Глава 44.0
На следующий день в нашей семье случился небольшой кризис, так как мама нашла маленькую татуировку на груди отца после того, как он вышел из душа. Он сказал, что ничего об этом не знает, и позвонил тем, с кем пил, пытаясь собрать воедино события прошлой ночи.
Мама чуть не заплакала, сказав, что у её мужа роман, а я не знал, что делать. После того, как отцу удалось пойти на работу, я попытался утешить её. Мы пошли в Мёндон в обеденное время, и хотя мы мало разговаривали, её лицо стало счастливее, просто потому, что она шла со мной под руку среди толпы.
Примечание: Мёндон - это торговый район, заполненный международными модными брендами, роскошными универмагами и магазинами домашней косметики.
Я купил ей шпильку для волос в форме красной бабочки, когда она остановилась у уличного продавца аксессуаров. Я сказал, что у меня есть немного сэкономленных денег, и она заговорила, когда коснулась шпильки.
—Спасибо, сынок. Я буду дорожить этим. Это напоминает мне старые времена, поскольку мы не проводили много времени вместе после того, как ты пошёл в среднюю школу. Мы всегда были вместе до прошлого года. Разве ты не помнишь?
—Тебе уже лучше?
—Не говори так. Я не могу больше говорить об этом, потому что мне так стыдно.
—Отец... он может ошибаться. Просто прости ему это однажды.
—Почему он так поступил?
—Она маленькая, и на работе её не заметят(татуировку).
—Твоего отца могут уважать те, кто с ним работает, но он по-прежнему скряга. Вот почему он выбрал татуировку такого маленького размера, даже когда был в состоянии алкогольного опьянения.
Мать засмеялась, вспомнив знак отличия, который видела утром.
—Ты знаешь, сколько стоят татуировки? Эта кажется довольно дорогой. Вообщем, не обращай на это внимания. Ты не должен знать о таких вещах.
Я, должно быть, улыбнулся, представив цену на знак Возрождения, поскольку мама казалась удивленной.
—Я счастлива провести с тобой некоторое время на улице вот так.
—Разве не сложно работать в магазине штор?
—Я просто играю с соседскими домохозяйками. Твой отец задерживается каждую ночь, а ты играешь один, так что мне нужно такое времяпрепровождение.
—Пожалуйста, скажи мне если ты устанешь.
—Зачем, ты собираешься поддержать меня?
—Я серьёзно.
—Я не знаю, как я родила такого хорошего сына. Мне не придётся снова проходить через это.
—......
—Сон.
—Да.
—Тебе не нужно беспокоиться о таких вещах. У твоего отца стабильная работа и он много работает. Возможно, ты знаешь Чон Ил, где работает твой отец.
—Я знаю о них, поскольку там работает отец.
—Говорят, что она лучшая в Корее, а если нет, мы всегда можем открыть продуктовый магазин.
Мать посмотрела на меня так, будто наблюдала за мной.
—Ты так сильно вырос... хех!
—Ага.
—Ты завёл новых друзья в библейской школе?
—Да.
—Ты ведь не лжёшь, правда?
Это правда, но все они иностранцы, которых я не мог ей представить.
—Приведи потом своих школьных друзей к нам домой.
Я заставил себя улыбнуться и кивнуть.
***
Как я уже упоминал ранее, я завёл воображаемого друга для душевного спокойствия моей матери, и мне нужно, чтобы мои подземелья были такими, что существует только для меня, но при этом не угрожает миру. Я решил спрятать подземелье в горах, под видом психиатрической лечебницы, и хотя религиозный культ, казалось, лучше удерживал людей подальше от этого места, последствия были бы серьёзными, если бы возникла проблема.
В будущем, правительству не нужно было заботиться о таких вещах, поскольку подземелья были подобны ядерным боеголовкам, которые вот-вот взорвут мирных жителей. Им просто нужно было повесить знак, гласящий, что появилось подземелье, и мирные жители сами сбегут с холма ещё до прихода пробуждённых и военных.
