Первые шаги

На платформе было не протолкнуться, и это за полчаса до отхода поезда. С трудом дотащив пустой сундук до последнего вагона, запихала в тамбур и волоком дотащила до первого пустого купе. Передохнув, запихала под скамейку, вытащила единственную небольшую книгу из библиотеки Дома, что взяла с собой, потому что только у неё смогла убрать экслибрис. Бытовые чары Д. Элфинстоун-Эванса привлекали простотой исполнения, не требовали особо размахивать палочкой, а иногда получались и без неё.

Свой Дом она убрала в первую же неделю, как прочитала эту книгу. Попеременно применяла то очищающие, то ремонтирующие, и так два года, после своей первой палочки. Поначалу палочки делала по совету книги из своих волос, пропитанных зельем и веток разных деревьев, потом перешла только на падуб. Заклинания с помощью падубной палочки получались лучше всего, так что Олливандер верно подобрал ей дерево. Вот только начинка не нравилась, казалось, что палочка тяжелеет с каждым заклинанием. И если со своей очищающие чары могли получаться долго, то Олливандеровская выматывала её за какой-то час.

Так что Гарри спрятала её подальше, а учиться решила со своей.

Вести Гарри себя хотела максимально незаметно, подружиться с кем-либо из-за своего равнодушия не смогла бы. Прочитав о себе всё что можно, пришла к выводу, что если никуда не лезть, постепенно отстанут. Ровные отношения, но на расстоянии ей удавались и раньше. Попробует и в Хогвартсе.

Конспекты по рунной защите были с собой, поэтому нарисовала на двери купе два руноскрипта для отвлечения внимания, решила больше не экспериментировать. Рисовала губной помадой, специально купленной для этого. А вот на сундуке за месяц развернулась, выжигала специальным приборчиком, потому что в Хогвартсе электроэнергии нет, а защититься надо. Руны выжглись ровно, у Гарри твёрдая рука, стандартная защита от воров предусматривала, что посягнувший приклеится к сундуку, а отклеивать получится только у хозяина. Если всё же крышку откинут, например перчаткой из драконьей кожи, то вора ждёт один сюрприз в самом сундуке, крышка захлопнет руку, и опять же, вызволить может только хозяин. Тщательно изучив допустимые меры защиты, Гарри решила, что это наилучший способ. На своей одежде вышила руноскрипт на климат и решила остальное вышивать по мере надобности, всего не предусмотришь.

***

Доехали к вечеру, объявление о багаже приняла с облегчением. Накинув мантию, Гарри стёрла с двери купе руны специальной салфеткой и вышла на перрон Хогсмида. Какой-то огромный человек зазывал к себе всех первокурсников. Гарри не смогла сдержать восторженный вздох при виде замка.

Переправа на лодках прошла быстро, и великан вручил детей профессору МакГонагалл. Всех первокурсников было около пятидесяти человек, так что Гарри, перемножив в уме на семь, пришла к выводу, что в школе обучается около трехсот пятидесяти студентов. Сравнительно немного.

Распределение прошло быстро, имя Гарри вызвало ажиотаж, распределение на Гриффиндор бурю восторга за крайним правым столом. Гарри присела возле девочки с лохматыми волосами, которая взахлёб расспрашивала старост о начале занятий. Небольшая странная речь, ещё более странный ужин и гимн после него. Наконец вялых объевшихся детей построили, Гарри попала в пару с Гермионой Грейнджер, той лохматой девочкой, и повели наверх. Пролезть в дыру за картиной было нетрудно таким мелким, а старшекурсники ловко ныряли головой вперёд.

Рассказали распорядок дня и наконец отпустили спать.

В спальне их оказалось пятеро, все уставшие, быстро умылись и разбрелись по кроватям. Гарри задёрнула занавеси со стороны спальни и уснула так крепко и быстро, что утром пробуждение было медленным и постепенным. После нескольких минут полудрёмы прозвучал звук горна.

