Квартира

— Меня зовут Аманэ. Аманэ Судзуки. Приятно познакомиться…

— Что, что ты, не надо таких формальностей, — говорит Юдзуки, слегка махая руками, — Все-таки, мы же ровесники. Тебе сколько лет?

— Мне семнадцать.

— Тогда все же я старше, — усмехнулся Юдзуки, — Но это не меша—

— Все-все, дальше будете на улице представляться, — произносит Касуо, после чего достает сигарету из пачки и поджигает ее и кладет в рот, — Давайте, кыш отсюда.

Саори взглянула на него.

— Ну не при новобранцах же курить теперь! — чуть ли не вскрикнула она, — Ты знал что пассивное курение тоже вредит здоровью?

Касуо отвел сигарету и выдохнул еще одно облако дыма.

— А че, они не против, вдруг даже за. А вообще много прикапываться тоже вредно. Настроение людям портишь, — произносит Касуо.

— Это кто еще кому настроение портит? — спросила она.

— Все-все, не нужно теперь истерить. Ты это давай, лучше водички мне принеси, а то снова горло сохнет, — сказал Касуо, протягивая руку к бойлеру.

— Ишь чего захотел. Я тебе что, капризы все исполнять теперь должна?

— Ну а почему нет, — произнес Касуо, зубами взяв один пластиковый стаканчик и поставив на стол перед ней, — Не так уж и плохо.

Он закрыл дверцу бойлера.

— Дел у меня нет, — сказала она.

— Эй, давайте лучше свалим, а то что-то здесь намечается, ух, — говорит Юдзуки, после чего потянул за руки Аманэ, — Аманэ, пошли.

— Стоп-стоп, а где униформу я смогу забрать? — спросил он, обращаясь к Касуо, — А где—

Не успевая договорить, Юдзуки вытаскивает его за ногу из дверного проема, после чего девушка закрывает дверь.

— Эй, вы куда меня поволокли?

— Ничего, я знаю как униформу достать. Разберешься сейчас.

Они спустились на первый этаж, после чего Аманэ встал на ноги.

— Берешь свою карту и показываешь в пункте выдачи, вон там прямо.

— Э, а что мне там сказа—

— Давай-давай-давай, меньше слов, больше дела, — говорит Юдзуки, толкая Аманэ прямо к пункту выдачи.

Аманэ подошел к стойке и обратился к женщине, работающей здесь.

— Здравствуйте… Э… А можно униформу взять, — сказал Аманэ, взяв себя за голову от неловкости.

— Карту, — протянула она руку.

Аманэ протянул карту в руки, после чего через две минуты ожидания получил форму в пакете.

— Спасибо, — сказал он, распаковывая форму, после чего одел рубашку, не заправляя в брюки, оглядываясь, — Так, а где тут зеркало? А, вот.

Он посмотрел в него и поправил свои волосы, ухмыльнувшись.

— Ну ничего даже так. Симпатично.

Он услышал стуки в дверь. Юдзуки на размах отворил дверь, после чего вскрикнул.

— Пошли уже. Дела не ждут. Нам надо еще дома прибраться.

— Что? А, давайте, все, бегу, — говорит Аманэ и они вместе выходят из здания.

[...]

По оживленным улицам Токио ходит множество людей между высоких небоскребов и других зданий.

— Мы что, пешком будем идти до вашего дома?

— А тебя что-то не устраивает? — спрашивает Юдзуки, — Мы уже привыкли.

— Ну, можно было бы и на такси добраться.

— Да пока ты на такси добрался бы, лишнее время бы в пробках простоял. Ты знаешь, какой тут автотрафик? Суета страшная, — произносит Юдзуки, — Так что не надо тут ныть.

— Вот уж блин, — сказал Аманэ и продолжил уныло идти за Юдзуки.

Позади них своим шагом идет девушка.

— Кстати говоря, а она вообще разговаривает? — спросил Аманэ.

— Кто? Камигава? — усмехнулся Юдзуки, после чего дополнил, — Ты лучше таких вопросов не задавай.

— Почему?

— Без костей останешься, — ответил Юдзуки, — Она у нас вышка. Один из сильнейших нейтрализаторов, да и в принципе опытный наемник.

— А-а, понял, — сказал Аманэ.

— Сколько мы еще идти будем? — спросила Камигава, уныло глядя на них.

— Камигава, а ты-то чего разнылась, всегда же со мной ходила.

— Ну ладненько, — произнесла она, держа в руках серебристый портсигар с готическими гравюрами, — Ого, а когда это ты успел такую безделушку прикупить?

— М? — Юдзуки оглянулся, заметив у нее в руках портсигар, — Эй, это же мой! Отдай-ка его мне.

Камигава начала прокручивать его на пальце.

— А если нет, — усмехнулась она.

Юдзуки расчехлил свою катану, после чего провел ею между рукой Камигавы и портсигаром, но она успела взмахом руки увести ее в сторону и прокрутилась.

— Зачем прилюдно катаной махать, Юдзуки-и? — сказала она, — Лучше в миссиях показывай свое превосходство. В последней миссии он, кстати говоря, не сделал ничего.

