Во имя науки

Яркий солнечный день. Заснеженные пики Уральского хребта устремлены ввысь к голубому небу. Белые облака, до которых почти дотягиваются высокие пики, неспешно движутся вперёд, подгоняемые ветром. Вокруг абсолютная тишина, лишь изредка слышен шелест крыльев пролетающей птицы или топот пробегающего по снегу маленького зверька, снующего по округе в поисках еды.

Неожиданно тишину и покой нарушил нарастающий гул лопастей грузового вертолёта, разрывающих воздух. На его борту находится разношёрстная группа людей из разных стран, учёных, военных и репортёров. Они летят с важной миссией по доставке ценного груза на недавно построенную базу в глубине гор, мелькающих внизу.

Пролетающая мимо птица могла бы заметить сквозь стекло центрального иллюминатора, рядом с надписью «Ми-45», сидящего мужчину лет тридцати. Его взгляд, кажущийся на первый взгляд скучающим, был устремлён вниз на медленно меняющийся горный пейзаж, вертолёт летел медленно из-за специфики груза, и в глубокой задумчивости коротал время.

Это наш главный герой, Песцов Сергей Николаевич. Из-за своей фамилии Сергей неоднократно подвергался шуточкам с самого детства, в любой курьёзной ситуации слушая «ну писец!». Детством такие шутки не ограничились, его нынешний командир продолжил тенденцию, выдав ему позывной «писец» вместе с шевроном на униформу в виде вышитого белого песца. Но сегодня никто каламбур с фамилией оценить не сможет, потому что Сергей летит инкогнито. 

На первый взгляд его можно принять за репортёра или учёного. Как и все он был одет нарядно, в классический костюм тёмно-серого цвета, белую рубашку в еле заметную полосочку и бордовый галстук. Специально для предстоящего важного и, даже, торжественного мероприятия. Но в отличие от репортёров, обсуждающих между собой предстоящую работу, и учёных, в очередной раз проговаривающих все важные технические аспекты сегодняшней миссии, Сергей был молчалив, от гражданских его так же отличало наличие под пиджаком в кобуре табельного пистолета, заряженного восемнадцатью боевыми патронами. Так на всякий случай. Но об этом, разумеется, почти никто на борту не знал.

Цепким взглядом внимательных карих глаз ещё в самом начале пути изучил каждого присутствующего, машинально запоминая манеры поведения и расположение каждого, особенно вооружённых солдат и офицеров, охраняющих груз. При встрече взглядами с кем-либо, приходилось улыбаться, а иногда даже поддерживать короткую беседу. И всё-таки перелёт был слишком утомительно долгим.

Сейчас же, порядком устав от пристального наблюдения за людьми, Сергей лишь изредка отвлекался от пейзажа, посматривая на работу амортизаторов саркофага с грузом, полностью сглаживающих любые колебания полёта. Система надёжная, способная погасить даже удар от падения с текущей высоты, а толстая капсула защитит груз от взрыва самого вертолёта. Не мудрено, ведь повреждение груза теоретически может превратить весь хребет в многокилометровую долину. Теоретически, потому что проверять никто не хочет, да им бы и не позволили из-за Соглашения о глобальном разоружении, подписанного пятьдесят лет назад. Испытания бомбы, а так бы это выглядело, никто бы не поощрил.

Миссия Сергея заключается в обеспечении безопасности груза во время полёта. В случае необходимости, он так же мог бы помочь учёным в стабилизации груза, потому что он участвовал в разработке проекта с самого его основания. Не только как наблюдатель, но и как инженер.

При попытке саботировать сегодняшнюю миссию, Сергей имеет право устранить нарушителя незамедлительно. На разборки сегодня времени точно не будет. 

Наконец, вертолёт начал снижение, поднимая снег с вертолётной площадки потоками вихрящегося от лопастей воздуха. Его колёса плавно коснулись неприметной площадки, показывая в очередной раз высокое мастерство пилотов. Рампа заднего люка открылась, и пассажиры устремились наружу, потягиваясь и разминая ноги, наслаждаясь свежим морозным горным воздухом.

