Жалеть должен был именно ты
В последующие дни Ян Сиюэ почти не общалась с Чэнь Хуайюем.
Большую часть времени она проводила дома одна, хотя Чжан Хань иногда приходила составить ей компанию. Она старалась не думать о реальности, но в то же время исцеляла себя. Ей нужно было время, чтобы смириться с тем, что уже невозможно изменить.
Сколько именно времени ей потребуется? Она и сама не знала.
Для Ян Сиюэ Чэнь Хуайюй был не огнём, а скорее лучом света, лучом, который невозможно удержать. И только позже она осознала, что этот луч, который она не могла поймать, на самом деле уже давно освещал другого человека. Оказалось, что дело было не в том, что она не могла ухватить его, этот луч с самого начала никогда ей не принадлежал.
Все бесконечные сожаления в итоге свелись лишь к горькой усмешке и тихому вздоху.
С тех пор, как она полюбила его, и до дня, когда она узнала, что его сердце уже занято, прошло слишком много времени. Если бы она узнала раньше — намного раньше, пока ещё не полюбила его так сильно, пока он не стал для неё настолько незаменимым, — ей не было бы так больно.
А потом она подумала: «Разве любовь вообще не состоит из боли и печали?»
У других людей любовь имеет начало и конец, в ней есть и смех, и слёзы. А у её любви не было начала, но был конец, не было смеха, но были слёзы. Жизнь каждого человека неповторима, у каждого своя история и свой путь. Она понимала, всё понимала. Ей просто нужно было немного времени, чтобы принять это.
Осенью 2020 года начался третий курс университета. После почти полугода, проведённых дома, она наконец вернулась к учёбе. Ян Сиюэ, как всегда, была одна. Поймав такси до вокзала, она взяла один чемодан и один рюкзак и отправилась в Цзянчэн.
В этот раз она не встретила Чэнь Хуайюя.
Той осенью произошло множество событий.
Ходили слухи, что Шэнь Цзя рассталась со своим молодым человеком. Эту новость сообщил Линь Тун. Уже не было секретом, что Чэнь Хуайюй испытывает чувства к Шэнь Цзя. Линь Тун всё ещё находился в Китае, поэтому у него всегда были самые свежие новости, и он первым узнал о расставании Шэнь Цзя.
Говорили, что причиной стала ссора или что-то в этом роде. По слухам, молодой человек Шэнь Цзя хотел уехать за границу, чтобы продолжить обучение, а она не желала ехать с ним. У них возникли разногласия относительно выбора направления для дальнейшего развития их отношений.
Ян Сиюэ узнала об этом и подумала, что Чэнь Хуайюй наверняка уже в курсе. Линь Тун обязательно поделился бы с ним этой новостью.
Осенью Лю Цзинъюй отправилась в долгий путь, чтобы увидеться с Пан Ханьвэнем. Пан Ханьвэнь служил на северо-западе, и Лю Цзинъюй долго планировала эту поездку. Она хотела найти его и поговорить с ним, ведь они не виделись уже очень давно, и она очень скучала по нему. Раз он не мог приехать к ней, она решила отправиться к нему.
От её города до северо-запада было очень далеко. Прямых рейсов не было: сначала скоростной поезд, потом обычный поезд, долгие пересадки, длинная дорога, вся поездка занимала больше двадцати часов. Большинство поездов ходили ночью, и вагоны были переполнены и очень шумными. Лю Цзинъюй с трудом заполучила мягкое место на нижней полке, но уже в дороге уступила его женщине с ребёнком, а сама забралась наверх.
Лю Цзинъюй потратила более двадцати часов в пути только ради того, чтобы увидеть его и провести рядом меньше одного дня.
Настоящая любовь не боится неудач. Лю Цзинъюй — смелый человек, и её любовь не знает страха перед поражениями.
Чжан Хань и Линь Ифань то расставались, то мирились. Во время эпидемии они были вынуждены сидеть дома и не могли никуда поехать. Хотя они и раньше встречались на расстоянии, во время пандемии Линь Ифань не вернулся в Хайчэн, а оставался в Пекине. Из-за работы родителей их семья подумывала о переезде туда, поэтому он и не собирался возвращаться домой. Из-за эпидемии было непонятно, когда это станет возможным. Они долго не виделись, мало общались и всё чаще говорили о расставании.
