Подземелье

Глава 4: Подземелье

— Всем приготовиться! Строй! — Голос Дарина, низкий и властный, разрезал гнетущую тишину пещеры, усиленную эхом.

Он, как живая стена, выдвинулся на шаг вперед. Его массивный стальной щит, покрытый шрамами битв, с глухим бонгом встал на каменный пол, перекрывая узкий проход. Правая рука выхватила из ножен тяжелый одноручный меч с зазубренным лезвием – оружие, больше похожее на тесак. За его широкой спиной Шейн одним плавным движением снял лук со спины, наложил стрелу с черным оперением и натянул тетиву до щеки. Дерево лука слегка застонало под напряжением. Его взгляд, острый как сама стрела, сканировал темноту перед щитом Дарина. На кончике его пальцев вспыхнул слабый желтый свет – активация навыка «Сотня Стрел». Фейн, не теряя ни секунды, подняла черный посох. Рубиновая сфера на его навершии вспыхнула алым пламенем, отбрасывая зловещие тени на стены. Воздух вокруг ее рук заколебался от жара, и запах озона смешался с пещерной сыростью. Сион... Сиона не было видно. Он растворился в тенях у левой стены, лишь слабый серебристый отсвет на его кинжалах выдавал местонахождение. Ветерок, неестественный для замкнутого пространства, закружил у его ног – активация «Клинков Ветра». Я прижался спиной к холодной, мокрой скале справа, наполовину вытащив свой «Хранительский Меч Новичка». Ладони были влажными от пота, сердце колотилось как барабан. Рюкзак с припасами тянул вниз, но я игнорировал его вес. Наблюдать. Быть готовым. Не мешать.

Шуршание превратилось в гулкий топот десятков маленьких, но сильных лап. Из темноты впереди, как кровавая река, хлынули скары. Их было не двадцать, не тридцать – казалось, сотни! Маленькие, гибкие тела в кроваво-красной щетине сливались в единую, шипящую, ощерившуюся массу. Их черные глаза-бусинки сверкали ненавистью в свете магии Фейн, а ряды острых, загнутых зубов щелкали, как капканы. Над их головами плыли полупрозрачные таблички: [!] Скар (Красный), Уровень: 15. Они неслись молниеносно, прыгая по стенам, потолку, сливаясь с тенями, чтобы атаковать со всех сторон одновременно.

— ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! — рявкнул Дарин. На его щите вспыхнул стальной свет, и он как будто врос в пол. Навык «Стальной Щит»! Магическая энергия укрепила металл, сделав его непреодолимой преградой для первой волны. Скары, врезаясь в щит, отскакивали с визгом, ломая зубы о зачарованную сталь, но их было слишком много. Они начали карабкаться по щиту, пытаясь перебраться через верх.

— АТАКУЙТЕ! — рев Дарина заглушил визг скаров.

Шейн отпустил тетиву. Но это была не одна стрела. Его навык сработал! Сотни призрачных копий его стрелы с оглушительным свистом заполонили воздух перед щитом, превратив его в стену смерти. «Сотня Стрел»! Скары падали, пронзенные десятками стрел, их визг сливался в один ужасающий вопль. Одновременно Фейн выбросила вперед посох. Огненный шар, размером с ее голову, с ревом вырвался из рубиновой сферы. Он не просто летел – он взрывался, обрушивая на скаров за щитом ливень жидкого огня. «Огненный Шар»! Запах горелой шерсти и паленого мяса ударил в нос. Там, где секунду назад была толпа скаров, осталось лишь шипящее, пылающее месиво. Слева, там, где несколько скаров сумели обойти щит, раздался звук, похожий на работу мясорубки. Сион, вынырнув из тени, превратился в вихрь стальных когтей. Его «Клинки Ветра» наматывали на себя скаров, рвали их на куски, оставляя за собой лишь кровавый туман и обрывки щетины. Бой длился минуту, может две. Когда дым и пыль рассеялись, перед щитом Дарина лежала лишь груда обугленных, изрешеченных, изрубленных тел, медленно растворяющихся в клубах зловонного пара. Тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием авантюристов и шипением умирающих углей, снова воцарилась в пещере.

