Не возьмет то, что ей не принадлежит.

Глава 63. Не возьмет то, что ей не принадлежит.

Я не настолько глуп, чтобы не понять, что недавнее изменение в поведении Юнь’ер имеет какое-то отношение к моей старшей дочери. Более того, сталкиваясь с отвратительным отношением своей биологической матери, эта старшая дочь все еще в состоянии сохранять слабую улыбку. Обычный человек не смог бы это сделать, верно?

Я наблюдал за взрослением Юнь’ер, поэтому прекрасно знаю, какой у нее характер. Что касается неважных людей, то, даже если бы она проявила к ним доброту, чтобы сохранить хороший имидж, она никогда не стала бы относиться к ним серьезно. Однако теперь Юнь’ер заботится о ней. – Поэтому он не верил, что его старшая дочь полагалась только на мастера Цзю, который был помолвлен с ней и хорошо к ней относился. – Кажется, что моя старшая дочь не такая трусливая, как я думал. Возможно, это связано с тем, что у нее сохранились детские воспоминания, а возможно с тем, что она не так проста, как выяснили мои люди. Только вот вести себя с ней как раньше я однозначно больше не могу.

– Раз уж ты вернулась, проходи и присаживайся. Я не думаю, что ты уже поужинала. Подожди не много, скоро все будет готово. Ты можешь вернуться в свою комнату после еды.

Ян Цзиньюй посмотрела на него. Улыбка на ее лице становилась все шире и шире. Она ничего не говорила, просто молча смотрела на своего отца.

– Если ты не хочешь ходить в школу, то не ходи. Если ты захочешь пойти в школу, я в любое время организую для тебя школу. Если тебе не нравится средняя школа № 13, я организую для тебя другую школу. Юнь’ер права. У нашей семьи Ян все еще есть кое-какие связи, так что мы можем отправить тебя даже в среднюю школу Бойю. Ранее мы рассматривали твой фундамент и долго думали, прежде чем выбрать среднюю школу № 13… А вообще не думай об этом. Каким бы плохим ни был фундамент моей дочери, она все равно должна ходить в лучшую школу. Если ты захочешь учиться, скажи папе. Папа устроит это для тебя. Если ты пойдешь в Бойю, поскольку там учиться Юнь’ер, она также сможет позаботиться о тебе.

– Цинью! Как она может пойти в Бойю…

– Заткнись! – Прежде чем Фу Я смогла закончить говорить, Ян Циню перебил ее. – Не принимай слова своей матери близко к сердцу. Ты и Юнь’ер обе ее дочери. Даже если она немного предвзята к Юнь’ер, это не значит, что она совсем не заботится о тебе. Просто все эти годы ты росла вне дома, поэтому в данный момент твоя мать не знает, как к тебе относиться и как с тобой разговаривать. После того, как мы узнаем, друг друга лучше, она больше не будет такой. 

Сказав это, он пристально посмотрел на Фу Я, как будто хотел, чтобы она согласилась с ним.

Однако Фу Я действительно слишком сильно не любила Ян Цзиньюй. Несмотря на то, что это было предупреждение Ян Циню, она притворилась, что не заметила его и холодно фыркнула.

Глаза Ян Циню потемнели.

Эта Фу Я… вот уж действительно с возрастом она становится все глупее и глупее.

Глядя на Ян Цзиньюй, Ян Циню изо всех сил старался использовать доброе и достойное выражение лица:

– Если ты не хочешь сидеть здесь и ждать, возвращайся в свою комнату и отдохни немного. Папа попросит кого-нибудь позвать тебя, когда ужин будет готов. Кроме того, ты можешь подумать о том, чтобы пойти в школу.

– В этом нет необходимости. – Ян Цзиньюй прикончила пакет йогурта, который держала в руке. Она отбросила его назад, и он упал точно в мусорное ведро, которое стояло недалеко от нее.

Эта сцена шокировала не только слуг и Фу Я. Даже Ян Циню был шокирован.

Она не впервые так метко бросает упаковку йогурта в мусорное ведро, но раньше Ян Цзиньюй всегда выбрасывала ее вперед. Теперь же она бросила ее за спину и попала точно в цель, даже не повернув головы. У нее глаза на затылке? Конечно, нет. Возможно ли, что это совпадение? Это возможно. – Но интуиция Ян Циню подсказывала ему, что это не так.

Ян Цзиньюй не волновало, насколько они были шокированы. Она вертела свой телефон в руке:

– Нет необходимости оставаться здесь на ужин. Когда все будет готово, попросите кого-нибудь прислать еду в мою комнату. Что касается школы, в этом тоже нет необходимости.

Когда Ян Циню услышал это, он с трудом сохранил доброжелательность, которую изо всех сил пытался из себя выдавить.

– Почему бы и нет? Даже если ты дочь семьи Ян, даже если мастер Цзю хорошо к тебе относится, ты не сможешь выйти замуж за члена семьи Инь с твоим неполным средним образованием!

Очевидно, Ян Циню решил позволить Ян Цзиньюй выйти замуж в семью Инь.

– Это не то, о чем тебе следует беспокоиться, папа. Кстати говоря, если бы папа был так обеспокоен моим образованием, когда я только вернулась в семью Ян, я могла бы подумать об этом, но теперь в этом нет необходимости.

На самом деле Ян Цзиньюй была очень рациональным человеком. Она никогда не примет то, что ей не принадлежало, даже если это давали ее биологические родители.