На удивление обычно тут ветрено не было, наверное, из-за расположения площадки в окружении гор, словно в чаше. Сейчас же, винты вертолёта сдували потоками воздуха остатки снега с площадки и трепали волосы на головах людей, что зазевались, рассматривая красоты вокруг. Репортёры разных стран развернули своё оборудование для съёмки, чтобы запечатлеть выгрузку груза из вертолёта. Некоторые пытались вести репортажи на разных языках, снимая как учёные под руководством военных перевозят саркофаг на специальной автоматизированной платформе к большим воротам грузового лифта. Гул турбин двигателей вертолёта пробивался даже через самые современные системы шумоподавления, срывая все попытки запечатлеть этот исторический момент.

Привыкнув к слепящему из-за полуденного солнца белому снегу, Сергей с удивлением заметил стоящего на площадке начальника базы.

«Он встречает нас лично?». Подумал про себя Песцов, направляясь к нему.

Старший группы сопровождения, обгоняя Сергея, кивнул ему и направился к ожидающему начальнику для доклада. Поняв намек, Песцов замедлил движение и стал наблюдать, как его недавний сосед с соседнего кресла подходит на расстояние трёх шагов от человека и прикладывает руку к головному убору.

– Товарищ генерал-майор! – Прокричал офицер, перекрикивая шум от вертолёта. – Во время перелёта происшествий не случилось, топливо успешно доставлено. Старший группы сопровождения подполковник Назаров.

– Вольно, полковник! – Прокричал в ответ генерал, пожимая ему руку. – Как зовут? 

– Алексей, Алексей Олегович. 

– Мы вас уже заждались. – Сказал генерал, оглядываясь и провожая взглядом учёных, увозящих груз к большим воротам в одной из близлежащих гор. – С гражданскими были проблемы?

– Никак нет, вели себя как шёлковые. – Ответил он, вовремя прижимая руку к фуражке, которую чуть не унесло ветром.

– Вот и славненько! – Ответил начальник, переводя взгляд на подошедшего Сергея, и с улыбкой протягивая руку для рукопожатия.

– С возвращением Серёжа. – С улыбкой поприветствовал генерал и жестом пригласил следовать за ним в след за учёными.

Наконец зайдя внутрь базы, Алексей не удержался от разглядывания на ходу всего, до чего дотягивался взгляд. Механизм ворот, посты наблюдения, лестницы, мосты, опоры и многое другое. Голова кружилась от обилия впечатлений и поворачивалась из стороны в сторону, выглядело комично. Абсолютно у всех новоприбывших была такая же реакция, база была оборудована по последнему слову техники и являлась технологическим чудом. Троица направилась к лифту, свернув в коридоре в противоположную от движения остальной цепочки людей сторону. От созерцания окрестностей Алексея отвлёк вопрос Песцова, заданный генералу.

– Евгений Владимирович, я удивлён, что Вы решили встретить нас лично.

Сказал Сергей, на автоматизме вглядываясь в мимику собеседника, анализируя.

– Да, я захотел своими глазами наблюдать за разгрузкой. Плюс ко всему, само моё присутствие мотивирует людей работать лучше. – Он хотел добавить что-то ещё, но его перебил Алексей.

– Вы забыли про «генеральский эффект». В Вашем присутствии гораздо выше вероятность какого-либо происшествия. – подполковник закончил свою шутку улыбкой, но после секунды молчания собеседников и их пристальных взглядов, она медленно начала угасать.

«У них с юмором проблемы?» – Подумал Алексей.

Но на его предположение отрицательным ответом послужил их дружный смех.

Сергей с хитрецой посмотрел на подполковника и заметил.

– Лёша, не знал, что ты умеешь шутить, обычно изображаешь из себя кирпич!

Смех раздался ещё громче, а Алексей по-дружески ударил Серёжу в плечо.

У лифта двое солдат разошлись в сторону, первый выполнил воинское приветствие, второй своим пропуском открыл двери лифта. Троица зашла внутрь и двери медленно закрылись. С небольшим толчком лифт начал спуск, а Евгений продолжил разговор.

– Действительно, бывает, что всё идёт наперекосяк, если начальник приходит с проверкой. – Сказал задумчиво генерал. – В начальнике ли проблема – вот вопрос. Я ничего не могу с собой поделать, лично хочу всё перепроверить. Волнуюсь, наверное, как и все тут.

Борясь с желанием потереть болящее от удара плечо, Сергей подхватил тему разговора.

– К слову о проверках, каково состояние объекта?

