Глава 2.1

Ёсихико вернулся домой почти в восемь, когда уже совсем стемнело. Отец был снаружи — собирал помидоры черри, росшие перед домом. Он вообще любил повозиться в земле — у него была настенная бахча на стене гостиной, с другой стороны дома, на которой он выращивал тыквы. Ёсихико невольно остановился, когда во тьме перед ним проступила спина отца. Отец всегда казался ему большим, могучим человеком, но сейчас он почему-то выглядел маленьким и щуплым.

— А, это ты пришёл?

Наконец, отец заметил его и обернулся.

— С возвращением, — поприветствовал он сына и не меняясь в лице добавил: — На ужин была тэмпура.

Отец нагнулся и снова принялся работать садовыми ножницами. Фонарь у входа освещал половину его лица.

— Делали с домашними баклажанами — они очень вкусные уродились. Пришёл бы пораньше — успел бы до того, как остатки в холодильник убрали.

— Ну ладно… Это твой урожай?

Ёсихико взял у отца корзинку с томатами черри. Скорее всего, они проведут ночь в холодильнике, чтобы утром стать частью салата. Возможно, часть раздадут соседям. Отец даже не спросил у Ёсихико, ужинал ли он. Скорее всего, ему как обычно оставили часть еды.

Ёсихико вновь посмотрел на отца, собирающего зрелые помидоры. Когда он в последний раз ужинал со всей семьёй? С тех пор, как Ёсихико уволился, его распорядок дня стал хаотичным, и он почти перестал видеть отца. Однако отец ни разу не упрекал его за это. Он всегда участвовал в жизни сына со стороны, и теперь, повзрослев, Ёсихико отчётливо понимал это.

— Слушай…

Когане прыгнул в дом, едва услышав про тэмпуру. Ёсихико проводил лисий хвост взглядом и обратился к отцу:

— Каким человеком был дедушка?

— Что на тебя нашло? — спросил отец с лёгким удивлением в голосе.

— Я просто подумал, что мы толком не разговаривали на эту тему, — Ёсихико смущённо отвёл взгляд и почесал затылок.

На самом деле он невольно сравнивал отношения Яматотакэру-но-микото и его отца со своей семьёй. Разумеется, ему бы ни за что не пришло в голову ненавидеть отца — этого скромного человека, не смеющего спорить с окружающими его женщинами, но вдруг что-то важное вскроется в отношениях отца и деда?

— Ну ладно… — отец щёлкнул ножницами. В воздухе пахло свежими помидорами. — Он был из тех людей, которым важнее не то, чтобы сын хорошо учился, а чтобы он правильно здоровался, культурно ел палочками и аккуратно ставил обувь. Ко всему остальному он относился легкомысленно и частенько куда-то пропадал. Мама всегда сердилась на него за это.

Ёсихико улыбнулся — отец никогда не рассказывал таких подробностей. Возможно, на самом деле он не просто пропадал, а бегал выполнять божественные заказы. Ёсихико невольно усмехнулся, представляя себе причитания не знавшей правды бабушки, и почувствовал себя слегка виноватым перед дедушкой.

— Когда я был в младших классах, мы ходили в лес в поисках интересных вещей и просыпались посреди ночи, чтобы встретить в рассвет. Когда у меня появлялись сложные вопросы, мы вместе копались в энциклопедиях… — отец улыбнулся, вспоминая своё детство. — Когда я сказал, что хочу попробовать что-нибудь вырастить, мы засеяли весь двор, и мама долго ругала нас: «Вы мне тут джунгли хотите устроить?!»

— Она вас кажется, постоянно ругала, — заметил Ёсихико, когда отец вздохнул сквозь усмешку.

Судя по его словам, дедушка тоже считал свою жену главой семьи.

— Он никогда не мешал детскому любопытству. Наоборот — советовал попробовать в жизни всё. Вот благодаря этому я научился выращивать растения, — самодовольно заявил отец, бросая взгляд на Ёсихико.

Можно сказать, он отчасти считал домашний сад заслугой дедушки.

— Ты так говоришь, будто дедушка был ребёнком в душе, — заметил Ёсихико, забрасывая в рот один из помидоров.

Он раскусил гладкую кожицу и ощутил во рту знакомый кислый вкус.

— Ребёнком в душе… Да, это точно. Он и сам так считал, — отец отвлёкся от садовой работы и посмотрел вдаль. — И возможно, он дал мне столько любви, что я никогда не считал это недостатком.

На миг профиль отца напомнил Ёсихико дедушку, и он быстро заморгал. С годами отец превращался в дедушку. Вот лучшее доказательство их кровной связи.

— Когда ты появился на свет, и я начал тебя воспитывать, я старался подражать ему. Не во всём, разумеется, — усмехнулся отец и повернулся к сыну.

Встретившись с ним глазами, Ёсихико невольно вспомнил день, когда отец купил ему перчатку-ловушку. Когда он сказал, что хочет играть бейсбол, отец лишь равнодушно сказал «ясно», но уже на следующий день пришёл с работы с подарком для молодого бейсболиста. Ёсихико так радовался что даже спал с ловушкой в обнимку. Позднее спорт выбрал за него старшую школу, университет и даже работу, но отец всегда уважал жизненный путь сына. И он никогда не оставался до конца в стороне, а подражал поведению дедушки, всегда незаметно поддерживая сына.

Его отцовская любовь была настолько велика, что Ёсихико только сейчас начал её замечать.

— Ты… расстроился, когда я бросил бейсбол? — спросил Ёсихико предательски хриплым голосом.

В то время Ёсихико практически не разговаривал со своей семьёй, и даже о своём увольнении сообщил далеко не сразу. Он посвятил себя интернету и играм, пытаясь немного восстановиться от утраты через бегство от реальности.

— Не расстроился, но волновался, — отец улыбнулся, поднимая глаза. — Это ведь было сразу после смерти дедушки, а ты его очень любил.

Ёсихико помнил даже цвет неба в тот день, когда они узнали о его смерти, и ощущение того, что в нём вдруг не осталось силы что-либо делать.

— Ёсихико, а ты сам жалеешь о том, что бросил бейсбол? — задал отец встречный вопрос, и Ёсихико моргнул, застигнутый врасплох.

— Нет… Я уже свыкся с тем, что случилось…

Ёсихико опустил взгляд на собственные руки, держащие корзинку. Мозоли от биты уже почти прошли. Он бросил компанию, бросил бейсбол и вместо этого получил молитвенник. Возможно, что с этой поры на его руках скапливался груз, которого он и сам не замечал.

— Вот и не мучайся этим, — усмехнулся отец и бросил ещё помидоры в корзинку. — Уверен, ты ещё найдёшь то, что тебе по душе, и с головой уйдёшь в это дело.

Слова впитались в грудь Ёсихико.

Дед и отец.

Отец и сын.

Что передаётся между поколениями?

Молчаливая любовь, окутывающая всю жизнь.

Есть родные отцы и дети, яростно ненавидящие друг друга. Не каждый сын знает отцовскую любовь. Узнав историю отношений деда и отца, Ёсихико понял, что его собственное детство — плоды тяжёлого труда, а вовсе не нечто само собой разумеющееся.

Ёсихико нахмурился от боли в груди, когда на ум пришёл Эндо. Он распрощался с отцом, а теперь сам стал родителем и смотрел на свою дочь счастливыми глазами.

— Думаю, будь дедушка жив, он бы сказал тебе то же, что и я, — улыбаясь, добавил отец.

Его слова растворились в ночи и скоро исчезли в дуновении тёплого ветра и пении сверчков.