Глава 8.0

 С точки зрения герцога Беллштейна, она не была привлекательным брачным партнёром, но Люциэль не унывала.

 В Империи семья Беллштейн имела репутацию неприкосновенных злодеев и, на самом деле, они являлись не лучшим вариантом на брачном рынке для родителей, желавших для своей дочери счастливую брачную жизнь.

 Всё потому, что ходили ужасные слухи о том, что будущая невестка их семьи станет жертвой Короля Демонов.

 Конечно же, Люциэль понимала абсурдность этих слухов.

 — Я попрошу о разводе сразу же, как стану взрослой. Вы ведь знаете, что по законам Империи это возможно.

 Согласно «Закону о браке» Империи Тира, союз, заключённый в юном возрасте, можно было разорвать. Это происходило в том случае, если в зрелости у пары имелась уважительная причина для развода и ранее они не имели детей.

 Поскольку подобная практика была распространена в аристократическом обществе, повторный брак проводился без ущерба для репутации обеих сторон.

 Выслушав её рассказ, Гиллард, молча размышлявший об этом, наконец смог понять, зачем Люциэль искала семью Беллштейн. Прежде всего он посчитал, что должен помочь этому ребёнку.

 — Я за этот брак. Ох, но конечно же я бы предпочёл, чтобы они были вечно счастливы и никогда не разводились.

 — Отец...

 — Я не знаю деталей, но похоже, что Люциэль не может рассчитывать на защиту графа. И я вполне уверен, что моя семья способна обеспечить её безопасность.

 — Да. Мне нужна семья, способная меня защитить.

 Спокойное отношение Люциэль раздражало герцога. Произнесённые ею слова были жестоки для ребёнка, однако сама она не выглядела хоть немного грустной, будто нечто подобное было совершенно естественно.

 «Должно быть, она не знала родительской любви.»

 Об этом можно было легко догадаться.

 Юная леди графской семьи пришла к ним в поисках защиты, ради этого ставя на кон собственную жизнь.

 — Разве ты не говорила, что это сделка? Для начала, я бы хотел услышать условия.

 — Ах!..

 «Сделка может быть заключена лишь тогда, когда обе стороны получают от неё что-то стоящее.»

 Предвидев подобный вопрос герцога, Люциэль уже заранее подготовила ответ.

 — Я могу дать герцогу то, что ему нужно.

 Слушавшему её мужчине, казалось, стало любопытно.

 — Например?

 — Я могу помочь вам заполучить магические камни.

 Драгоценные камни Люциэль нельзя было назвать обычными драгоценностями. Внутри них содержалось огромное количество магической силы. Такие камни хоть и стоили дорого, но использовались повсеместно.

 Однако драгоценности Люциэль были гораздо мощнее обычных магических камней и имели большой запас магической силы. Если бы вы расхаживали с ними повсюду со словами, что это высококлассные магические камни, то никто бы и не подумал, что на самом деле они были созданы Люциэль.

 Семья Беллштейн хороша в магии, так что они наверняка используют их в огромном количестве. Не нужно и говорить, что это была выгодная сделка для герцога.

 Герцог и Гиллард выслушали девочку, после чего переглянулись. Гиллард спросилспросил:

 — Откуда же ты их достанешь?

 — Мой покойный дедушка по материнской линии раскрыл мне месторождение магических камней.

 Хотя она солгала, но решила поднять ставки, будто уже сыграла свадьбу в герцогстве.

 — В Беллштейне есть отдельное место для добычи магических камней. Тебе нет необходимости спасать меня с помощью этого. Я более не нуждаюсь в этом материале. Сейфы и хранилища Беллштейна переполнены им.

 Люциэль была несколько обескуражена надменным выражением лица Люивида, так и говорящим, что в этом плане ему нечего желать.

 «Что мне делать? Неужели его никак нельзя убедить подобным способом?»

 С другой стороны, ей понравился отказ герцога от принятия материальных благ.