– Дотошен, как всегда. – Усмехнулся Евгений. – Без тебя тут твои ребята, наконец смогли выдохнуть спокойно.

«Ну я с ними поговорю по этому поводу». – Нахмурился Песцов. – «Мы тут не цветочки собираем».

– На высшем уровне, иного быть не могло. – Отвлёк ответ генерала Сергея от его мыслей. – Ты же сам понимаешь уровень мероприятия.

С удивлением подполковник повернулся к нему и сказал.

– Я думал тут присутствует только Сергей из службы... – Алексей остановился на полуслове из-за остановки лифта и открытия дверей. Чтобы бойцы, охраняющие двери лифта, не услышали его фразу.

Служба безопасности стран Содружества, сокращенно СБС – это элитное подразделение, выполняющее различные задачи по защите государственных интересов и подчиняющееся лично верховному председателю. Специалисты широкого профиля готовятся с малых лет для шпионажа, контртеррористической деятельности и защите особо значимых объектов. Это если коротко. Не удивительно, что за текущей миссией наблюдает кто-то из них, однако присутствие должно оставаться тайной из-за соглашения о разоружении. Присутствие же целой команды – явное нарушение, которое впоследствии могут осудить на международном форуме. Это и удивило подполковника.

Ответив на воинское приветствие солдат и выслушав доклад о том, что кроме троицы никто из лифта не появлялся, генерал повернулся к своим спутникам. 

– Алексей Олегович, размести весь контингент, что прибыл с тобой, по подразделениям их стран, представь их командирам. Далее поступаешь в распоряжение полковника Сизова. Он в кабинете 0129. Передай ему, что совещание через час. Сергей тебя проводит, вам по пути. Я буду в своём кабинете до начала церемонии.

– Есть! – Ответил Алексей, выпрямляясь по струнке.

– Серёжа, передай Рави, чтобы он следил за своим языком и завязывал тут командовать. Начальник базы я, а не он. – Сказал Евгений с выражением на лице, словно сейчас пережёвывал лимон. 

– Может хотя бы тебя он послушает. Иначе однажды я его где-нибудь запру на пару часов. В целях профилактики.

– Профессор немного эксцентричен, Евгений Владимирович, он увлечён работой, но уверяю, не пытается кого-то оскорбить.

Генерал поджал губы. Затем кивнул своим спутникам, развернулся и направился по коридору в сторону своего кабинета. Да этот разговор у них происходил не в первый раз. И далеко не в последний.

От размышлений Сергея отвлек вопрос стоящего рядом с ним Алексея.

– Профессор Рави Саху? Тот самый гений, что изобрёл реактор с бесконечной энергией?

Серёжа улыбнулся и ответил, направляясь в другую сторону, двигаясь к главному залу.

– Именно так. Правда не думаю, что энергия, черпаемая нами из другого измерения действительно бесконечна. Но на эту тему профессор тебе прочтёт целую лекцию, если хочешь. – Добавил Песцов посмеиваясь.

– Вот уж уволь! Наука – это не по моей части. А вот ты, похоже довольно осведомлён?

– Так и есть. – Ответил Сергей – Я, можно сказать, участвовал в сборке реактора с самого начала. Как младший научный сотрудник, но всё же.

Скосив взгляд на собеседника, он добавил.

– Но на этом тему придётся закрыть, даже с твоим допуском, Лёша, больше информации тебе знать не положено.

– А мне большего и не нужно. – Подняв руки вверх ответил тот. – Просто хочу посмотреть на человека, изменившего мир, а потом рассказывать детям и внукам.

Так переговариваясь и посмеиваясь, они шли, петляя по коридорам. Алексей уже сбился со счёта сколько поворотов в каждую сторону они совершили, поняв, что без сопровождающего тут ориентироваться будет не просто. Наконец на одной из развилок Сергей неожиданно окликнул какого-то офицера.

– Ян Шу! Здравствуй, рад видеть! [кит] – Произнёс он на китайском.

«Он ещё и на китайском языке без акцента говорит, боюсь представить как их готовят» – Подумал Алексей.

В это время капитан Шу подошёл к ним и улыбнулся.

– О, рад встрече. Твой друг – индус рвёт и мечет в главном зале, обзывая всех идиотами. Надеюсь, уже поскорее закончить активацию и свалить отсюда. От него подальше [кит]. – Закончил он, посмеиваясь.