***

Учеба давалась легко, отношения же... Приходилось выдерживать восторги окружающих со стоицизмом, но Гарри недаром развила в себе беспредельное терпение. Постепенно всем вокруг стало понятно, что девочка не стремится к общению, вежливо отвечает на вопросы и только. Вскоре отстали все, кроме Гермионы Грейнджер. Гарри решила резко не отталкивать безапелляционную девицу, но всё чаще скрывалась от неё, что с её анимоформой было легко. Потеряв несколько раз, Гермиона высказывала ей громко и даже не замечала, что Гарри не дослушивает и уходит. Спустя несколько дней дошло и до неё. Но не сама Гермиона это заметила, а Лаванда Браун. Не дослушав очередную нотацию, Гарри как всегда вышла из спальни, за дверью превратилась в кошку и проскользнула в специально оставленную приоткрытой дверь. Тут Лаванда и обратила внимание Гермионы на отсутствие Гарри. На возмущение Гермионы Лаванда резонно заметила, что она кому угодно надоест, а Гарри ей не дочь, чтобы выслушивать все претензии. Вопль Гермионы, что она хочет помогать Гарри учиться, оборвал вопрос Парвати Патил, просили ли её об этом. Ведь сама Гарри учится хорошо, и если Гермиона считает, что это её заслуга, пусть попробует сдержать свой учительский зуд и посмотреть на результат. Результат Гермиону впечатлил так, что теперь у Гарри хвоста в библиотеку не было.

Единственным непонятным преподавателем был декан Слизерина, профессор Снейп, который следил за Гарри в классе зельеварения с каким-то болезненным интересом, на первом же занятии гонял по программе первого курса, не нашёл к чему придраться, но сваренное зелье не принял.

Мысленно пожав плечами, Гарри решила философски относиться ко всему непонятному. Постепенно и Снейп отстанет от неё.

Занятия по З.О.Т.И. проходили раз в неделю, особо не напрягали, правда, приходилось прилагать усилия, чтобы голова не начинала болеть. Мысленный блок удавался всё легче, головная боль в присутствии профессора Квирелла всё уменьшалась, пока не исчезла совсем.

Полёты Гарри понравились, жаль что закончились через три занятия. На первом уроке полетов упал Невилл Лонгботтом, приятный ненавязчивый мальчик, повредил запястье, был доставлен в больничное крыло учителем. Драко Малфой со Слизерина и Рональд Уизли из их факультета подрались из-за напоминалки Невилла, мадам Хуч застала драчунов в воздухе, оба получили по отработке. Гермиона взлететь так и не смогла, даже за три занятия. Это ещё больше убедило её отстать от Гарри.

Хэллоуин прошёл бы скучно, если бы не тролль. Гермиона, которую обидел Рональд, плакала в туалете, когда туда проник тролль. Учителя услышал её визг и примчались, к счастью, Гермиона так забилась в угол за унитаз, что тролль не смог до неё дотянуться. Выяснив причину, из-за которой она оказалась одна в туалете, декан назначила Рональду Уизли отработку у Филча, а саму Гермиону предостерегла от её диктаторских замашек. Это ещё раз показало Гермионе, что никто не будет терпеть её нравоучения. Наконец она сбавила обороты, и сразу стало приятней с ней общаться. Рецидивы преподавательского ража все встречали словом "тролль", поначалу она обижалась. Потом присмотрелась к Гарри и остальным девочкам, увидела, что учатся не хуже её, но с вытянутой рукой не прыгают. Тут ещё Лаванда передразнила её, подпрыгивая на кровати и тряся рукой.

Хагрид прислал с совой приглашение посетить его, Гарри показала декану и сказала, что не ходит в гости к незнакомцам. Декан разрешила не посещать Хагрида, сказала, что сама поинтересуется, зачем Гарри ему понадобилась. Больше великан Гарри не приглашал, вот Рональд Уизли и Невилл Лонгботтом сходили в гости, потом спрашивали, почему она не пошла. Ответила также, как декану, вроде поняли.

Вывесили списки остающихся на Рождество в замке, там и фамилия Гарри. Гарри пошла к профессору, отдала письмо мисс Дурсль. Декан сказала Гарри собираться домой.

***

Занятия по программе седьмого класса не отнимали много времени, тем не менее Гарри прошла всю программу, рассчитанную на год. Придётся на каникулах купить учебники за восьмой класс. Подарки Гарри распечатывала в перчатках, начиталась о зачаровании вещей.