— Чисто! — Дарин опустил щит, его лицо было покрыто сажей и потом, но в глазах светилось удовлетворение. — Отличная работа! Фейн, твой шар – просто шедевр. Сион, чисто как всегда. Шейн, стрельба – огонь!

Облегченные улыбки появились на лицах Шейна и Фейн. Сион, уже вытиравший кинжалы о штанину, лишь кивнул. Я стоял, все еще прижавшись к стене, пот стекал по вискам. Мощь, координация, разрушительная сила... Я был потрясен и напуган одновременно. Это желтое подземелье... а я здесь всего лишь десятый уровень с мечом новичка.

— Ну что ж, Элвин, — Дарин повернулся ко мне, его взгляд был уже деловым. — Полезное дело найдется. Собери, пожалуйста, кристаллы маны, что выпали. Не дай им раствориться.

Я кивнул, оттолкнувшись от стены. Ноги немного дрожали. Я наклонился, начиная подбирать с окровавленного, закопченного пола небольшие, мутноватые кристаллы, слабо пульсирующие голубым светом – сконденсированную ману скаров. Работа была неприятной, но отвлекающей. И вдруг... я услышал. Сквозь шипение углей, сквозь тяжелое дыхание товарищей, из глубин подземелья донесся... стон. Низкий, протяжный, наполненный такой древней, безумной яростью и болью, что кровь застыла в жилах. Он прошел сквозь камень, отозвавшись эхом в самой груди. Я резко выпрямился, оглядываясь. Но лица Дарина, Фейн, Шейна были спокойны. Сион лишь нахмурился, будто почувствовал что-то краем сознания.

— Тир? — мысленно выдохнул я. — Что это было?
— Анализ звуковых волн... Недостаточно данных. Рекомендация: Повышенная готовность. Источник представляет экстраординарную угрозу. Уровень опасности: Критический.
Холодный пот выступил на спине. — Видимо, пещера шумит... — пробормотал я себе под нос, заставляя руки снова опуститься за кристаллами. Это не показалось.

После сбора трофеев (кристаллов набралось с добрый десяток) группа снова двинулась в путь. Воздух становился все холоднее и тяжелее, словно пропитанным вековой пылью и отчаянием. Стены сближались, потолок опускался, заставляя нас идти почти гуськом. Скары нападали теперь не только спереди – они выскакивали из узких щелей в стенах, падали сверху с потолка. Каждый раз Дарин и Сион встречали их щитом и кинжалами, Шейн и Фейн выкашивали залпами стрел и огня. Появились и другие твари – Громулы (Уровень 18-20), более крупные и свирепые, чем тот, что я встретил в лесу. Они шли напролом, не боясь щита Дарина, но магия Фейн и точные выстрелы Шейна в глаза сбивали их с ног, а Сион добивал. Я, следуя приказу, держался сзади, лишь однажды едва увернувшись от скара, прорвавшегося по стене. Мои ноги горели от напряжения, ладони скользили по рукояти меча. *"Видимо, тут выше 15-го уровня монстры не водятся... но и этих хватает", — подумал я, наблюдая за слаженной работой группы.

После бесконечного лабиринта узких ходов мы наконец вывалились в обширный грот. Он был огромным, с высоким сводчатым потолком, теряющимся в темноте. Пол был усыпан крупными, скользкими валунами. Стены, гладкие и неестественно ровные, уходили ввысь. Выходов было два: тот, откуда мы пришли – узкая расщелина, и прямо напротив – такой же узкий проход, ведущий куда-то вглубь. Но грот не был пустым. Посреди него, на каменном пьедестале, лежал крупный, мутно-желтый кристалл, испускающий тусклое, зловещее сияние. Именно тот камень, что им был нужен?