После этих слов Сергей натужно выдавил невесёлый смех, а его глаз снова начал нервно дёргаться. Может в вертолёте было не так уж и плохо.

– Знакомься, Лёша, это капитан Ян Шу, он – адъютант старшего полковника Ю Сона, старшего от китайской стороны. Он ещё плохо говорит по-русски, как и многие наши соотечественники плохо говорят по-китайски. Так мы на каком-то с помощью жестов на базе и общаемся, переходя с языка на язык. Привыкнешь.

Переведя взгляд на капитана, Песцов продолжил на русском.

– Ян, это подполковник Алексей Назаров. Он старший команды сопровождения и останется на базе в качестве командира своего подразделения.

– Здрас-ту-те [рус]. Ответил по слогам Ян. – Мне нужно отнести срочные документы Ю Сону, был рад знакомству! – Вновь вернувшись на родной язык проговорил капитан и умчался по своим делам.

– Интересная у вас тут атмосфера. – Сказал подполковник. – А карту для навигации мне выдадут?

Хохотнув, Сергей ответил.

– Нет, привыкнешь. По началу я тут тоже плутал и несколько раз заблудился, но всегда можно спросить дорогу у людей, которых в коридорах бывает много. Язык до Киева доведёт. – Закончил Сергей пословицей.

– Да, доведёт. Особенно сейчас, когда последнюю дорогу восстановили! – Засмеялся Алексей от своей шутки. Но сразу же сник, когда заметил, что Сергея она не рассмешила. Он не любит политический юмор.

Так за светской беседой дошли они до пункта назначения. У дверей с электронным замком и вооруженной охраной новоиспеченные знакомые ударили по рукам и договорились встретиться как-нибудь позже.

Показав удостоверение охране, Сергей зашёл в большое полукруглое помещение в несколько этажей в высоту. Большую часть помещения занимал реактор цилиндрической формы. Спереди в выступающей части с помощью специального подъемного механизма учёные помещали капсулу с топливом из саркофага в реактор. Именно эту капсулу с топливом сопровождал Сергей.

По левую и правую сторону от реактора сновали между приборами группы людей, перепроверяя в очередной раз все показатели с компьютеров перед запуском. Неподалёку съёмочные группы готовились к началу своих репортажей, на стенах развесили дополнительные телевизионные экраны и готовились к прямой трансляции. В общем, людей было много, а их суета и гомон от разговоров превращали окружающую обстановку в подобие пчелиного улья. На противоположной от реактора стене, высоко под самым потолком виднелось большое панорамное окно конферанс зала, наверняка заполненного под завязку важными персонами.

Рядом с группой учёных статного вида седой человек индийской внешности, размахивая руками и, наверняка, не стесняясь в выражениях кричал на всех окружающих. Профессор Саху. С улыбкой на лице вспомнил Серёжа о привычке своего педантичного знакомого высказывать окружающим своё недовольство в самой грубой форме, переключаясь при этом между разными языками так же быстро, как и мысли в его, несомненно, светлой голове. Всегда по делу, но резко и бескомпромиссно отчитывал он своих подопечных.

Завидев Сергея, он махнул рукой, жестом приглашая к себе, а затем продолжил тыкать пальцем то в бумажный отчёт, то в грудь собеседника, доказывая молодому коллеге, что тот неправ.

Взяв белый халат из шкафа у двери, Сергей подошёл к профессору и услышал конец монолога.

– Чтобы я тебя больше тут сегодня не видел! Бегом исправляй!

В это время капсулу закончили погружать манипулятором на специальное крепление, после чего с жужжащим звуком конструкция задвинулась в центр реактора. Свист пневматической герметизации подсказал людям о завершении операции, и они разошлись по своим рабочим местам в ожидании начала церемонии открытия.

– Ну и дебилов ты мне сюда привёз, Серёжа! – Сказал профессор с улыбкой после тёплых объятий. – Может им стоит напомнить, что любая оплошность в обращении с топливной ячейкой приведёт к взрыву не только этой горы, но и парочки соседних?! – Сокрушаясь и тряся головой выпалил учёный.

– Все осознают опасность, мистер Рави, хоть и явных доказательств нестабильности материи не обнаружено. – Заверил своего друга Сергей.