 Казалось, что богатый герцог Беллштейн не будет жаждать её драгоценностей. Однако кронпринц поначалу так же не подавал виду.

 «Слишком рано судить об этом. Если он увидит мои драгоценности, то может пожелать заполучить их. Все желали.»

 Люциэль всеми силами старалась успокоить своё сердце.

 — Есть ли что-то помимо этого?

 Герцог заглянул в глаза Люциэль. Иронично, но это был хороший вопрос. Она не умела работать, не обладала невероятным умом или физической силой.

 Если так подумать, то не было ничего, в чём она была хороша.

 Но Люциэль уже не могла отступить. Она решила проявить смелость.

 — Мне нравится Беллштейн. Я не имею каких-либо ценностей или талантов, которые могли бы быть вам полезны, но если вы попросите, то я сделаю всё, что угодно.

 — Хмм… Вот как?

 Мужчина всё ещё не выглядел заинтересованным.

 Люциэль решила использовать свой последний козырь.

 Было кое-что, на что была способна лишь она. Знание будущего.

 Глаза девочки засверкали решительностью и она разомкнула губы.

 — Я знаю, как защитить Беллштейн.

 На этих словах взгляд герцога переменился.

 — Что?

 Люциэль задумалась о событиях ближайшего будущего. Тех, что окажут огромное влияние на Беллштейн. Примерно в то время, когда она пробудила свои силы и была заперта в стеклянной камере, она услышала сплетни прислуги.

 «— Говорят, что на горе Лафайет сошёл оползень.»

 «— Как-то за два дня до этого начался сильный дождь, и с горы раздался странный шум. Звучало так, будто земля трескается.»

 Это был крупный инцидент, повлёкший за собой десятки жертв. Обвалившийся грунт заблокировал дорогу для карет и навредил фермерским домам.

 Однако никто не поверит подобному лишь на слова.

 В этот момент, словно в шутку, за окном начал лить дождь.

 «Выходит, это послезавтра. После сильного дождя будет оползень.»

 — Послезавтра на горе Лафайет сойдёт огромный оползень. Вам следует защитить фермы на близлежащих землях и эвакуировать людей.

 От слов Люциэль Люивид наморщил лоб. Выражение его лица было скептическим.

 — Здесь никогда не бывало оползней. Каково основание твоих слов?

 Девочка ответила, указывая на окно.

 — Во время дождя горы сами сообщают об этом. Позже отправьте кого-нибудь к горам, дабы проверить наличие странных звуков.

 — Странных звуков?

 — Да, звук обваливающегося грунта. Если почва на горе ослабнет, она не сможет впитать дождь и обрушится.

 Гиллард кивнул на слова Люциэль. Это имело смысл.

 — Тогда мы сможем точно убедиться.

 Герцог всё ещё молчал, будто не способный принять решение. Гиллард схватил его за руку.

 — Лично я бы поверил Люциэль на слово. Она ребёнок, и в любом случае не может навредить нам ложью. К тому же, пока мы добирались сюда через лес после захода солнца, колючие кусты открыли дорогу лишь этому ребёнку.

 — Это правда?

 Люивид посмотрел в глаза Люциэль, сверкавшие, подобно драгоценными камнями. Гиллард однажды рассказывал ему, что прежним хозяином леса была фея.

 — Да. Это был фантастический опыт. Я верю, что это дитя приведёт нас к верному пути. Что, если оползень, как она и сказала, реален? Мы не можем позволить себе подобное отношение.

 От слов Гилларда лицо герцога сморщилось лишь сильнее.

 — Время от времени, просто поверить и продумать контрмеры не навредит.

 Мужчина выдержал небольшую паузу, постучав себя по лбу, тем самым как бы показывая, что у него разболелась голова. Тем временем старик обменялся взглядами с Люциэль.

 Будто придя к какому-то умозаключению, герцог посмотрел на ребёнка и приоткрыл губы.

