Лекс Кроухайт

Глава 4.

Я — Лекс Кроухайт, наследник одной из самых великих семей Тенвелла, — наконец стал святым рыцарем. С самого рождения меня готовили к этому. Тренировки, обучение, контроль… Отец был суров. Я не припомню, чтобы хоть раз видел на его лице улыбку. Всё, что его интересовало, — это честь и престиж нашего рода. Поэтому я всегда стремился соответствовать. Я учился, сражался, совершенствовал технику. Меня называли самым талантливым пользователем ауры за последние тридцать лет. Но даже этого ему было недостаточно.

Он оставался недоволен. Холоден. И недавно я понял почему.

У нашего рода веками шло соперничество с другой великой семьёй — Ремилион. Этих людей отец ненавидел почти с религиозным фанатизмом. А теперь на сцену вышла их дочь — та самая Ремилия, которую раньше никто толком не видел. Всё детство она провела в особняке Ремилион, и только на церемонии сталаки святого рыцаря она впервые предстала перед публикой.

И она бесила меня.

Этот взгляд свысока, эта холодная аура, полное безразличие к происходящему. Она будто говорила: «Я сделала вам всем одолжение» — просто появившись. Весь её вид выводил меня из себя. А если и правда… если отец всегда сравнивал меня именно с ней?

За два часа до начала церемонии я сорвался.

— Ремилия! — встал перед ней и громко, вызывающе, — Я вызываю тебя на дуэль!

Остальные наследники пытались меня остановить, убеждали успокоиться. Я не слушал. Я был зол. Её лицо оставалось неподвижным. Она посмотрела на меня с тем же ледяным выражением и тихо произнесла:

— Хорошо.

Просто так. Спокойно. Как будто я предложил ей пройтись.

Это вывело меня из себя ещё больше.

Мы оказались на тренировочной площадке рыцарского корпуса. Нам выдали деревянные мечи. Я даже не взял свой — швырнул прочь и обнажил клинок рода Кроухайт.

— К чёрту игры. Я дерусь всерьёз. Это Алая Преисподня, реликвия нашего рода. Используй свою рапиру.

— Эй, Лекс! — попытались меня остановить другие. — Это уже не шутка, одумайся!

— Не вмешивайтесь! — рявкнул я. — Это между мной и ею!

Ремилия посмотрела на меня и с тем же хладнокровием сказала:

— Хорошо. Дерись своим оружием. Я оставлю себе деревянный меч.

— Т-тыыы… — ярость сжигала меня изнутри. Изо рта вырвалось пламя.

Я не стал ждать сигнала. Рванул на неё. Меч был охвачен моей аурой — я превращал её в пламя, и Алая Преисподня усиливала жар. Хорошо, что арена была окружена барьером — иначе сгорело бы всё.

Я нанёс удар, но Ремилия даже не шелохнулась. Лишь подняла руку. В её ладони появился тёмный шар, тусклый и плотный, как сгусток ночи. Он впитал всё пламя с моего клинка.

— Ч-что?..

Не успел я прийти в себя, как почувствовал притяжение. Меч дрогнул в руках, этот шар приятгивал его. Я не хотел его отпускать и меня самого начало тянуть вперёд — к ней, к этому шаровидному аду.

— Ты хочешь… забрать Алую Преисподню?!

Я вцепился в клинок мёртвой хваткой. Это был единственный подарок от отца, на мой день рождения. Я не мог его отдать. Земля уходила из-под ног — меня волоком тянуло к этой чертовой девушке.

— Нееет!

Я почти коснулся её. Ещё немного — и…

— Тц, — недовольно цокнула Ремилия и сжала кулак.

Тёмный шар исчез.

Я тяжело дышал, стоял на коленях, измотанный, растерянный. А она — как ни в чём не бывало. Смотрела на меня сверху вниз.

— Ты безрассуден, — спокойно произнесла она. — Тебя могло затянуть в моё измерение.

— З-зачем ты… Ты ведь могла победить.

— Мы разве договаривались, что это смертельная дуэль?

— Но я хотел… пронзить тебя!

— Тогда жди наказания от своей семьи. Ты устроил позор.

Она повернулась, чтобы уйти.

Это вывело меня из себя. Снова.

— ТЫЫЫЫЫ!!!

Я поднял меч двумя руками. Вложил в него ауру, сжал зубы.

— Алый Ястреб!

С клинка сорвался огненный разрез, мощный и жаркий. Он летел к ней — точный, быстрый.

Но Ремилия всё так же была спокойна. В момент, когда удар должен был достичь цели, она быстро среагировала. Использовав технику атаки для рапиры кончик её меча сорвался вперёд, пронзая воздух быстрым, точным уколом и из него вылетел тёмный луч. Он поглотил мою атаку… и почти задел меня самого.

В последний миг она отпустила меч — тёмный луч исчез.

Я был поражён. Унижен. Разбит. Никто никогда не побеждал меня так легко. Это было красиво. Изящно. Один укол — и всё кончено. Не зря говорят, что рапира — оружие аристократии. В её технике была гордость, достоинство и абсолютная уверенность.

Ремилия подошла, бросила передо мной обломок деревянного меча — от него осталась лишь половина. И холодным, отрешённым голосом сказала:

— Я обычно не использую оружие. Моих сфер хватает с лихвой. Но мои атакующие способности завязаны на точном уколе, выплёскивающем тьму. Голыми руками этого не добиться — мне нужен проводник, тонкий и надёжный. Поэтому я выбрала рапиру. Не из-за красоты, а потому что она подходит мне. Видимо, этот деревянный меч не выдержал мою силу — даже несмотря на то, что я окутала его своей аурой. Но одного выстрела хватило. Ты силён, Лекс Краухайт. Ты по-своему талантлив. Но я сильнее всех в этом королевстве. Так что не пытайся сравнивать себя со мной. Это бесполезно и ни к чему не приведёт.

С этими словами она повернулась и ушла.
Я остался сидеть, глядя ей вслед, и ещё несколько минут пытался осмыслить то, что только что произошло.

А теперь вот — стою на пьедестале перед толпой зрителей и журналистов, официально став святым рыцарем. Рядом со мной — другие новобранцы, включая саму Ремилию. Её аромат — тонкий, но яркий — доносился до меня даже сквозь шум толпы.

У меня всегда была хорошая чуйка. И этот запах я запомнил навсегда.

Я… я не знаю. Последние несколько минут в голове крутилась только она. Даже когда я произносил клятву, всё, о чём думал — это о красоте Ремилии. Кажется, я влюбился. Она — словно недосягаемый цветок, чей лепесток мне никогда не сорвать. И всё же я хочу быть рядом с ней. Хочу, чтобы она смотрела на меня. Чтобы интересовалась мной. За один бой я поменял своё мнение о человеке совершенно в другую сторону. Такое со мной впервые.

И тут началось нечто странное.

Запах Ремилии вдруг стал исходить с двух сторон. Я почувствовал другой источник. Вскинул голову, начал озираться.

Нашёл.

У трибуны стоял какой-то худой, высокий парень с тёмными волосами и глазами. Наши взгляды пересеклись. И вот тогда я ощутил это особенно ясно: от него исходил тот же запах. Слишком сильный.

Я не мог просто так отпустить это.

Мне нужно выяснить, кто он такой.