– Тем более, «дебилы» они лишь для Вас, а для остального мира все они – светила науки. – Добавил он с улыбкой.

– Ха! Ну может и так. – С важным видом ответил Рави, потирая подбородок. Затем бросив мимолётный взгляд на репортёров он сказал.

 – Жду – не дождусь выхода в эфир. Ни один токамак не даст столько энергии, сколько даст мой реактор. Даже несколько. Пока детишки играют с плазмой, я всего одним реактором обеспечу энергией весь мир. Как же это приятно для моего эго.

 Затем с подозрением осмотрев Песцова с головы до ног он воскликнул.

– А чего это ты тут прохлаждаешься?! Не стой столбом и дуй к третьей консоли! – Сказал учёный и направился в центр управления за стеклом.

«Профессор – такой профессор». – Подумал Сергей и пошёл к компьютеру.

***

В высокой башне по широким гранитным ступеням спускался темноволосый худощавый юноша. Шелест его мантии при каждом шаге создавал зловещую атмосферу, смешиваясь с гулким эхом стука сапог по гранитным ступеням. Через небольшие окна башни на лестницу падали лучи Арса, звезды, дарящей тепло и свет этому миру.

После каждого пройденного мимо окна лицо человека становилось всё мрачнее и мрачнее. Небо сейчас чистое. Но надолго ли? В своей руке он нес папку с бумагами. Отчёты, формулы и графики содержались в этих бумагах. Важные измерения, которые необходимо показать своим коллегам незамедлительно. Пройдя по широкому коридору, ведущему из башни погодоведения в зал совещаний Совета, чародей Алекс остановился у широких двойных дверей белого цвета, покрытых золотыми узорами в виде листьев лозы. Остановился он ненамеренно, дорогу преградил сгорбившийся худощавый юноша с маленькими круглыми очками на крючковатом носу.

– Ваше благородие, остановитесь!

Он оглядел волшебника, которому преградил дорогу и с удивлением про себя отметил, что тот одел новый, недавно пошитый пиджак с золотыми погонами на плечах и вышитыми на них вензельным шрифтом буквами «М».

«Уже облачился в одежды магистра?» – Подумал клерк. – «Это политический ход или очередная невнимательность к деталям? Наверняка схватил из шкафа первое, что попалось под руку». Обдумав это в мыслях, он произнёс.

– До Вашего возвышения, волшебник первого класса Алекс, я не могу пропустить Вас в зал заседаний без дозволения магистра. – Особо выделяя чин чародея проговорил секретарь, подразумевая, что тот не может зайти в зал Совета. После его слов и так хмурое выражение лица Алекса стало совсем мрачным.

– Зик, это срочное и важное дело, Я имею право войти. – В ответ на приподнятую бровь он добавил. – Шестая статья.

Прищурив глаза в недоверии, ведь наверняка это всего лишь хитрость, Зик был вынужден отойти в сторону. В Доктрине Совета действительно записано право обращения в особых случаях, но если это уловка – то солгавшему несдобровать.

Волшебник, не глядя на собеседника, всучил ему папку с документами, и уверенным шагом направился к дверям, бросив через плечо фразу.

– Раздай это. И повнимательнее к чинам, ты неправильно ко мне обратился.

Скрепя зубами, Зик сильно сжал папку и злобно уставился в спину волшебника. Пренебрежительное отношение юноши разозлило его. Да, в магической силе Зик не уродился, но своим упорным трудом дослужился до секретаря Совета, должность не маленькая. К сожалению, миром правят власть имущие. Те, кому повезло родиться с великим даром. Не справедливо.

 « «Не правильно» – как же! Вечный нарушитель правил и устоев решил перепрыгнуть через голову и упиваться своим положением». – Зик бы сплюнул на пол, если бы не его строгое светское воспитание. – «Была бы моя воля – таких как он бы не возвышали. Какой смысл давать власть людям, которым наплевать на всё, кроме своих личных дел? Они творят, что хотят, и никто им не указ!»

В свою очередь Алекс думал о своём, настраиваясь на тяжёлый разговор.

«Этим старым ослам придётся меня услышать, даже если они не видят дальше своего носа. Надеюсь, Лиз успеет подготовить всё, что осталось. Опять взваливаю на неё непосильную задачу».

