Начало

—«Меня зовут Грей… Грей Ларенс. С самого детства я был, как бы это помягче сказать, эпическим неудачником. Жил с мамой и бабушкой – отца и след простыл. Семейный бюджет трещал по швам, словно старый пиратский корабль в шторм. Раз в месяц появлялся дядя, брат отца, словно добрый волшебник, и подкидывал нам деньжат на пропитание. Я, как единственный "мужчина" в семье (кавычки тут как нельзя кстати!), пытался подрабатывать, но меня выгоняли быстрее, чем я успевал запомнить имя босса. Художественная школа? Пф! Мечтал стать мангакой, а получались кривые человечки, больше похожие на пришельцев с Альфа Центавры. Музыкальная школа? Тоже провал. Видимо, слух у меня был настолько уникальный, что педагоги предпочитали бежать в ужасе, чем пытаться меня обучить. Талантов – ноль! Бесполезный, никчемный… да я был ходячей катастрофой!»

Звук дождя… Грец бредет по улице, и тут небеса разверзлись! Ливень обрушился на него, словно ушат холодной воды на голову. Он пулей залетает под ближайшее крыльцо, пытаясь отдышаться.

—« Да уж, по правде говоря, с самого детства мне катастрофически не везло. Вечно попадал в какие-то дурацкие ситуации и становился всеобщим посмешищем. С горем пополам закончил среднюю школу Киото и, как наивный дурачок, думал, что поступлю в старшую школу Киото… Ага, размечтался! Оказывается, мой "заботливый" дядюшка перепутал документы, и я, вместо школы с химией и алгеброй, загремел… в старшую школу боевых искусств! В первый же день меня чуть не убили от смеха, увидев мою хилую комплекцию и полное отсутствие спортивных навыков.»

Воспоминание: Грей, бедняга, сидит за партой и пыхтит над учебником химии. И тут… появляется ОН! Парень лет шестнадцати, блондин с рожей, словно сошедшей с обложки журнала "Самые опасные преступники", среднего телосложения, ростом метр восемьдесят три и весом семьдесят шесть килограммов. В руках у этого "спортсмена" стакан молока. Подходит он к Грею, словно хищник к жертве, и… медленно, с садистским удовольствием, выливает молоко ему на голову! И, добивая беднягу, хлопает ладонью по голове, залитой молоком.

— Эй, ты, глиста в скафандре! Зачем тебя сюда притащили? Наверное, связи у тебя крутые, раз такого доходягу сюда взяли! Слышь, чмо, может, сразу все карманные отдашь, а?

Грец, как кролик перед удавом, сидит за столом, боясь даже пикнуть. Но, собрав всю свою храбрость в кулак, тихо, дрожащим голосом произносит:

— Н-н-н-н… Нет.

Парень наклоняется, словно прислушиваясь к чему-то невероятно важному, и приставляет свое ухо к самому рту Грея.

— Чё ты там промямлил, тюфяк? Тебя не слышно! Говори громче!

— Я-я-я-я сказал, что нет, – пролепетал Грей, дрожа всем телом.

— Смотрите на него! Он говорит, что у него нет карманных денег! Да кто в это поверит, а, народ? – крикнул парень, театрально раскинув руки.

Все вокруг начали ржать, тыкать в Грея пальцами и перешептываться. Парень вздохнул (видимо, от разочарования, что все так просто) и со всей дури пнул Грея ногой по голове. Тот рухнул на пол, ударившись о стул. Из носа хлынула кровь. Но "спортсмен" не остановился! Схватив Грея за воротник, он начал молотить его кулаками по лицу. У Грея из глаз брызнули слезы, и в мыслях он проклинал весь этот жестокий мир.

— За что мне это? Что я ему сделал? Почему остальные нас не разнимают? Почему… Почему они смеются? Что тут такого веселого? Кто-нибудь… Позовите учителя!

Из толпы слышатся насмешки и крики:

— Эй, эй! Дайте я сниму на видео! – вопит какая-то девица.

— Ха-ха-ха! Вот это он лох, конечно! И что он тут забыл? – ржет какой-то парень.

