Рыжий

Я рос в заурядном провинциальном городке неподалёку от Ниджу-Сити. Вся жизнь здесь вращалась вокруг ближайшего мегаполиса, куда стремились попасть все, но лишь единицам удавалось воплотить эти мечты.

С детства родители внушали мне: если буду следовать их наставлениям и перенимать привычки, непременно стану состоявшимся человеком, не знающим нужды. Я верил им безоговорочно, считая отца с матерью идеалом. Будучи единственным ребёнком, я стал центром их вселенной — все усилия и надежды семьи сосредоточились на мне.

Отец, высокий брюнет с властной осанкой, казался мне исполином. Его рост, увы, не перешёл ко мне, но фигура родителя навсегда осталась в моём сознании воплощением величия. Он владел крошечным магазинчиком в нашем городке, с чем ему помогали его титулы — Бог Расчётливости и Грех Жадности. Отец упорно обучал меня математике, пытаясь приобщить к семейному делу. Я рьяно помогал, гордясь доверием, но мои попытки редко приносили практическую пользу. Сортировка товара, подсчёт выручки — всё давалось с трудом, вызывая досаду и некоторую злость. Однако родитель никогда не упрекал меня за ошибки. Его вера была непоколебима.

Однажды, разбив дорогущую бутылку вина из Ниджу-Сити (редкий для нашего захолустья товар), я замер в ужасе. Отец же, скрывая досаду, произнёс: «Осколки стекла можно собрать, Шэнми. Но если воспримешь это как поражение — осколки твоей гордости навсегда останутся в сердце, раня его». Тогда его слова показались мне лицемерием, но позже я осознал: сквозь тревогу за убыток он старался взрастить во мне упорство.

Мать — хрупкая русоволосая женщина в очках — трепетно оберегала моё зрение, чьё ухудшение стало её личной фобией, так как у неё самой оно портилось с каждым годом всё больше и больше. Она приучала меня к порядку, дополняя домашними уроками школьное образование. Её вера в мой успех соперничала с отцовской, но ни их надежды, ни мои усилия не находили отклика в обществе.

В школьные годы я ощущал себя обычным подростком: дворовые игры, позже — подростковые вечеринки. Всё изменилось на пороге взросления.

«Ваш сын не уникален, — директор, пухлый мужчина, едва помещавшийся в кресле, нервно поправил очки. — Из нашей школы выпускались десятки однотитульных. Все они, так или иначе, находили своё место в жизни. Мы оформим документы к выпускному и вручим их на торжественной церемонии».

Я грезил титулами Бога Мудрости, Бога Силы или хотя бы Греха Воинственности. До последнего верил, что получу хоть один из них... Кабинет директора, тайная встреча, попытка избежать сплетен — всё оказалось напрасным.

— Шэн, а какие титулы ты получил? — одноклассник на пороге школы ехидно скривил губы.

— Не знаю. Родители хотят сделать сюрприз, — пробормотал я, чувствуя, как ладони становятся влажными.

— А моя мама слышала, ты однотитульный! — он залился оглушающим смехом, словно выстрелил унижением прямо мне в сердце.

Всё внутри сжалось в ледяной ком. Я не осуществил свои мечты?.. Но почему... Я ведь старался, искренне старался сделать всё, что мне поручали родители. Я ответственно подходил ко всем их наставлениям и обязанностям, так почему...

Я увидел своё досье лишь на выпускном. Бог Ответственности – III ранг. Не внушало доверие. В графе “Грех” лишь прочерк. Не такой жизни я для себя ждал.

В нашем мире важна не только практическая ценность твоих титулов. Важен также ранг, который тебе даётся вместе с ними. Всего существует I, II и III ранг. III – низший, I – наивысший. Этот ранг напрямую определяет уровень сил, который может даться тебе при получении способностей.

Я не имел ни практически значимого титула, ни высокого ранга. Мой ранг был самым низким. Доверились бы вы такому слабому человеку?

Через день мы ехали в Ниджу-Сити. Там, в Ассоциации Двояких, стоял аппарат, наделяющий силой согласно титулам. Перед входом отец вдруг остановился, с добротой посмотрев мне в глаза:

— Сын, мы всё равно верим в тебя.