Тяжело выдохнув, Алекс взялся за ручки дверей, от нервного усилия костяшки на руках побелели, повернул их и распахнул обе створки.

Гул голосов в зале, слышимый за дверью, стал различим. Взгляду открылось просторное помещение с панорамным окном, в центре зала стоял длинный массивный стол, во главе которого сидел старик с абсолютно белыми от старости длинными волосами с низко опущенной бородой, подвязанной внизу аккуратно завязанным шнурком. Его остроконечная серая шляпа лежала на столе, а длинная мантия, с переливающимися под некоторыми ракурсами серебряными нитями, висела на спинке стула.

«Мантия висит на стуле, значит споры идут достаточно жаркие». – Подумал Алекс.

Это его учитель, друг и по совместительству верховный магистр Совета – Тродиус. Сейчас его взгляд был направлен на сидящего по левую руку от него мужчину с завитыми усами, козлиной бородкой и зализанными назад волосами цвета вороного крыла с белыми вкраплениями седины на висках. Магистр Абел.

– Ситуация на границе плачевная, от начала войны нас разделяет лишь одна искра. Все самые сильные наши волшебники уже находятся там и готовы. Но стоит ли нам ждать нападения? Не лучше ли нам ударить первыми?

Рассудительный и прагматичный. Но с проблемами в эмпатии, впрочем, как и все тут.

– Ты – имбецил?! – Выкрикнул, ударяя кулаком по столу, грузный невысокий мужчина с проплешиной, сидящий напротив своего оппонента по спору. Магистр Маркус, не сдержан в выражениях, излишне эмоционален и вспыльчив. Но, тем не менее, не глуп. Старый друг и соратник учителя Тродиуса.

– Ты ещё молод и не застал войну магов. Города превратятся в пыль, реки вскипят, сотни тысяч людей умрут в сполохах пламени. Ты возьмёшь на себя за это ответственность? – Закончил он свою речь, тряся своим кулаком в сторону Абела. То ли для драматизма, то ли от боли из-за удара об стол.

– Выбирай выражения, Маркус. – Удручённо сказала на выдохе женщина, сидящая ближе всех к выходу. Её медового цвета коса соскользнула с плеча, когда она повернула голову в сторону вошедших в зал, и продолжила бодрее.

– Тем более у нас гости.

Магистр Оливия. Самый молодой магистр, по крайней мере, пока Алекс официально не вошёл в их состав. Добрая, внимательная, специализируется на магии воздуха, изучает анатомию людей и животных. Учитель Элизабет. Именно она настояла на том, чтобы та стала ассистировать у Алекса.

Разговор мгновенно стих, все уставились на новоприбывших. Кто-то с раздражением, кто-то с любопытством. Но однозначно все были рады передышке в текущем разговоре.

А вот Зик не был рад пристальному вниманию. По букве закона к нему не должно быть претензий из-за вторжения, но учитывая обстановку, нельзя быть уверенным наверняка. Производя титанические усилия над собой, чтобы выпрямиться и не втягивать шею от неуверенности, он огласил.

– Его высокопревосходительство магистр Алекс. – Названный оглянулся с кривой усмешкой глядя на секретаря.

«Да, я решил обратить всё внимание на тебя, не нужно так на меня смотреть! Сам виноват, что начал упрекать меня в незнании чинов».

Все взгляды устремились на Алекса. Набрав полную грудь воздуха и, жестом показывая Зику раздать документы, юноша заговорил.

– Уважаемые магистры, пользуясь шестой статьёй Доктрины Совета, выдвигаю на рассмотрение безотлагательный вопрос. Речь об аномалии в небе и её связи с утечкой маны.

Разразился гул недовольства среди заседающих. Не в первый раз Алекс поднимает тему аномалии, которая периодически освещает небо красивым сиянием, тратит на это небольшое количество маны и исчезает. Безобидное явление. В это время Зик раздал по экземпляру отчёта каждому из присутствующих. Верховный магистр дождался пока все успокоятся и велел секретарю удалиться.

– Спасибо, Зик, оставь нас пожалуйста.

– Слушаюсь, магистр. – Ответил тот с поклоном и вышел из зала, закрыв за собой двери.

Тродиус жестом руки пригласил Алекса занять место в противоположной от него стороне стола, напротив.