— Странно... — Шейн нахмурился, оглядывая грот. Его лук был все еще наготове. — Во всех желтых подземельях, где я бывал, не было таких... пустых залов. И кристалл просто так лежит? На блюдечке?
— Не нравится мне это, — проворчал Сион, появившись словно из ниоткуда рядом с Дарином, его кинжалы были обнажены. — Слишком тихо. Слишком... чисто. Ни следов, ни костей.
Дарин медленно провел рукой по щиту, его взгляд метался по стенам, потолку, кристаллу. — Будьте настороже. Фейн, больше света.
Фейн подняла посох. Шар света над ним вспыхнул ярче, разгоняя тени по углам. Но тени были... просто тенями. Казалось, ничего не угрожало.

И тут Тир взорвалась паникой в моей голове:
[!] **ВНИМАНИЕ! КАТАСТРОФИЧЕСКАЯ УГРОЗА!
[!] **АНОМАЛЬНАЯ МАГИЧЕСКАЯ СИГНАТУРА ОБНАРУЖЕНА! УРОВЕНЬ ОПАСНОСТИ: НЕИЗМЕРИМ!
[!] **РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕМЕДЛЕННОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ! АКТИВИРУЙТЕ "ВОЛЮ ВОИНА"!

Холодный ужас, острее любого клинка, пронзил меня. Я не видел врага, но тело кричало об опасности.
— Дарин! — мой голос сорвался на визгливый шепот, но он услышал. — У меня... система! Тир! Кричит об опасности! Максимальный уровень! Нам нужно уходить! Сейчас же!

Лицо Дарина стало каменным. Он мгновенно оценил мой панический вид, возможно, вспомнив странности у Сферы Истины. — Отход! К выходу! Быстро! — скомандовал он, разворачиваясь к щели, из которой мы вошли.

Мы бросились назад. Но не успели сделать и пяти шагов, как сзади раздался оглушительный, каменный скрежет. Мы обернулись. Входная расщелина... сомкнулась! Гладкая стена, без единой щели, стояла на ее месте. Одновременно Фейн вскрикнула:
— И другой выход! Он... исчез! — Она указывала дрожащей рукой на противоположный проход – там тоже была теперь лишь гладкая скала.

Мы оказались в ловушке. Огромный грот превратился в каменный мешок. Сердце бешено колотилось, перехватывая дыхание. Паника, холодная и липкая, начала сковывать движения. Шейн закачался, его лицо побелело. — Мы... мы в западне... — прошептал он.

— Взгляд вверх! — внезапно закричала Фейн, задыхаясь, и указала посохом на центр потолка.

Там, в кромешной темноте, начало происходить нечто. Воздух заколебался, как над раскаленным камнем. Затем возникло свечение – не светлое, а глубокое, кроваво-багровое, как открытая рана. Оно пульсировало, расширялось, и из него... выплыла фигура. Она медленно опустилась на каменный пол в нескольких метрах от нас, прямо перед зловещим желтым кристаллом.

(Сцена 3: Существо из Бездны)

Оно было гуманоидным, но лишь отдаленно. Ростом чуть выше Дарина. Все его тело было покрыто мелкими, переливающимися темно-синим и черным чешуйками, как у глубоководной рыбы. На месте лица – гладкая, безликая маска из того же чешуйчатого материала, сливающаяся с кожей. Лишь два уголька – раскаленные добела точки – горели в прорезях для глаз. Но самое жуткое – аура. Она исходила от него волнами, физически давя на грудь, вызывая тошноту и первобытный ужас. Это был холод могилы, безумие бездны и абсолютная, всепоглощающая злоба. Мои ноги подкосились, я едва удержался на ногах. Шейн сдавленно застонал. Дарин стиснул зубы, уперевшись щитом в пол, но его руки дрожали. Фейн прижала посох к груди, как оберег. Сион замер, слившись с тенью валуна, но его дыхание стало прерывистым. Над существом не было никакой таблички – система Тир молчала, словно отключилась.

