С высоты птичьего полёта

Раннее утро. На шпиле высокого здания, на вершине полукруглого купола с колоннами сидел ворон и наблюдал за окрестностями с самой высокой точки города. Легкий ветерок трепал его перышки, изредка сильными порывами почти сбрасывая птицу с верхушки шпиля, но ворон с лёгкостью удерживал равновесие. Своими зоркими глазами он наблюдал как темное безоблачное небо едва-едва начинало окрашиваться в оранжевый цвет восходящим из-за горизонта светилом, а по черепичным крышам начинали ползти лучи света, отодвигающие прочь тени.

Далеко внизу из зданий начали выходить люди и, садясь в свои кареты без лошадей, устремлялись по разветвлённым улочкам вдаль по своим делам. Некоторые же, несомненно, гораздо более умные, отправлялись в путь на своих собственных ногах, таким образом они получали всю полноту ощущений от окружающего вокруг мира. Так гораздо приятнее, чем сидеть в душной коробке. Жаль только у них нет крыльев как у птиц, вот тогда бы они смогли по-настоящему разглядеть красоту этого города, с высоты птичьего полёта.

Каждое утро этот ворон прилетал на шпиль самой высокой башни красивого здания, в котором живёт и работает его хозяин, чтобы встретить рассвет. Насладиться тишиной и спокойствием, подышать свежим воздухом в эту замечательную пору. Как же это успокаивает. До недавнего времени этот ритуал ничего не омрачало.

Каждый день на протяжении нескольких месяцев, спокойное созерцание приходится прерывать ради важной работёнки, что подкинул хозяин. Сегодня, с самого утра, беспокойство и нервозность хозяина ощущается особенно сильно и передаётся к птице, не позволяя ей забыться от мирских невзгод.

Стрелка больших часов под колоннадой с громким щелчком сдвинулась на одно деление, и прозвучал звон. Наверняка на наручных часах в руках хозяина произошло то же самое. С раннего утра хозяин сидит и смотрит на свои часы подобно хищнику, выжидающему свою жертву. И что такого интересного в этой шумной железке на цепочке? 

Лучше бы он так же пристально смотрел на свою самку, которая всё время находится рядом с ним. Так он наверняка смог бы рассмотреть её заинтересованность. Впрочем, и ей стоило бы рассказать поскорее о своих чувствах, ведь какой смысл их скрывать? Тем более сейчас, с повышением хозяина, всё больше людей шепчется у него за спиной и пристально за ним наблюдает. Конкуренция за его сердце скоро возрастёт. Вот ворон всегда явно выказывает свою любовь и почтение своему хозяину, хорошо бы и ей взяться за голову.

 «Да, такими темпами птенцов они выведут ещё не скоро». Сокрушаясь, подумал ворон, важно покивав клювом.

Стрелка часов снова сдвинулась с места. И спокойную атмосферу словно сдуло прочь. Буквально. Каждое пёрышко ворона встало дыбом, а его сердце словно ушло в пятки. Ему захотелось улететь далеко-далеко отсюда, по примеру других птиц, улетающих прочь. Но нельзя, нужно ждать и смотреть. Незримая волна прокатилась по всему городу. Не только птицы вдалеке ощутили этот всплеск, лай собак и шипение кошек вторили всеобщему беспокойству.

Глубоко в своей голове ворон ощутил знакомое покалывание. Его зрение и слух усилились в несколько раз, мир словно стал ярче, красочнее и больше. В глубине души появилось ощущение близости хозяина. Он смотрит на мир глазами фамильяра.

Его мысли и тревоги передались в голову ворона, хоть и не намеренно. 

 «Он сильно встревожен». Подумал ворон, недоумевая о причинах волнения, ведь происходящее, как под копирку, повторяется уже месяц.

Далеко в небе появилось яркое свечение. Линии ярких и разноцветных огней всполохами света украсили небо над городом. Страшно, но, несомненно, очаровательно. В одно и то же время суток происходит это чудо, так похожее на то, что ворон видел лишь во время путешествия с хозяином на далёкий север. 