– Ты балуешь своего ученика, друг мой. – Сказал, качая головой Маркус. В ответ он получил неуверенное пожимание плечами.

Алекс посмотрел на своего наставника в поисках одобрения и поддержки. Но вместо этого разглядел лишь усталую грустную улыбку и нахмуренные от нахлынувших проблем брови. Да учитель верил в своего ученика, но своё мнение и опыт противоречили изысканиям юноши. А самое главное проблемы на границе страны были гораздо важнее пустякового сияния в небе. Прочистив горло сдержанным покашливанием, нужным больше для настроя самого себя, нежели действительно из необходимости, юноша начал свой доклад.

– Последнее изучение аномалии принесло множество новых данных, открытий и подтверждений гипотез. Самое важное – аномалия имеет характер пространственного искажения. – В ответ на этот факт раздался недовольный бубнёж.

– Подробные выкладки представлены на страницах с пятой по двенадцатую, прошу ознакомиться.

Листы бумаги зашелестели. Перебирая бумаги и хмуря лица мудрецы углубились в изучение документа. Да, по мнению многих это была трата времени, но даже малый шанс возникновения критической проблемы требует от Совета рассмотрения прошения на основании шестой статьи.

Сидящий справа от Алекса пожилой волшебник взмахнул рукой и листы, объятые бирюзовым свечением, взметнулись в воздух. Он был лысым суховатым небольшого роста старичком, единственным в Совете без растительности на лице. Не считая магистра Оливию, разумеется. Зовут его магистр Эккель, он специализируется на магии разума. В очень широком смысле, начиная от изучения эмоций людей и животных, заканчивая разработкой методов усвоения информации.

Буквы с листов вереницей направились прямо в голову волшебника. Так за время щелчка его пальцев весь документ был мгновенно прочтён. Повернув голову, он бросил заинтересованный взгляд гаснущих от развеиваемой магии глаз прямо на юношу и спросил.

– Ты использовал изменённую магию поиска, заменив ману на волну воздуха, превращенного в звук. Почему?

– Большая часть волны поглощается разломом, как и окружающая мана. В текущем методе мы, улавливая отражённый звук, смогли получить гораздо больше данных. В том числе информацию о том, что разлом постепенно увеличивается.

Вклиниваясь в обсуждение, магистр Абел задал уточнил.

– Ты сам придумал этот способ? – Имея в виду модификацию заклинания с использованием звука.

– Нет, это моя ассистентка, Элизабет. – Ответил чародей, но не успев продолжить был перебит магистром Оливией.

– Да, Лизочка – настоящий гений стихии воздуха. – С тёплой улыбкой произнесла женщина, словно говорила о своей родной дочери. – Не зря я настаивала на их совместных исследованиях, у них хорошо получается изобретать новое.

И потом с хитрецой добавила, повернувшись к юноше.

– А ещё она всё время говорит только о нашем милом Алексе, молодом вундеркинде, шестом магистре Совета. Отличная выйдет пара… – Тихие смешки заглушили лепетания опешившего и задохнувшегося от смущения покрасневшего парня.

Хмыкнув, Тродиус перевернул лист и начал барабанить пальцем по столу. Новаторские идеи и открытия ученика вызывали у него гордость, но результаты измерений вызывали беспокойство.

Едва справляясь с охрипшим от смущения голосом, Алекс продолжил.

– Мы заметили, что уровень потребления маны растёт скачкообразно. Зависимости и условий определить не удалось. Так же настораживает периодичность, строго в одно и то же время. Потребление маны и влияние аномалии на окружение отличается и меняется словно кто-то изменяет что-то внутри. Словно это чей-то эксперимент.

 – Чушь собачья! – Воскликнул Маркус, отбрасывая от себя рукопись, которую он, разумеется, из уважения и чувства долга всё-таки дочитал. Сложно было понять, что именно он прокомментировал, заявление Алекса об искусственном происхождении аномалии или содержимое документа. Скрестив руки, он откинулся на спинку своего кресла и стрельнул взглядом в своего старшего коллегу.

– Ну? – Произнёс он требовательно.

Тяжело вздохнув и массируя виски, Тродиус произнёс.

– Алекс, все мы знакомы с твоей работой о многомерности пространства. Она интересна и довольно… – Старик остановился для поиска слова, словно пробуя его на своём языке. – Новаторская.

