Глава 9.0

Эти двое были очень похожи, когда удивлялись. Шокированные, оба мужчины на мгновение растерялись. 

 — Я не думаю, что девять лет – это так уж мало. 

 Люциэль сказала это, пожимая плечами.

 Сколько бы они об этом не думали, девочка явно выглядела на 6-7 лет, но удивительно, что порой она говорила как взрослая.

 — В любом случае, ты останешься в замке Беллштейн. Добро пожаловать, Люциэль. И спасибо. Благодаря тебе мы смогли заранее подготовиться.

 — Это всё лишь благодаря дедушке.

 Гиллард посмотрел на Люциэль, на что та ответила ему улыбкой. Однако герцог решил вмешаться.

 — Ещё рано радоваться. Заранее предупрежу, что твой жених отправился в академию и сейчас находится вне замка. Мы также должны узнать его мнение, как стороны, с которой ты вступаешь в брак. Контракт в любой момент может быть аннулирован, если он окажется против.

 Люциэль едва заметно понурила плечи, пока садилась.

 Если он откажется… 

 Это была проблема, с которой она ничего не смогла бы сделать. Кизеф может не захотеть жениться, поскольку всё ещё молод. Если так подумать, даже в прошлой жизни говорили, что он никогда не был женат и всю жизнь провёл в одиночестве.

 Возможно, его вообще не интересовали отношения.

 «Тогда мне придётся покинуть Беллштейн…»

 Тем не менее, ей правда хотелось хоть раз встретиться с Кизефом. Для него, по её вине потерявшего всё в прошлом, в этой жизни Люциэль могла бы стать поддержкой.

 «Когда мы встретимся, мне нужно будет показать себя с достойной стороны.»

 Стоит ли ей быть с ним милой, раз уж её лицо непривлекательно? Коротко поразмыслив, Люциэль сказала:

 — Я запомню. Получается, теперь я останусь здесь, да?

 — Да, но сначала завершим составление контракта и решим вопрос с оползнем. А пока, можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. Я защищу тебя. Ева, ты здесь?

 Спустя мгновение, ожидавшая снаружи женщина вошла и склонила голову.

 — Да, господин.

 — Подготовь этому ребёнку комнату в Восточном Крыле.

 — Как прикажете.

 Восточное Крыло являлось зданием, в котором проживал второй юный господин и где останавливались редкие гости герцогства. Люивид опустил взгляд на Люциэль и сказал:

 — Но, для начала, приведи её в человеческий вид. Она похожа на резвившегося в поле щенка. 

 Он не подавал виду, но его удручал запах, исходящий от девочки.

 — Да, поняла.

 Герцог страдал мизофобией и был чрезмерно одержим чистотой. Сам факт того, что он позволил Люциэль находится в своём кабинете, уже показывал его щедрость по отношению к этому ребёнку.

 — Сообщи мне, как только Эллингтон прибудет в замок.

 — Что? Но ведь лейтенант Эллингтон отправился домой на двухдневный отдых...

 На лице герцога растянулась хитрая улыбка.

 — Он вернулся на добровольной основе.

 — Да?.. 

 «Должно быть, господин этому посодействовал.» – про себя подумала Ева.

 Тук-тук.

 Как только разговор был окончен, в дверях появился человек, которого ожидал герцог.

 — Господин, Эллингтон Стюард прибыл.

 — Ты мог бы так не торопиться.

 Как вы можете говорить подобное со столь невозмутимым видом?

 Все наблюдавшие эту картину были изумлены искусной ложью Люивида.

 — Люциэль, если появится что-то, чего ты не знаешь или находишь затруднительным – обращайся ко мне. С нетерпением ожидаю сотрудничества с тобой. 

 Гиллард подошёл к Люциэль и протянул руку для рукопожатия. Его ладонь оказалась очень тёплой.

 — Да, надеюсь на дальнейшее сотрудничество.

 Герцог со спины наблюдал за рукопожатием ребёнка и старика, скрестив руки на груди.

 — Я буду приглядывать за тобой, Люциэль.

 — Эм, да. Я буду очень стараться.

 Люциэль сказала это, сложив руки вместе. Стоявший рядом с герцогом молодой шатен с любопытством поглядывал на неё, до смерти желая узнать, кто же эта юная леди.