— Давай, покажи ему, что слабакам тут не место! – кричит еще один "болельщик".

Грей содрогнулся, словно от удара током. Воспоминание было настолько ярким, что он почувствовал вкус крови во рту и унизительный липкий холод молока на волосах. Господи, да он был посмешищем всея школы боевых искусств! Боевых?! Да он даже муху не мог прихлопнуть без риска сломать себе руку!

И вот, снова этот дождь! Словно небеса решили присоединиться к общему хору издевательств! "Отлично", – подумал Грей саркастически. "Только ливня мне и не хватало для полного счастья!" Под крыльцом было сыро и неуютно, но куда лучше, чем промокнуть до нитки и превратиться в ходячий кусок льда. Он с отвращением посмотрел на свои ботинки, погрязшие в грязной луже. "Ну почему, почему я такой неудачник?" – этот вопрос преследовал его всю жизнь, как назойливая муха.

Внезапно, сквозь шум дождя, Грей услышал странный звук. Это было похоже на мяуканье, но какое-то… отчаянное. Прислушавшись, он понял, что звук доносится из-под старой картонной коробки, прислоненной к стене. "Котенок?" – подумал Грей, с сомнением глядя на коробку. – "Ну конечно, мне только котенка и не хватало! Сейчас еще и его спасать придется, великий герой хренов!"

Но вопреки своему саркастическому настрою, Грей подошел к коробке и заглянул внутрь. Там, свернувшись калачиком, дрожал маленький, грязный котенок. Он был настолько худой, что казалось, будто его можно сломать одним пальцем. Грей вздохнул. Ну что ж, приплыли! Еще один неудачник в его жизни.

"Эй, малыш", – пробормотал Грей, протягивая руку. Котенок зашипел и попытался убежать, но сил у него было мало. Грей аккуратно взял его на руки. Котенок был ледяной и дрожал как осиновый лист. "Ладно, не ссы", – сказал Грей котенку, – "Сейчас что-нибудь придумаем. Вместе мы – сила! Хотя, если честно, то скорее – два сапога пара".

Грей завернул котенка в шарф который лежал рядом и прижал к себе. Удивительно, но тепло котенка немного согрело и его самого. Может быть, в этом всеобщем хаосе и неудаче, все-таки есть что-то хорошее? Может быть, спасая маленького котенка, он сможет спасти и частичку себя? Глупо, конечно, но надежда – она ведь умирает последней, верно? И даже у такого эпического неудачника, как Грей Ларенс, есть право на эту самую надежду!

Грей, прижимая дрожащего котенка к груди, почувствовал нечто новое – проблеск тепла и ответственности. Он, Грей Ларенс, великий и ужасный неудачник, теперь был чьим-то героем! Пусть и для крошечного, грязного котенка. "Ладно, Пушок МакЛаренс Третий", – прошептал он котенку, – "Тебе повезло, что я сегодня в ударе. Будешь жить у меня! Если, конечно, мама с бабушкой меня не прибьют".

Дождь не унимался, но Грей, казалось, перестал его замечать. Он нес своего нового друга домой, представляя, как они будут вместе покорять мир… или, по крайней мере, пытаться выжить в этом безумном Киото. В голове уже рождались планы: как накормить котенка, где его спрятать от бдительного ока бабушки, и как научить его боевым искусствам (а вдруг пригодится?).

В животе у Грея заурчало. "Эх, Пушок, – вздохнул он, – Кажется, у нас обоих сегодня ужин будет состоять из надежд и мечт". Но даже несмотря на голод и мокрую одежду, Грей почувствовал, как на лице расплывается улыбка. Да, он был неудачником. Да, жизнь к нему не всегда справедлива. Но сегодня, под этим чертовым дождем, он спас маленького котенка. И это, черт возьми, кое-что да значит!

Дорога домой казалась уже не такой унылой и бесконечной. Грей, прижимая к себе маленького Пушка, шел вперед, навстречу новым приключениям. И кто знает, может быть, именно этот маленький котенок станет началом новой, совершенно не неудачной главы в жизни Грея Ларенса? В конце концов, даже у самых больших неудачников иногда случаются моменты маленькой, но все же, победы. И сегодня был один из таких дней!