Под смешки всех присутствующих, он продолжил.

– Однако нет никаких оснований считать появившееся в небе сияние подтверждением твоей теории существования миров помимо нашего. Любое попавшее в воздушную сферу космическое тело могло вызвать этот эффект. Как и вспышка на Арсе, между прочим, хоть мы пока что её не засекли. Утечка маны, о которой ты так переживаешь, тоже может быть объяснена этим занимательным и красивым, но, отнюдь, не самым важным явлением. Всё в пределах допустимой погрешности.

Тродиус окинул взглядом коллег и увидел кивки согласия. Всех, кроме Абела, задумчиво потирающего подбородок и уткнувшегося в отчёт, а также Алекса, достающего из кармана светящуюся сферу.

Все обратили на неё внимание. Бережно положив сферу на стол, юноша произнёс тихо и неуверенно.

– Не знаю точно, что именно мы нашли, но пугает оно больше, чем всё остальное, сказанное ранее. – В ответ он получил поднятые вверх в недоумении брови и хмурые взгляды.

– С отразившимся звуком к нам вернулся плохо разбираемый шум, который всё же получилось записать. Помехи и искажения сильно его испортили, но заметно подозрительное сходство с человеческой речью. Однако язык мы определить не смогли.

Мановением руки Алекс активировал чары, наложенные на сферу, а округлившиеся от удивительного заявления глаза присутствующих, устремились на записывающее устройство как на ядовитую змею.

В сиянии, озарившем комнату, подобно молоту, ударяющему по наковальне, точнее по сердцам волшебников, разразился человеческий голос.

– Ува…мые кол…ги, фин… тест завершен. Позд…ю! Ре…тор работает [рус]!

– Твою мать! – Озвучил чувства каждого магистр Маркус. А Оливия даже не стала журить его за сквернословие и сидела, прижав от шока ладонь ко рту. Тродиус, вновь схватился за виски и зажмурил глаза, а Эккель пристально уставился на сферу, пытаясь какими-то своими способами уяснить больше информации. Абел посмотрел сначала на Тродиуса, затем обратился к Маркусу.

– Проделки Зестрийцев?

– Сомневаюсь. Если бы они проделали дыру в небе, колдуя в соседней стране, всплеск такой силы мы бы обнаружили. А самое главное зачем? На боевое заклятие точно не похоже. Система связи? Глупо – Телепатия эффективнее. На крайний случай – разговор через кристаллы, им такие заклинания доступны.

– На счёт всплеска силы – спорный момент. – Опроверг Абел. – Не забывай про утечку маны, возможно это и питает такого рода чары.

– При всём уважении, магистр Абел. – Вклинился Алекс. – Мы бы смогли отследить ману в пределах нашего пространства. Тем более под боком.

Все взгляды снова обратились к юноше.

 – Искривление пространства явно указывает на подобие портала, но необычного, ничего подобного я ещё не видел. Сегодня расширение разлома почти незаметно, но ещё неделю назад я не фиксировал и десятой доли от текущих искажений.

Все снова уткнулись в таблицы и записи.

– Необходимо принять меры для замедления процесса. У меня есть предложение, как можно это осуществить. И даже, возможно, навсегда устранить возможности его открытия.

– Превентивный удар? – Уточнил Абел.

– Как часть заклинания, да. – Подтвердил Алекс. – Придётся вывести из строя всех волшебников на той стороне, чтобы они не смогли повлиять на установку барьера.

Магистр Оливия подняла руку, призывая к вниманию.

– А если это попытка попросить у нас помощи? А мы хладнокровно и без предупреждения на них нападём. – Покачала она головой, презирая варварские действия.

– Мы не уверены в том, акт ли агрессии заключается в появлении аномалии или попытка наладить контакт. – Ответил Абел. – Но всегда лучше ударить первым и затем разбираться, нежели разгребать пепелище и горевать о своём благородстве.

Кивая словам Абела, Маркус посмотрел на женщину.

– Сердцем я с тобой согласен, Оливия, но с учётом надвигающейся войны разбираться с кем-то ещё у нас возможности нет.

Вновь взяв в руки рукопись молодого волшебника, он гораздо более бережно открыл её и, посмотрев на Алекса произнёс.

– Мы слушаем тебя, мальчик, рассказывай, что придумал.