Глава 1.2

Произведя последний залп, скорее ощущаемый, чем слышимый, турболазерные орудия «Возмездия» умолкли.

Сидя на левой скамье в третьем десантном челноке, штурмовик Дерик ЛаРон увеличил чувствительность аудиодатчиков своего шлема, задаваясь вопросом, не продолжается ли бой с использованием батарей звёздного разрушителя, находящихся от них дальше по корпусу. Но он так ничего и не услышал, а через пару секунд ослабил усиление обратно. 

— Интересно, что это было? — пробормотал он.

Рядом Сейберан Маркросс слегка пожал плечами, и движение вызвало лёгкий треск его брони.

— Может, повстанцы попытались сбежать? — так же тихо ответил он.

— Если так, то далеко они не ушли, — прокомментировал Текстро Грейв со своего места на правой скамье, крепко сжимая свою длинную снайперскую винтовку «Бластех» Т-28.

— Смотрите на это с оптимизмом, — предложил Джоук Квиллер, сидящий рядом с ним. — Если они все сдохли, то эту операцию отменят, и мы сможем отправиться в более приятное место.

— Так, галёрка, разговорчики? — раздался властный голос из передней части десантного челнока, — Прекратить!

— Так точно, сэр! — ответил за всех Маркросс.

ЛаРон слегка наклонился, чтобы взглянуть на хмурого офицера, сидевшего рядом с лейтенантом Колфом. На его груди красовались майорские нашивки; а над ними - значок, который ЛаРон не помнил, чтобы видел раньше. 

— Кто это? — спросил он шопотом.

— Майор Дрелфин, — прошептал в ответ Маркросс. — ИСБ.

ЛаРон снова выпрямился, вжавшись в спинку, и по его спине пробежали мурашки. Имперская служба безопасности была самым мрачным и жестоким инструментом Императора Палпатина по поддержанию порядка. 

— Что он вообще делает на «Возмездии»?

— Какая-то шишка сверху, должно быть, решила, что нам нужна дополнительная помощь, — сказал Маркросс. Хоть его тон и был нейтральным, но ЛаРон знал его достаточно хорошо, чтобы распознать презрение, скрываемое за этими словами. — Они привезли нескольких иэсбэшников, чтобы дирижировать нами в этой операции.

ЛаРон скривился.

— Понятно, — поморщившись сказал он, на всякий случай подражая тону своего товарища.

Из кабины челнока донёсся предупреждающий сигнал.

— Приготовиться к высадке, — объявил пилот. — Десантирование через пять минут.

ЛаРон посмотрел на сидящего напротив него Квиллера, заметив, что тот слегка ёрзает на сиденье. Квиллер и сам был отличным пилотом и, как следствие, ворчливым пассажиром.

— Спокойно, не напрягайся, — прошептал ему ЛаРон.

Квиллер слегка кивнул, и ЛаРон улыбнулся, представив себе натянуто-спокойное выражение его лица под обезличенной лицевой пластиной шлема.

Скамья под ним резко дёрнулась, и десантный челнок покинул палубу, рванув к точке высадки.

Хоть под шлемом и не было видно, но улыбка ЛаРона растаяла, а его мысли вернулись к тому роковому дню десять стандартных лет назад, когда имперские вербовщики прибыли на Копперлайн и развернули свою деятельность, открыв комендатуру. Внутреннем взором он ясно видел, как присоединяется к другим подросткам, своим сверстникам, столпившимся вокруг будки, ослеплённым презентацией, безупречной новой формой и невысказанным, но очевидным намёком на то, что это был лучший и, возможно, единственный шанс убраться с их маленького захолустного мира.

Только на этот раз, в своих грёзах, ЛаРон сказал «нет».

Сначала он верил в Империю. Искренне верил. Ему было десять, когда прибывшие армия и флот империи всего за пять месяцев на зачистили все гнёзда пиратов, которые десятилетиями терзали Копперлайн. Восемь лет спустя, когда прибыли вербовщики, он ухватился за возможность присоединиться к столь благородному делу. Три года спустя, когда ему предложили место в элитных частях имперских штурмовиков, он ухватился за эту возможность ещё сильнее, работая, потея и молясь о шансе оказаться достойным этого благородного дела.