Помимо красивого свечения в самом эпицентре ощущалось что-то ещё. Нечто неведомое и зловещее, словно глубокая бездна, что поглощала свет. И, к сожалению, не только свет поглощала эта аномалия. Ворон чувствовал это. Животворящая энергия, пронизывающая всё и всех вокруг в этом мире, утекала внутрь словно вода в умывальнике.

При мысли о воде и купании ворон встрепенулся. Он ненавидел купаться.

«Корвус, подлети ближе». Услышала в своей голове птица голос своего хозяина. Преодолевая страх перед неизвестностью, ведь хозяин точно убережёт его от напасти, ворон расправил свои крылья и мощным взмахом поднял себя в воздух. 

– Кар.

Громкое карканье раздалось по округе. Ведь как не закричать от восторга во время полёта? Потоки ветра охватили его перья, создавая подъёмную силу. Ветер пытался сдуть птицу с верного направления, но точными взмахами крыльев с лёгкостью корректировалось мельчайшее отклонение. Напряжение каждого мускула при взмахе понемногу успокаивало птицу. А как иначе? Летать – не простая работа, на которой необходимо сосредоточить всё своё внимание. И сейчас он в своей стихии. 

***

Тем временем несколькими этажами ниже колоннады с часами, в полукруглом кабинете, спустив с дивана ноги на пол, сел молодой человек. Его чёрные волосы немного растрепались от лежания на диване, а на белой чистой и недавно выглаженной рубашке появилось несколько складочек. Но внешней привлекательности в нём от этого не сильно убавилось. 

Тонкий аристократичный нос, чётко выраженные скулы, худощавая, но в меру спортивная фигура и широкие плечи, а также загадочные тёмно-голубые, почти синего цвета умные глаза, создавали образ красавца и дамского угодника. Правда, на самом деле, в женских сердцах он совершенно не разбирался.

Он сосредоточено наблюдал за стрелками на часах. Наконец, закрыв глаза на секунду словно ради общения с кем-то, он оторвался от своих позолоченных часов. Защёлкнув крышку, юноша встал и, убирая их в карман, направился к середине комнаты. 

Это был полукруглый кабинет, расположенный высоко в башне астрономии и погодоведения. Обставлен он был минималистично и утилитарно, диван, несколько письменных столов, книжных шкафов и полок. Маленький кофейный столик, с сервизом и цветочный горшок нарушали аскетичный вид кабинета, создавая подобие уюта. Явно они принадлежат не хозяину кабинета.

Сейчас вся мебель была сдвинута к стенам, чтобы освободить центр комнаты, а в углу, медленно вращаясь, висел в воздухе жемчужный посох с синим кристаллом наверху. Посох был сделан из кости какого-то животного.

Непосредственно в середине комнаты было нарисовано несколько ровных кругов, по внутреннему краю каждого было нанесено множество символов, каждый из которых отвечал за что-то, несомненно, важное. В нескольких точках внутренней окружности в определённых местах лежали шесть голубовато-бирюзовых кристалла, образовывая шестиугольник. Цепочки линий и символов словно соединяли их с внутренним кругом. В самом центре на позолоченный торшере возвышалась полу прозрачная сфера из мутного кварца. За внешней окружностью по периметру лежали чистые тетради, листы и перья для письма. 

Перед кругом завершала расстановку предметов молодая девушка лет двадцати. Она была одета в белую блузку и белую юбку с тёмно-красными полосами. В петле перекинутого через плечо ремешка на уровне талии покачивалась палочка длинной чуть больше ладони, сделанная из спиральных прутиков тёмного дерева с серебряными прожилками. Её бордовый пиджак, с серебряной брошкой на левом лацкане в виде трех полос внутри круга, висел на спинке стула у панорамного окна. Светлые волосы девушки были завязаны в хвостики, чтобы они не мешались во время работы. 

