В поисках виновного

На подоконнике стояла тёмная фигура — то ли мужчина, то ли женщина, — возвышаясь над спящей виконтессой. Тень скользнула дальше; виконтесса распахнула веки — ее глаза вспыхнули, словно тлеющие угольки. Она издала хриплый стон.

— Что ж, это и вправду ты, долгожданная подруга Смерть? — рассмеялась Викетирада-Милиситинале. — Нет… Может, друг? Рано мне уходить…

Грань между сном и явью стерлась. Пальцы, тонкие и сухие, беспомощно потянулись к призрачной тени, но та отпрянула.

— Да и с моими грехами… мне еще рано, — пробормотала она и ощутила, как снова проваливается в сон. Тень вдруг заговорила; голос был знакомым, но она не понимала, кто это мог быть.

— Грехи? — тень качнулась, а потом разразилась утробным смехом. — Твой главный грех — предательство… Двойное предательство. Но вместо того, чтобы тихо доживать последние годы, ты снова пытаешься…

— Я пошла к ведьме именно поэтому! Мне нужна была встреча, мой дорогой друг. Я столько не успела тебе сказать… Лишь смотрела, как тебя отправляют на плаху! — ее голос сорвался на крик. — Это же ты, Ньенен… Неужто и без ведьмы ты смог прийти ко мне?

Тень скинула капюшон — и вампирша охнула, рассмотрев столь знакомые черты лица и сталь в глазах. Та же сталь, перед которой она впала в необъятный ужас и стала доносчицей. Она чудом осталась жива, но какой ценой: кара настигла всех ее соратников, ее верных друзей.

— И стоило ли оно того? — тихо спросил холодный, твердый голос.

— Ты так и не изменился… Все так же молод, Ньенен, — она смотрела на него, будто не замечая, как в нем закипает ярость. — А я… старуха!

— Тебе не стоит произносить его имя… Из твоих предательских уст… — незнакомец, похожий на ее друга, приблизился и грубо разжал ее челюсть. Она охнула. В ее голове билась лишь одна мысль: «Нет… Это не Ньенен».

— Тебе стоило умереть вслед за ним… Ты не достойна увидеть то, что хотел создать он!

Виконтесса, содрогаясь от страха, пыталась сомкнуть челюсти; незнакомец был невероятно силен. Он насильно засыпал ей в рот порошок, и Викетирада-Милиситинале послушно проглотила его, зная, что это яд. Лучше так, чем то, что мог сделать с ней этот неприятель. Запах порошка был странно знаком — похож на то, что давала ей ведьма.

— Наше королевство не будет принадлежать предателям — ни тебе, ни твоему отцу, мой дорогой мальчик. — Внезапно к ней пришло осознание, кто перед ней. — Мне жаль, что все так обернулось. Но брось это дело, умоляю. Не надо повторять судьбу своего отца… — ее голос слабел, и она провалилась в мучительный сон, все глубже уходя в небытие.

— Я давно хотела проверить, что будет, если травить кого-то ядом не постепенно, а так… — Нолиана холодно улыбнулась, глядя на старуху через свой кулон в виде каменного кольца. — Порча распространяется так быстро… Ей не выжить.

— Вот и замечательно. — Мужчина накинул капюшон. — Ты должна отравить нескольких эльфов; они прибудут в столицу и пойдут к тебе. Сделай это быстро, — скомандовал холодный голос.

— Как скажешь, младший глава, — усмехнулась ведьма, прищурив глаза. Мужчина выпрыгнул в окно и растворился в темноте, ведьма тоже покинула комнату умирающей виконтессы.

***

Как только настало утро, город взорвался новостью: виконтесса умерла. Одна из последних чистокровных вампиров погибла при загадочных обстоятельствах. Кроме того, кто-то пустил слух, что к этому причастна королевская семья: устраняет неугодных. Все знали, что виконтесса Викетирада-Милиситинале была одной из тех, кто предал корону. Но тогда ее помиловали.

Дахлия же, услышав эту новость, ощутила холодок — нехорошее предчувствие. Но сейчас она была на работе.

Мариан хмуро собирался в путь — в поместье к виконтессе. В его кабинете сидели Дахлия и с недавних пор появившаяся в агентстве девушка-химера. Она была одной из наемниц, но Мариан смог переманить ее к себе. Как именно — Дахлия не знала.