 — Люциэль.

 — Да...

 — Позволь представить. Мой заместитель, Эллингтон Стюард. Эллингтон, это моя временная кандидатка в невестки.

 — Хех, разве слова «временная» не достаточно? К тому же, кроме Люциэль никого нет, к чему вообще это использование «кандидаток»?

 На вопрос Гилларда Люивид нахмурился. Наблюдавший за происходящим Эллингтон мгновенно ответил.

 — Ах, вот как? Вы по настоящему очаровательная девочка. Моё имя Эллингтон Стюард, я являюсь правой рукой главы Беллштейна.

 Юноша шагнул ближе и опустился на колено, чтобы поприветствовать ребёнка.

 — Ох, я Люциэль… 

 Ещё до заключения контракта, герцогу понравилась манера Люциэль не использовать имя Орбии во время представления.

 Вскоре вновь прозвучал тревожный голос Эллингтона.

 — Но, сэр, разве она не слишком молода, чтобы быть невесткой?

Словно зная, какой будет реакция Эллингтона, герцог ответил несколько задорно:

 — Хотя она так выглядит, но на самом деле Люциэль девять лет.

 — Что?

 — Ты тоже удивлён, Эллингтон?.. 

 Глаза парня увеличились вдвое, а Гиллард с Евой рассмеялись.

 — Да, немного. А! Миледи, простите, что так удивился. Я изумлён не потому, что это странно. Вы так миниатюрны и милы, я действительно и подумать не мог, что вы уже достаточно взрослая.

 Люциэль тоже понравился этот молодой человек, заваливший её бессвязными оправданиями.

 — Всё хорошо, такое часто случается… 

 Почему-то, у Люциэль было хорошее предчувствие.

 Всему миру герцогство Беллштейн было известно, как обитель зла, рассадник преступности в сговоре с демонами... Но когда девочка попала сюда, ей вовсе не было страшно. Скорее, она чувствовала, что её ожидает что-то интересное.

 Люциэль шла быстрыми шагами в сопровождении Евы. По пути она мысленно запоминала дорогу. Это место, где были расположены кабинет, канцелярия и залы заседаний, являлось главным зданием замка.

 Ева обернулась. Девочка следовала позади, поскрипывая своими тапочками. Сейчас она напоминала маленького утёнка. На мгновение, дворецкий застыла.

 — Мисс Люциэль, мы вас не вымотали?

 Ева полагала, что этот ребёнок мог устать после встречи со столькими взрослыми. К тому же, иметь дело со старым и нынешним герцогом Беллштейна было трудной задачей даже для взрослых.

 Люциэль покачала головой.

 — Я думаю, что все здесь весёлые и дружные.

 Женщина ответила лишь молчаливой улыбкой: ей уже не раз доводилось ощущать кровавую атмосферу герцогского замка.

 «На самом деле, эти люди ежедневно конфликтуют, словно враги.»

 Но она не могла рассказать об этом.

 — Я рада, что мисс Люциэль остаётся в замке Беллштейн.

 Неизвестно, какова по возвращении будет реакция молодого господина, но... Еве хотелось верить в сохранение той мягкой атмосферы, что создала эта юная леди.

 «Пожалуйста, даруйте этому месту спокойствие…»

 Люциэль приподняла голову.

 — Я тоже. Тоже очень рада, но...

 — Хм?

 — Могу я доесть парфе, оставленное в кабинете герцога?

 Спрашивая об этом, девочка выглядела максимально серьёзно.

 — Не волнуйтесь. Я проведу вас в комнату и принесу его.

 От ответа Евы лицо ребёнка просияло.

 ***

 — Вы не зайдёте?

 — А, да.

 Представшая перед ними комната была настолько огромна, что невозможно было с первого раза полностью охватить её взглядом. Интерьер был оформлен в бежевых и кремовых тонах, мебель имела оттенок какао порошка, а под расположенной в центре огромной кроватью был расстелен мягкий ковёр.

 От одного лишь взгляда на это возникало чувство тепла, мягкости и уюта.