Подходя, чародей критически осмотрел итоговый результат работы девушки. Обычно магистры редко брали к себе в адъютанты молодых учеников, но найти себе толкового помощника, который смог бы помочь с новаторскими исследованиями, было не легко. А она отлично справлялась и во многом благодаря ей они завершились удачно.

– Как по часам, снова в это же время! Ни за что не поверю, что это не рукотворное явление. – Сказал он. 

Повернувшись на голос своего старшего товарища, хоть и старшинство было всего в несколько лет, она не удержалась от мимолётной улыбки. В его присутствии она всегда испытывала чувства уважения и трепета. Его заслуги и невероятные открытия в столь молодом возрасте возвысили молодого чародея до беспрецедентных высот, на один уровень с самыми могущественными лидерами страны. В этот момент глаза чародея сверкнули ярко-бирюзовым светом из-за использования магии.

«Эх, я тоже хочу себе фамильяра». Подумала с завистью девушка.

– Вот только поверят ли в это остальные магистры? – Ответила с грустью она на слова чародея, вспоминая прошлые горячие споры, на которых ей тоже довелось побывать. Многие из которых она хотела бы пропустить, потому что некоторые из выражений в пылу споров и ругани на таких заседаниях точно были не для её ушей.

– Алекс, если Вы снова ворвётесь в зал заседаний и устроите скандал, Вас лишат звания магистра до того, как официально его присвоят. – Сказала она с упрекающей интонацией.

Девушке часто приходилось останавливать распылавшегося волшебника, чтобы он ненароком не сказал лишнего. Встревать в такие разговоры адъютант не имеет права, но это лучше, чем позволить мастеру запятнать честь благородного чародея оскорбительным поведением или словом в адрес мудрейших магистров.

– А это был бы номер да? – Скептический взгляд девушки с нотками осуждения за не серьёзную реакцию превратил ухмылку на лице парня в кислую мину. После чего с более серьёзным тоном он продолжил.

– Если у старых ослов не хватит мудрости понять сложность ситуации, то я лично устраню эту угрозу. А потом буду пожинать лавры за спасение мира. – Сказав это, он стал наслаждаться реакцией своей ассистентки. 

Быстрая смена эмоций на её лице, от округлившихся от шока глаз, до упрёка и, затем, такой же как у него ухмылки подняла его настроение. Он любил её подразнить. 

Затем, волшебник отвлёкся от диалога. Он проверял как далеко от аномалии находится его фамильяр. 

«Ещё несколько мгновений». Проанализировал Алекс и вновь посмотрел на часы.

Не пафос, но обреченность читались на лице юноши во время его громких слов о геройстве. И уловив настроение мастера, девушка решила его подбодрить.

– Ну как же в одиночку? Я буду с Вами! – Сказала она на секунду смутившись своему смелому заявлению. – А ещё Корвус! – Сказала она более непринуждённо и легко. – Вам придётся поделиться славой и с нами!

Посмотрев в ясные и немного наивные янтарные глаза девушки, Алекс заметил, что на душе стало немного теплее, и он засмеялся. 

– Да, ну конечно! Придётся поделиться и с вами. – Сказал он, похлопывая девушку по плечу, благодаря за поддержку и испытывая облегчение.

Хоть один человек верит в его гипотезу и в случае наихудшего результата пойдёт с ним до конца. Это вселяло уверенность, но в то же время зерно осознания опасности мероприятия вызывало тоску. Так не хочется подвергать риску кого-то ещё. Но в одиночку справиться не выйдет.

– Элизабет, заклинание разработала ты, поэтому ты и будешь вести. – Сказал чародей. 