Дверь квартиры встретила его подозрительной тишиной. "Так, – пробормотал Грей, оглядываясь по сторонам, – либо дома никого нет, либо бабушка устроила засаду, чтобы проверить, вынес ли я мусор". Пришлось действовать стратегически. Пушок был надежно спрятан под курткой, а Грей, набрав в грудь побольше воздуха, вошел в святая святых – прихожую.

"Я дома!" – выпалил он, стараясь придать голосу как можно больше невинности. Тишина. Слишком подозрительно. Грей сделал еще пару шагов, и тут… "Где ты был, балбес?!" – бабушка вынырнула из-за угла с половником в руке. "И почему ты такой мокрый? Опять небось шлялся по улице?!" Грей почувствовал, как пот прошибает его лоб. Вот он, момент истины.

"Бабуль, тут такое дело… Я… э-э… Спас мир!" – выпалил Грей, надеясь, что хоть что-то из его сумбурной речи покажется правдой. Бабушка прищурилась. "Мир, говоришь? А почему мир такой грязный и мяукает?" Тут Пушок не выдержал и подал голос. Бабушка замерла.

В тот вечер Грей впервые видел, как суровое лицо его бабушки расплывается в улыбке. "Ну что ж, – сказала она, беря Пушка на руки, – мир спасен, теперь нужно его накормить. И тебя тоже, обормот!" Так началась новая эра в жизни Грея Ларенса и Пушка Ларенса Третьего – эра кошачьей шерсти на одежде, пустых мисок и невероятных приключений. И, кто знает, может быть, именно эта парочка когда-нибудь действительно спасет мир. Ну, или хотя бы Киото.

Устроившись поудобнее за грубо сколоченным столиком из дерева, Грей не отрываясь смотрел, как бабушка бережно кормит крохотного котенка крошечным кусочком мяса. Кухню уже наполнял дразнящий запах готовящегося супа, когда в помещение вошла мать Грея, словно свежий поток воздуха. Высокая и стройная, с волной темных волос, она выделялась среди них, подобно изящной статуе, ее рост был почти два метра.

— Ох, задержалась сегодня, извините, — произнесла она, как будто сбрасывая с себя бремя прошедшего дня.

— Все хорошо, ты пришла как раз к обеду, — с доброй улыбкой ответила бабушка.

— А это кто тут у нас? — Мать, наклонившись, ласково погладила котенка, и ее лицо расцвело от искренней улыбки.

Бабушка, хитро взглянув на Грея, сказала:

— Это Гречик принес. Теперь его зовут Ларенс Младший.

Мать, посмотрев на сына и одарив его нежной улыбкой, произнесла:

— Ну, раз Грей принес этого котенка, пусть остается с нами.

Семья собралась за столом, наполняя комнату уютом и весельем. Насытившись, Грей, утомленный событиями дня, пошел в свою комнату, где, прижав к себе Ларенса Младшего, уснул крепким сном.

Солнце уже садилось за горизонт, окрашивая небо в нежные оттенки розового и оранжевого. Грей проснулся от тихого мурлыканья. Ларенс Младший, свернувшись калачиком у него на груди, сладко посапывал. Мальчик осторожно поднялся, стараясь не разбудить котенка, и выглянул в окно. Деревья во дворе отбрасывали длинные тени, и легкий ветерок шелестел листвой.

В доме царила тишина. На цыпочках Грей вышел из комнаты и направился на кухню. Там бабушка сидела за столом и что-то тихонько напевала, перебирая четки. Увидев внука, она улыбнулась и жестом пригласила его присесть.

— Как спалось, Гречик? — спросила бабушка, нежно поглаживая его по голове.

— Хорошо, бабуль, — ответил Грей, зевая. — А что ты делаешь?

— Молюсь, внучек, — ответила бабушка. — Молюсь за всех нас, чтобы Господь хранил нашу семью.

Грей прижался к бабушке, чувствуя тепло и покой. Он знал, что в этом доме, несмотря на все трудности, всегда царит любовь и забота. И даже маленький Ларенс Младший, появившийся так неожиданно, стал частью этой большой и дружной семьи.