Пролог
Город Н был как серое пятно на карте — ни слишком шумный, ни тихий.
Это место, где можно затеряться в толпе, даже если идёшь один.
Дождь размывал моё отражение в стекле, будто стирал последние очертания. Курчавые тёмные волосы расплывались перед глазами, что были цвета мокрого асфальта. Для всех моя внешность напоминала типичного обитателя окраины. Только чуть раскосые веки выдавали бабушкины гены. Даже азиатского во мне не осталось ничего — ни языка, ни традиций. Только это веко да фамилия, которая раздражала учителей в школе.
Неожиданно телефон завибрировал в кармане. Мама. Опять.
— Сева, ты хотя бы поел? — голос матери.
Я уставился на тарелку с недельной плесенью в раковине, будто она могла подтвердить последующую ложь.
— Да… мам...
— А ты когда приедешь? Дядя Ли прислал посылку и...
— Мам, я не поеду в чёртов Шанхай! — Голос сорвался на резкой ноте. — Я даже не говорю на этом проклятом языке!
Резким движением, повесив трубку, я сжал руки. На стене тикали часы — папин подарок на шестнадцатилетие. Теперь они отсчитывали время с тех пор, как его не стало.
Круглосуточный магазин через несколько домов от моего. Пельмени, что все всегда называли «по-китайски», — это липкие комочки теста с непонятной начинкой. Брал их из детской привычки, хотя терпеть не мог, но что-то раз за разом заставляло меня ими давиться.
— Опять ваши «специальные»? — Кассирша щёлкнула жвачкой и с двояким чувством пренебрежения и жалости продолжила. — С вашим-то ростом, парень, надо мяса есть, а не эту дрянь.
Я молча забрал пакет. Мой рост всегда делал меня мишенью. Сначала школьные: «Берёзка» и «Вешалка», потом институтские: «Эй, Гагарин, как там в космосе?» да тому подобное. Теперь я, конечно, пытался игнорировать всё, будто перерос прошлые обиды, но тело помнило — плечи ссутулились сами собой, да осанка могла на голову ниже меня сделать.
На выходе моё плечо задело чужое.
— Эй, дылда, смотри куда... — хмельной мужчина в спортивном костюме осекся, разглядывая лицо. — О, это ты... Ладно, проходи. — Пьяница попытался "по-джентельменски" уступить мне дорогу.
Сжав пакет так, что упаковка хрустнула, я промолчал. Всё, как всегда. Мой ежедневный маршрут: дом — магазин — дом. В свои 23 года я уже чувствовал себя стариком.
Сверкающий магазин на углу блистал витринами. Яркий свет резал глаза и в то же время манил подойти. Проходя мимо, я неожиданно для себя остановился перед выставкой канцтоваров. Среди пластилина и акварелей стояла одинокая полупрозрачная баночка с разноцветными таблетками. Пластиковая баночка переливалась всеми цветами радуги, будто в ней заключили кусочек северного сияния. Этикетка «пела»:
«ФАНТАЗМ — волшебные витамины!
Одна таблетка — одна сказка на ночь!»
Я фыркнул. Витамины. Как будто бы мне не хватило этого в детстве!..
По возвращению рухнул на кровать. Сон пришёл без предупреждения. 2019 год. Папа ведёт меня через дорогу, сжимая предплечье.
— Смотри, Сева, жизнь — как эта улица... — Далее... Визг тормозов... Крик...
Я проснулся, обливаясь холодным потом, вскочил с кровати, хватая ртом воздух. Рука автоматически потянулась к шее — там не было крови, хотя во сне ясно чувствовалась горячая струя, что растекалась по куртке, прилипая к коже. Где-то в комнате тикали часы в такт папиному голосу из сна: «Жизнь — как эта улица...». Но он не договорил. Его стрелки замерли навсегда.
Я повернулся к столу:
— Фото папы на похоронах с подписью «41 год, пьяный водитель»;
— Письмо от издательства с жирным заголовком «Слишком мрачно»;
— Бутылка пива, неоткрытая (после первого глотка меня выворачивало), но напоминающая о прошлом.
Я вспомнил об увиденных ранее витаминах.
— Фантазия? Или как там её... Быть может... Взять? Хоть так подниму себе настроение.
Но я ещё не знал, что эти "таблетки" могут так повлиять на жизнь человека, что даже "я" попытаюсь сам себя спасти, и что окружающий мир, являющийся нашей реальностью, может оказаться ложью...
Ну а пока хочу поблагодарить вас, что решили начать читать мои заметки (надеюсь, что хоть один человек будет это читать).
А пока начнём с начала...