Глава 7.0
Глава 7.
— Экзамен окончен.
После урока Хёнджин отправил вопросник.
Я думал, это бесполезная для учебы способность, но она оказалась более полезной, чем я думал. Кроме того, никогда не думал, что у меня будет такая сила. Экзамен – это то, что ты обычно видишь в школе. Так что, концентрируясь, запечатлеешь всё в памяти. Так что, сдавая его, можно вновь вернуться и посмотреть воспоминания, будто это хранилище компьютера.
— Ха, это целесообразно.
— Ура! Промежуточный экзамен закочнился! Может, пойдём играть?
— Эй, Хёнджин. Надеюсь, когда мы закочнили этот ад, ты поддержишь нас?
В любом случае, у меня ещё есть время. Большинство школ предлагают только утренние занятия во время экзаменационного периода. И если экзамен занкончился, завтра его уже не будет. У нас будет бурный перерыв.
— Пойдём в рыбную комнату?
— Рыбную комнату?
Воспоминания, которые вы читаете, остаются в памяти намного сильнее, если просмотреть их более трёх раз. Они запечатлеваются в мозгу навсегда. Потому сейчас у Хёнджина было несколько странное настроение: место, где он сидел сейчас, впитало слёзы, ужасы от подготовки к экзамену.
— Пойдём!
Хёнджин улыбался, наблюдая, как его друзья на втором году средней школы так радостно бегают вокруг. И, возможно, ему тоже нужно иногда уподобляться им, не углубляясь в будущее так сильно?
— Хорошо, – неплохо поступить в старшую школу после окончания экзаменов.
Однако за этими мыслями никто не заметил, как классный руководитель вошел в кабинет.
— Он здесь давно?
Отчего-то он выглядел, как мертвец. И Хёнджин подумал: "Должно быть, я испортил экзамен?". В спешке собирая сумку, Юн Миёна, что сидела впереди, уронила пенал. Заметив это, он поднял его с пола:
— Держи.
— Спасибо.
В момент, когда рука Хёнджина коснулась пенала, его окутало жуткое чувство.
— Эм? Что-то случилось?
— Ах, нет.
Поражённый парень отдал канцелярский предмет Миёне, которая, схватив его, беспомощно выбежала из класса.
— Чёрт, – Хёнджин ничего не мог сказать, испытав то жуткое чувство.
Это было неизбежно. В результате прошлой практики он мог предотвратить воспоминания или события другого человека. Но игнорируя волю, Хёнджин хотел идти ей навстречу.
Просто я не могу понять это чувство...
Это был мимолетный момент, который он не успел уловить. Однако ясно одно: настоятельная и почти кричащая просьба о спасении.
— Разве мы не идём?
— Это же рыбная комната, Хёнджин!
— Мы ведь давно не ели её, не так ли?
Парень, собирая портфель, дождался, когда друзья закончат беседу, и покачал головой. Неописуемое чувство дискомфорта не позволяло ему идти дальше:
— Я не могу.
— Снова учишься? Вот дурак! Неужели наша дружба тебе совсем не важна?
— Важна, просто у меня есть кое-что срочное.
— Срочное?
— Что-то в этом роде.
— Негодяй.
— Это определённо связано с девушкой.
— Нет, – вздохнул Хёнджин, упаковывая сумку.
По какой-то причине у него было очень сильное предчувствие, что это нечто ужасное и неприятное.
* * *
— Хёнджин, ты не пойдёшь?
— Мне нужно подождать кое-кого.
— Кого? Миён?
— Да. Прошло уже три часа...
Неудивительно, что это совершенно ненормальная ситуация. Редко кто-то сидит в офисе так долго. Более того, сразу же после экзаменов.
— Мистер Ли, почему бы вам не отпустить Миён? Похоже, Хёнджин ждёт её.
И лишь тогда классный руководитель вышел из кабинета. Глядя на него, Хёнджин почувствовал себя довольно неловко. Даже если это классный руководитель, он совсем не любил его. Хёнджин всегда держался на расстоянии и был настроен враждебно.
— Миён, можешь идти.
