Глава 6.0
Немного придя в себя, Линь Сиэр принялась внимательно разглядывать мужчину перед собой. У него были красивые глаза формы «лепестки персика», уголки которых слегка покраснели, будто он только что проснулся. Переносица была ровной и высокой, а губы – мертвенно-бледными, лишенными красок.
Линия его челюсти, четкая и острая, казалась яснее, чем ее собственная жизнь. Она никогда прежде не встречала мужчин с такой внешностью.
В его облике сквозило нечто пленительное, но при этом в нем не было ни капли женственности.
Он походил на… эдакого лиса в мужском обличье.
一 Сестрица, 一 вновь раздавшийся голос вырвал ее из раздумий. 一 Умоляю! Сестрица, отпусти меня!
Этот голос, невероятно низкий и сдавленный, звучал с той хрипотцой, что появляется от долгой жажды. Он буквально завораживал.
Заметив, что парень связан так же, как и она, Линь Сиэр немного ослабила бдительность. Она пошевелила ногами, привлекая внимание к стягивающим их веревкам.
一 Сестрица и сама похищена, 一 ответила она.
Линь Сиэр казалось, что этот юноша примерно одного с ней возраста, и то, что он упорно называл ее «сестрицей», ощущалось немного странно. По натуре она была холодной и довольно закрытой, особенно по отношению к противоположному полу.
Однако голос его был приятным: низкая хрипотца отдавала чем-то чувственным. И даже это обращение не казалось детским – в нем чувствовался мужской стержень.
Но в глубине его темных глаз застыла такая беспомощность, что Линь Сиэр подсознательно приняла навязанную ей роль.
Она бросила взгляд на Су Цина и, проследив за его глазами, наткнулась на узлы веревок, крест-накрест стягивающие ее грудь. Девушка мгновенно залилась краской.
«Этот похититель – настоящий извращенец!» – пронеслось в ее голове.
Стараясь не смотреть на Су Цина, она неловко и смущенно произнесла: 一 Не смотри туда.
Су Цин поспешно отвернулся. В этот момент на его губах заиграла едва заметная, порочная усмешка. «А эта Линь Сиэр довольно застенчива».
Согласно описанию персонажа в книге, она была гордой, своенравной и резкой, холодной, как зимняя стужа, и решительной. К тому же, лишь к главному герою Ли Тяню она проявляла свою нежную и девичью сторону, а с незнакомыми мужчинами ленилась перекинуться и парой слов. Похоже, книжные характеристики не совсем точны.
Застенчивость – это просто естественная женская натура.
Ну, или он сам… слишком чертовски хорош собой. Настолько, что она просто опешила от его красоты.
Кроме того, Су Цин знал об еще одной слабости Линь Сиэр – она была доброй и жалостливой. Она любила спасать бродячих животных и в одной из глав даже открыла огромный приют для питомцев. Классический пример «холодной снаружи, горячей внутри».
Поэтому, чтобы завоевать эту героиню, Су Цину нужно было шаг за шагом пробивать бреши в ее обороне, целясь в самое мягкое.
Су Цин продолжал сидеть, отвернувшись, и с деланным возмущением произнес: 一 Сестрица, похититель и правда ужасный человек, раз так тебя связал! Я обещаю, что ни за что не буду смотреть!
Его низкий, бархатистый голос в сочетании с такими наивными словами заставил лицо Линь Сиэр вспыхнуть так сильно, что, казалось, сейчас выступит кровь.
В ответ послышалось лишь глухое сопение – Линь Сиэр явно прилагала какие-то усилия. А затем раздались ее слова: 一 Ничего, можешь смотреть.
Су Цин на мгновение опешил. «А? На что смотреть? Хм? Это что, соблазнение? Что она задумала?»
Стоило ему повернуть голову, как прямо перед ним выросла стройная фигура. Первое, что бросилось ему в глаза… Ноги. Какие белые, длинные и прямые!
Впрочем, в следующую секунду его мысли переключились на другое. «Твою мать, как она освободилась?»
Линь Сиэр отбросила веревки в сторону и, не дожидаясь его удивленных расспросов, ответила: 一 Связали не слишком крепко.
Точно! Боевой потенциал этой девчонки составлял целых шестьдесят единиц. К тому же, когда Су Цин связывал ее, он пожалел нежную кожу красавицы и не стал затягивать узлы слишком туго, но никак не ожидал, что она выберется так легко.
Вспомнив об ужасном впечатлении, которое оставил о себе похититель, Су Цин решил попытаться оправдаться – ведь похитителем был он сам.
Он посмотрел на ее изящные белые руки и искренне произнес: 一 Должно быть, похититель проявил сострадание. У сестрицы такие красивые руки, что у него просто не поднялась рука связать их крепче. Сразу видно – эти руки созданы для игры на пианино.
Линь Сиэр перевела взгляд со своих пальцев на лицо Су Цина и рассмеялась. На ее щеках проступили едва заметные ямочки. 一 Разве тебе не страшно? С чего вдруг такая лесть? Язык у тебя хорошо подвешен.
一 Страшно, конечно, но… 一 Су Цин на мгновение опустил глаза, а когда снова поднял взгляд, его улыбка была чистой и искренней. 一 Я не лгу. Руки сестрицы и правда великолепны.
«Хм, говоришь, язык подвешен? Настанет день, и ты сама в этом убедишься!»