— Дядя Мариан… Могу ли я пойти с тобой?

— Нет, тебе не стоит смотреть на мертвых… — Мариан окинул эльфийку хмурым взглядом.

— Но я могу помочь! — не унималась Дахлия. — Вдруг это связано с той таинственной болезнью и Нолианой! Ви ведь сейчас с ней… А ближе к этому делу, после Ви, только я!

Мариан медленно окинул взглядом Дахлию, словно взвешивая ее слова. Он поджал губы, а затем покачал головой. Он собирался взять с собой наемницу — ее навыки могли пригодиться. К тому же, он хотел продемонстрировать ей свое доверие. В разумной мере.

— Со мной пойдет Аса́да, — отрезал он, отворачиваясь от девушек.

— Глава, — химера подала свой голос. Ее тембр звучал мягко, почти по-девичьи. — Она права. Без леди Дахлии мы можем что-то упустить.

Когда-то Асада опасалась орка, но потом, узнав его ближе и получив возможность помогать ему в агентстве, она прониклась к нему уважением. Этот мир был иным — совсем не тем, где она жила ранее. Отличались и цели. И многочисленные разговоры убедили Асаду пересмотреть свои взгляды.

— И ты туда же? — Мариан снова нахмурился. — Она не такая, как мы…

— Почему же? — Асада чуть склонила голову. — Руки, ноги, голова — все на месте. Она умная, смелая. Так чем она отличается от нас? Глава, нельзя в нашем деле давать слабину! Или вы хотите упустить виновных?

Асада знала, за какие струнки потянуть, чтобы убедить Мариана. И ей нравилось, что он прислушивается к ней. Раньше такого не было: к ней относились, как к расходнику, пока она не докажет обратное. Но не здесь.

— Дядя Мариан, пожалуйста, — почти плачуще протянула Дахлия. — Пока следы свежие, мы сможем выйти на убийц!

— Нам пригодился бы Ви с его способностью перемотки времени, — в кабинет заглянул Каллисто, назначенный за старшего в отсутствие Мариана. Из-за поднятого шума вокруг агентства крутилось много пройдох, стремящихся узнать подробности от детективов. Как просочилась в массы информация — неизвестно.

— Он бы не помог… Мы уже пытались с телом Карамиза, но на нем стояло заклятие стирания воспоминаний, — Мариан покачал головой. — Наши преступники подготовились основательно.

— Заклинание, которое уничтожает след памяти во времени… Это же запретная магия! — Дахлия была в ужасе, осознавая, чего стоят такие приемы. — Может ли быть, что это практик платит не своей жизнью, а чужими?

— Ви предположил то же самое, но не нашел на Нолиане следы этой магии, — вздохнул Мариан. Он посмотрел на Дахлию, а потом кивнул. — Хорошо. Пойдешь с нами… Но если станет плохо или страшно — немедленно покинешь место преступления.

— Конечно, — Дахлия победно улыбнулась Асаде. Она не знала правду о девушке, но та казалась ей неплохой. Дахлии было легко с химерой.

Асада кивнула, разделяя радость от их небольшой победы. Она успела привязаться к эльфийке. Среди наёмников Асаде встречались лишь грубые соратники и куртизанки, ни одна из которых не отличалась мягкостью. Дахлия была другой.

Дахлия шла за Марианом и Асадой. Они держались уверенно, чего не сказать об эльфийке. Поместье виконтессы встретило их оглушительной тишиной. Никаких слуг, никаких красок — мрачная статность и холодная сдержанность царили в обители древней вампирши. Дверь, за которой их ждала жуткая находка, будто сама не желала открываться. Мариан осторожно толкнул её, стараясь не нарушить покой умершей.

Комната встретила их дуновением ветра из распахнутого окна. Сквозняк принес с собой знакомый аромат, от которого по телу прошелся холодок. Тонкий шлейф тянулся к телу на кровати.

Дахлия подошла к вампирше, обогнув Мариана. Та казалась спящей, но все говорило девушке, что перед ней лежит мертвец. Концентрация запаха усилилась. Асада настороженно наблюдала за Дахлией — она была готова тут же вмешаться, если эльфийке станет плохо. Но у Дахлии лишь участился пульс.