 — Я проверю, произойдёт ли оползень, о котором говорит юная леди.

 Люциэль уверенно кивнула головой.

 — Хорошо.

Тут же их с Гиллардом лица засияли.

 Герцог поспешно достал круглый аппарат для связи и отдал через него приказы.

 — Группа разведки C и D. Это срочный приказ. Немедленно отправляйтесь к окрестностям горы Лафайет. Осмотрите гору на предмет странных звуков.

 Вскоре, менее чем за полчаса минут, пришёл отчёт от разведывательной группы.

 <Разведывательная группа D. Из-за сильного дождя приходится внимательно вслушиваться, но по мере приближения к горе возможно услышать странный звук.>

 <Разведывательная группа C. На дороге, прилегающей к горе, были слышны звуки чего-то разваливающегося.>

 Герцог приказал своим слугам что-то сделать и взял ситуацию под контроль, заявив, что это «чрезвычайная ситуация». После, сразу же отключив канал связи, герцог встал с дивана, прошелся по комнате и снова посмотрел на Люциэль.

 — Юная леди Орбия. Похоже, твои слова оказались правдой.

 — Я рада, что вы поверили мне.

 Люциэль приподняла подол своего потрёпанного платья и сделала реверанс. Её поведение не было элегантным, однако манеры, которым она научилась у своей сестры, были заложены в её теле. Когда-то давно сестра сказала ей: «Мы были дворянами.»

 Герцог приподнял бровь.

 — Полагаю, мне требуется объяснение. Как ты узнала про оползень? Если так подумать, ты намеревалась спасти Беллштейн.

 — Да, я могу видеть будущее.

 — Предсказания?

 — Это больше похоже на пророческие сны.

 — Сон, показывающий будущее. Что же ты в нём увидела, что заставило тебя прийти сюда для защиты Беллштейна?

 Мужчина сделал шаг ближе, окликнув Люциэль. Гиллард забеспокоился и встал на его пути.

 — Постой, ты можешь напугать её.

 Однако девочка покачала головой и пристально посмотрела герцогу в глаза.

 — Я помню лишь фрагменты сна, но в нём чёрный барьер был разрушен.

 Люивид и Гиллард были шокированы известием о падении Чёрной Стены. Их зрачки задрожали.

 — Что за сумасшедший осмелился начать войну с семьёй Беллштейн?

 Лоб герцога был ужасно наморщен, но Люциэль решила, что будет лучше не говорить об этом сейчас.

 — Я помню сны лишь частями, так что прямо сейчас не могу сказать точно. Однако могу обещать вам, что помогу предотвратить падение Беллштейна.

 Детский взгляд был искренен, но какое-то время Люивида терзали сомнения. Трудно было поверить, что ребёнок, внезапно объявившийся из ниоткуда, способен видеть пророческие сны о падении Беллштейна. Однако отрицать только что произошедшее было невозможно, поэтому, поразмыслив еще немного, он в конце концов кивнул.

 — Хорошо. Что касается предложения юной леди Орбии, то пока я его принимаю. Но это не идеальный контракт.

 Герцог скрестил руки на груди и, посмотрев на Люциэль, сказал:

 — Кажется, что юная леди ещё даже недостаточно взрослая, чтобы выходить замуж.

 «Что?»

 — Согласно имперским законам, для вступления в брак тебе должно исполниться 10 лет. Кроме того, в этом возрасте брак возможен лишь с разрешения родителей. До этого момента должно пройти ещё несколько лет.

 — Да, я знаю об этом. Через несколько месяцев мне исполнится десять.

 Герцог и Гиллард одновременно посмотрели на нее.

 — Тебе сейчас девять?

 Миниатюрное тело и лицо, выглядящее гораздо моложе, чем у девятилетнего ребёнка.

 — Как с таким маленьким телом тебе может быть девять? (Герцог)

 — О Боже, это абсурд. Люциэль, разве ты не была шестилетней малышкой? (Дедушка)