Существо медленно повернуло голову на неслышной шее, «взгляд» его раскаленных глаз скользнул по нам, как по букашкам. Потом оно... заговорило. Голос был не громким, но он вибрировал в костях, звуча одновременно и внутри черепа, и снаружи. Это был скрежет камней, шелест пепла и ледяной шепот пустоты.
— О... Какое... блаженство... — каждый слог был наполнен извращенным наслаждением. — Я... наконец... выбрался... из той... тесной... темницы... — Оно сделало паузу, его «взгляд» остановился на нас. — О... А это... что за... мусор... осмелился... нарушить... мой... выход?

Мы замерли, парализованные не столько страхом, сколько абсолютным, животным ужасом перед чем-то, что явно не должно было существовать в нашем мире. Язык прилип к небу. Дарин, собрав всю волю, заставил себя заговорить, его голос был хриплым, прерывистым:
— Мы... авантюристы... гильдии... Ольховый Крест... — Он едва выдавил слова.

Существо слегка наклонило голову, словно слушая жужжание мухи.
— Авантюристы... — оно растянуло слово, пробуя его на вкус. — Интересно... — Внезапно его голос стал резче, пронзительнее: — ГДЕ Я? Назовите... ЭТОТ МИР!

Дарин, стиснув зубы до хруста, выдохнул:
— Танаир... Вы... в мире... Танаир...

— Та-на-ир... — существо произнесло название медленно, с оттенком презрительного любопытства. Раскаленные глаза сузились. — Значит... мне удалось... выбраться... от той... мрази... что сковала... меня... здесь... — Его голос внезапно наполнился леденящей ненавистью при слове "мразь".

Я смотрел на него, пытаясь понять, что это, как его убить, но Тир молчала. И вдруг раскаленные угли глаз уперлись прямо в меня. Существо сделало едва заметный шаг в мою сторону.
— Ты... — его голос стал тише, но от этого только страшнее. — От тебя... исходит... странный... запах... нездешней... маны... — Оно втянуло воздух, словно нюхая. — Кто... ТЫ?

— Элвин... — я выдавил имя, голос сорвался на шепот. — Меня зовут... Элвин...

— Ложь... — прошипело существо. Оно было уже в двух шагах. Дарин инстинктивно выдвинул щит, но существо его просто игнорировало. — Твой дух... пахнет... иначе... чем... этот прах... — оно махнуло рукой в сторону других. — Иначе... чем... весь... этот... жалкий... мир...

В этот момент Сион, не выдержав давления, рванулся. Его фигура дрогнула, стала полупрозрачной – «Невидимость»! Он метнулся к ближайшему валуну, надеясь укрыться.

Существо даже не повернуло головы. Просто... масляная улыбка растеклась по его нижней части маски, не достигая глаз. Изгиб рта, неестественный и пугающий. И в тот же миг оно... исчезло. Не сдвинулось с места, а именно исчезло из точки А и материализовалось в точке Б – прямо перед Сионом, все еще пытавшимся стать невидимым. Чешуйчатая рука с длинными, тонкими пальцами, заканчивающимися черными когтями, молниеносно сомкнулась на его горле. Сион завизжал, его ноги затрепыхались в воздухе. Невидимость рассеялась.

— Такими... дешевыми... фокусами... — голос существа капал ядом и презрением, — от... меня... не... спрячешься... насекомое...

Когти впивались в шею Сиона. Тот хрипел, лицо багровело, глаза вылезали из орбит. Мы стояли, завороженные ужасом, не в силах пошевелиться. Фейн первой опомнилась.
— Отпусти его! Ты убьешь! — ее крик был полон отчаяния. Она вскинула посох, рубиновая сфера вспыхнула ослепительно – «Огненный Вихрь»!

Существо даже не взглянуло на нее. Просто махнуло другой рукой, легким, почти небрежным жестом. Фейн... исчезла. Не испарилась, не рассыпалась – просто перестала существовать в том месте, где стояла. Не было взрыва, крика – лишь легкое хлопанье воздуха, смыкающегося за ней, да крошечное облачко искр, медленно оседающих на камень. На том месте, где секунду назад стояла живая женщина, осталась лишь легкая дымка и запах озона.