Я вернулась в Северный город не из-за семьи Ян. – Однако, поскольку она не возражала, когда Инь Цзюцзинь отправила ее обратно в семью Ян в первый день ее возвращения, это означало, что она хотела вернуться обратно в семью Ян. – Возложение благовоний двум старейшинам было лишь одной из причин. Что касается другой причины…

Несмотря на то, что она никогда не желала это признавать, глубоко в сердце у нее все еще были некоторые надежды на свою семью, на связывающие их родственные связи. Именно поэтому Ян Цзиньюй все же решила остаться в семье Ян. 

За то время, что девушка жила в этом доме, ей стало ясно отношение к ней семьи Ян. Или, скорее, ей уже было ясно отношение к ней ее родителей, но, несмотря на это, она все равно решила остаться, потому что ей все еще нужно было кое-что подтвердить. И этим чем-то было отношение к ней Ян Цзиньюнь.

И после сегодняшних событий она была уверена. Больше ее ничего не волновало.

Что касается остальных… Мне не нужны те вещи, которые они не хотели мне давать в начале, а теперь пытаются дать, да еще и со скрытыми мотивами. На самом деле иногда семейная привязанность такая же, как и дружба – ценно качество, а не количество.

– Ты… Ты обвиняешь нас?

По какой-то причине Ян Циню почувствовал… Это была не паника. Это был не страх. Это был панический страх! Это было намного серьезнее, чем два предыдущих.

Ян Цзиньюй усмехнулась:

– Папа, ты слишком много думаешь. Я тебя не виню. На самом деле, ты мне ничего не должен. Просто ты родил меня, но никогда меня не любил. Да мне и не нужна твоя любовь. Я просто хочу, чтобы ты запомнил, что, поскольку ты не заботился обо мне в прошлом, не беспокойся обо мне в будущем. Однако, чтобы Юнь’ер снова не дала волю своему воображению, мне все еще придется пожить в семье Ян, пока брат Цзю не вернется в Северный город. Чтобы в течение этого периода времени все были в безопасности, папа и мама должны знать, что делать, верно?

– Ч… Что ты имеешь в виду?!

Эмоции Фу Я были не такими сложными, как у Ян Циню. Она только чувствовала, что Ян Цзиньюй – ее дочь. Она имела право ее игнорировать, но ее дочь не имела права пренебрегать ими. Поэтому слова Ян Цзиньюй сильно ее разозлили.

– Мама, почему ты спрашиваешь об очевидном? Я сказала все, что нужно было сказать. Если мама и папа считают, что, пока живу в семье Ян, я трачу деньги семьи Ян, когда брат Цзю вернется в Северный город, я попрошу его компенсировать вам расходы на мое проживание.

– Т… т… ты... – Фу Я долгое время не могла произнести законченное предложение. Вернее, она не знала, что сказать.

Глядя в улыбающиеся глаза Ян Цзиньюй и слыша, как она произносит такие слова таким небрежным тоном, даже такой эгоистичный человек, как Фу Я, почувствовала себя крайне неловко.

Фу Я привыкла быть эгоистичной и никогда не испытывала подобных эмоций, поэтому и не могла их понять.

Ян Циню долгое время тупо смотрела на свою старшую дочь, прежде чем сказать:

– Ч… что ты имеешь в виду?!

Ян Цзиньюй пожала плечами:

– Поскольку вы не относитесь ко мне как к своей дочери, я тоже не буду пользоваться тем, что вы можете мне дать. Неужели это так трудно понять?

– Неужели ты думаешь, что семье Ян не хватает денег, чтобы содержать тебя?! – Ян Циню почувствовал, что это предложение звучит знакомо, только после того, как он закончил его произносить. Он вдруг вспомнил, что ранее Ян Цзиньюнь произнесла эти слова. На мгновение он почувствовал себя очень противоречиво.

– Конечно, я знаю, что семья Ян не испытывает недостатка в деньгах. Дело в том, что я ничего от вас не хочу. Если папе неудобно брать деньги мастера Цзю, у меня тоже есть кое-какие сбережения. Когда брат Цзю уходил, он сказал, что вернется в Северный город через два месяца. В таком случае, я останусь в семье Ян только на эти два месяца. Два месяца расходов на проживание. 10 тысяч может быть недостаточно, но, 20 тысяч должно быть достаточно, не так ли?

Ян Циню пошевелил губами. Долгое время он мог только ошеломленно на нее смотреть.

Ян Цзиньюй улыбнулась.

– Теперь, когда мы во всем разобрались, я вернусь в свою комнату. – Она взглянула на служанку, которая пыталась казаться невидимой. – Когда кухня приготовит ужин, мне придется попросить Чжао Лин принести его в мою комнату.

– М… мисс, вы слишком вежливы. Это моя работа. – Она чувствовала себя крайне опечаленной.

И зачем я только сюда пришла? Если бы меня здесь не было, я бы не стала свидетелем такой шокирующей сцены. Старшая Мисс действительно… Даже такой человек, как мадам, потерял дар речи. Очевидно, что эти слова затронули даже ее. – Она задавалась вопросом, кому в этой ситуации должно быть больнее: – сэру и мадам или Мисс. Даже я, посторонний человек, когда увидела, что Мисс произносит эти слова безразличным тоном с улыбкой на лице, почувствовала себя крайне подавленной.

Ян Цзиньюй развернулась, чтобы уйти, но внезапно остановилась и сделала два шага назад. Она обернулась и посмотрела на слуг и двух, сидящих на диване, людей, прежде чем сказать:

– О, точно, не говорите Юнь'ер о том, что я только что сказала. Иначе она может спрятаться и грустить в одиночестве.

Слуги:

– …

Ян Циню и Фу Я:

– … – Кажется, она действительно заботится о Юнь’ер.

Они оба молча смотрели в спину уходящей дочери.