— Странный аромат… Не похож на гнилостный запах трупа. Но ведь то, как разлагаются вампиры… никто точно не знает.

Асада подошла ближе к окну, осматривая его.

— Так не пахнет вампирское тело, — констатировал факт Мариан, наблюдая за девушками. Ему было любопытно: как они сработаются? Стойкость Дахлии вызывала восхищение у Мариана.

— А какой он? — спросила Асада, оборачиваясь.

— Если поработаешь мозгами — расскажу, — Мариан хмыкнул, заметив блеск любопытства в глазах химеры.

Дахлия тем временем пыталась вспомнить, где могла слышать этот аромат. И вдруг увидела на губах вампирши следы пыли, рассыпанной и на подушке.

— Не могу утверждать, — задумчиво произнесла она, — но пахнет лавкой ведьмы… Так пахло, когда я была у Миллеты в отсутствие Нолианы. Кажется, тогда она проводила сеанс, на который не пустила ученицу. Возможно, этот порошок и есть яд.

Мариан нахмурился, но не перебивал Дахлию. Ее мысль сразу подхватила Асада.

— Вошли через окно, но здесь было двое… Есть два посторонних запаха, — глава наемников максимально задействовал ее обоняние, тренируя навыки. — Могу точно сказать, что один принадлежит человеку, а второй… Вампирский? Кроме того, есть следы мужской обуви.

— Ведьме несложно преодолеть такое расстояние незаметно, а вот вампиру… — Дахлия подошла к окну. — Может быть, Ви заглянет в прошлое? Деревья и стены должны хранить воспоминания.

Асада согласно кивнула, окинув комнату взглядом. Она пыталась зацепиться хоть за что-то. Она выдохнула, подошла к виконтессе и разжала ее руку. Химера достала небольшой кулон, в котором были запечатленные магией образы.

— Я не особо сильна в магии, но может ли быть, что этот артефакт не поврежден магией? — Мариан задумался, а потом кивнул.

— Даже если поврежден — возможно, получится его восстановить, — подтвердил орк. Он был крайне доволен первой слаженной работой своих подчиненных.

Мариан подошел к вампирше и аккуратно собрал остатки порошка. Не касаясь рукой, он ощутил сильный всплеск запрещённой магии — это нельзя было спутать ни с чем, если довелось испытать на себе влияние запрещенных чар хотя бы раз.

***

Мариан угрюмо читал отчет, пытаясь понять природу найденного ими порошка. Внезапно взгляд зацепился за заключение:

…порошок по структуре напоминает породу салихарон с примесью чешуи дракона. Драконья чешуя осквернена запрещенной магией.

Влияние салихарона: затуманивание разума, возбуждение задней коры головного мозга, визуальные и тактильные галлюцинации, астения. В организме метаболизируется до конечных продуктов в течение 40 минут. Без каменного оберега влияние не определить. На теле образуется рисунок души. При прекращении приема симптомы проходят. Запрещен к использованию. Место добычи — горные залежи Паркираз.

Влияние чешуи дракона: тонизирующее и регенерирующее действие; ингредиент комплексных лечебных зелий. Из организма выводится оболочка, энергия необратимо связывается с потоками магии. Влияние запрещенной магии неизвестно.

Необратимо связывается… темная магия… — Мариан бормотал себе под нос, судорожно сжимая лист. — Ведьма была в Паркиразе, но добыть такие ингредиенты нелегко: одно — под запретом, для другого нужна лицензия и большие деньги. Паркираз… Соркер. Думаю, без них не обошлось. Контрабанда тоже не исключена, — но Мариан не мог понять, зачем все это нужно Нолиане. — Научный интерес? Тогда почему здесь? Проще было бы договориться с наемниками в Паркиразе. Стоимость доставки не была бы высокой. Чего-то не хватает…

В кабинет постучался Ви. Он вошёл задумчивым, дверь за ним протяжно проскрипела.

— Со мной связался Соркер, — его голос был напряжен. — Предложили подкуп — хотят сделать меня шпионом.

Мариан задумался. Хорошая возможность сделать из Ви двойного агента, но данное решение несет за собой большие риски. В особенности для сотрудника.

