Расследование №1: призрак в туалете

Следующие несколько дней пролетели в странной рутине. «Клуб паранормальных явлений» оказался на удивление... неактивным. Мы сидели в затемнённой комнате, Акари читала свои книги, Юмэ делала пометки в своих досье, а Мио либо делала вид, что учится, либо бросала в мою сторону колкие замечания. Я уже начал думать, что моё членство сведётся к сидению в тишине, что, в общем-то, неплохо вписывалось в мою философию спокойствия.

Но всему хорошему приходит конец.

В пятницу Акари закрыла свою книгу с таким видом, словно патриарх, готовый объявить о начале крестового похода.

— Члены клуба, — торжественно начала она. — Пришло время для нашего первого полевого выхода с новым участником.

Юмэ тут же встрепенулась, как щенок, услышавший слово «гулять». Мио скептически подняла бровь.

— И куда на этот раз? Снова в аквариум к дельфинам? Надеюсь, на этот раз они хоть что-нибудь «скажут».

— Нет, — Акари устремила на нас проницательный взгляд. — Наша цель ближе. Мы исследуем одну из школьных легенд — Призрака в туалете на третьем этаже старого крыла.

Я почувствовал, как у меня подёргивается глаз. «Призрак в туалете». Это звучало настолько глупо, что даже для этого клуба было за гранью.

— Простите, что? — не удержался я. — Поющий унитаз? Танцующий писсуар? О чём речь?

— Он не поёт, — с полной серьёзностью поправила меня Юмэ, уже листая свою тетрадь. — Согласно очевидцам, из последней кабинки в мужском туалете иногда доносятся тихие всхлипывания и стоны. Легенда гласит, что это дух ученика, который много лет назад задохнулся там, подавившись булочкой «анпан». Он плачет о своей несъеденной сладости.

Я уставился на неё в немом шоке. Это был новый уровень идиотизма.

— Подавился... булочкой? И теперь его призрак обитает в туалете? И вы в это верите?

— Скептицизм — это роскошь, которую мы не можем себе позволить, Танака-кун, — сказала Акари. — Любой, даже самый незначительный слух, заслуживает проверки. Мы отправляемся после уроков. Юмэ-чан, подготовь оборудование.

Оборудование, как выяснилось, состояло из диктофона для записи «электронных голосовых феноменов», старой цифровой камеры и компаса — «для отслеживания аномальных магнитных полей».

Через час наша маленькая группа, вызывая недоумённые взгляды оставшихся в школе учеников, кралась по коридорам старого крыла. Оно и правда было более мрачным: потускневшие стены, скрипящие полы и тусклый свет.

— Так, план действий, — прошептала Акари, останавливаясь у поворота к злополучному туалету. — Мы входим вместе. Юмэ-чан будет вести аудиозапись. Я буду следить за показаниями компаса. Мио-чан и Танака-кун — проведите визуальный осмотр кабинки.

— Вместе? В мужской туалет? — уточнил я.

— Ради науки границы полов стираются, — парировала Акари.

— Просто не смотри на меня, извращенец, — тут же отрезала Мио, краснея.

Мы зашли внутрь. Туалет был старым, но чистым. Пахло хлоркой. Было тихо и пусто. Последняя кабинка действительно выглядела немного зловеще — её дверь была поцарапана.

— Начинаем запись, — шёпотом объявила Юмэ, включая диктофон. — Проверка аномалии в туалете старого крыла. Дух-булочник, если ты с нами, подай знак!

Мы замерли в напряжённой тишине. Слышно было только моё учащённое дыхание. Я чувствовал себя идиотом.

— Может, он сегодня не работает? — прошептал я.

— Ты всё портишь своей болтовнёй! — прошипела Мио. — Стой тихо и не двигайся!

— Хорошо, хорошо, — сдался я.

Прошло ещё пару минут. Ничего не происходило. Даже Юмэ начала выглядеть разочарованной.

— Возможно, аномальная активность сегодня низкая, — разочарованно прошептала Акари. — Мы можем...

Она не договорила. В этот момент из-за двери последней кабинки раздался тихий, но отчётливый стон. Низкий, протяжный. По спине у меня пробежали мурашки. Юмэ аж подпрыгнула, а глаза её стали размером с блюдце. Мио инстинктивно шагнула ко мне ближе.

— Ч-что это было? — прошептала Юмэ.

— Вполне возможно, тот самый дух, — с торжеством прошептала Акари. — Танака-кун, Мио-чан. Ваша очередь. Проведите осмотр.

Мы с Мио переглянулись. В её глазах читался такой же ужас, как и в моих.

— Я... я пойду первым, — выдавил я, чувствуя себя обязанным как «мужчина». Хотя единственное, чего мне хотелось, — это броситься бежать

Я медленно подошёл к кабинке и дрожащей рукой толкнул дверь. Она не была заперта. Скрипнув, она открылась.

Внутри никого не было. Унитаз был чист. Я обернулся к девушкам и развёл руками.

— Никого.

— Не может быть! — Юмэ подбежала ко мне и заглянула внутрь. — Но мы же слышали!

И тут стон раздался снова. На этот раз громче. И он шёл... из-за стены.

Мио, которая была ближе всех к стене, вдруг нахмурилась. Она приложила ухо к стене

— Постойте... это...

Внезапно её лицо озарилось пониманием, смешанным с раздражением. Она отошла от стены и посмотрела на нас с убийственным сарказмом.

— Поздравляю, вы только что обнаружили призрака, который ноет в клубе музыки.

Мы замерли. И правда, стоило прислушаться, как сквозь стену стали отчётливо слышны звуки скрипки — кто-то неумело и монотонно водил смычком по струнам, издавая те самые «стоны».

— Это кабинет клуба музыки, — бесстрастно констатировала Мио. — И судя по всему, у кого-то там не лады с интонацией.

Юмэ потупила взгляд, выключая диктофон. Акари смотрела на стену с видом учёного, разочарованного в гипотезе.

А я не смог сдержать улыбки. Абсурдность ситуации была попросту гениальной.

— Ну что ж, — сказал я, глядя на Мио. — Зато мы подтвердили существование потустороннего мира. Мира музыки. И он, похоже, страдает.

Мио отвернулась, пряча зардевшееся лицо.

— Идиот. Это всё из-за твоего негативного поля, которое отпугнуло настоящего призрака. Если бы ты не стоял тут как столб, мы бы может что-то и обнаружили.

— Конечно, конечно, во всём виноват я, — легко согласился я. — В следующий раз буду стоять снаружи и мысленно поддерживать вас.

По дороге обратно Юмэ расстроенно бубнила что-то о «помехах» и «неблагоприятных условиях». Акари размышляла о том, что нужно учитывать акустические эффекты в старых зданиях. А Мио шла рядом со мной и весь путь до клубной комнаты бросала в мою сторону короткие, колючие замечания.

Я почти не слушал её. Впервые за эти несколько дней я поймал себя на мысли, что её вечное ворчание меня уже не раздражает. Оно стало каким-то... привычным. Даже забавным.

Наше первое расследование закончилось полным провалом.