Очищение, старший брат

Ли Жохань, которая долго молчала, тоже взяла себя в руки и мягко сказала:

— Отличное предложение, старший брат Лу! Младший… старший брат Цзян, не отказывайся, я хочу спросить у тебя совета о гармонизации внутренних органов!

'Уже старший брат?'

Ван Хэн усмехнулся. Младшая сестра Ли, дочь клана Ли из Боцзюня, умела налаживать связи не хуже него.

— Не стоит называть меня наставником.

Цзян И подавил гордость и серьёзно сказал:

— Давайте просто посидим здесь, поговорим о Дао и поделимся опытом.

Сказав это, Цзян И почувствовал лёгкий стыд.

Быть окружённым вниманием этих знатных отпрысков, которые раньше были для него недосягаемы, было лестно.

Но его нельзя было винить. Парень из городка Гуню, встретив Ван Хэна и Лу Юня за воротами секты, должен был бы кланяться им в ноги.

А Ли Жохань, дочь аристократов, была как луна в небе. А теперь они называют его «старшим братом» и хвалят. Это пьянило, как хорошее вино.

— Нужно закалять характер.

Подумал Цзян И. Как бы он ни был спокоен, нужно пройти через искушение деньгами, властью и славой, чтобы понять их вкус и укрепить волю.

Как говорил его старый начальник: говорить о твёрдости духа, не испытав искушения, — пустые слова.

— Старший брат Лу, пусть принесут лучшее, что есть в «Пещере слияния вод»! Духовный рис с пурпурных полей, выдержанные лекарства — всё на стол!

Ван Хэн умел создавать атмосферу. Вскоре стол ломился от яств.

Все ели и болтали, атмосфера была тёплой.

В разгар веселья Ли Жохань вдруг спросила:

— Старший брат Цзян, позволь нескромный вопрос: у тебя есть источник дохода?

Цзян И покачал головой. В отличие от них, у него не было поддержки клана.

А «помощь» распорядителя Яна… этот дедушка потратил почти все свои сбережения на создание пруда огня и воды.

Нельзя было просить больше.

— Старший брат Цзян, слышал фразу: «Без денег не стать талантом»? Это истина и для пути Бессмертных, и для пути Дьявола.

Ли Жохань подняла бокал:

— У меня есть кое-какие сбережения. Если старший брат Цзян найдёт время объяснить мне секреты гармонизации внутренних органов, я готова считать его своим «учителем» и платить ежемесячное «жалование».

Цзян И заинтересовался, но не согласился сразу:

— Мои скромные познания не стоят того, чтобы младшая сестра Ли тратилась. Раз мы обсуждаем Дао, говорить о деньгах неловко. Если будет время, пообщаемся и обменяемся опытом.

Он не отказал и не согласился.

Причина была проста.

Во-первых, сколько бы Ли Жохань ни платила, для четвёртого уровня Очищения Ци это капля в море.

Медь, железо, нефритовый порошок — всё стоило тысячи монет.

Во-вторых, общество держалось на взаимной выгоде.

Заставить Ван Хэна, Лу Юня и Ли Жохань быть должниками было выгоднее, чем просто получить деньги.

— У старшего брата широкая душа, это я меркантильная. Наказываю себя бокалом!

Щёки Ли Жохань порозовели, то ли от вина, то ли от чего-то ещё, и она стала ещё красивее.

Солнце клонилось к закату, и все разошлись.

Цзян И не спешил вызывать журавля.

Он стоял на площади и смотрел вдаль. Хотя горы были покрыты снегом, закат был ярким, окрашивая скалы в оранжево-красный цвет.

— Закат на внутреннем пике вызывает совсем другие чувства, чем на внешнем.

Цзян И улыбнулся и вызвал журавля, чтобы вернуться.

…

…

— Сестра Ло? Что ты здесь делаешь?

Когда Ли Жохань вернулась в свой дворик на Пике Шитья, была уже глубокая ночь, шёл снег.

У ворот стояла Ло Цяньэр из Прачечной, видимо, она ждала давно.

— Младшая сестра Ли, ты забыла? Недавно я просила тебя взять моего брата на внутренний пик, ты обещала дать ответ сегодня…

Перед Ли Жохань Ло Цяньэр вела себя скромно, как служанка, забыв о своей обычной гордости.

Ещё бы, ведь Ли Жохань была из клана Ли из Боцзюня, куда знатнее, чем клан Ло из Ляньси.

И с поддержкой семьи она рано или поздно попадёт во внутренний пик, ссориться с ней нельзя.

— Ох, точно, какая я забывчивая, — Ли Жохань рассмеялась. — Мы с братьями Ваном и Лу так засиделись за вином, что я совсем забыла.

— Старший брат Ван согласился. В следующий раз, когда я пойду на внутренний пик, возьму твоего брата с собой.

Ло Цяньэр обрадовалась и рассыпалась в благодарностях.

Ли Жохань же казалась равнодушной, не желая продолжать разговор.

Вдруг она словно что-то вспомнила, её тон стал дружелюбным:

— Кстати, сестра Ло, ты работаешь в Прачечной, не могла бы ты найти мне хорошую ткань? Хочу сшить плащ, чтобы он подходил к этому снежному пейзажу.

Ло Цяньэр нахмурилась, но тут же улыбнулась: — Это несложно. Какой цвет тебе нравится? Есть знакомая швея?

Ли Жохань подробно описала, что ей нужно, и радостно добавила:

— Старшему брату Цзяну, наверное, нравятся яркие цвета, выбери получше, сестра.

Ло Цяньэр согласилась и, осмелев, спросила как бы в шутку:

— Старший брат Цзян? Какой такой старший брат Цзян, что смог привлечь твоё внимание, сестра?

Ли Жохань с улыбкой ответила:

— Не болтай ерунды, сестра, я просто восхищаюсь талантом старшего брата Цзяна И, ничего больше.

— Старший брат Цзян И?

Улыбка застыла на лице Ло Цяньэр, она словно превратилась в ледяную статую.

— Тот самый, из Закалочной на Пике Алого Пламени, — весело сказала Ли Жохань. — Мы с братьями Ваном и Лу считаем, что у него большие шансы попасть во внутренний пик весной.

Снег кружился и падал.

Ло Цяньэр стояла у ворот, не чувствуя холода.

Она не помнила, когда Ли Жохань ушла.

В голове звучали только пять слов: «Старший брат Цзян И».

Как гром среди ясного неба, они оглушили её и лишили покоя.

…

…