Тишина. Шейн издал странный, сдавленный звук, похожий на всхлип и стон одновременно. Потом его словно прорвало.
— Конец... Все кончено... — он забился в истерике, упав на колени, схватившись за голову. — Мы умрем! Все умрем здесь! Оно нас сотрет! — Его вопли эхом разносились по гроту.

Дарин стоял, как громом пораженный. Его щит опустился. Он посмотрел на истеричного Шейна, на пустое место, где была Фейн, на Сиона, у которого уже закатывались глаза, а движения становились слабыми. Его взгляд, полный ужаса и боли, нашел меня. Я стоял, прижавшись спиной к холодному валуну, пытаясь не смотреть в раскаленные глаза существа. Дыхание свистело в горле. Воля Воина... Сейчас или никогда...

— Элвин... — хрипло прошептал Дарин, привлекая мое внимание. Его лицо было серым, как пепел. — Надо... уходить... Пока... есть шанс...

Я безнадежно покачал головой, указывая взглядом на гладкие, неприступные стены. — Нельзя... Выходов... нет... Мы все осмотрели...

— Там! — вдруг резко прошипел Дарин, его палец дрожал, указывая на участок стены справа от того места, где мы вошли. — Видишь? Трещина! Она была?

Я посмотрел. И правда – узкая, темная щель, едва заметная в неровностях камня. Ее точно не было раньше! Или... или она была так хорошо замаскирована?
— Не знаю... — прошептал я. — Но ее не было... или...

— Какая разница?! — Дарин перешел на отчаянный шепот. — Это... единственный шанс! Пока оно... занято Сионом... Бежим! На счет три! Раз... Два... ТРИ!

Он рванул с места, забыв о щите, забыв обо всем, кроме щели – этого призрачного спасения. Я... замер. Ноги не слушались. Глаза были прикованы к существу, к его руке, сжимающей глотку Сиона. Я видел, как угасает жизнь в глазах убийцы.

Дарин, пробежав несколько шагов, обернулся. Он увидел, что я стою. В его глазах мелькнули ярость, отчаяние и... упрек. В этот момент существо медленно повернуло свою безликую маску в его сторону. Раскаленные глаза сузились. Масляная улыбка стала шире. Дарин не остановился. Он бежал к щели.

И тут... ничего не произошло. Ни взмаха, ни луча. Просто верхняя половина тела Дарина продолжала бежать, а ноги... остались стоять на месте. Он рухнул на камень, непонимание и ужас застыли в его широко раскрытых глазах. Его торс дернулся раз, другой, рука бессмысленно потянулась к щели, до которой оставалось всего пять метров... и замерла. Кровь хлынула на камень, черная в тусклом свете кристалла.

— ДАРИН! — мой крик сорвался с губ, хриплый и бессильный. Но было поздно. Так поздно.

Существо медленно разжало пальцы. Безжизненное тело Сиона с глухим стуком упало на камни. Оно повернулось ко мне. Полностью. Его масляная улыбка растянулась до немыслимых пределов, а раскаленные глаза впились в меня с такой ненавистью и голодом, что я почувствовал, как мой разум начинает трещать по швам.

— Теперь... — прошипело оно, делая плавный шаг в мою сторону, — твоя... очередь... чужеземец...

Оно остановилось в шаге от меня. Запах крови, озона и чего-то древнего, гнилостного ударил в нос. Я не мог пошевелиться. Тир молчала. Воля Воина... Активировать? Но что это изменит?

— Итак... — голос был тихим, как скольжение змеи по камню, но пронизывающим до костного мозга. — Откуда... ты... на самом деле? Говори... и смерть... будет... быстрой...

— Я... из Танаира... — я попытался снова, голос дрожал, как лист на ветру.

Существо медленно подняло руку. Указательный палец. Коготь на его конце вдруг удлинился, став тонким, острым, как стилет, черным и блестящим, как обсидиан. Оно плавно, почти нежно, ткнуло им в мое левое бедро, чуть выше колена.

