Система мучеников

Тьма была абсолютной. Не такая темнота, как бывает в глубокой пещере или в самую безлунную ночь — там всегда остаются оттенки, полутона, призрачные мерцания. Нет, эта тьма была фундаментальной, первозданной, будто сама материя пространства отсутствовала. В этой черноте не существовало ни верха, ни низа, ни звуков, ни запахов — ничего, кроме бесконечного пустого ничто.

Он не знал, сколько времени провел в этом состоянии. Может быть, секунды. Может быть, тысячелетия. Время здесь, похоже, было таким же иллюзорным, как и всё остальное. Воспоминания о жизни, о последних мгновениях перед смертью пульсировали в его сознании, словно гнойные нарывы, которые невозможно было проигнорировать.

«Так вот как выглядит посмертие? Какое разочарование», — подумал он с горечью. Ни суда, ни возмездия, ни перерождения. Просто пустота, лишенная всякого смысла. Впрочем, как и вся его никчемная жизнь.

Внезапно темнота перед ним дрогнула. Не осветилась — нет, скорее изменила свою структуру, как если бы в абсолютном ничто появилась ещё более глубокая пустота. И из этой пустоты соткались слова, зависшие в пространстве перед ним. Они не светились — скорее, проявлялись в сознании напрямую, минуя органы чувств.

[Добро пожаловать в Систему Лабиринта Мучеников]

Он уставился на эти слова, ощущая странную смесь страха и любопытства. Что это? Галлюцинации умирающего мозга? Или нечто более... реальное?

[Вы были выбраны как идеальный кандидат для должности Хранителя Лабиринта из-за уникального сочетания пережитых страданий и накопленной ненависти]

[Желаете ли вы принять предложение стать Хранителем Лабиринта Мучеников?]

[ДА] [НЕТ]

Буквы пульсировали в пустоте, словно ожидая его решения. Он усмехнулся — или, по крайней мере, ему показалось, что он усмехнулся. В этой пустоте он не ощущал собственного тела.

«Система, значит? Как в тех дрянных новеллах, что я читал от скуки? Какая ирония».

Впрочем, выбор был очевиден. Что у него было еще? Вечность в этой пустоте? Или, может быть, настоящий ад, куда его отправят после этой странной паузы?

«Я всю жизнь был никем. Всю жизнь меня использовали, унижали, втаптывали в грязь. А теперь... теперь я могу стать тем, кто использует других. Тем, кто причиняет боль, а не испытывает её».

— Да, — произнес он в пустоту, и впервые за долгое время его голос звучал твердо и уверенно. — Я принимаю предложение.

[Выбор принят]

[Инициализация Хранителя Лабиринта]

[Создание нового идентификатора]

[Пожалуйста, укажите имя, под которым вы желаете существовать в Системе]

Он задумался. Своё прежнее имя он ненавидел — оно ассоциировалось со слабостью, с унижениями, с той жалкой оболочкой, которая когда-то была им. Нет, ему нужно что-то новое. Что-то сильное, внушающее страх.

Имя пришло неожиданно, словно кто-то прошептал его из глубин пустоты.

— Ксэтер Валентайн, — произнес он, смакуя каждый слог этого имени. Оно ощущалось правильным — тяжелым, как могильная плита, и острым, как хирургический скальпель.

[Имя принято: Ксэтер Валентайн]

[Завершение формирования Хранителя Лабиринта]

[Инициализация физической формы...]

Внезапно пустота вокруг задрожала. Не было ни света, ни звука, но он почувствовал, как его несуществующее тело словно разрывают на атомы, а затем собирают заново — по новому чертежу, следуя иным законам бытия.

Боль была невыносимой — каждая клетка нового тела кричала, каждый нерв горел огнем преображения. Но эта боль отличалась от той, что он испытывал перед смертью. Та была унизительной, бессмысленной. Эта же... эта боль была как закалка клинка — необходимый этап на пути к становлению чем-то большим, чем простой человек.

Когда агония трансформации достигла пика, вспышка тьмы (если такое понятие вообще могло существовать) поглотила его сознание.

***

Прохладный воздух коснулся его кожи. Настоящий воздух — с запахами камня, пыли и железа. Ксэтер Валентайн медленно открыл глаза.

Он стоял посреди величественного тронного зала, настолько массивного, что его дальние стены терялись в полумраке. Потолок уходил вверх на десятки метров, поддерживаемый колоннами из черного камня, испещренными странными символами. Пол был вымощен квадратными плитами серого мрамора, образующими сложный геометрический узор.