— Как это ничего? А кто обезвредил двух духов? — произнес Юдзуки, после чего прыгнул вперед, пытаясь рукой ухватиться за свой портсигар.

— Ой, не говори, что ты сейчас будешь этим кичиться. У тебя были миссии и намного прекрасней, — ответила Камигава, совершив сальто назад, после чего Юдзуки руками отжался от пола, подпрыгнув.

— Ловко, — ответил Юдзуки, — Но портсигар ты же мне вернешь.

— Не-а-а, — дразнит его Камигава.

— Эй, может хватит, — произносит Аманэ, но понимает, что его не слушают.

“Блин, может зря я подался сюда” — пронеслось у него в мыслях.

— Ладно, я сдаюсь, — говорит Юдзуки, — Можешь вернуть мне мой портсигар, пожалуйста. Надо же делать правильный имидж перед новичком, да-а, Камигава?

— Кто бы говори-ил, наш благородный рыцарь, — усмехнулась Камигава, — Океюшки, так уж и быть.

Она положила портсигар ему в протянутую руку.

— Спасибки, — сказал Юдзуки, после чего повернулся к Аманэ, — Считай ты этого не видел.

Они втроем усмехнулись и продолжили дорогу.

[...]

Всей группой вместе они заходят в квартиру, после чего разуваются. Юдзуки проходит вперед и включает свет в доме, и заходит в санузел.

Камигава идет прямо и сворачивает налево, попадая в гостинную, объединенную с кухней. Аманэ проходит за ней.

— Ничего себе квартира. А освещение такое мягкое. Кайф, — сказал Аманэ, — Мне нравится такой минимализм. Стены белые-белые.

— Да, Юдзуки они тоже очень нравятся. Он в этих четырех стенах хоть жить может. Правда, Юдзуки? — произнесла она, окликнув его.

Послышались звуки ополаскивания рта в ванной.

— А, не обращай внимания. Это у Юдзуки рутина уже, — сказала Камигава, — Перед едой всегда полоскает рот. А вообще он очень чистоплотный и опрятный парень.

— Заметил. Ни одной пылинки дома, — произнес Аманэ, после чего прошел направо и лег на простыню, лежащую на полу, — Ого, вы прямо на полу спите?

— Да-а, просто так действительно удобно.

Аманэ обложил себя подушками и лег с умиротворением.

— Это просто вау, м-м, они еще такие холодные, все. Я отсюда не вылезу. Можете сами шляться на свои миссии.

— Ничего себе ты обустроился, — сказала она.

— Ха-ха, шучу, — Аманэ улыбнулся и сбросил с себя подушки, после чего встав, помчался в санузел, — Долго ты еще там будешь?

Аманэ с осуждающим вздохом взглянул на Камигаву, которая ему подмигнула и пошла в сторону кухни.

Юдзуки выходит из санузла с голым торсом, в черных шортах, протирая свои мокрые волосы полотенцем, но слегка дернулся, увидев Аманэ.

— О, дружище, ты уже тут стоишь. Проходи, совсем забыл, что у нас новичок, — ухмыльнулся он и свесив полотенце на шею, проходит на кухню.

Аманэ прошел в санузел, и начал мыть руки.

— О Боже, опять ты с мокрыми волосами по кухне ходишь, — услышал Аманэ голос Камигавы.

— Да что тебе не нравится? — слышится ответ Юдзуки.

“Они сразу мне показались суетными” — думает Аманэ, моя руки под краном.

Он вымыл руки и вышел из санузла, придя на кухню, параллельно размахивая руками, чтобы высушить их.

— О, еще один, — сказала Камигава, — Дурдом.

— Ха-ха-ха, — залился смехом Юдзуки, убегая от Камигавы с подушкой в руке, которая пытается его нагнать, пока их разделяет стол. Камигава перепрыгивает стол и зажимает Юдзуки у стены.

— Попался, — сказала Камигава и размахнулась подушкой, но Юдзуки пригнулся и схватив ее за пояс, потащил и сбросил на простыню, — Ты со мной борешься что-ли, придурок, ха-ха-ха?

Аманэ открыл дверцу холодильника и увидел клубничный йогурт. Камигава бросила подушку, но Юдзуки пригнулся, и она влетела в затылок Аманэ.

— Ай, а меня-то за что? — сказал он, закинув им обратно.

Юдзуки закинул подушку обратно в Аманэ. Последний оглянулся.

— Как тебе не стыдно Камигава, что ты творишь… Ай-яй-яй, — произносит Юдзуки, пытаясь казаться не при делах, Камигава смеется, — Не-не-не, это не я, это не я.

Он уходит в коридор, но в него влетает подушка от Аманэ вновь.

— Пижамную вечеринку тут устроили. Интересно вы новичков встречаете, — усмехнулся Аманэ.

— Да не то слово, — сказал Юдзуки, обвалившись на простыню, — Эх, как же хорошо.

— Я в душ схожу пожалуй, — произнес Аманэ и ушел в санузел.