— Я думаю принять их предложение, — Ви знал, что Мариан не будет им рисковать, но если инициатива будет идти от него самого — тот согласится. — Возможность узнать больше слишком велика, я готов рискнуть.

Мариан внимательно изучал юношу: в нем была стальная уверенность. Потерять столь талантливого парня ему не хотелось, но без подобной лазейки будет крайне сложно узнать нужную им информацию.

— Хорошо, — кивнул Мариан после длительной паузы. — Но тебе стоит проявить осторожность. Если наемники тебя раскроют, спастись будет сложно.

— Я осознаю риски, — кивнул Ви. — Их на меня вывела Нолиана. Я отмотал воспоминания места у окон виконтессы, как ты и просил. Да, там была она. И с ней вампир. К сожалению, внешность не получилось разглядеть. Но из разговоров я понял, что этот вампир стоит над ведьмой, она его называла «младший глава». Артефакт я отнес в мастерскую. Его восстановят в течение нескольких дней.

— Хорошая работа, — проговорил Мариан, зарываясь пальцами в свои волосы. — Но все еще не понятно, зачем Соркеру это все.

— Я постараюсь разузнать.

***

Мариан отправил за артефактом Дахлию. Она вернулась и с любопытством ожидала увидеть, что же на нем хранится. Мариан не раздумывал: активировал устройство — и ахнул. На экране промелькнули лица молодых дворян прошлого, заговорщиков, устроивших переворот. Он помнил всех, и среди них была виконтесса.

Он знал: она была причастна к тайному революционному обществу, но сумела вымолить пощаду у короля, открыв ему глаза на мятежников. Виконтесса хранила память о прошлом и о товарищах. И в последнюю минуту своей жизни она отчаянно сжимала маленькое вместилище этих воспоминаний.

«У меня нехорошее предчувствие», — подумал Мариан. Он редко поддавался тревоге без доказательств, но сейчас аналогии между прошлым и настоящим были слишком явными. Тогда он только открыл свое агентство.

Дахлия же всматривалась в лица запечатленных дворян и невольно заметила вампира со знакомыми чертами. Светлые волосы спадали на плечи, красные глаза — проницательные, но холодные. Отличие было лишь в одном: взгляд. Баль смотрел на нее теплым, любящим взглядом. Он был мягок с ней, а мужчина, которого она видела, был жестоким предателем — отцом Баля. Это была группа мятежников, лишившаяся голов в попытке совершить переворот.

В голове Дахлии промелькнули мысли: «Неужели виконтесса была одной из них? Тогда она должна была узнать в почтальоне сына своего соратника… Она умерла через какое-то время после того, как я поговорила с Балем... Нет. Что я говорю? Конечно же, виновата ведьма! А сколько у нее могло быть врагов? Даже предположить страшно».

— Это ее тяжелые воспоминания, — нарушил Мариан тишину, убирая артефакт в свой стол. Он покосился на Дахлию и заметил тревогу в ее глазах. — Не стоит переживать. Лучше сосредоточься на предстоящем охотничьем турнире. Как старшая дочь Сиренга ты будешь наряжать юных девиц и статных дам.

— Да, дядя, — Дахлия натянуто улыбнулась. — Я с нетерпением буду ждать победы принцессы в нем!

Афилия выразила желание стать первой женщиной-участницей турнира, но новость пока держали в секрете, чтобы не провоцировать волну недовольства. Народ все еще бурно обсуждал смерть виконтессы.

— Пока молчи об этом, — предупредил ее Мариан.

Дахлия, едва освободившись, планировала отправиться к принцессе, но перед этим она хотела встретиться с Балем — он отправил ей послание с местом и временем. Разлука изматывала эльфийку, ей хотелось вновь ощутить объятия любимого и услышать его голос.

Он предложил ей встретиться в районе Ночных Праздников — днем и вечером тут никого не встретить. Дахлия настороженно озиралась в поисках Баля, пока тот неожиданно не появился из-за ее спины. Он молча поцеловал ее в щеку, прикрепив к лацкану ее пиджака брошь.

— Как же я скучал по тебе, моя любовь, — нежные слова заставили сердце Дахлии трепетать. Она встала на носочки и коснулась его губ — лёгкий поцелуй, но Баль не отпустил, прижал крепче.

