Глава 83.0

Между ними была заключена тайная сделка, о которой я не знала.

Империя Магала, вероятно, добавила условия, которые могли бы соблазнить императора, помимо снижения налогов.

Это было сделано при условии, что император окончательно убедит семью герцога Элтон. И император, не упоминая об этих условиях, сначала предоставил мне величайшие преимущества, которые только мог предложить.

Чтобы добиться желаемого без значительных потерь, нужно было сначала предложить что-то незначительное. Но выгода, которую империя Магала могла предложить императору, должно быть, была настолько велика, что он проигнорировал это условие.

"Тогда было бы слишком расточительно просто следовать воле Императора."

Я бы выполняла всю работу, так что не было бы слишком печально, если бы только император получал все награды?

Итак, я подняла этот вопрос перед императором.

— Ваше Величество, которое всегда прислушивается к своим подданным, должно знать, что я скоро стану совершеннолетней.

— Действительно.

— И в течение последних трех лет все дети Империи были освобождены от различных работ благодаря временному закону, принятому Его высочеством наследным принцем.

Даже те, для кого этот закон не был строго необходим.

После этих слов император, казалось, сразу же понял мои намерения.

Он усмехнулся.

— Очень хорошо. Поскольку у вас, похоже, есть какое-то конкретное желание, я предоставлю вам отдельные налоговые льготы и для этого.

— Я беспокоюсь, смогу ли я добиться успеха самостоятельно, без помощи отца.

Услышав мои слова, император, казалось, обрадовался еще больше и от души расхохотался.

— В этом отношении вы более дерзки, чем ваш отец! Очень хорошо, вы ведь ждали из-за наследного принца три года? Тогда я также продлю срок действия льгот на три года.

Это было очень приятное заявление.

Только после этого я перестала хмуриться и слегка приподняла уголки губ.

— Я благодарна Вашему Величеству за вашу небесную милость. Торговля магическими рубинами с Империей Магала - это беспрецедентная возможность для Севера. Я воспользуюсь ею и немедленно начну подготовку.

— Хаха, да. С нетерпением жду, что вы придумаете дальше.

После этой личной встречи с императором я немедленно собрала вассалов Севера и начала готовиться к экспорту магических рубинов.

Теперь, когда мои вассалы и помощники, полностью разделяющие мою точку зрения, действовали слаженно, мы начали получать заявки на покупку рубинов из Империи Магала.

Изначально в Империи Декардил магические рубины продавались только инвесторам. Однако в Империи Магала эта стратегия не сработала бы.

"Империя Магала - все-таки чужая страна. Нет смысла выбирать только тех, кто принесет пользу нашему Северу."

Поэтому мы объявили, что любой, у кого есть деньги, может сделать заказ.

Удивительно, но, несмотря на возможные жалобы со стороны знати Империи Декардил, которой приходилось покупать рубины по остаточному принципу, особой реакции не последовало.

Это было связано с тем, что они в любом случае наслаждались ценностью рубинов в течение трех лет.

"Напротив, некоторые инвесторы беспокоились, что экспорт в империю Магала затянется слишком надолго."

Таким образом, рубины начали активно экспортироваться за границу.

Запросы на бронирование поступали один за другим. Знать империи Магала бронировала рубины, как будто ждала этого момента, и благодаря этому Северу даже пришлось принять дополнительных инвесторов, чего изначально не планировалось.

"Всё идёт по плану."

В отличие от аристократов империи Декардил, которые покупают рубины один раз и наслаждаются ими как украшениями, империя Магала отличается от них. Это были основные покупатели, которые периодически приобретали большие партии рубинов.

Это принесло бы нашему Северу огромные богатства. Даже больше, чем тот успех, который был описан в оригинальном произведении.

"Да, с рубинами всё идёт гладко, без особых проблем."

Проблема была не в рубинах, а в чём-то другом.

Я вышла из банкетного зала, чтобы уладить это дело.

Пока я размеренно шагала, Дёрнесс шёл за мной и шептал:

— Она ждёт в комнате в конце второго этажа пристройки герцога Фредо.

— Ты уверен, что она уже там?

— Да.

— Ясно.

"Тогда я должна разобраться с этим сегодня."

Я прошла по знакомому коридору поместья герцога Фредо и вскоре оказалась перед комнатой в пристройке, которую специально выделил Мостин.

Дёрнесс осторожно открыл дверь.

Скрип.

Комната представляла собой простое помещение со столом и стульями.

Я молча посмотрела на человека, сидевшего на стуле.

— Наконец-то мы встретились.

В ответ на мои слова пожилой человек, сидевший на стуле, усмехнулся.

— Зачем вам понадобилось так далеко ехать, чтобы найти такую деревенщину, как я?

— Не говорите таких разочаровывающих вещей. Думаете, я не знаю, что вы оцениваете это ожерелье больше, чем оно того стоит?

— О, как же я польщена. Тогда, если я попрошу отдать мне ожерелье прямо сейчас, вы отдадите его мне?

В ответ на эти слова я улыбнулась и медленно подошла к столу. Дёрнесс, опередив меня, выдвинул стул.

Усевшись, я неторопливо сняла с шеи богато украшенное рубиновое ожерелье и, не колеблясь, положила его на стол.

Звяк-

Звук, с которым сверкающие ограненные рубины ударились друг о друга, эхом разнесся по комнате.

— Столько, сколько захотите.

