Безпределность

Люциус, погладив Юку по голове, спросил: — Ну так, что у тебя случилось?

Юку, взглянув в глаза Люциуса, ответил: — Да чего ты ко мне вообще пристал? Какая тебе разница? Я с тобой всего два дня знаком.

— Ну и что? Я вот искренне тебя не понимаю. Ты думаешь, что логичнее будет держать всё в себе?

Юку посмотрел на Люциуса, но промолчал.

— Ну, если ты не хочешь говорить, я просто посижу рядом с тобой.

— Моя способность называется «беспредельность». Короче говоря, моя душа растёт за счёт моего физического состояния. Они забирают мою физическую силу и перерабатывают её в духовную. Поэтому в свои 13 я выгляжу на 11. Я могу держать в себе бесконечное количество субцида. Я словно безграничный океан. Я даже сам не знаю, сколько во мне сейчас субцида. Но самое главное — я могу сорваться и не контролировать свою способность, из-за чего в любой момент могу выпустить мощную ударную волну. Она однажды лишила меня человечности.

Люциус не стал ничего говорить, лишь внимательно смотрел на мальчика.

— Тебе опасно находиться рядом со мной. Уйди, — сказал Юку.

— Хм, интересная способность. Похоже, учитель сказал, что ты вряд ли сможешь её когда-нибудь контролировать? Ты не можешь развить чикусеки, потому что твой организм просто не выдержит такого количества энергии?

— Не совсем. Учитель сказал, что поддержит меня, если я захочу попробовать. Но он также предупредил, что я могу навредить другим ученикам, — холодно ответил Юку.

— Так понятно. А теперь расскажи мне подробно о том, почему ты так её боишься, — сказал Люциус.

— С чего ты взял, что я стану это делать?! — крикнул Юку.

Люциус не стал отвечать. Он просто посмотрел на Юку и обнял его.

Юку сначала попытался вырваться, но затем опустил руки и заплакал.

Через пару минут, когда Юку успокоился, Люциус обратился к нему: — Ты можешь мне довериться. Расскажи, что же с тобой случилось?

Перенесёмся на 12 лет назад...

В маленьком приюте раздавались крики, смех, плач детей и быстрый бег нянек.

— Да успокойтесь вы уже! — крикнула одна из нянек. Но дети лишь посмотрели на неё и продолжили свои игры.

Спустя какое-то время все дети улеглись по койкам и вскоре должны были уснуть.

— Мда уж... Это не детский дом, а хаос, — сказала няня по имени Алексия.

— И не говори, Алексия, — согласилась стоявшая рядом няня.

В этот момент к ним подбежала маленькая девочка.

— Тётя Русалия, а можно мне книжку почитать?

— Прости, но тебе сейчас нужно не книжки читать, а идти спать. Бегом.

Нянька по имени Русалия взяла девочку за руку и повела в спальню. Алексия же осталась сидеть на своём стуле, смотря в окно на проливной дождь и грозу. Вдруг на улице раздался стук в дверь. Алексия поспешила открыть её и увидела мужчину с ребёнком.

— Здравствуйте, мистер... — Но гром заглушил её слова.

— Проходите быстрее! — сказала Алексия.

Оказавшись в специальной комнате, Алексия начала разговор с незнакомцем.

— Ну и зачем же вы пришли в такой поздний час? — спросила она.

— Не буду долго тянуть. Я бы хотел оставить этого ребёнка в приюте, — ответил мужчина.

— Что? Но почему? — ошеломлённо спросила Алексия.

— Видите ли... — начал мужчина, но мы перенесёмся на пять лет вперёд.

Прошло пять лет. Юку стал постоянной мишенью для издевательств. Его били, унижали и всячески издевались над ним. Казалось, что его жизнь в приюте была сплошным кошмаром.

Однажды, в особенно тёмный день, Юку лежал на холодной земле, а его избивали другие дети.

— Так его! — кричали стоявшие вокруг дети.

Юку не понимал, за что его так ненавидят. Его тело дрожало, а из глаз текли слёзы. В этот момент появилась няня Алексия. Она разогнала толпу и быстро подбежала к мальчику.

— Юку! — прокричала она, поднимая его и направляясь в медпункт.

Она перевязала его раны, стараясь успокоить мальчика.

— Юку, что случилось? — спросила она.

— Я… я не знаю. Они набросились на меня и начали бить, говоря, что я слишком хорошенький, — сквозь слёзы ответил Юку.

Алексия крепко обняла его.

— Не бойся. Я здесь. Всё будет хорошо.

Юку обнял её в ответ, всё ещё всхлипывая. После этого случая Алексия начала уделять ему больше внимания, читая ему сказки перед сном и стараясь защитить его от жестокости окружающего мира.

Однако издевательства продолжались. Каждый день приносил новые унижения. Это продолжалось целый год, пока однажды не произошло нечто, изменившее всё.

На детской площадке Юку снова стал мишенью для насмешек.

— Хэй, смотрите, Юку опять испачкался! Ха-ха-ха! — выкрикнул один из мальчиков.

Смех детей раздался эхом по всей площадке. Юку, стараясь игнорировать их, молча поднялся с земли и попытался уйти. Но его тут же остановили.