Определять зелья и чары на вещах решила учиться сразу же, поэтому открыла только подарок мисс Дурсль, а остальное унесла в Дом. Нужных книг было четыре, сварила зелье-анализатор только к вечеру, проверять решила с утра, при свете дня. Окна в Доме Гарри отмыла ещё в первый год после находки, с тех пор только поддерживала чистоту. Все подарки разложила на зельеварческом столе второй комнаты, спальни в Доме не оказалось. Кабинет и лаборатория на втором этаже, кухня, туалет и каминная на первом, прихожая с лестницей - Дом был маленьким, но очень уютным. Для кухни Гарри принесла с помойки за городком поломанные стулья, отремонтировала их. Стол и так был хорош. Дрова для печки были нужны - одно полено горело, пока было нужно, а поленница под навесом в дальнем углу сада была полной. Для приготовления кофе хватало.

Освещение было свечным, но Гарри не оставалась на ночь, поэтому начищенные подсвечники и канделябры пылились без дела.

Посуды был самый минимум - чашка, ложка и кофейник. Чары стазиса полки на стене кухни ещё работали, так что и хлеб, и молоко оставались свежими с августа. Теперь, выучив руны стазиса, Гарри только подновила их.

С утра, выпив кофе, стала разворачивать подарки. В перчатках из грубой драконьей кожи сделать это было непросто, но Гарри справилась. Капнула на пирожки миссис Уизли, зелье-анализатор показало наличие каких-то примесей, отложила в сторону, предназначавшуюся для негодных вещей, потом выяснит как лучше проанализировать. Свитер был чистым, но недоверие уже проросло, отправила к пирожкам. Дудочка от Хагрида была чистая, решила всё-таки сжечь, с чего бы принимать подарок от незнакомца. Последними были сладости от соседок по комнате, ничего не обнаружив, Гарри с удовольствием откусила голову шоколадной лягушке. Остальное прибережёт для выматывающих занятий. Девочкам она тоже отправила сладости.

Гарри варила теперь специализированные анализаторы, а это дело долгое, например зелье для выявления амортенции варится четыре дня. Поэтому попутно варке зелий Гарри начала учить чары для выявления проклятий и зелий. Лучшим ей показалось выучить небольшой пасс левой рукой без палочки. Лучший не оказалось лёгким, зато теперь жест выходил небрежным, казался случайным.

Повторная проверка подарков от Уизли показала наличие каких-то чар и на свитере, судя по сиреневому следу - доверие к этим людям. А след на пирожках был слабым, пасс проверки выявлял чары, а зелья почти не видел. След был также сиреневым.

Создать кольцо-анализатор зелий Гарри удалось только впаяв свои волосы в серебро холодной пайкой, ритуал привязки и сокрытия читала уже вечером накануне отъезда в Хогвартс. Кольцо теперь сидело как влитое на указательном пальце правой руки, взяв этой рукой для проверки пирожок миссис Уизли, Гарри получила чувствительный укол в палец под кольцом и непроизвольно отбросила пирожок.

Выстирав в зелье-нейтрализаторе свитер, снова проверила испытанным жестом - свитер был чист. С удовольствием надела, тёплый и уютный, Гарри собиралась носить его в Хогвартсе. В ответ она послала миссис Уизли, вместе с открыткой благодарности, клубок хорошей джерсийской шерсти и торт собственного изготовления, пропитанным редчайшим зельем рассеивания внимания на объект. Если даже и выявит зелье, поймёт, что и её раскусили. Хотя рецепт зелья она нашла ещё в десять лет, сварила из интереса и убрала на полку со стазисом на кухне.

На мисс Дурсль его не испытывала, Гарри уважала эту женщину и по-своему даже привязалась к ней. Мисс Дурсль помогла Гарри написать заявление в городской отдел образования, и выбила разрешение на экзамены за восьмой класс летом. Сама проверила материал за седьмой класс и осталась довольна. Поэтому Гарри не пришлось покупать учебники восьмого класса, ей выдали в школе, обязав вернуть после экзаменов.

***

Возвращались в Хогвартс весело, в купе сели впятером, как привыкли в своей комнате. Лаванда и Парвати рассказывали о проведённых в Индии каникулах, Гермиона и Фэй Данбар читали, а Гарри, как всегда, молчала и слушала соседок.

