Лунный свет и жар лихорадки.

⚜️Глава 10. Лунный свет и жар лихорадки⚜️

Маомао пришла в себя от ощущения прохлады. Что-то влажное касалось её лба, смывая жар, от которого ей казалось, будто она горит изнутри.

Голова раскалывалась, мысли были туманными, тело — словно чужое. Где она? Что произошло?..

Тяжёлые веки дрогнули. Глаза открылись, но всё перед ней плыло. Тусклый свет ламп, расплывчатые тени.

— …Где…? — её голос был слабым, едва слышным.

— Здесь.

Голос.

Глубокий, тихий, но в нём было что-то, от чего сердце внутри болезненно сжалось.

Маомао перевела взгляд.

Рядом сидел Джинши.

Он выглядел спокойно, но глаза… нет, в них бушевала буря.

Он смотрел на неё, словно не мог наглядеться. Или словно боялся, что она снова исчезнет.

Маомао попыталась пошевелиться, но сразу вскрикнула — боль пронзила ногу, спину, каждый уголок её тела.

Джинши мгновенно оказался ближе, его руки аккуратно остановили её движение.

— Не двигайся, — голос был мягким, но твёрдым.

Она замерла.

— Где… Чуэ…?

— Жива. И будет жить ещё долго, с её-то упорством.

Маомао слабо кивнула, расслабляясь. Хорошо… Значит, всё не так плохо.

Но тут в голове вспыхнуло что-то ещё.

— Цветок…

Джинши моргнул, будто не поверил своим ушам.

— Что?

— Цветок… — голос её был едва слышен, но упрямство всё ещё жило в нём.

Джинши смотрел на неё несколько секунд.

— Ты упала с обрыва.

— …Но цветок…

— Ты потеряла сознание.

— Цветок…

— Тебя чуть не разорвали волки.

Маомао не отвечала. Она просто смотрела на него, слабая, но всё такая же упрямая.

Джинши закрыл глаза и сделал медленный вдох.

— Да, цветок в порядке, — выдохнул он. — Лоумен его получил. Наложница в порядке.

— …Хорошо…- она хотела бы вцепиться в его рукав... зачем? просто... но тяжело было даже представлять как сейчас больно шевелится... - Спасибо... Дж...

И только после этого Маомао расслабилась, позволяя телу снова провалиться в тепло беспамятства.

Тишина.

Джинши смотрел на неё долго.

Её губы были бледными. Волосы спутаны. Ресницы дрожали во сне.

Он наклонился ближе, почти касаясь её лба.

— Тебе нравится спасать цветы, — его голос был тише шёпота.

Маомао не ответила. Она уже не слышала.

— …Только вот если цветок сам сбегает из сада… как его уберечь?

Он медленно выпрямился, провёл пальцами по её спутанным волосам — и встал.

— Спи, Маомао.

Он развернулся и вышел.

Маомао не видела, как его пальцы сжались в кулак, пока он шагал по коридору.