Что привело девушку в ужас. Она не ожидала такой ответственности. Пытаясь пролепетать отговорки о малом опыте, неуверенности и нежелании запороть такую непростую задачу, Элизабет пыталась переубедить своего коллегу, отчаянно жестикулируя и приводя множество доводов против её кандидатуры. Но тот её уже не слушал. Во-первых, не научится ученица ничему полезному, если будет избегать серьёзной практики. Она точно справится. Во-вторых, все мысли Алекса уже были сосредоточены на полёте его фамильяра.

Потоки ветра, волны искажений пространства и сила, что готова поглотить всё, что попадёт в эту аномалию пугала. Страх Корвуса подтверждал собственные опасения Алекса об опасном происхождении аномалии. Но его интуиция и инстинкт птицы не достаточные доказательства для высшего совета магистров, нужны точные данные. За этим они тут и собрались.

– Корвус на позиции, пора начинать. – Сказал он уверенно.

Стушевавшись из-за того, что её проигнорировали, Элизабет замолчала, но кивнула. Надув губки она развернулась лицом к магическому кругу и закрыла глаза.

«Ну я Вам это ещё припомню, Алекс!». Подумала она злорадствуя и представляя свою месть.

Глубоко вдохнув, она вытащила палочку из наплечного футляра, вытянула вперёд руки и сосредоточилась. Бурный поток энергии, захлестнувший её хрупкое тело, как горный поток смыл все посторонние мысли. Её глаза засветились бирюзовым, она мысленно потянулась к кругу на полу, и внешний магический круг с символами вместе с лежащими рядом кристаллами тут же засветился. Её вытянутые вперёд руки раскрылись в ладонях, и лежащие на полу тетради и перья взмыли в воздух. Рунические символы, так же написанные на них впитались, оживляя перья, которые начали записывать на листах какие-то данные.

Сосредоточенный на вороне, Алекс вытянул руку, и к ней подлетел находящийся у стены посох. Синий кристалл на нём ярко засиял, так же как и внутренний круг на полу кабинета. Волшебник мысленно потянулся к центральной сфере. Словно извивающаяся в воздухе нить энергии в сознании чародея связала его, птицу, круг с символами и этот шар. Подталкивая эту связь к Элизабет, Алекс передал контроль над ними девушке. Фамильяр стал словно частью её, а также частью общего заклинания. Сфера в центре засветилась, внутри неё показалось далекое небо и сверкающая в нем аномалия. Всё готово.

Накопив достаточно энергии, Элизабет начала плести заклинание. Обычное заклятье поиска позволяет создать волну энергии для обнаружения объекта, воспринимая отражённую волну получаешь информацию напрямую в разум. Но аномалия в воздухе полностью поглощает ману. Что же делать? Ответ прост и сложен одновременно – создать новые чары, именно этим прославился чародей Алекс и его ассистентка, созданием новых заклинаний, поражающих воображение. Именно Элизабет придумала заменить волну маны на воздушный взрыв, создающий звуковую волну. Гениальное изобретение и первая её серьёзная публикация. Оставалась проблема в сборе информации. Тут помог Алекс. Используя кристаллы для производства ядер големов, он, отредактировав стандартные настройки разума голема, использовал ядра в качестве сенсоров, а так же для управления летающими перьями посредством магического круга. Всё это нужно для мгновенной записи всех измерений.

Завершив заклинание, девушка отправила его прямиком к фамильяру своего мастера через новообразованную связь. 

«Сегодня мы, наконец, снимем завесу тайны с этой загадки». Отстранённо подумала девушка.

***

И вот ворон взмыл высоко в небеса рядом с непонятным объектом. Множество чувств, его собственных, хозяина и его самки, перемешалось в маленькой голове умной птицы. Но эти мысли мало волновали Корвуса, потому что сегодняшний труд будет вознагражден аппетитным мясным угощением. Он почувствовал, как волна энергии вырвалась из его тела. 

– Кар!

С этим криком Корвус направил энергию в самую бездну. И, затем, почувствовал, как большая её часть канула в небытие. Никогда прежде такого сильного и всепоглощающего ощущения пустоты он ещё не испытывал. Было в этом что-то сродни пасти большого голодного зверя.