Боль. Белая, ослепляющая, разрывающая нервы боль! Коготь вошел как в масло, пронзив мышцы, задев кость. Я вскрикнул, не в силах сдержаться, рухнув на одно колено. В глазах помутнело. Тир замигала в сознании:
[!] **КРИТИЧЕСКОЕ РАНЕНИЕ!
[!] HP: 1100 → 900 → 700... (Скорость потери HP: 50/сек)
[!] **АКТИВИРУЙТЕ "ВОЛЯ ВОИНА"!

— Тише... — прошипело существо, наклоняясь ко мне. Его раскаленный взгляд горел в сантиметрах от моего лица. — Крики... раздражают... Хочешь... быстро... умереть? Скажи... ПРАВДУ... Откуда... твой... дух?

Слезы боли и ужаса текли по моему лицу. Я видел тела Дарина, Сиона, пустое место Фейн, слышал безумный шепот Шейна. Сопротивляться было бессмысленно.
— Земля... — я прохрипел, сжимая зубы от новой волны боли. — Я... с планеты... Земля...

— Зем-ля... — существо произнесло слово с явным любопытством, но тут же его глаза сузились. — Не... знаю... такого... мира... Врешь... опять...

Еще один удар черного стилета-пальца. На этот раз – в правое бедро. Та же адская боль! Я заорал, дергаясь на полу. Кровь хлестала из двух ран, растекаясь теплыми ручьями по ногам. Тир неистовствовала:
[!] HP: 700 → 500 → 300...
[!] **ОПАСНОСТЬ! ОСТАЛОСЬ МЕНЕЕ 30% HP!
[!] **АКТИВИРУЙТЕ "ВОЛЯ ВОИНА"! НЕМЕДЛЕННО!

Воля Воина! АКТИВИРОВАТЬ! — мысленно закричал я. Но... ничего не произошло. Навык не срабатывал! Был ли он заблокирован? Или мой ужас парализовал и его? Существо наклонилось еще ниже.

— Последний... шанс... чужеземец... — его шипящий шепот обжигал ухо. — Или... я... буду... вынимать... твою... душу... по... кусочкам... очень... долго...

Я закрыл глаза, готовясь к худшему. К бесконечной боли. К смерти. Но вдруг... существо вздрогнуло. Оно резко выпрямилось, его раскаленные глаза метнулись не в мою сторону, а куда-то вверх, в темноту потолка, будто что-то увидело там. Его масляная улыбка исчезла. Во всей его позе, в напряжении чешуйчатого тела, читалось... настороженное внимание, даже... недоверие? Оно сделал шаг назад от меня, затем еще один. Его взгляд скользнул по мне, по моим ранам, по лужам крови, и в его белых угольках мелькнуло что-то... непостижимое. Раздражение? Досада?

— Тебе... — прошипело оно, и в его голосе впервые прозвучали нотки чего-то, кроме злобы и презрения, — повезло... малыш...

Затем оно просто... растворилось. Не исчезло, не ушло – его фигура потеряла четкость, расплылась, как дым, и растаяла в воздухе. Багровое свечение над кристаллом погасло. Грот погрузился в полумрак, освещаемый лишь тусклым желтым светом кристалла на пьедестале и слабым шаром Фейн (ее посох валялся рядом с местом, где она исчезла). Давившая аура страха рассеялась, оставив после себя вакуум и оглушительную тишину, нарушаемую лишь моим хриплым дыханием, всхлипами Шейна и... нарастающим гулом в ушах.

Боль в ногах была невыносимой. Тир продолжала отсчитывать здоровье:
[!] HP: 300 → 250 → 200...
Темнота накатывала волнами, затягивая сознание. Последнее, что я увидел перед тем, как погрузиться в небытие, был искаженный страхом и безумием взгляд Шейна, уставившийся на меня из-за валуна, и тускло мерцающий желтый кристалл на пьедестале посреди моря крови.