Фраза прозвучала горькой иронией, но я кивнул — его благие намерения давили грузом, я понимал, что он действует из чувства заботы, но внутри меня всё равно была некоторая злость и обида. Меня будто утешали, пытались показать, что в моём титуле нет ничего страшного.

Уже внутри, положив свою ладонь на сканер Аппарата Сверхъестественных Способностей, я услышал писк. После этого всё в глазах помутнело. Происходило это недолго, но успело меня серьёзно испугать.

Я не заметил никаких изменений в себе после того, как чёткость созерцания этого мира вернулась ко мне. Не чувствовал, что во мне стало больше физической силы, не чувствовал повышенную концентрацию или чутьё. Я не понимал, получил ли я способности или остался совсем без них. Второй вариант меня бы уже ни капли не удивил.

- Как выше самочувствие? – спросила у меня работница Ассоциации. Но не успел я ответить, как у меня в голове появился смутный образ её внезапно похолодевшего лица. Я думал, что это последствия работы аппарата и спокойно ответил:

- После ваших слов будто всё помутилось в глазах, я увидел ваш образ у себя в голове, увидел ваше лицо, но оно было с другим выражением лица… потом всё пришло в норму

- Скорее всего у тебя способность видеть ближайшее будущее. У некоторых с твоими… особенностями и с твоим титулом Ответственности возникают чёткие образы того, как повернётся будущее в зависимости от их действий. Её лицо внезапно стало невероятно безынтересным ко всему и холодным. Именно таким мне оно показалось, как я уже понял, в видении.

В этот момент я понял, что увидел. Я увидел сцену, которая произойдёт в те же секунды после моего ответа. Я стал видеть будущее. Правда она сказала мне, что изображение должно быть чётким, у меня же это предвидение было как в тумане.

Отец, вернувшись из защитной кабины, которая была такая же, как в рентгеновских кабинетах, хлопнул меня по плечу:

— Неплохо, герой!

Но никаким героем я себя не чувствовал.

Сразу после этого мы вернулись в мой родной городок. Я стал жить обычную жизнь, помогать отцу в его магазине. Всё было достаточно спокойно до одного момента.

Я как ни в чём не бывало стоял на кассе, перебирал товар за прилавком. Но тут. Резкое вспахивание дверей магазина и крик:

- ВСЕМ СТОЯТЬ, НЕ ДВИГАТЬСЯ.

В магазин влетел грабитель с битой в руках. Я не знал, что делать. Отца не было в магазине, я был один. Перед тем, как принять решение о том, чтобы нажать кнопку вызова полиции, которая была прямо под прилавком, за которым я стоял, в своей голове я увидел, как в моё лицо со всей силы летит металлическая бита. Решил не принимать необдуманных решений и просто застыл.

Грабитель уже бежал к кассе, но не успел он сделать и шага, как в магазин со скоростью молнии влетел молодой парень. Слово «влетел» прекрасно передаёт всю суть происходящего. Он не забежал в магазин, а влетел с ноги, будто он какой-то мастер кунг-фу, в лицо того самого грабителя. Казалось, будто я был в боевике.

У парня были ярко-рыжие волосы. Телом он был жилистый. На нём была надета лёгкая майка чёрного цвета и камуфляжные штаны. От него исходила сила, это можно было понять по одному взгляду на него. Не сила, получаемая в тренажёрном зале. Духовная сила. Такую можно было заметить только у супергероев из комиксов.

Грабитель упал, не успев даже понять, что с ним произошло

— Жив? — спаситель окинул меня взглядом, от которого задрожали колени. Его взгляд буквально источал всё то мужество, которое только в нём могло иметься.

— Благодаря тебе... — выдавил я, с трудом собирая мысли. Даже моё смутное предвидение не успело за его молниеносной атакой.

— Чего замешкался? Использовал бы свой грех!

— У меня... нет греха, — прошептал я, ожидая насмешки, к которым я уже привык.