Шесть лет всё шло хорошо. Он служил всем сердцем и душой, сражаясь против сил зла и хаоса, угрожавших разрушить Новый порядок императора Палпатина. И он служил с отличием, по крайней мере, так считали его командиры.

Для самого ЛаРона награды и благодарности не значили ровным счетом ничего. Он носил белую броню, и он менял мир к лучшему. Вот что имело значение.

Но потом была Элрисс, где целому городу пришлось стоять под проливным дождём шесть часов, пока их личности проверяли и перепроверяли. После этого был Бомпрейл, и все те ужасные потери среди мирного населения, когда они пытались выкорчевать повстанческую ячейку.

А затем был Альдераан...

ЛаРон беспокойно поёжился на скамье. Подробности всё ещё не были полностью ясны, но официальные отчёты сходились в том, что планета была центром сил повстанцев, и что она была уничтожена, когда отказалась выдать предателей.

ЛаРон, конечно, не видел никаких противоречий в этих докладах. Повстанцы становились всё сильнее, всё смелее, всё опаснее с каждым днём. Их необходимо остановить, прежде чем они уничтожат всё, что построил Император за эти годы, и втянут галактику обратно в хаос и беззаконие времён Войн Клонов.

Но серьёзно, не могла же вся планета поголовно быть на стороне этих террористов. Верно? Или всё же могла?

А потом поползли тихие слухи. Некоторые говорили, что Алдераан вообще не был базой повстанцев, что его уничтожение было не более чем полевым испытанием новой «Звезды Смерти» Империи. Другие шептались, что Гранд-мофф Таркин, погранично-психотический командир «Звезды Смерти», уничтожил все те миллиарды людей из-за личной вражды между ним и Бейлом Органа.

Но настоящая причина уже никого не интересовала. Суть была в том, что реакция Империи оказалась несопоставима по масштабу и жестокости с любой возможной провокацией повстанцев, которую могли бы организовать.

Что-то происходило с Империей, которой ЛаРон служил верой и правдой. Что-то ужасное.

И сам ЛаРон был в самом центре этого ужаса.

— Три минуты до приземления, — объявил майор Дрельфин с носа корабля. — Штурмовики, приготовиться к высадке.

ЛаРон глубоко вздохнул, отгоняя сомнения. Он был имперским штурмовиком, и он выполнит свой долг. Потому что только это и имело значение.

---

Первый десантный челнок с мотоспидерами осторожно завис в паре метров от земли. Когда трапы опустились, Корло Брайтуотер дал газу на своём «Аратехе» 74-Z и с рёвом вырвался на на встречу послеполуденному солнцу.

— TBR-479, назад, — прорычал ему из динамика едкий голос лейтенанта Натрома. — Перестроиться в поисковый построение «джент»!

— Четыре-семь-девять: вас понял, — отозвался Брайтуотер, быстро осмотревшись, пока разворачивался по широкой дуге, возвращаясь к остальным моторазведчикам, всё ещё выбирающимся из челнока.

Им предстояло пройти над самой землей к северу от низких, усеянных деревьями холмов по самому краю города, расположенного в нескольких сотнях километров дальше. Включив датчики шлема, он быстро, но тщательно просканировал холмы, пока возвращался к транспорту. Казалось, нигде не было никакой активности, вообще, что показалось ему крайне подозрительным. На холмах были зона для пикника, несколько пешеходных дорожек и полдюжины деревьев, которые десятилетиями терпеливо выращивали и формировали в замысловатую структуру для лазания детей. Кто-то из города должен был проводить свой досуг здесь, в такой замечательный тихий вечер.

Но никого не было. Видно, очень серьезная причина удерживала жителей города в домах. Например, вести о неминуемом имперском рейде?

Брайтуотер с раздражением помотал головой. Значит, вся затея провалилась. Информация утекла, и любые повстанцы, которые могли тут прятаться, уже на полпути к Внешнему Кольцу.

— База, это TBR-479, — вызвал он в комлинк. — В районе подготовки активности нет. Операция, раскрыта, операцию можно отменятть. Повторяю, операцию…

— Всем моторазведчикам обеспечить охрану периметра, - перебил его незнакомый голос.