Но сколько бы раз они ни говорили о разрыве, в конце концов всё равно мирились. Они слишком долго любили друг друга, чтобы так просто всё закончить.
После очередной ссоры Линь Ифань первым сделал шаг: он приехал из Пекина в Бэйчэн к Чжан Хань. Она слишком сильно его любила: стоило ему проявить инициативу, как она сразу же прощала его.
Всё это время Линь Тун оставался в Китае и не возвращался в университет. В стране ситуация с эпидемией была временно под контролем, в то время как за границей ситуация ухудшалась. Поэтому он продолжил учиться дистанционно из Хайчэна, а иногда приезжал в Цзянчэн, путешествуя по стране и посещая онлайн-занятия.
Но позже, из-за того что он постоянно ездил по разным местам, его признали контактировавшим с заболевшим и однажды отправили на карантин. После окончания изоляции он больше не выезжал из Хайчэна и наконец начал спокойно сидеть на месте.
Жизнь продолжала идти своим чередом. Ян Сиюэ больше не встречалась с Чэнь Хуайюем, но часто видела его в ленте WeChat. Иногда он появлялся в постах Линь Туна, иногда у Хэ Чуаня.
И каждый раз она видела его только через чужие фотографии.
Она знала, как однажды вся его комната забыла про задание по разбору кейса, которое задал преподаватель, и в выходные они всей компанией сидели в библиотеке, в панике доделывая работу. Знала, как у него украли доставку, оставленную внизу общежития, и как Хэ Чуань потом долго над ним смеялся — мол, вот и до него такое дошло. Знала, что работу, которую он сделал меньше чем за день, преподаватель похвалил и поставил в пример, а домашнее задание Хэ Чуаня, наоборот, раскритиковал при всей группе.
Хотя он её не любил.
Хотя у него была девушка, которая ему нравилась.
Хотя…
И всё же…
Она всё равно не могла перестать смотреть на него.
Не могла перестать любить его.
***
В тот день они вместе с Лю Мэнци пошли в университетский супермаркет.
Лю Мэнци минимум раз в неделю ходила за покупками и всегда просила кого-нибудь составить ей компанию. Чаще всего ходила именно с Ян Сиюэ. Наверное, такой шумный и неугомонный характер, как у Лю Мэнци, могла долго выдерживать только спокойная, терпеливая и почти всегда эмоционально ровная Ян Сиюэ. Они хорошо дополняли друг друга и прекрасно ладили.
В тот день они накупили очень много всего: фрукты, бытовые мелочи, хлеб, лапшу быстрого приготовления…
И когда Ян Сиюэ расплачивалась на кассе, её взгляд случайно скользнул по полке за кассиром, где рядами стояли сигареты самых разных марок, упаковок, цветов и цен. От этого разнообразия буквально рябило в глазах.
Обычно, когда она делала покупки, её взгляд не задерживался на полках за кассой. Но сегодня она почему-то остановилась и присмотрелась внимательнее.
И тут её память вернула её к воспоминаниям о сигаретах, которые он курил ещё в школе. Она вспомнила ту сигарету, которую он протянул Линь Туну на школьном стадионе. Вспомнила, как однажды, во время совместного ужина, она заметила, что он курит, и успела разглядеть его пачку, всё ту же светло-голубую пачку той самой марки.
Он всегда был человеком постоянным. Даже сигареты он курил одни и те же много лет, ни разу не изменив им.
Ян Сиюэ не заметила, как её взгляд начал искать эту пачку на полках. Она внимательно рассматривала их — ряд за рядом, пачку за пачкой — и почти сразу нашла то, что искала.
Это была светло-голубая пачка, слегка приплюснутая, с изображением извивающегося дракона и надписями: латиницей — NANJING, по-китайски — «Нанькин». Она невольно задержала на ней взгляд ещё на несколько секунд.