Однако сейчас всё было по-другому, и мне нужно было создать психиатрическую лечебницу, а после этого создать соответствующие корпорации и выбрать человека в качестве марионеточного администратора. Мне также нужно было подумать о безопасности ближайших мирных жителей и соблюдать строительные нормы, достаточные для прохождения инспекций.
Тем не менее, стены были необходимы, даже если сама закрытая территория была небольшой, однако побег монстров был чем-то слишком ужасным, чтобы описать это словами.
В результате я отказался от стены, которая должна была окружать гору, а стена, вокруг здания, была изменена, чтобы быть максимально высокой в соответствии со строительными нормами. Что касается марионеточного администратора...
***
Мне нужен был кто-то с медицинской лицензией, и чтобы члены семьи этого человека, также были жадными до корпоративных средств. Деньги не были проблемой, но нужно было держать всё в секрете. Хотя брокеры могли предоставить мне список, я не мог доверять им. На самом деле, за исключением очень немногих, я никому не доверял.
Предательство было чем-то, что происходило каждый день, когда речь шла о деньгах, и те, кто казались самыми безобидными, продавали кого-нибудь за несколько сотен тысяч вон. В эти тяжёлые времена было обычным делом, предавать других за гроши и рисковать своей жизнью за те же жалкие суммы.
Здесь был такой же риск, и были вещи, которые мне нужно было держать в секрете, а это означало, что те задачи, которые имели отношение к подземельям, были выполнены мной. Кроме того, мне приходилось хранить файлы о вовлечённых сторонах на случай, если возникнет проблема.
Чой был одним, а этот алкоголик передо мной был другим.
Лицо мужчины было наполнено следами того, что он потратил свою жизнь впустую, и хотя сейчас был полдень, от него уже несло алкоголем.
—Итак, сколько вы платите за это?
—Я буду платить вам четыре миллиона вон в месяц.
—Разве это не слишком дешево, когда вы пользуетесь лицензией врача?
—Разве я не могу поговорить напрямую с доктором Яном? Я хочу поговорить с ним.
—Я сказал, что вы можете поговорить со мной. Я его сын. Старик не может говорить или действовать самостоятельно. Эта цена слишком низкая. Мы не согласны.
—Мистер Инхо Ян, мы впервые встретились, и мы уже ведём переговоры?
Примечание: В корейском этикете перед тем, как перейти к делу, должны быть хотя бы условное любезности.
—Вы слишком молоды, чтобы так со мной разговаривать. Сколько вы можете дать мне?
Мне даже не нужно было повышать голос, когда я говорил.
—Не разговаривайте так со мной.
Он прищурился, как будто подумал, что не расслышал, но он кое-что обнаружил в моём взгляде. Его глаза задрожали, а воздух на мгновение замер. Мы посмотрели друг на друга секунду, и он раздражённо выпил стакан воды. Затем он вытер рот грязным рукавом и снова посмотрел на меня.
—Я просто говорю, что вы могли бы, как минимум заплатить за подгузники для старика.
—Пять миллионов. Ничего страшного, если ты снова откроешь рот.
—Пяти недостаточно!
Я думал, что он будет таким, и наклонился вперёд через стол. Я потянула его воротник к себе и пристально посмотрел на его уродливое лицо. Меня не волновал его запах, но он не должен смотреть на меня, как на того, кого пугает его буйство. Мне было всё-равно, если он подумает, что я принадлежу к банде или делаю это для них.
Я просто хотел, чтобы он больше не искал меня после сегодняшнего дня, хотя он все равно не сможет меня найти.
Я сжал его воротник в кулаке и притянул к себе его голову. Его лицо сразу посинело, а хозяин кафе просто моргнул на нас из-за прилавка. Я отпустил мужчину и оттолкнул его.