 — Поскольку это временная комната, во время её использования мисс Люциэль может столкнуться с множеством неудобств. Тем не менее, мы сделаем всё возможное, дабы ваше пребывание здесь было максимально комфортным. Выделенные вам горничные в скором времени прибудут сюда... Что-то не так?

 — Я правда могу остаться здесь?

 — Конечно. Пожалуйста, подождите секунду. Будет лучше принять ванну, а после уже спокойно отдохнуть.

 Когда Ева вышла из комнаты, Люциэль медленно огляделась вокруг. Всё это казалось таким нереальным, словно подобное не могло произойти в действительности. У неё никогда не имелось ни такой прекрасной комнаты, ни свободы действия.

 — Это – моя комната...

 Роскошные покои в резиденции графа и императорском дворце были подобны пейзажу за стеклянным сводом. Однако Люциэль никогда не имела возможности лично насладиться пребыванием в них.

 Сейчас же место и ситуация были совершенно иными.

 «Я могу трогать здесь всё столько, сколько захочу, или даже прилечь…»

 Люциэль прошла к кровати и села. Постель была достаточно широкой и мягкой, чтобы вместить в себя восемь человек, не говоря уже о маленьком ребёнке.

 «Думаю, я могла бы заснуть, лишь коснувшись головой подушки…»

 Мягкое на ощупь одеяло приятно пахло, будто его только-только забрали из стирки.

 Ева вернулась со служанками.

 — С этого момента, эти горничные будут заботиться о вас, юная леди. Я оставлю парфе здесь, так что можете съесть его после ванны. Я также принесла кастеллу* и тёплое молоко.

(П/П: японский бисквит)

(П/Р: я аж проголодалась) 

 Горничные поклонились Люциэль и улыбнулись.

 — Рада знакомству, миледи. Я Роуз.

 — Меня зовут Бесси**.

(П/П: происходит от имени Элизабет, так что Бет, Бесси и другие вариации – это всё одна горничная)

 — А, я Люциэль.

 — Это наша первая встреча, но позвольте помочь вам принять ванну. Обещаю, вас это освежит.

 Роуз, держа в руках широкое полотенце, говорила мягко, с дружелюбной улыбкой на губах. Бесси повела Люциэль в сторону купальни.

 — Сюда, леди.

 Мраморная ванна уже была заполнена горячей водой.

 — Я могу сама… 

 Люциэль ненавидела мыться.

 К тому же, служанкам будет неприятно видеть и трогать её тощее тело. Да и трудно было просить их о помощи, хотя девочка и ощущала дискомфорт в ногах.

 Увидев реакцию Люциэль, Бесси опустилась на колени и осторожно спросила, глядя ей в глаза.

 — Вы стесняетесь? Тогда я могу помыть вас в пижаме. Вас это устроит?

 Люциэль молча кивнула. Если она будет в одежде, то всё в порядке.

 Её быстро окружили служанки. Благодаря Роуз и Бесси, она смогла благополучно закончить купание. Однако горничные, увидев маленькое и худое тело ребёнка, просвечивающее сквозь закатанные рукава, втайне покусывали губы.

 Они не могли и представить, что же могло приключиться со столь маленьким и хрупким дитя из знатной семьи. Служанки переглянулись, безмолвно пообещав друг другу относиться к девочке ещё добрее.

 — В следующий раз будет веселее принять пенную ванну.

 Люциэль чувствовала себя обновлённой, приняв ванну впервые за долгое время. Бетси вытерла её тело мягким сухим полотенцем. Девочка с самого начала была милой, но когда её вымыли дочиста, она словно преобразилась в совершенно другого человека.

 С обёрнутым вокруг её мокрых серебристых волос полотенцем, её глаза сияли, словно у снежного зайчика, бесконечно бегущего по заснеженным полям.

 — Миледи, почему же вы так сильно похожи на кролика? Так мило… 

 Рыжеволосая Роуз восхищённо вздохнула, прикрывая рот рукой. Её взгляд бесцельно блуждал по комнате, не способный надолго задержаться на столь очаровательном ребёнке перед ней. Бет, обладавшая чёрными волосами, также покачала головой.

 — Глаза мисс Люциэль так блестящи и прекрасны.

Люциэль была смущена комплиментами этих двух, поэтому просто моргнула, ничего не сказав.