— Я тоже, — выдохнула она, голос чуть дрожал от волнения.

— Что-то случилось? — Баль нахмурился, заметив тень в её взгляде. Пальцы мягко коснулись её щеки.

— Виконтесса… — она отвела взгляд. — Она умерла. Неожиданно. И… она была связана с восстанием прошлых лет.

— Тем, в котором участвовал мой отец? — Баль с горечью усмехнулся. — Дахи, любовь моя, ты ведь понимаешь, как этот мир устроен? Королевская семья не держит рядом тех, кто хоть раз усомнился в их власти. Такие люди долго не живут. Разве тебе это не кажется подозрительным?

— Не говори так! — Дахлия возмутилась таким предположением. — Если бы король хотел избавиться от всех, кто оступился, он бы давно уже устранил виконтессу! Не очерняй своего короля… Баль, всё ведь в порядке… правда?

— Когда я с тобой — все хорошо, — он поцеловал ее в лоб. — Ты так и не решилась на побег?

— Пока нет…

Баль мрачно усмехнулся. В ней его раздражала и одновременно восхищала эта правильность. Её верность долгу, её чистота — и невозможность всё бросить ради него. Сделай она это, и он бы изменил для нее весь мир. Он бы сделал ее своей королевой.

— Все это — грязные слухи, — сказала она, пытаясь вернуть лёгкость. — Кто-то желает зла королевской семье… Не поддавайся и ты им, — Дахлия поджала губы.

Он смотрел на нее, молча борясь с мыслями. Но ее сияющие зеленые глаза, полные надежды, вынуждали согласиться.

— Как скажешь, моя любовь, — он отстранился от нее. — Не снимай брошь. Она будет тебя оберегать.

— Амулет? — Дахлия обратила на украшение внимание. Оно было дорогим. Особенно для почтальона. — Баль, не стоило. Ты всю свою зарплату потратил?

— Не думай об этом.

Во дворец Дахлия прибыла чуть позже назначенного времени. К её облегчению, принцесса была занята — тренировалась на улице со своим подчинённым. Стройная, быстрая, сосредоточенная — Афилия двигалась, будто танцевала. От неё исходила уверенность.

Дахлия не могла отвести взгляда: ей самой никогда не достичь такой лёгкости.

— О, Дахи! — Афилия заметила эльфийку и отпустила своего партнера по бою. Она откинула клинок в сторону и поспешила к Дахлии. — Какие-то проблемы были?

— Нет, прошу прощения за опоздание, — Дахлия немного покраснела, вспоминая жаркие поцелуи, из-за которых потеряла счёт времени. — Что ты хотела со мной обсудить?

— Охотничий турнир, — улыбнулась Афилия, приглашая ее пройтись по роскошному цветущему саду. — Я хочу, чтобы ты отказалась от стандартного платья и примерила наряд, который я приготовила для тебя.

Дахлия не ожидала такого, но понимала, что это очередное нестандартное решение вызовет новую волну негодования.

— И как же я должна одеться?

— Охотничий турнир никогда не был развлечением для женщин, и этикет предписывает неудобные для дам наряды, — проговорила Афилия, задумчиво склонив голову. — Мы — красивые трофеи, к чьим ногам бросают другие трофеи. Не грустно ли? Единственное развлечение — пить чай и обсуждать будничные темы, пока мужчины отдаются первородным инстинктам. Мне это наскучило. Я хочу, чтобы женщины тоже охотились — пусть и на созданных магией животных, не имеющих истинной плоти и души.

Дахлия, затаив дыхание, восторженно слушала Афилию, представляя ту картину, которую описывала принцесса. Ей всегда было интересно посмотреть на турнир вблизи, однако обычно зрителей держали на расстоянии — в целях безопасности.

— Звучит… замечательно! — Дахлия светилась от предвкушения. — Но что за наряд?

— Ты наденешь, как и я, брюки, — сказала Афилия твердым тоном. — Но не переживай, твое одеяние не будет вызывающим — оно будет элегантным и изящным. Мне бы очень хотелось, чтобы аристократки посмотрели на нас и осмелились последовать нашему примеру. Я выйду на охоту с мужчинами, а ты — покажешь женщинам, что они могут быть частью этого.

