Глава 3.0

Элоис сказал, что понимает, и ушел. Он казался обиженным, но Кальмия не знала, что еще сказать. Ей просто хотелось, чтобы она не знала, как Элоис умрет.

По крайней мере, было бы терпимо, если бы она вернулась в прошлое уже после смерти Элоиса. Если кто-то послал и ее в это время, у него, должно быть, был ужасный вкус.

Кальмия, возившаяся с пяльцами, в конце концов вышла из комнаты, потому что не могла вынести скованности.

Первоначально Кальмия и Элоис вместе катались на лошадях, но Кальмия не хотела, чтобы Элоис умер... Если судьбой этого ребенка было умереть, он умрет сегодня, независимо от того, что сделала и/или сделает Кальмия. Она просто надеялась, что все будет не так плохо, когда они будут играть. Если бы он не умер… Это было бы так же неприятно, как если бы он умер. 

— Твоего отца сегодня нет. Так почему ты здесь, Сторнни?

Кальмия, которая небрежно шла по коридору особняка, вдруг подняла голову. Прежде чем она это осознала, она вышла в вестибюль.

Элоис стоял у входной двери с раздраженным выражением лица. Перед Элоисом стоял человек по имени Сторнни.

Он выглядел немного молодым, чтобы называться мужчиной, с платиновыми светлыми волосами и золотыми глазами. Возможно, ему больше подошло бы слово «мальчик». Сторони смущенно покачал головой, но, заметив Кальмию, остановился. Он посмотрел на нее широко открытыми глазами и назвал ее имя с яркой улыбкой. 

— Кальмия.

Кальмия смотрела на него со странно-перекошеным выражением лица.

Мальчик прошел мимо Элоиса и подошел к ней, но остановился, когда Элоис заворчал и преградил ему путь. 

— Я спросила, почему ты здесь? 

— Граф Флокс доверил вас двоих мне.

Увидев ответ Сторнни с улыбкой, Элоис усмехнулся и продолжил расспрашивать его. 

— О-отец оставил нас на твое попечение? 

— Да, Элоис. Пока Графа нет, он попросил меня проверить, нет ли в сарае еще одного пожара. 

— Что?! Это была ошибка!!!! Кто сказал, что мы собирались поджечь его!! 

— Я знаю. Ошибки всегда случаются в неожиданных ситуациях. Вот почему Граф послал меня сюда, не так ли?

Сторнни, умело отвечавший на резкие слова Элоиса, оглянулся на Кальмию. Его мягкие золотые глаза остались прежними. Кальмия вспомнила, что Сторнни был учеником ее отца, который с детства учился у него. Сторнни был человеком, который долго смотрел за ней и успокаивал ее.

Граф Флокс, не выдержав смерти Элоиса, очень долго держался на расстоянии от Кальмии. Может быть, он обиделся на нее. Кальмия, только что потерявшая брата-близнеца и оставшаяся без внимания отца, нашла тактильность Сторнни чем-то очень теплым, что не смогла отказаться от неё.

Он внес самый значительный вклад в становление Кальмии как графиню Флокс. Человек, который был готов предать своего учителя ради Кальмии.

Человек, который не дрогнул, даже когда распространились слухи о том, что смерть Элоиса произошла по вине Кальмии. Он не постеснялся утонуть вместе с ней в грязи. Он был ее любовником. 

— Кальмия. Ты выглядишь бледной сегодня, ничего не болит? 

Сторнни миновал Элоиса и направился к Кальмии. Он слегка наклонился и с тревогой проверил ее цвет лица, нежно лаская ее лоб и щеки. Затем он нахмурился. 

— У тебя небольшая температура.

Отношения Кальмии со Сторнни не были адекватными. Это были какие-то болотные отношения, которые тянули их обоих вниз. Кальмия думала, что только Сторнни, который видел ее в худшем ее проявлении, сможет остаться рядом с ней, и Сторнни, похоже, тоже так думал.

Отношения между ними были скорее липкой одержимостью, чем сладким романом. Благодаря этому Кальмия, стоявшая перед Сторнни, скорее разгорячилась, чем взволновалась. Это был жар, запечатлевшийся в ее душе. 

— Почему бы тебе не отдохнуть в своей комнате? 

— Э-эй!! Отойди от Кальмии!

Элоис бросился к ним и схватил Кальмию за руку, оттаскивая ее от Сторнни. Если подумать, казалось, что Элоис уже давно ненавидит Сторнни. Однако Кальмия не могла понять, почему. 

— Элоис, Кальмия сейчас больна. Ей нужно отдохнуть. 

— Тебе всего четырнадцать, а ты уже хвастаешься! 

— Я прожил на четыре года дольше, чем ты. Элоис, сейчас я отведу Кальмию в ее комнату.

Сторнни умело убрал руку Элоиса. У Элоиса было сердитое выражение лица, но когда он посмотрел на Кальмию, он ничего не мог сказать.

На бледном лице Кальмии было раскрасневшееся лицо. Она выглядела так, будто ее лихорадило. Кальмия выразила свое неодобрение из-за смущения, но Сторнни вместо этого крепко держал ее за руку. 

— Я-я в порядке. 

— Что такое? Почему ты вдруг заикаешься? 

«..П-потому что у нас были отношения..». 

Она неловко закатила глаза. Там, где его рука коснулась ее кожи, было жарко. Сторнни был ее любовником, но любовником был взрослый человек за тридцать, а не четырнадцатилетний ребенок. Было бы абсурдно заменить ее любовника мальчиком. 

— Должно быть это потому, что ты больна, но ты стала очень спокойной.

Над ее головой послышался ухмыляющийся голос Сторнни. 

Кальмия склонила голову, и Сторнни засмеялся восхитительным смехом.