Разорванная реальность

В руке всё еще был зажат телефон. Его корпус казался неестественно горячим, почти обжигающим ладонь.

Слышался голос… мамин? Или папин? Кто-то звал меня обедать, обедать, обедать… Эхо множилось, превращаясь в механический репит. Я стоял в своей комнате, но стены шли мелкой рябью, как на старом телевизоре.

Почему всё… дрожит?

Мозг заклинило. Я помню лес. Тот первобытный, парализующий страх. Тёмную фигуру — провал в пространстве. И теперь — снова моя комната. Но тело не обманешь. Нутро сжималось, пальцы выбивали дробь по экрану смартфона, а по позвоночнику катился арктический холод.

Я подошёл к двери. Рука сама, будто чужая, потянулась к ручке.

Шыыыывввккк—

Звук разрезаемой бумаги. Я открыл дверь и застыл.

За порогом не было коридора. Только белое пространство.

Ни стен, ни пола, ни потолка. Абсолютная, стерильная пустота, словно реальность стерли ластиком, забыв нарисовать новую. Мозг выл от невозможного зрелища.

— ЧТО, МАТЬ ТВОЮ, ПРОИСХОДИТ?! — мой крик захлебнулся в тишине.

Я резко обернулся — комнаты больше не было. Я стоял один посреди бесконечного «нигде».

Прошло пять часов или пять минут — время здесь свернулось в узел. Ни одного человека. Ни единого звука, кроме моего собственного бешеного пульса. И тут на запястье я почувствовал что-то скользкое.

Оно шевелилось. Тонкие нити, похожие на волосы, но живые. Они выделяли едкую слизь.

— что это?! — я отпрянул, сдирая с себя эти невидимые путы.

Удар. Вспышка.

Реальность снова перевернулась. Лес.

Я снова сидел в тех самых колючих кустах. Ноги дрожали так, что я не мог подняться. Сейчас был вечер солнце-лампа склонилось к горизонту, и спектр начал ломаться. Мир окрасился в ядовито-оранжевые и тревожные красные тона. Тени удлинились, становясь острыми, как пики , лучи превращал лес в декорацию: у предметов не было мягких теней, только резкие, угольно-черные провалы. Свет не грел. Он выжигал сетчатку, делая каждую веточку пугающе, неестественно четкой.. Время здесь тянулось вязко, словно я шел сквозь толщу мазута.

Я побрёл назад, туда, откуда начался этот кошмар.

Спустя сорок пять минут блуждания по серому лесу я наткнулся на яму. Огромная воронка, края которой были идеально ровными, будто выжженными лазером. Почва черная, спекшаяся. А рядом, у самого края, дрожала лужа.

Это была не кровь. Розовая слизь. Густая, люминесцентная, как раздавленная ядовитая малина. Я склонился ниже, и в нос ударил запах смесь хлорки, гнилого мяса и дешевого парфюма.

Меня тут же вывернуло. Желудок спазмировало от ужаса и вони.

Крк.

Куст. Совсем близко.

Сердце забилось о ребра так сильно, что стало больно дышать. Я онемел. Паника накрыла с головой, выжигая остатки логики. Почему я здесь? За что?

Я нащупал на земле камень. Влажный, скользкий от той же розовой дряни.

И тогда он вышел.

Человек. Вернее, то, что от него осталось. Невысокий, иссохший, словно из него выпили всю жизнь. Кожа цвета мокрого мела, а по шее и щекам расползались угольно-черные пятна, похожие на некроз. Одежда висела лохмотьями, пропитанная малиновой жижей.

Я затаил дыхание, вжавшись в ствол дерева. Он обернулся. Его глаза… в них не было зрачков. Только мутная белесая пелена. Он смотрел прямо на меня, не моргая.

Вдруг воздух над его головой затрещал. Белый свет. Это не было вспышкой. Это были линии. Тонкие, идеально прямые лазерные лучи сошлись в одну точку на груди бледного существа. Они прочертили в пространстве ромбовидную фигуру.

Взрыв.

Земля содрогнулась. Ударная волна швырнула меня к дереву. В ушах поселился невыносимый, сверлящий звон. Мир потерял звук. Я видел, как тело существа разлетается на куски, но не слышал хлопка.

И в этот момент я увидел новые лучи.

Они скользнули по коре дерева прямо над моей головой и замерли, целясь мне в лицо. Мое тело превратилось в тряпичную куклу. Я не мог даже закрыться руками.

Взрыв.

Но боли не последовало. Передо мной возник квадратный изумрудный щит. Он мерцал, как глитч на мониторе.

— Ты идиот?! — прошипел над ухом резкий женский голос. — Он не заражён!

Я с трудом сфокусировал взгляд. Рядом стоял парень с темно-синими волосами и грубым голосом.

— Но эта слизь на нем... — пробасил он, недоверчиво хмурясь.

— Это следы, а не инфекция! — девушка в странной, укрепленной пластинами форме резко повернулась ко мне. Её глаза расширились. — Ты... ты из империи?!

— Чего... — выдохнул я, чувствуя, как сознание окончательно покидает меня. Горло сдавило, буквы в её словах начали рассыпаться на помехи.

— Чёрт, он отключается! Лови его!

Мир окончательно схлопнулся в изумрудную точку и погас.