— Отмазки! — он фыркнул, поправляя свою майку, в которой казалось было нечего поправлять. — В боевых отрядах полно ребят без всяких титулов. Дух важнее бумажек и всяких записей в твоём досье!

Его голос звенел сталью, будто команда на плацу.

— Я просто кассир... — съёжился я, чувствуя себя школяром перед учителем.

— Силу куют действием! Что бы ты делал, если бы меня здесь не оказалось? Сдался бы ему? Позволил бы вытереть о тебя ноги?

- А что мне остаётся делать? – отвечал я, уже с раздражением в голосе. – У меня нет таких сил, которые есть у тебя. У меня бесполезный титул, так ещё и самого низкого ранга. Сам-то наверняка закончил школу с каким-нибудь Богом Силы или что-то типо того.

- Бог Стремительности, II ранг. Грех Торопливости, I ранг. Мой грех перевешивает всю мою добродетель. Но это не мешает мне не терять уверенность в себе. Тем более теперь, когда меня взяли в боевой отряд Ассоциации Двояких.

- БОЕВОЙ ОТРЯД? – сказал я с некоторой ошеломлённостью в голосе, хоть и не был сильно удивлён с учётом того, что увидел до этого

- Про это я тебе и говорю. У меня была мечта защищать своих близких – я достиг её. Что мешает тебе?

Я не ответил на его вопрос. Точнее сказать, я не смог на него ответить. Я впал в ступор. «А правда… что мне мешает?» - эта мысль возникла у меня в голове

- Ладно, - продолжал тот парень, - если ещё когда-нибудь встретимся, то меня зовут Акари Инстон, приятно познакомиться.

Он не дождался моего ответа, взвалил грабителя себе на плечи и, также стремительно, как и попал сюда, пошёл к выходу из магазина.

Я хотел сказать ему ту самую героическую фразу, которую говорят главные герои сёнэнов. Моё видение мне показало, что он даже не обернётся. Но я всё равно решился – не ради него, не ради бахвальства. Ради себя

- Я найду тебя. Найду тебя в боевом отряде. Когда сам в него вступлю! — чуть ли не прокричал я ему в ответ.

Акари улыбнулся, не остановив своего шага. Шэнми не видел его улыбку.

Он исчез так же стремительно, как появился. Но странное предчувствие шептало: наша встреча — лишь начало. Я загорелся.

Спустя несколько лет, когда мать угасла от болезни, а городок стал тесен для горя, я вспомнил рыжего. Посоветовавшись с отцом, он ясно заявил мне, что шансов попасть в рабочую группу у меня нет, но прислушавшись к моей мечте, всё же решил помочь мне перебраться в мегаполис.

Я остановился в маленькой квартирке на окраине Ниджу-Сити. Тут не было домашнего уюта, который был в родительском доме, но всё же она была достаточно уютной. В первый же день я оставил отклик в Ассоциацию Двояких. На следующий день мне позвонили оттуда, правда пригласили на собеседование в архив, а не в боевой отряд. Но я уже был рад и этому.

Через неделю я пришёл на собеседование и успешно его прошёл. Успешно, это конечно сказано с большим оптимизмом, но меня приняли достаточно легко. Первым моим поручением было принести кофе моему начальнику. Очень ответственное поручение. Соответствует моему титулу и рангу.

Я уже направился к кухне, как вдруг прогремел взрыв.

— ТРЕВОГА! НАС АТАКУЮТ!

Этот крик был ещё громче, чем взрывы. Я не знал, что делать. Хотелось спрятаться под стол, за дверью, за перегородками столов. Хотелось просто спрятаться. Но тут в моей голове всплыла та встреча с рыжим парнем в магазине. Я вспомнил как тогда чувствовал себя беспомощным учеником, которого родители отчитывают за несделанное задание.

Не успев подумать, что мне делать дальше, прогремел ещё один взрыв. Взрывная волна отбросила меня в коридор, в который я направлялся, чтобы добраться до кухни. Я врезался в чьи-то ноги.

- Жив? – услышал я знакомый голос

Всё ясно. Это были не воспоминания. Это было моё видение.