— Афилия, я ведь… Я же никогда не держала оружие в руках! И охотиться я не умею! Как и любая другая аристократка! — Дахлия всплеснула руками. — Я буду посмешищем…

— Я это понимаю, дорогая Дахлия, — рассмеялась принцесса. — Навыки не нужны — это не бой, а представление. Улыбка и смелость важнее точного удара.

Дахлия тяжело выдохнула и покорно кивнула. В глубине души она уже знала — очередной скандал им обеспечен.

***

— Значит, принцесса собирается участвовать, — задумчиво протянул Баль, глядя в хрустальный шар, который транслировал окружение Дахлии. — И она хочет утянуть за собой Дахи… Ха.

Вампир сидел в зале, заставленном книжными полками. В центре — стол и диваны под мягким светом ламп. Сейчас он был один, но ненадолго: скоро здесь соберутся остальные, и воздух станет тяжелее.

***

Мариан готовился к турниру, тщательно полируя оружие. Он не мог пропустить данное событие. Но мысли упорно возвращались к ведьме — ускользающей, как дым. Поймать её сейчас невозможно, а если и удастся — истины всё равно не добиться.

Он сидел в своем любимом кресле напротив камина. В очаге потрескивало дерево, перемешанное с фиолетовой травой — из-за неё пламя горело с магическим отливом, словно живое.

«Не хватает еще одного звена… Для появления наемников и переезда ведьмы должна быть причина, — размышлял он, мрачно наблюдая за своим отражением на клинке. — Вся надежда на Ви… К сожалению, без этого риска никак. Еще и Лан требует отчетов — он тоже видит, что дело совсем плохо».

Король требовал результата как можно скорее: в один момент взорвалась бомба сплетен и слухов, долгое время копившихся вокруг королевского рода. И теперь все — от последнего нищего до знатнейшего дворянина — сомневались в правоте и честности своих правителей по отношению к собственным подданным.

***

Несмотря на то, что Ви лишь недавно принял предложение вступить в ряды шпионов, его пригласили на встречу с верхами. Он думал, что будет говорить с главой наемников. Но место, в которое его привели, оказалось двойным пространством.

Это была древняя магия, которая позволяла создать коридор между объектами. Ви сдержанно осматривался: каменные стены, украшенные гобеленами и деревянными элементами, и книжные ряды с литературой разнообразного содержания и времени напоминали ему запечатленное воспоминание виконтессы. Нет. Не просто напоминали. Это и было то самое место — зал, где когда-то собирались мятежники.

Наемник, который его привел, молча указал на диван. Ви сел, чувствуя, как тень недоверия висит над каждым его движением, и стал ожидать встречи с тем, кто его позвал.

«Если я правильно помню, мятежники не раскрыли свой штаб… А виконтесса не сообщала о древней магии. Но это бы не поменяло ничего. Без артефакта сюда не попасть». Он знал: артефакты к подобным тайным комнатам намеренно изготавливали в ограниченном количестве. При попытке скопировать своеобразный ключ артефакт выходил из строя без возможности восстановления. Нехорошее предчувствие постепенно сковывало юного мага.

Он не знал, сколько еще ему придется ждать. Время шло медленно, неторопливо. Ви не решался прикасаться к вещам и книгам, так как излишнее любопытство на данный момент могло навредить. Его молчаливый спутник стоял в стороне тенью. Ви каждой клеткой тела чувствовал, что ему не доверяют и готовы в любой момент перерезать горло.

Когда тишина уже стала гулкой, дверь распахнулась, и в комнату вошли несколько существ. Они были в масках, но не в тех, что носят наемники — эти маски были белыми и безликими. Тонкая работа искусного мастера поражала. С первого взгляда было сложно определить, что это магический предмет.

— Рады приветствовать тебя, Ви Шего, — сказал крупный мужчина искаженным голосом, похожим на скрежет старых петель. — Нолиана отзывалась о тебе положительно. И я вижу, что юноша ты необычайно талантливый.