Лю Мэнци уже расплатилась за покупки, но заметила, что Ян Сиюэ всё ещё стоит, погружённая в свои мысли, даже не замечая, что уже можно уходить. Проследив за её взглядом, она увидела пачку сигарет и машинально произнесла:
— Сюаньхэмэнь?
— Что? — Ян Сиюэ словно очнулась от её голоса.
Лю Мэнци кивнула в сторону пачки: «Сигареты, на которые ты смотришь. ’’Сюаньхэмэнь’’».
— Ты знаешь их? — удивилась Ян Сиюэ, впервые услышав название этих сигарет от кого-то другого.
— Конечно. Мой парень тоже курит. Не эти, правда, но я немного разбираюсь в них, — она с улыбкой посмотрела на Ян Сиюэ, — а ты знаешь, какой у этих сигарет скрытый смысл?
Ян Сиюэ впервые услышала, что у сигарет может быть какое-то значение. Раньше она знала только о языке цветов, поэтому с любопытством спросила: «Какой?»
— «Если куришь, то только “Сюаньхэмэнь”; если любишь, то только одного человека на всю жизнь».
Одного человека на всю жизнь.
Всю жизнь.
Любить.
Только одного.
Узнав смысл этих сигарет так неожиданно, она невольно усмехнулась.
Чэнь Хуайюй, какой же ты преданный.
На глаза навернулись слёзы.
Лю Мэнци, глядя на то, как Ян Сиюэ одновременно плачет и смеётся, недоумённо спросила: «Что с тобой?»
— Ничего.
Когда они вышли из супермаркета, на улице уже шёл мелкий дождь. Он был едва заметен, словно тонкая водяная пыль. Многие люди даже не раскрывали зонты, спокойно шагая по улице: промокнуть под таким дождём было почти невозможно.
Лю Мэнци позвонил её парень, чтобы узнать, где она находится. Он сообщил, что на улице дождь, и предложил зайти за ней и проводить до общежития.
Лю Мэнци согласилась и попросила его захватить ещё один зонт для Ян Сиюэ.
Однако Ян Сиюэ отказалась и вышла под дождь одна.
На ней были худи и джинсы. Под дождём не было холодно, лишь слегка прохладно. Дождь был слишком мелким, чтобы быстро намочить одежду. Пакеты в руках были тяжёлыми, ладони давно покраснели от ручек, но она, казалось, совсем не чувствовала боли.
Дождь всё лил и лил. Под тусклым светом фонарей дождевые струи казались туманом. Всё вокруг будто растворилось в этой дымке, словно сон, слишком зыбкий и нереальный. Дождь продолжал идти, будто что-то шептал, будто смеялся над ней… или жалел её.
То, что стекало по лицу, были слезами или дождём?
Ян Сиюэ уже не могла понять.
Дождь усилился. Одежда промокла и прилипла к коже, капли медленно стекали по вискам. Люди вокруг, почувствовав, что дождь стал сильнее, ускоряли шаг, перебегали под крыши, прятались от непогоды. Никто не замечал девушку, плачущую под дождём.
Она ведь продолжала идти вперёд.
Так почему же всё равно плакала?
Наверное, потому что её никогда не выбирали по-настоящему.
Когда дело касалось любви, она не умела довольствоваться чем-то меньшим и не собиралась мириться с компромиссами. У него были свои принципы, у неё — свои. И поэтому они в итоге исчезли из жизней друг друга.
А потом она подумала: если из них двоих только один может получить желаемое, то пусть это будет он.
Я люблю тебя, поэтому хочу, чтобы ты был счастлив, чтобы ты улыбался, чтобы был рядом с тем человеком, которого любишь сам.
Как же жаль.
Жаль, что её цветок по имени любовь успел расцвести, а он так и не увидел его в полном цвету. Он даже не успел принести плоды, как уже увял.
Чэнь Хуайюй, жалеть должен был именно ты.
«Любить и не быть любимой — обычная часть жизни».
Запись от 16-го октября 2020 г.
Из дневника Ян Сиюэ
Слова автора:
Из всего, что было связано с ним, она лучше всего помнила две вещи: запах стирального средства Walch и лёгкий запах табака, остававшийся на нём.
Она любила его. Любила в нём всё. И даже его преданность одному человеку.