— Да? Ах... – девочка, которая мгновенно смутилась, быстро собрала сумку и вышла из кабинета.
— Но не забудь прийти на следующее занятие.
Хм, почему учитель ведёт себя так странно, говоря столь обычные слова? Кроме того, приватные уроки? Миён – не особенный и не лучший ребёнок в классе. На самом деле, она ниже многих по оценкам. Так почему учитель ведёт себя так странно?
— Пойдём? – Хёнджин наклонил голову.
Хотя мы и учимся в одном классе, не общаемся так уж близко. Избегая внимания учителей, два ученика покинули школу.
— Почему ты меня ждал?
— Просто так, – на самом деле, Хёнджин просто очень нервничал и ничего не мог поделать со своим беспокойством.
Но парень ведь не мог описать свою тревогу. Это секрет, который нельзя раскрывать.
— Пошли со мной.
— Зачем?
— Просто пойдём.
Хёнджин продолжал искать в своей голове ответы. Но в памяти ничего не всплывало. Когда все перешли на третий год учебы, класс разделился. Именно тогда Хёнджин более не вспоминал о неё и их отношения подошли к концу.
— Здесь тихо.
Они пришли в полуденный парк, где всё ещё было жарко. Здесь можно поговорить.
— Так почему ты звал меня? – придя в безлюдное место, она выглядела крайне встревоженной.
Но Хёнджин замолчал на мгновение, а затем заговорил:
— Прежде всего, мне нужно знать, что происходит.
Чтобы распознать нахлынувшие эмоции, он взял Миён за руку.
— Эй, мне больно! Оставь меня в покое! – удивлённая девушка пыталась вырваться, но разница в мужской и женской силе огромна. — Пожалуйста, отпусти.
Выглядела Миён так, будто вот-вот заплачет. Но лицо Хёнджина поменялось. Отпустив её руку, он спросил:
— Почему?
Девушка была готова убежать.
— Что сделал тот ублюдок в классе?
— Что?
— Что сделал тот ублюдок? – сердито повторил Хёнджин свой вопрос.
Хотя, на самом деле, он уже прекрасно всё знал.
— Ничего не было...
— Хочешь, чтобы я сам сказал это?
Лицо Миён побледнело. Она села на землю, словно её разорвали на части. Из глаз потекли слёзы, сопровождающиеся всхлипываниями. Хёнджина же разрывало от злости. Сильнее, чем когда-либо.
* * *
— Ого.
Парк на закате. Миён оперлась на плечо Хёнджина, что сидел на скамейке, и смотрела вдаль, устав плакать. В конце концов, раскрылось изнасилование. Классный руководитель домогался ученицы, сделав такую ужасную вещи.
— Ублюдок, – скрипя зубами, снова проговорил Хёнджин.
Почему-то и раньше была причина, по которой он смотрел на учителя враждебно. Но теперь всё стало на свои места. Под предлогом обучения он оставлял ученицу допоздна, а после забирал с работы домой, пытаясь изнасиловать.
Видя заплаканную Миён, которая устало сидела рядом, он вздохнул:
— Чёрт. Мы должны пойти в полицию.
— Но мы не можем.
Сначала девушка не хотела признаваться во всем, но вскоре сдалась и объяснилась:
— Мои родители... Мать умерла, а отец – алкоголик с пристрастием к азартным играм. Нет смысл сообщать в полицию.
Корея на удивление терпима к преступлениям на сексуальной почве и освобождает насильников, утверждающих, что пятнадцатилетний ребёнок согласился на это. Определённо, в этой ситуации всё пройдёт также.
— Нельзя притворяться, будто ничего не произошло.
Изнасилование – это личное убийство. Он разрушает саму жизнь женщины. Но Хёнджин, который учился в США, не мог понять: почему Корея так терпима к изнасилованиям?
Если сейчас отпустить всю ситуацию, учитель просто будет насиловать и других учениц. Уровень рецидивов превышает 60%. Самый высокий среди всех преступлений. В Штатах существует множество причин для химической кастрации.
— Нам нужно собрать доказательства.