Ожерелье, которое я предложила, было украшено в общей сложности 34 магическими рубинами и 16 жемчужинами. Если бы эту ценность можно было перевести в деньги, на них можно было бы легко купить две виллы, принадлежащие обычным дворянам.

Когда я с готовностью предложила ожерелье, глаза старушки заблестели, и она тут же схватила его.

— Поистине, великие дворяне необычайно щедры! Эта старуха ослеплена жадностью и не видит ничего дальше своего носа, так что я буду бережно хранить это ожерелье.

Старушка усмехнулась и сунула ожерелье в принесенный с собой потрепанный мешок. Судя по тому, как она обращалась с драгоценностями, она не собиралась ни носить их, ни продавать.

Довольная этим, я улыбнулась еще шире.

— Теперь вы понимаете, что в моем предложении нет ни преувеличения, ни лжи?

Услышав мои слова, старушка, которая туго затягивала горловину мешка, подняла голову.

Старушка, чьи седые волосы были подстрижены еще короче, чем у Дёрнесса, закончила завязывать мешок, и разгладила морщинистую кожу.

— Возможно, дело в вашей необычайной щедрости, но вы, юная леди, очень страстная натура.

Старушка сказала это, цокнув языком.

— Моя жизнь все равно подходит к концу, так что я скажу все, что думаю. Меня не интересует ваше предложение, юная леди.

— Хм, вот как?

— Я сама-то приехала в столицу, только потому что вон тот рыцарь последние три года шлялся по Западу.

Упомянутый Дёрнесс никак не отреагировал и продолжал молчать.

— Я довольна своей нынешней жизнью и не хочу ничего большего. Мне просто нужно время от времени удовлетворять свою жадность. Страсть - это хорошо, но перестаньте докучать окружающим и живите в мире, который у вас есть, юная леди.

Услышав дерзкое замечание в мой адрес, Дёрнесс, который до этого стоял в стороне, схватился за рукоять меча, висевшего у него на поясе. Старуха, наблюдавшая за происходящим, откинулась на спинку стула и усмехнулась.

— Боже, как страшно. Я впервые вижу, чтобы этот рыцарь вел себя так агрессивно.

Дёрнесс не обратил внимания на слова старушки и стал следить за моей реакцией.

Я просто моргнула один раз. Это означало неодобрение.

Поняв это, Дёрнесс расслабился и снова выпрямился. Увидев это, старушка покрутила в руках мешок и снова рассмеялась.

— Вы хорошо обучаете своих рыцарей. Не поэтому ли Север так отличается от других земель?

Я медленно наклонила голову, наблюдая за ней.

Старуха действительно была груба со мной, а я не из тех, кто спускает грубость. Однако в этот момент я могла бы закрыть на это глаза.

Почему?

"Такого человека не сломить ни силой, ни слабостью."

Я хорошо знала, когда можно прибегнуть к шантажу, а когда нет. И я уже поняла, что может поколебать эту старуху.

Я положила руки на стол и посмотрела на неё.

И мило улыбнулась.

— Страсть - это мимолетное пламя, но убеждения вечны.

Услышав мои слова, старуха, которая все это время ухмылялась, на мгновение помрачнела.

— Где вы услышали эту поговорку?

— А это важно?

— Ну, как члену герцогской семьи, вам не занимать осведомленности. Это неудивительно.

Старушка что-то проворчала себе под нос.

Глядя на неё, я мысленно повторила свои слова.

"Страсть - это мимолетное пламя, но убеждения вечны..."

Именно эти слова произнесла старушка.

Не кому-то, а непосредственно бывшему императору Грилике.

"Хорошо, что я попросила Киллиана предоставить мне записи времен бывшего императора Грилики.»

С момента восшествия императора на престол и до его кончины писцы должны были записывать всю официальную информацию. Исторические тексты, составленные таким образом, были национальным достоянием, доступным только членам императорской семьи.

Поэтому я сопоставила информацию, которую предоставил Дёрнесс, чтобы выяснить, когда старик общался с бывшим императором Гриликой, а затем получила от Киллиана записи того периода.

Эту поговорку я узнала из них, и, судя по всему, когда-то она была убеждением старушки.

Старушка сухо рассмеялась и, взглянув на меня, спросила:

— Вы правда думаете, что сможете привнести это в мир?

— У вас есть способности и технологии, а у меня - деньги и власть. План уже готов, так что я вполне способна это сделать.

— Ха? Даже великий бывший император Грилика в конце концов не смогла обрести такую проклятую уверенность в себе.

Старуха цокнула языком.

— Я не хочу слышать, что вы другая. Я стара и устала от того, что меня обманывают такими сладкими речами.

Решительно заявила старушка.

Глядя на неё, я неторопливо улыбнулась.

— Но вы всё равно хотели это увидеть.

Услышав мои слова, старушка посмотрела прямо на меня.

— Вы хотели увидеть, как ваша совместная работа изменит историю континента, и как те глупцы, что выступали против вас, получат по заслугам.

Пока я говорила, морщинистая рука старушки на столе сжалась в кулак.

— Сколько бы вам ни было лет, вы должны показать, что вы ещё живы и что времена меняются.

Старушка, единственная дочь барона Ватт, гениального изобретателя Империи, а также несчастная первая женщина-изобретатель.

Глаза Бабы Ватт ярко горели.

(п.п.: её имя реально Баба Ватт.)

— Так вы предлагаете мне опять строить его?