Отражённая остаточная волна звука столкнулась с фамильяром и, впитавшись, переместилась в магический круг. Внутренним взором он увидел, как висящие в воздухе перья, начали записывать что-то. 

«До чего же чудно видеть летающие перья без птицы». 

Такая магия более не пугала ворона, ведь уже какое-то время она повторяется. Благо за эту работу можно с хозяина попросить больше вкусняшек, а тот и не против. 

Наконец, получив команду, Корвус понял, что пора возвращаться. Довольный проделанной работой, ворон летел к башне, предвкушая чем его угостят. Но его позитивные мысли нарушила хлынувшая от его хозяина волна удивления и паники. Что-то его очень огорчило. 

Ощутив пустоту при разрыве связи, когда раздражающий зуд, который оказывается был таким неприятным, пропал, ворон понял, что хозяин покинул его голову.

***

В это же время далеко-далеко от места событий. В огромном глухом помещении глубоко под землёй, освещённом яркими светодиодными лампами, люди в белых халатах сновали вокруг большого металлического объекта цилиндрической формы. Множество проводов, кабелей, трубок и датчиков выходило из этой конструкции. Люди осматривали каждый из них на предмет неисправностей. Но таковых не было. Четыре человека подкатили вплотную к объекту электрифицированную тележку с манипулятором. Несколько других с разных сторон на двух консолях проводили какие-то манипуляции.

Вдруг с облаком пара из центральной части объекта выдвинулась небольшая капсула, которую подхватил манипулятор. Она была полностью пуста, покрасневший от жара металл медленно остывал, обретая свой обычный тёмно-серый цвет.

В соседнем помещении, отделённом от другого бронированным стеклом, на экраны компьютеров выводились различные данные и графики. Учёные, прильнув к экранам, сверяли их с расчётами и делали выводы, что всё в пределах нормы.

Лишь один человек в этом помещении не был так увлечён сбором данных. Он осматривал своим цепким взглядом окрестности, подмечая каждую мелочь, любое движение, выискивая что-нибудь подозрительное. Ничто не могло скрыться от его внимания, это профессиональный навык, который и стал решающим в выборе его на эту должность.

Неожиданно его хлопнули по плечу, отрывая от важного дела. Это был седой немного сгорбленный из-за возраста мужчина в белом халате, пара очков с прямоугольными узкими линзами и цепочкой на душках покоилась на его носу с горбинкой. Его смуглое морщинистое лицо, с обычно хмурой миной, светилось от восторга.

– Мы это сделали, Серёжа! – Сказал он с акцентом и вновь повернулся к бронестеклу, глядя на устройство. С теплотой, по-отечески глядя на эту железяку, он думал о чём-то своём, жевал нижнюю губу и изредка тихо похихикивал. 

«Наверняка репетирует речь перед Содружеством». С весельем подумал Сергей. И не мудрено, ведь именно благодаря этому человеку всё стало возможно, и все эти люди сейчас находятся здесь.

– Отличная новость, профессор Рави. – Ответил спокойно Сергей, но с чуть большей теплотой в голосе, чем при общении с остальными.

Мало кто смог бы уловить эту разницу, профессор был одним их этих немногих.

Бросив ещё один задумчивый взгляд на устройство, а затем вновь неспешно посмотрев на сияющее лицо профессора он сказал.

– Пойду доложу начальству.

Пожилой человек ещё раз на эмоциях потряс собеседника за плечо и подошёл к микрофону. Нажав кнопку громкой связи, он торжественным голосом официально объявил вердикт, который уже всем стал известен на основе полученных данных. 

– Уважаемые коллеги, финальный тест завершен. Поздравляю! Реактор работает!

Под гром аплодисментов и оваций рабочих Сергей покинул помещение, направляясь в свой кабинет, где стоит шифр аппаратура. А накинутый небрежно на его плечи белый халат развевался позади.