Прямо перед ним, на возвышении, к которому вели широкие ступени, стоял трон. Не золотой или серебряный, как можно было бы ожидать, а вырезанный из цельного куска обсидиана — черный, с острыми гранями, напоминающий застывший осколок ночи. За троном располагалось высокое окно, сквозь витражное стекло которого проникал неестественный, приглушенный свет, образуя на полу пентаграмму.

По бокам от трона застыли неподвижные фигуры в полных доспехах — то ли стражи, то ли просто декоративные элементы. Их глазные прорези в шлемах зияли пустотой.

Ксэтер посмотрел на свои руки — бледные, с длинными тонкими пальцами, они больше не напоминали те мягкие, неуклюжие конечности, которые принадлежали ему при жизни. Он провел ладонью по лицу, ощущая острые скулы, прямой нос, тонкие губы. Пряди черных волос падали на глаза.

«Интересно, как я теперь выгляжу», — подумал он и, словно в ответ на его мысль, прямо в воздухе материализовалось зеркало.

Из зеркала на него смотрело лицо, которое никогда не принадлежало ему при жизни — аристократические черты, бледная до синевы кожа и самая поразительная деталь — глаза. Они светились изнутри зловещим красным светом, как два тлеющих угля. Это был взгляд хищника, взгляд существа, стоящего на вершине пищевой цепи.

— Неплохо, — прошептал Ксэтер, и его голос, низкий и мелодичный, эхом отразился от стен зала. — Совсем неплохо.

В следующий момент зеркало растворилось в воздухе, а перед ним возникло полупрозрачное окно Системы.

[Система Лабиринта Мучеников]

[Хранитель: Ксэтер Валентайн]

[Уровень Лабиринта: 1]

[Сложность: Начальная]

[Доступные ресурсы: 100 очков мучеников]

[Вам доступны следующие категории для обустройства Лабиринта:]

- Структура Лабиринта

- Ловушки

- Монстры

- Боссы

- Личные улучшения

Ксэтер медленно прошел к трону и опустился на него, ощущая холод обсидиана даже сквозь одежду — черный костюм неизвестного покроя, идеально облегающий его новое тело. Он был легким, как вторая кожа, но при этом прочным на ощупь.

«Лабиринт, значит. Мой Лабиринт, созданный, чтобы мучить тех, кто попадет в него. Какая восхитительная ирония судьбы».

Он откинулся на спинку трона, рассматривая меню Системы. Сто очков мучеников — не так много, но для начала вполне достаточно. Главное — потратить их с умом.

— Покажи мне доступные ловушки, — приказал он, и перед ним развернулся список.

[Доступные ловушки:]

- Шипы в полу (5 очков за секцию)

- Ядовитые дротики (10 очков за секцию)

- Лезвия-маятники (15 очков за секцию)

- Ямы с кольями (10 очков за секцию)

- Комната с сужающимися стенами (20 очков)

Ксэтер тщательно изучил каждый вариант, обдумывая стратегию. Нужно было создать достаточно смертоносную конструкцию, но при этом не потратить все очки сразу.

— Я возьму две секции шипов в полу, — решил он наконец. — Одну секцию ядовитых дротиков и одну яму с кольями.

[Покупка подтверждена]

[Потрачено: 30 очков мучеников]

[Оставшиеся ресурсы: 70 очков]

— Теперь покажи монстров, — Ксэтер подался вперед, положив подбородок на сцепленные пальцы.

[Доступные монстры:]

- Гоблины 1 уровня (2 очка за единицу, минимальный набор 10 единиц)

- Скелеты-воины 1 уровня (3 очка за единицу, минимальный набор 7 единиц)

- Ядовитые пауки 1 уровня (2 очка за единицу, минимальный набор 10 единиц)

- Зомби 1 уровня (2 очка за единицу, минимальный набор 8 единиц)

— Гоблины, значит, — Ксэтер усмехнулся. — Мелкие, вонючие создания. Но в количестве могут быть весьма эффективны. Беру десять гоблинов.

[Покупка подтверждена]

[Потрачено: 20 очков мучеников]

[Оставшиеся ресурсы: 50 очков]

Он задумался. Пятьдесят очков — все еще приличная сумма. Можно было бы купить еще ловушек или монстров, но его внимание привлекла другая категория.

— Покажи мне доступных боссов.

