Неразговорчивое вдохновение

После того дня Рю часто находил себя на той самой набережной, где стояло старое пианино. Сакура не всегда была там, но когда они встречались, это всегда превращалось в незапланированный момент творчества. Он рисовал, она играла, и между ними не требовалось лишних слов.

В очередной раз, сидя на скамейке, Рю рисовал её силуэт, пока она играла. Её пальцы, словно живые, танцевали по клавишам, создавая звуки, которые отражались в его картине мазками нежных, но насыщенных тонов.

— Ты опять рисуешь? — вдруг спросила Сакура, остановившись.

Рю поднял взгляд от холста.

— Ты опять играешь?

Она усмехнулась.

— Справедливо.

Она подошла ближе, чтобы посмотреть на его работу. Это был её портрет, но не буквальный. На холсте изображалась фигура девушки, окружённая волнами света и музыки.

— Это… — начала она, но замолчала, не зная, как описать свои эмоции.

— Если не нравится, можешь сказать, — спокойно произнёс Рю, убирая кисть.

— Нравится, — ответила она быстро. — Просто странно видеть себя через чужой взгляд.

Он слегка улыбнулся.

— Это всего лишь моя интерпретация. Ты не совсем такая, как на картине.

— А какая я? — неожиданно спросила она, чуть прищурив глаза.

Рю замер на мгновение, но затем тихо ответил:

— Музыка.

Сакура нахмурилась, не понимая, но решила не спрашивать дальше. Она вернулась к пианино, снова начав играть. Её мелодия в этот раз была иной — глубокой и задумчивой, почти грустной.

Когда она закончила, Рю спросил:

— Почему так грустно?

Сакура обернулась к нему и пожала плечами.

— Музыка всегда отражает то, что я чувствую.

Рю внимательно посмотрел на неё.

— Ты хочешь поговорить?

— А ты хочешь рассказать о том, почему сидишь здесь в одиночестве с кистями каждый день? — парировала она.

Он отвернулся к морю.

— Не думаю, что наши прошлые раны помогут будущему.

— Возможно, — тихо сказала она. — Но иногда, чтобы двигаться вперёд, нужно отпустить то, что болит.

Эти слова задели Рю за живое. Он молчал, но в голове прокручивались обрывки воспоминаний: лица, голоса, трагедия, которая оставила на его сердце глубокий след.

Сакура заметила его молчание, но не стала настаивать. Она просто села рядом, глядя на горизонт. В тот момент тишина стала для них с

вязующей нитью, сильнее слов.

Конец главы 4.