— Благодарю за столь высокую оценку, — несмотря на неприятный голос, Ви почувствовал, как его тело расслабляется против его воли. — Но… зачем я здесь? Вы не наемники…

— Ты прав, мы не наемники, — вмешался другой, более молодой, звонкий голос, тоже искаженный. — Мы те, кто стоит над наемниками и всем подпольем Самираля.

«Мятежники, — пронеслось в голове Ви. — Вот чего и не хватало. Теперь надо сыграть свою роль правдоподобно». Ви изобразил легкое, сдержанное удивление на своем лице.

— И детективное агентство вам мешает? — пробормотал Ви, пытаясь уловить хоть что-то, что могло бы помочь распознать незнакомцев.

— Не только оно, — кивнул старший, — но да, оно стоит на нашем пути. И мы хотели заручиться твоей помощью. Для достижения благой цели нам не хватает талантливых ребят вроде тебя. Ты согласился сотрудничать через наемников, но фактически контракт ты заключил не с ними, а с нами.

Ви помнил тот самый контракт, который он подписал своей рукой, закрепив сделку на крови. За предательство ему придется дорого заплатить, но Ви не собирался ни о чем жалеть. Он поджал губы.

— Твои намерения серьезны, и это похвально, — продолжил младший. — И нам сейчас нужна от тебя услуга. Узнай, что именно выяснил Мариан. И передай нам сведения. Мы научим, как это сделать безопасно.

Ви медленно кивнул. Как он и думал, все сходилось: сеть мятежников была глубже, чем кто-либо мог предположить. Если их сейчас не зацепить — след потеряется навсегда. Теперь Ви окончательно убедился, что он не напрасно подвергает себя опасности.

Вечером Ви вернулся домой. Он жил один — ему не хотелось видеть слуг в своем доме, пока его верным другом оставалась магия. Он вырвал это одиночество у родителей, отстоял как свободу — и теперь оно стало его крепостью.

Его арендованный дом был небольшим, двухэтажным, в центре города. Скромный, но полный жизни: повсюду — книги, артефакты, расчерченные магическими линиями карты. На полках — флаконы с пылью древних ритуалов и засушенные травы. И при этом — безупречная чистота. Всё, как он любил: упорядоченный хаос.

Ви прошел в ванную и посмотрел на свое утомленное отражение. Он горько усмехнулся. Проклятие, которое он впустил в свое тело при подписании контракта, начало действовать. Он знал, что так и будет: невозможно нарушить кровный контракт без последствий. Оттянул ворот — под кожей вздулась вена, черно-фиолетовая, будто в неё залили яд.

— Уже? — прошептал он, касаясь её пальцами. Ему надо скрыть проклятие. Он подверг себя опасности, что не одобрит Мариан. Если мятежники это увидят — он обречён. Если бы он подписал этот контракт, не будучи гением темной магии среди своих современников, он бы моментально умер. Но у него получилось сдержать проклятие, однако насколько хватит его сил и знаний — он не знал. «Я разрушу союз между наемниками и мятежниками, — он вновь коснулся вены, невнятно прошептав заклятие. — Чего бы мне это ни стоило».

Ви поправил на себе одежду и коснулся своего отражения — поверхность дрогнула, отразив кабинет Мариана. Он читал очередной отчет, методично постукивая пальцами по деревянному подлокотнику кресла.

— Проходи, — Мариан даже не посмотрел на него. — Долго ты не выходил на связь.

Ви шагнул вперёд — и стекло растаяло, пропуская его внутрь. Зеркальный портал сомкнулся за спиной, оставив за ним тишину. Он подошел чуть ближе к начальнику.

— Я узнал, что наемники и Нолиана работают на мятежников, — произнес Ви, стараясь звучать спокойно. — Я уверен, именно они стоят за всем. И за очернением королевской семьи. — Он стиснул зубы, когда по телу прокатилась волна жара. Проклятие словно реагировало на каждое его слово. — Они требуют от меня передать ту информацию, которую ты узнал.

Мариан оторвался от отчета. Вот оно — недостающее звено. Третья сторона. Но он не думал, что после последней попытки переворота сформируется новое общество. Возможно ли, что казнили не всех? Кто-то остался и все эти годы вынашивал план?

— Я подготовлю информацию, — спокойно кивнул Мариан. — Что-то еще?

— Нет, — твердо ответил Ви. И покинул кабинет.