[Доступны капсулы с случайными боссами следующих редкостей:]

– Бронзовая капсула (30 очков) - Обычный босс

- Серебряная капсула (50 очков) - Редкий босс

- Золотая капсула (300 очков) - Эпический босс

- Платиновая капсула ( 800 очков) - Легендарный босс

- Алмазная капсула (5000 очков) - Мифический босс

Ксэтер барабанил пальцами по подлокотнику трона. Выбор был очевиден — у него хватало только на серебряную капсулу. Но что-то в этой системе случайностей привлекало его. Азарт? Возможно. Или простое желание увидеть, что выпадет из этой лотереи смерти.

— Беру серебряную капсулу, — объявил он.

[Покупка подтверждена]

[Потрачено: 50 очков мучеников]

[Оставшиеся ресурсы: 0 очков]

В воздухе перед троном материализовалась серебристая капсула размером с человеческую голову. Она медленно вращалась вокруг своей оси, испуская приглушенное свечение.

Ксэтер поднялся с трона и подошел к капсуле. Внутри него разгоралось странное чувство — предвкушение, смешанное с любопытством. Кто станет первым боссом его Лабиринта? Какое существо будет наводить ужас на незадачливых авантюристов, осмелившихся бросить ему вызов?

Он протянул руку и коснулся поверхности капсулы. Она была холодной и гладкой, как полированный металл, но при этом странно податливой, словно жидкость под тонкой пленкой.

— Открывайся, — приказал Ксэтер.

Капсула дрогнула, а затем начала медленно раскрываться, как механический цветок. Лепестки-сегменты отошли в стороны, обнажая пульсирующее ядро внутри. Это ядро, похожее на сгусток серебристого тумана, внезапно взорвалось ослепительной вспышкой, заставив Ксэтера отшатнуться.

Когда свет рассеялся, на месте капсулы стояла высокая фигура, закованная в древние доспехи. Бледное лицо с провалами вместо глаз медленно повернулось к Ксэтеру. Длинный двуручный меч, покрытый рунами, тускло блестел в полумраке тронного зала.

[Получен босс: Рыцарь Забытого Королевства]

[Редкость: Серебряная]

[Способности: Мастерство меча, Вихрь клинков, Призыв клятвопреступников]

Рыцарь медленно опустился на одно колено перед Ксэтером, склонив голову в знак подчинения.

— Мой повелитель, — голос рыцаря звучал как шорох пергамента, шелест листьев на давно заброшенном кладбище. — Я клянусь служить вам и Лабиринту. Мой меч будет разить ваших врагов, а их крики станут музыкой для ваших ушей.

Ксэтер почувствовал, как на его губах расползается улыбка — не та неуверенная, вымученная гримаса, которую он носил при жизни, а настоящая, хищная ухмылка хозяина положения.

— Встань, Рыцарь Забытого Королевства, — сказал он, наслаждаясь властью в своем голосе. — Ты будешь первым, но не последним стражем моего Лабиринта. Вместе мы создадим такое место скорби и отчаяния, что само его имя станет проклятием.

Рыцарь поднялся, возвышаясь над Ксэтером почти на голову. Пустые глазницы горели призрачным синим пламенем.

Ксэтер повернулся к трону, охваченный странным чувством. Впервые в своей жизни — или посмертии — он ощущал себя по-настоящему значимым. Сильным. Тем, кто контролирует ситуацию, а не подчиняется ей.

«Как же долго я ждал этого момента», — подумал он, вновь опускаясь на обсидиановый трон. — «Всю жизнь меня использовали как грязную тряпку, вытирали об меня ноги. Теперь моя очередь. Теперь я буду создавать правила игры. И поверьте... это будет очень, очень жестокая игра».

Перед ним вновь возникло окно Системы, но теперь с новым сообщением:

[Базовое обустройство Лабиринта завершено]

[Ожидание первой группы испытуемых...]

[Приготовьтесь к первому испытанию]

Ксэтер откинул голову назад и расхохотался — звук его смеха эхом разнесся по тронному залу, заставив даже безэмоционального Рыцаря слегка вздрогнуть.

— Пусть приходят, — прошептал Ксэтер в пустоту. — Я готов показать им, что такое настоящий страх. Настоящая боль. Настоящее отчаяние.

Он закрыл глаза, предвкушая грядущее веселье. Его первые жертвы еще не знали, что их ждет. Но очень скоро они познакомятся с новым хозяином Лабиринта.

Очень скоро они узнают имя Ксэтера Валентайна.