— База, вы меня слышали? - Брайтуотер нахмурился. - Я доложил, что никакой активности...

— TBR-479, ограничьте свои комментарии боевыми донесениями, — снова перебил новый голос. — Все транспорты: выдвигайтесь.

Брайтуотер вытянул шею. Десантные челноки штурмовиков были теперь видны высоко над ним, опускаясь к земле, как охотничьи птицы, готовящиеся к броску на добычу.

Только здесь внизу уже не было никакой добычи...

Движение справа привлекло его внимание, он оглянулся и увидел, как его напарник, Тибрен, поравнялся с ним. Брайтуотер поднял руку в безмолвном вопросе; другой моторазведчик так же молча предостерегающе покачал головой.

Брайтуотер насупился. Но Тибрен был прав. Кем бы ни был этот идиот, руководящий операцией, он был либо слишком упертый, либо слишком глупый, чтобы не видеть очевидного. Штурмовикам теперь оставалось только плыть по течению и относиться ко всему как к очередным учениям. Он кивнул Тибрену в знак согласия и дал газу в сторону назначенного ему сектора оцепления.

К тому времени, когда они завершили окружение, десантные челноки уже приземлились, Тяжелые орудия обводили дулами одноэтажные городские постройки, а из люков высыпался десант штурмовиков и командующих офицеров в униформе. Брайтуотер продолжал двигаться на своём спидере, с профессиональным интересом наблюдая, как войска выстроились двойным кольцом и устремились в город. На этот раз всё, казалось, шло идеально, без даже мелких огрехов, обычно сопровождающих операцию такого масштаба. Было действительно жаль, что в городе не осталось повстанцев, чтобы оценить это действо.

Штурмовики и офицеры скрылись из виду, направившись между зданиями и внутрь ближайших домов, и Брайтуотер переключил внимание на территорию за пределами периметра моторазведчиков. Повстанцы почти наверняка бежали с планеты, но иногда попадались ячейки, у которых неуемная отвага возобладала над здравым смыслом, которые решали остаться и попытаться устроить засаду.

Брайтуотер искренне надеялся, что так и будет. Это спасло бы день от рутины с проверками, и дало бы штурмовикам шанс поджарить повстанцев здесь, на открытой местности, вместо того чтобы безрезультатно выискивать их среди мирных жителей.

Заехав на вершину ближайшего холма, он включил датчики шлема на полную мощность и тут услышал позади стрекот бластеров. Он резко развернул свой мотоспидер и просканировал периметр на противоположной стороне города. Но все разведчики там всё ещё были на своих спидерах, без каких-либо признаков того, что в них стреляют. Раздался ещё один залп бластерных выстрелов, и на этот раз он понял, что они доносятся из самого города.

Он остановил мотоспидер и нахмурился. Очереди сменились разрозненными выстрелами, но звук был определенно от винтовок «Бластех» Е-11, стоявших на вооружении у штурмовиков. Где же знаменитая какофония военного, охотничьего и легкого оружия, ставшая визитной карточкой Альянса повстанцев?

А потом он все понял, и холодок пробежал по спине. Дав на мотоспидере полный газ, он спустился с холма и устремился к городу. Что, во имя Императора, они там делают?

— TBR-479, вернитесь на свой пост, — прозвучал в динамиках его шлема голос лейтенанта Натрома.

Брайтуотер щёлкнул языком по переключателю канала связи, перейдя на закрытую частоту взвода.

— Сэр, в городе происходит что-то странное, — быстро доложил он. — Запрашиваю разрешение на разведку.

— В разрешении отказано, - ответил Натром. Голос был натянутым, и Брайтуотер ясно слышал в его словах гнев. - Возвращайтесь на пост.

—Сэр...

— TBR-479, это приказ, - рявкнул Натром. - Повторять не буду.

Брайтуотер глубоко вздохнул. Но он знал Натрома и знал этот тон. Что бы ни происходило, они оба ничего не могли с этим поделать.

— Есть, сэр, - смирился он.

Сделав ещё один глубокий вдох, пытаясь успокоиться, он развернул свой мотоспидер обратно.

Солнце коснулось горизонта на западе, а бластерный огонь все не стихал.