— Куда это ты собрался? Я тебя ещё не отпускал, мелочь! — сказал один из старших мальчиков, толкая Юку обратно на землю.

Юку попытался встать снова, но тот мальчик сел на него сверху и начал бить. Вокруг собрались другие дети, выкрикивая насмешки и поддерживая драку.

В этот момент из здания на площадку вышла няня Алексия. Она сразу же разогнала толпу и подбежала к Юку, который сидел на земле, весь в синяках и с пустым взглядом.

— Юку, ты в порядке? — спросила она, помогая ему встать.

Но Юку не ответил. Его глаза были пустыми, а лицо — выражением полной апатии. Алексия повела его в медпункт, где обработала раны.

— Почему они снова к тебе пристают? — спросила она, пытаясь заглянуть ему в глаза.

— Думаю, они завидуют тому, что вы уделяете мне больше внимания, — холодно ответил Юку.

Алексия плача обняла его.

— ты не должен становиться таким же, как эти бездушные..

Эти слова, казалось, разожгли что-то внутри Юку. Его взгляд вновь наполнился теплотой, и он слабо улыбнулся.

— Спасибо, тётя Алексия, — прошептал он.

После этого дня Алексия решила оформить опекунство над Юку. Теперь он официально стал её сыном. Со временем Юку начал меняться. Он стал более уверенными в себе и нашёл новых друзей в школе , он стал хорошим и теперь мог постоять за себя и за родных.

Но однажды ему пришлось прийти к Алексии — в приют, где она работала.

— Чёрт, ненавижу это место, — подумал Юку и зашёл внутрь.

Коридоры были пусты.

— Видимо, все на прогулке, — пробормотал он и направился на кухню.

Там он увидел мать.

— О, заходи, Юку, — с улыбкой сказала Алексия.

— Ого, как он вырос! — воскликнула сидящая рядом нянька.

Юку смущённо улыбнулся и передал коробку матери — скорее всего, именно ради неё ему и пришлось сюда прийти.

— Ну что, мам, я пойду? — спросил он.

— Тебе здесь не нравится? — с лёгкой грустью в голосе уточнила Алексия.

— Да не особо… — признался Юку.

Она вздохнула.

— Иди…

Он вышел в коридор, собираясь покинуть здание. Но тут, выглянув в окно, заметил, как на улице плачущего мальчика лет семи избивает подросток лет двенадцати.

Юку сорвался с места и выскочил наружу.

— Отпусти его! — крикнул он, ударяя обидчика кулаком.

Подросток отлетел и упал на землю. Юку подхватил пострадавшего мальчика и бросился обратно в здание.

— Что случилось?! — спросила Алексия, увидев их.

— Его избивали!

Алексия тут же взяла мальчика на руки и помчалась в медпункт. Юку пошёл с ней. Когда раны ребёнка обработали, Алексия вернулась в группу и закричала:

— Да как ты смеешь?! Кто тебе позволил бить других?!

Она разъярённо глядела на двенадцатилетнего хулигана. Остальные дети столпились у стен, молча наблюдая за происходящим.

— Ты ни капли не изменился с детства! — кричала Алексия.

Мальчик сжал кулаки и резко рванулся к ней.

— Да иди ты! Ты мне даже не мать! — закричал он, нанося ей удар.

Алексия упала — видимо, сильно ударилась об пол.

— Мама! — взревел Юку и тут же бросился на обидчика.

Началась драка. Юку пытался держать удар, но мальчишка оказался безумно яростным.

— Это же ты, Юку! Забыл, что я всегда был сильнее тебя?! — выкрикнул он, вновь атакуя.

Некоторые дети начали кричать:

— Бей! Бей! Бей!

Юку ослаб. Он упал на пол, его тело дрожало. В глазах появились слёзы. Он посмотрел на лежащую без сознания мать...

И тогда что-то внутри него взорвалось. Глаза наполнились светом, и из тела вырвалась волна субцида. Волна была такой мощной, что всех детей в комнате оглушило. Несколько упали без сознания, у других из ушей пошла кровь. А тот, кто бил Юку… похоже, был мёртв.

Следующее, что он помнил — это полиция. Детский плач, крики, слёзы.

Он сидел в камере. Руки дрожали. Ему сказали, что он своими руками искалечил нескольких детей, отправил мать в кому… и убил.

На суде его действия признали самообороной — директор школы лично поручился за него.

Но Юку волновало только одно — его мама.

Его отвезли в больницу, где он впервые увидел её в коме. Подключённая к аппаратам, она лежала без движения.

Детский плач эхом разнёсся по всей больнице.

Юку закончил рассказ дрожащим голосом:

— Это всё, что я помню… Всё, что тогда произошло.

Ошеломлённый Люциус обнял его, не находя слов. Они долго молчали, сидя на скамейке.

— Ты пережил многое, — наконец сказал Люциус. — Но это не значит, что ты должен становиться таким же, как эти бездушные ублюдки.

Он повторил слова матери Юку. Тот слабо улыбнулся — в его глазах промелькнул свет.

— Спасибо.. — тихо прошептал он.