Его отбросило на диван и он закашлял, коснувшись шеи, и я помахал хозяину, чтобы сказать, что всё в порядке.
Мужчина всё ещё сидел на диване, несмотря на то, что с ним обращались грубо, он привык к такому обращению, которое было уместно для общения с кем-то, кто был трусом.
Старый доктор страдающий слабоумием, и его никчёмный сын. Они были единственной семьёй друг для друга, так как жена доктора умерла давным-давно, а сын не женился, хотя ему исполнилось пятьдесят. Я бы больше не смог найти таких же людей.
—Когда... вы дадите мне пять миллионов?
Спросил он, набирая обратно воздух и избегая моего взгляда.
—С завтрашнего дня и до смерти доктора Яна. Так что не тратьте их впустую на выпивку и используйте немного, чтобы позаботиться о здоровье вашего отца, если вам будут нужны деньги в течение долгого времени.
Примечание: Тут имеется ввиду, что если он хочет получать деньги с лицензии своего отца, то ему придётся позаботиться о его здоровье.
—Это, я хотел...
—Делай, как я говорю, и я больше не увижусь с тебя. Если мы встретимся снова, мистер Ян…
Мужчина посмотрел на мои руки на столе.
—Мы не будем встречаться без веской причины.
Я вынул из кармана ручку и швырнул в него.
—Запишите то, что я скажу. Подготовьте документы доктора Яна и свои. Двадцать копий семейного реестра, двадцать копий его и вашего удостоверений личности с регистрационным номером гражданина, двадцать сертификатов оттиска печати, зарегистрированных оттисков печати, двадцать фотографий на документы, двадцать копии его и ваших водительских прав, банковских книжек, паспортов...
Примечание: Цель корейского семейного реестра заключалась в обеспечении национального контроля личности граждан страны, чтобы обеспечить четкую идентификацию каждого гражданина, как части конкретной семейной ячейки, находящаяся под контролем указанного главы семьи мужского пола, который имеет чёткие полномочия и ответственность за всю семью, включенную в перечень.
Примечание: В Республике Корея регистрационный номер (RRN) - это 13-значный номер выданный всем жителям Южной Кореи независимо от национальности. Подобно национальным идентификационным номерам в других странах, он использовался для идентификации людей в различных частных транзакциях, таких как банковское дело и работа.
Примечание: Оттиск печати - это след или чернильный рисунок, который остаётся после её соприкосновения с бумагой. В свою очередь, документ с таким изображением становится ценным, так как подтверждает и удостоверяет написанную на нём информацию.
Примечание: В Корее зарегистрированный оттиск печати и сертификат оттиска печати необходимы для проведения финансовых операций (продажа недвижимости, банковский займ и т. д.)
Этот человек не знал, почему я также попросил его документы, помимо документов доктора Яна, и через неделю после нашей встречи в региональной газете появилась небольшая статья.
[В Хвасуне строится психиатрическая больница - в Хвасуне строится психоневрологическая больница, специализирующаяся на пациентах, лишенных семьи и страдающих психическими заболеваниями. Больница состоит из пяти этажей и может принять до двухсот пациентов и оказать домашнюю помощь тем, кто страдает неврозом и психическими заболеваниями.
Доктор Ян из Медицинского фонда New Hope сказал, что хотя больница будет закрыта для посещения, система лечения больницы специализируется на размещении пациентов в соответствии с их конкретными потребностями.
Создание психиатрических больниц было названо необходимым, из-за увеличения числа пациентов и уменьшения количества лечебных учреждений из-за низкой прибыли, но это было отложено из-за громкого сопротивления со стороны медицинской сферы.
Медицинские эксперты, выступающие против таких планов, беспокоятся о том, что психиатрические больницы станут убежищами и свалками для маргинализированных граждан...]
Примечание: Маргинал - человек, находящийся на границе различных социальных групп, систем, культур и испытывающий влияние их противоречащих друг другу норм, ценностей и т.д.