Камигава встала с простыни и подошла к столу.

— Ладно, что есть-то будем в конце концов? — спрашивает Юдзуки, лежа сзади.

— А ты задницу свою подними, — говорит Камигава, подходя к кухонной раковине, и наполняя чайник водой, после чего располагает его на варочную поверхность, нажимая на сенсоры.

— Че? — произнес Юдзуки, сев, после чего подходит к столу, — Да я щас такой салат бомбический сделаю. Вы просто… Вы просто понимаете… Без языка останетесь, честное слово.

Он открывает холодильник и начинает брать ингредиенты.

— Ага, напомнить тебе, как ты с цезарем час мучился? — сказала она, заливаясь смехом, — Просто вся кухня потом в листьях салата была.

— Ничего. Тогда я только учился. Вот сейчас, я тебе точно говорю, пальчики оближешь, — произносит Юдзуки, целуя пальцы, — Щас-щас-щас. Где тут были овощи у нас. Так-с.

— Ребята, чьим шампунем можно голову помыть? — слышится голос Аманэ из санузла вместе с журчанием воды, — Камигава, я твоим помою, ты не против? Ну-ка… О-па. М-м, он так пахнет…

— Стой! — вскрикнула Камигава и побежала в санузел.

— В принципе как всегда. Ничего нового, — произнес Юдзуки, ища кухонный нож на полке.

[...]

Аманэ выходит из душа, протирая полотенцем голову.

— Свежо-то как стало. Юдзуки-и, где у вас тут фен дома?

— Какой еще фен? Мы вот так вот, головой махаем, как я, чтобы высушиться, — произносит Юдзуки, усмехаясь.

— Не слушай его, это он просто так сушится, потому что лень ему. Фен там, в комнате. И не обращай внимания на бардак, — сказала Камигава.

— Хорошо-о, — отвечает Аманэ, заходя в комнату, — Ничего себе у вас тут беспорядок. Пакеты от McDonalds… Бутылки какие-то… Книги раскиданы везде.

— Это тоже потому-что кое-кому лень было за всем прибраться, — произносит Камигава, глядя на Юдзуки.

— Да блин, в чем я опять виноват? Я вот тут, салатик готовлю, а ты на меня все сваливаешь. Удобно да? — говорит Юдзуки, достав упаковку оливкового масла из холодильника и поливая салат.

— Ну ты и заправку выбрал, — произнесла она, ухмыляясь, — Лицо не треснет?

— Не должно, — сказал Юдзуки, — Вот, еще немножечко. Все, класс.

Юдзуки поставил оливковое масло обратно и начал размешивать содержимое миски.

— Аманэ-э, пошли есть! — кричит Юдзуки, — Аманэ-э!

— Он волосы сушит, не слышит наверное.

— Ладно, сейчас подойдет.

Они оба уселись за стол.

— Что за кулинарный шедевр у тебя вышел, — произнесла Камигава со скептицизмом, после чего попробовала первую ложку салата, — М-м, а вполне неплохо.

— Да, соглашусь, — говорит Юдзуки, пробуя свой салат, — М-м, ничего себе. Я походу открыл новые горизонты вкусов. Это тупо невероятно.

Он ест еще одну вилку. Камигава разливает кипяток в кружки с чайным пакетиком, болтающимся внутри, после чего насыпает чайную ложку сахара и размешивает.

— А теперь попробуй мой рамен.

— Какой твой? Это бичпакет, — говорит Юдзуки, размешивая лапшу в тарелке.

— Ну на мои деньги же куплен. Правильно? Во-от, так что все, — отвечает Камигава.

— Ладно-ладно, — произносит он, после чего ест, — Ну бичпакет… Как бичпакет. Вкусно.

Юдзуки делает глоток чая из кружки, после чего слегка покачивает головой.

— Ну, кофе лучше.

— Соглашу-усь, — произнесла Камигава.

— Какое кофе? Чай пейте, — слышится голос Аманэ из коридора, после чего он приходит на кухню.

— Тебя будто спрашивали, эксперт, — ответил ему Юдзуки.

Аманэ одел футболку и присел на стул. Юдзуки показал на его футболку пальцем и усмехнулся, после чего они все глянули на его футболку тоже. Юдзуки дотянул лапшу.

— Это же моя футболка! Черная чисто. Тема вообще, — произнес Юдзуки.

— Ага, неплохо выглядит… Так, что это у нас? Греческий салат, лапша… — говорит он, глядя на стол.

— А ты не разбирай, гурман, просто кушай, — отвечает Юдзуки, — Приятного аппетита.

— Вам тоже, — произносит Аманэ и начинает нанизывать лапшу на вилку.

— А мне приятного аппетита не говоришь, — сказала Камигава.

— Ой-ой-ой, Камигава, вот только не надо делать вид, что обижаешься. Я ему тоже перестану говорить завтра уже. Это одноразовая акция, — произносит Юдзуки, поднимая палец вверх, — Для имиджа.

— Больно надо, — сказал Аманэ, после чего Камигава кивнула, и они все усмехнулись.