После ужина разошлись по кроватям, Гарри провела левой рукой в уже привычном жесте выявления чар, и в районе подушки увидела серебристую вспышку. Пришлось надевать перчатку на левую руку. Гарри откинула подушку и увидела пухлый бумажный свёрток, ещё раз провела рукой, серебристое свечение повторилось. Убрав свёрток в сундук, решила прочитать в своих конспектах ещё раз о цветах заклятий. Проверка показала, что теперь кровать чиста. Уснула Гарри после мысленных упражнений быстро, спала крепко.

Всю следующую субботу, в заброшенном классе на восьмом этаже изучала мантию-невидимку. Серебристый цвет соответствовал чарам невидимости, прямо в упаковке положила Гарри свёрток в пустую сумку. На каникулах один из отделов сумки она превратила в стазис-камеру, руны вышила по подкладке и пропитала зельем неразрушимости.

Больше на мантии, кроме чар невидимости, ничего не было, так что Гарри рискнула её надеть. Вышла из класса и пошла в гостиную факультета, чтобы посмотреться в зеркало. Идти пришлось по стенке, иначе бы её роняли, все шли прямо на Гарри, ей с трудом удавалось уворачиваться в последний момент. Полюбовавшись на отсутствие своего отражения, ушла в туалет снимать мантию. Хранить решила в сундуке, пояснительную записку к мантии, которая ничего не поясняла, а ещё больше задавала вопросов, решила не выкидывать, вложила в отделение сундука для зелий.

Гарри училась и училась и училась, всё время отнимало одновременное изучение волшебства и обычных наук. Программа восьмого класса не казалась сложной, но объёмы впечатляли. Если девятый класс ещё объёмнее, стоит после экзаменов переходить к следующим урокам летом, всё-таки два месяца свободы.

Профессор Снейп всё реже вызверивался, профессор Квирелл всё хуже выглядел. Хагриду стало не до Гарри, его затаскали в аврорат из-за дракона, которого тот догадался выращивать в деревянной своей хижине, за что и поплатился. Улетающего в Запретный лес дракона на фоне горящей хижины видели все собравшиеся на квиддичный матч, тут полыхнула избушка и рёв обиженного великана слышался и в Хогсмиде, наверное. Все, конечно, побежали любоваться развалинами горелища.

Операция по поимке дракона шла неделю, попутно уничтожили гнездо огромных акромантулов, тоже питомцев Хагрида. Казалось, теперь отстранение великана неизбежно, но вмешался директор и Хагрида оставили под его поручительство. Хижину отстроили, но запретили проводить эксперименты с животными и растениями. Трехголового пса-цербера волокли из запретного коридора восемь магозоологов, потому что Хагрид на допросе в аврорате так стенал и кручинился по своему щеночку, что невольно всех заинтересовал.

Гермиона теперь пропадала где-то в компании Рональда и Невилла, что только радовало Гарри. Год летел к концу, экзамены сдавались легко.

Вечером, накануне последнего дня перед отъездом, Гермиона ворвалась в спальню взъерошенная больше обычного, подлетела к Гарри и попыталась утащить за собой. Гарри не тащилась, невозмутимо глядя на лохматку. Выпалив с обычной для неё скоростью слова, что Снейпвотвотукрадеткамень, попыталась ещё раз вытащить Гарри из спальни. Та всё ещё не вытаскивалась и Гермиона в отчаянии отцепилась от неё и вылетела в гостиную. Гарри пожала плечами и отправилась спать.

На следующий день был назначен отъезд, сразу после праздничного обеда. Соревнование за кубок школы выиграл, как всегда за последние восемь лет, Слизерин. Гермиона была непривычно тихой и заплаканной, Рональд Уизли и Невилл Лонгботтом отсутствовали.

В поезде они устроились опять впятером, Гарри с Фэй разбирали совместимость ингредиентов для зелий, Фэй, как дочка потомственных зельеваров и колдомедиков многое объясняла Гарри. Лаванда и Парвати допытывались у Гермионы о вчерашней выходке. Гермиона отмахивалась и всё косилась на Гарри. Обратная дорога на поезде занимала в два раза меньше времени, как по волшебству.

Лето обещало быть насыщенным.