Глава 2.0

Танец на вершине свалки.

— Эй, как твоё имя?

В тьмяном сиянии лучей заходящего солнца вновь сверкунули начищенные до блеска туфельки. Девочка, что игралась в грязи, обернулась на голос. Он пренадлежал юной девчушке её же возраста, чьи глаза излучали любопытство. Малышка рассмотривала ее красивое платьеце с оборками до самых пят. Крошечные миленькие туфельки сверху были округленны. Такие же, как теперь на юной леди, купил ей её отец.

— Как тебя зовут? Где ты живешь?

Вдруг ручки девочки перестали копаться в грязи. Когда их взгляды встретились, глаза, чья владелица стояла напротив, засияли от радости. Однако сколько бы она не ждала, ответа так и не последовало. Что же не так? Ненадолго задумавшись, она снова заговорила:

— Ой, я же забыла представиться. Меня зовут Розабелла.

Казалось, это имя было подобно алой розе. Оно было под стать очаровательной девочке. Маленькое белое личико; губки цвета свежей крови; ресницы, что были настолько длинными, что даже отбросывали легкую тень; а носила она красное платье.

Сидя так перед Розабеллой, девочке чудилось, что она с каждой секундой будто становится всё меньше и меньше. Не смотря на то, что на ней было новое платьеце, которое она получила совсем недавно в подарок на день рождения от своего отца, ей казалось, что на ней старое, потертое лахмотье.

— Эй, почему ты молчишь? Не можеш говорить?

— ...

И дело не в том, что она не могла или не умела, вовсе нет. Просто ей нечего было ответить. У неё не было имени. В нем не было потребности, ибо даже если бы оно и было, всё равно некому было бы её так называть. Даже её мать не звала её по имени, поэтому она всегда слегка улыбалась, когда её спрашивали, почему она не дала малышке имя.

Имя, имя.

Шестилетняя девочка и в этом году сильно переживала из-за этого. Отец купил ей это платье, но только однажды назвал её "ты".

— Уф, юная леди!

Удивившись она перевела взгляд на голос, который пренадлежал пожилой женщине, что кинулась к Розабелле.

— Ни в коем случае не разговаривайте с ребёнком из трущоб.

— Хм? Почему?

— Сейчас в трущобах бушует эпидемия, если господин узнает, что вы играетесь с дочерью проститутки, мне придётся не сладко.

— Дочерью проститутки?

Розабелла с большим интересом посмотрела на безымянную девочку. Малышке стало стыдно, словно она совсем нага. Сама она точно не знала значения этого слова. Однако она прекрасно знала, что произнеся его, люди всегда с каким-то омерзением косились на неё.

— Это кратчайший путь. Нам пора, юная леди.

Розабелла проследовала за своей няней, что словно убегала от этого места. В небо взмылся волнистый рукав. Безымянная девочка встала, обтряхнув юбку своего платья, лишь тогда, когда карета исчезла из виду. Глядя на солнце, она поняла, что ей тоже уже пора возвращаться. Она развернулась и направилась домой.

Средь обдертых белых стен перед своими домами сидели женщины в ожидании поситителей. Сюда время от времени приходили дворяне и выбирали ту, что по душе. Девочка остановилась перед самым неухожаным домиком. В это время из дверей как раз вышел какой-то высокий мужчина.

— Увидимся в следующий раз.

В этот раз это был отец с усами. Вчера приходил отец с большим животом, а позавчера тут был отец, что слегка хромал.

Она поклонилась мужчине, что вышел и даже не оглянулся на неё, и уже после зашла в дом. В комнате, куда не проникало и капли солнечного света, мама подняла голову. Она напоминала дрожащую свечу, что тускло сияла, обдуваемая ветром.

— О, ты уже здесь? Что ты сегодня делала интереснького на улице?

Мама погладила личико малышки, а её лицо стало ещё более напряженным, чем прежде. Браслеты на её руке издали хруст.

— Просто игралась с землей и грязью, — весело ответела девчушка и села на кровать. — Мама, мама, а как меня зовут?

— Твоё имя, говоришь? — её лицо, покрытое мраком, с удивлением наклонилось.

— Угу, моё имя.

— А какое имя ты хочешь?

— Хочу быть Розабеллой.

— Какое красивое имя.

Тень прятала её нежную улыбку. Розабелла, Розабелла. Может, ей просто очень понравилось имя, однако девочка аж подпрыгнула от волнения. Почему-то ей казалось, что благодаря этому имени, она стала похожей на ту девочку, что она встретила прежде. Она не была так взволнована даже тогда, когда она впервые одела платье, подаренное ей отцом.