一 Ну, будем считать, что ты просто вежливый, 一 ответила Линь Сиэр. Она обошла Су Цина, присела и начала развязывать его путы. Ее взгляд задержался на его длинных пальцах с четко очерченными суставами. 一 У тебя тоже неплохие руки.
一 Спасибо за похвалу, сестрица.
Когда Су Цин поднялся, Линь Сиэр запрокинула голову, встречаясь с ним взглядом, и нахмурилась. Пока Су Цин сидел на полу, съежившись, было неясно, какой у него рост. Теперь же она осознала, что этот парень почти на целую голову выше нее.
一 Ох… Ты… Такой высокий, а такой трусишка…
Су Цин подумал про себя: «Будь я трусом, тебя бы в этой комнате не было». Однако он не собирался демонстрировать Линь Сиэр свое мужество. В конце концов, сейчас у него его и не было – всего двадцать единиц силы, да еще и без одной почки.
Если он столкнется с главным героем Ли Тянем в открытую, тот его одним пальцем раздавит. Так что ему жизненно необходимо играть роль напуганного юнца, чтобы эта «холодная снаружи» героиня взяла его под защиту.
Кстати, о почке…
Су Цин не сдвинулся с места, лишь его рука медленно потянулась к краю футболки на поясе.
一 Ты что задумал? 一 Линь Сиэр отступила на два шага. Одну руку она мгновенно вскинула, закрывая глаза, а другую сжала в кулак, принимая защитную стойку.
Су Цин осторожно пояснил: 一 Сестрица, у меня нет дурных мыслей. Я… я просто хочу показать тебе свой шрам.
Возможно, из-за того, что голос Су Цина слегка дрожал, а сам он не выглядел угрожающе, девушка расслабилась. Она медленно опустила руку и посмотрела туда, куда он указывал.
Подтянутый живот, идеальные кубики пресса, безупречная белая кожа… Однако на фоне этой атлетичной фигуры виднелся страшный, изуродованный шрам, словно плоть когда-то растерзал дикий зверь. Это выглядело жутко.
Линь Сиэр запнулась: 一 Ты… это что такое?
一 Сестрица, меня похищали, когда я был маленьким. Одну мою почку… вырезали и забрали, 一 Су Цин опустил голову. В его глазах заблестели слезы, казалось, он вот-вот разрыдается.
Он продолжил: 一 Поэтому… сестрица, ты понимаешь меня? Я до смерти боюсь похищений. Я до сих пор помню ту темную комнату. Несколько дядей и аи прижали меня к углу, пять дней не давали еды… А потом в комнате вспыхнул свет, пришел человек в белом халате… Он… он даже не сделал мне наркоз… просто…
В книге не было описания детских травм Су Цина – всё это он сочинял на ходу, заставляя свой мозг работать на пределе! Попутно он соображал: «В истории есть дыры. Разве маленький ребенок выжил бы, если бы ему вырезали почку наживую?»
Но слово не воробей. Менять легенду было поздно.
Су Цин не ожидал, что не успеет он закончить фразу, как почувствует тяжесть на своей шее. Пара рук крепко обхватила его. Мягко и очень ароматно.
Теплое дыхание коснулось его уха, и голос, полный сострадания, прошептал: 一 Не бойся. Сестрица обязательно спасет тебя! Я больше никому не позволю причинить тебе боль!
«Тц, и что хорошего в этом клише „герой спасает красавицу“? Когда тебя спасает красотка – куда приятнее».
Внезапно в его голове прозвучал голос:
«Динь! Героиня глубоко тронута историей хоста. Очки симпатии: плюс двадцать».
«Динь! Хост успешно изменил базовое направление сюжета. Очки злодея: плюс двести».
«Динь! Хост успешно изменил базовое направление сюжета. Удача злодея: плюс двести».
Су Цин позволил себе едва заметную коварную улыбку и со спокойной душой положил голову на плечо Линь Сиэр.
一 Спасибо, сестрица. Я тоже постараюсь тебя защитить.
Су Цин размышлял: неужели они так хорошо разговорились, что эта барышня забыла об опасности? Неужели два незнакомца, похищенные в неизвестное место, вот так запросто могут обниматься? Может, они еще и целоваться полезут?
Су Цин решил действовать на опережение.
Уткнувшись в изгиб шеи Линь Сиэр, он спросил: 一 Сестрица, ты знаешь, кто нас сюда притащил? Где мы вообще находимся?
Он почувствовал, как пряди ее волос щекочут ему кожу. Линь Сиэр, кажется, качнула головой.
一 Не знаю. Помню только… я кормила кошку, а очнулась уже здесь.
一 А я запускал фейерверки дома, и вот я тут, 一 поддакнул Су Цин.
一 М-да. Судя по всему, похитителям просто нужны деньги, иначе мы бы не стояли здесь в целости и сохранности.
Линь Сиэр делилась своими выводами, и вдруг, что-то вспомнив, отстранилась и улыбнулась Су Цину: 一 Ты ведь сам мне сказал, когда увидел: «Я нежный и изнеженный, а семья у меня богатая».
Он кивнул, изображая легкое смущение: 一 Мой отец – Су Цзинко. Сестрица наверняка видела его по телевизору. В семье и правда водятся деньжата.
Ответ Су Цина был скромным, но прямым. Он и не думал скрывать свою личность – сейчас он не похититель, зачем скрываться?