылись!
Они оба знали, что здание старое и механизмы тут барахлят, но чтобы ставни закрылись сами по себе...
Сакуто решил, что ничего страшного не произошло — ставни просто опустились. Он подошел и попытался поднять их изнутри, но...
— Какие тяжелые...?!
Хикари тоже попыталась помочь, но металлическое полотно лишь дребезжало и лязгало, не сдвигаясь ни на дюйм. Судя по всему, в коробе, куда оно должно было сворачиваться, что-то заклинило, и поднять ставни выше не получалось.
Они оглядели склад, но кроме узкого окна под самым потолком, через которое не пролез бы и человек, других выходов не было.
— Делать нечего... Для начала попробую позвонить в учительскую...
С этими словами Сакуто потянулся к карману брюк и тут же побледнел.
— Проклятье, мой телефон...
Он оставил свой смартфон в классе.
— Сакуто, неужели ты...
— ...Да. Кажется, мы оказались заперты...
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов) .
Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM
Поддержать монетой : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6