Шоколад от семьи

В школе у Сомы и Тики почти не было возможностей нормально поговорить.

Конечно, они могли поздороваться, но вот развернуть полноценный разговор — уже задача не из лёгких.

— Тика, может, я одолжу тебе учебник и конспекты по химии?

— А, э-э… не надо, правда. У меня свои есть, спасибо. Не беспокойся обо мне так сильно, Мики-чан.

— Я не беспокоюсь. Просто хочу помочь, Тика.

Причина была проста — вокруг Тики всегда крутилась стайка девчонок во главе с Мики. Подойти и поговорить с ней, не вызвав подозрений, было практически невозможно.

Впрочем, особой нужды в разговорах лицом к лицу в школе и не было.

Недавно они обменялись контактами, так что теперь спокойно общались через смартфоны.

Поэтому когда весь класс начал перемещаться в кабинет химии на следующий урок, то, что Тика вдруг окликнула его, оказалось довольно неожиданным.

— Сома-сан, можно тебя на минутку?

— А? Разве ты не ушла с Мики и остальными в кабинет химии?

Он как раз копался в заваленном шкафчике, доставая учебник по химии, думая, что остался последним.

— Я вернулась, потому что кое-что забыла.

«Конечно же, это была ложь», — добавила она и игриво показала язычок.

— Хочу поговорить с тобой лично, Сома-сан.

— Лично?

— Ну… э-э…

Она замялась, запнулась, но быстро подняла лицо и посмотрела прямо на него — нервно, но решительно.

— Ты… свободен в это воскресенье?

— В воскресенье? Конкретных планов нет…

Если позовут друзья — может, куда-нибудь сходить. А если нет — будет учиться или практиковаться в выпечке.

— Если тебе не сложно… не хотел бы прийти ко мне домой? Хочу тебя угостить, Сома-сан.

— Угостить?

Он задумался, а Тика тихо кивнула и продолжила:

— Когда я прихожу в гости к Мики-чан или к другим подругам, меня так шикарно угощают… даже слишком. А вот я сама никого никогда не угощала по-настоящему. То есть подруги у меня дома бывали, но всё всегда готовили мама с папой — идеально, безупречно.

— Бывший кондитер в доме — это, конечно, уровень.

Соме не составляло труда представить, что Тике там просто не оставалось места для собственных кулинарных экспериментов.

— Но я же не могу вечно только принимать угощения. Хочу научиться принимать гостей так, чтобы всё было на мне одной. Чтобы люди уходили довольные, и всё это — моими силами. Поэтому… не мог бы ты стать моим «подопытным» для тренировки?

Она невольно сжала кулачки — такой решительный жест.

— То есть я — первая жертва твоей практики гостеприимства?

— Пожалуйста… можно?

Когда Сома наконец понял, в чём дело, Тика робко посмотрела на него снизу вверх.

— Ладно, думаю, можно.

Он легонько постучал себя свёрнутым учебником по плечу и задумался.

— У меня совсем нет опыта, так что, скорее всего, ничего достойного не получится…

— Не парься насчёт того, чтобы меня впечатлить. Просто делай, как умеешь и как чувствуешь — и всё.

Колебался он не из-за этого.

Как парень, нормально ли вообще так просто идти в гости к девушке вроде Тики? Вот что его смущало.

В старшей школе прийти в дом к девочке — это уже требует немалого мужества. Даже в начальной школе он, честно говоря, никогда такого не делал.

И даже если они оба будут не против, её родители, которые души не чают в дочери, вряд ли обрадуются.

— Погоди. Слушай… а родители в воскресенье дома будут?

— Нет, их не будет.

— А в субботу?

— Скорее всего, будут… А что-то не так?

Тика наклонила голову, явно не понимая, к чему он клонит.

— Тогда давай в субботу.

— А? В субботу?

Глаза Тики удивлённо расширились от такого неожиданного предложения.

— Я иду в дом, где живут профессиональные кондитеры. Хочу познакомиться и обо всём расспросить.

Возможность напрямую поговорить с людьми, которые занимаются твоей мечтой? Для школьника, который уже решил, кем хочет стать, — это бесценно.

— …Мууу…

— Позаботься, чтобы я смог поговорить с твоими родителями. Если это будет улажено — приду в любое время, и практикуйся на мне сколько хочешь. Договорились?

— Ну… ладно, наверное.

— Правда? Урааа! Договорились!

Сома, сияя от предвкушения встречи с кондитерами, даже не заметил, что Тика слегка надулась.

— Эй, Тика. Всё ещё не нашла, что потеряла? Скоро звонок!

Пока Сома принимал победную позу, из коридора появилась Мики — та самая, которая вроде бы уже ушла в кабинет химии.

— А… Итиносэ тоже здесь… Что происходит?

Она даже не пыталась скрыть подозрения, увидев их вдвоём в пустом классе. Тут же притянула Тики к себе, отодвигая подальше от Сомы.

— Итиносэ, ты же не пытался сделать что-то странное, потому что Тика такая милашка? Тика, даже если этот тип скажет «подними юбку и покажи в обмен на конфетку», ты ведь откажешь, правда?

— Ты совсем извращенец, да? С чего ты взял, что я такое сделаю.

Хотя они просто разговаривали в классе, это уже звучало как серьёзное обвинение.

— Именно так, Мики-чан, — холодно подтвердила Тика.

Голос был непривычно ледяным.

— Такое даже представить невозможно. Похоже, Сома-сан мной вообще не интересуется.

— ……… Тика?..

На него уставился ледяной взгляд.

Обычно она такая воздушная и смешливая, но когда Тика становилась серьёзной — это было немного страшно.

— Мики-чан, пойдём скорее в кабинет химии.

— А… ну да, пойдём…

Подгоняемая Тикой, Мики, всё ещё озадаченная её необычным поведением, увела подругу прочь.

А Сома остался один в классе.

«……?»

Он так и не понял, чем вызвано недовольство Тики, и только растерянно склонил голову набок.

---

**В следующую субботу**

Сома, следуя адресу, который дала Тика, направился к её дому.

«Я никогда здесь не был, даже примерно не представляю…»

Район оказался старым жилым кварталом с запутанными, лабиринтообразными улочками — новичку здесь очень легко заблудиться. Он ехал на велосипеде, периодически останавливался, сверялся с картой в телефоне и снова ехал — и так несколько раз, пока наконец не добрался.

«Так вот где дом Тики…»

Он посмотрел на табличку с фамилией «Сатоми» и глубоко вдохнул.

Обычный, ничем не примечательный двухэтажный домик довольно почтенного возраста. Единственная яркая деталь — оранжевая крыша.

Учитывая, что здесь живут бывшие кондитеры, Сома втайне надеялся увидеть что-то вроде стильного европейского домика или маленькой кондитерской мастерской с садиком пряных трав.

Так что простота его слегка разочаровала.

Приставил велосипед в сторонке, нажал на домофон. Очень скоро из динамика раздался радостный голос Тики.

『Аллооо~』

— Это я. Приехал.

『Так ждааала!』

Она буквально звенела от возбуждения.

Сома тоже был на взводе. Встретиться с профессиональными кондитерами!

С того момента, как Тика позвала его в гости, он только об этом и думал.

Для старшеклассника возможность напрямую поговорить с людьми своей мечты — редчайший шанс.

Вопросов накопилось море. Вчера даже список составлял допоздна.

— Добро пожаловать〜

Дверь распахнулась, и Тика встретила его широкой улыбкой.

На ней не было ни школьной формы, ни тех взрослых нарядов, которые она недавно купила.

Вместо этого — какой-то неожиданно детский наряд, совсем не соответствующий её возрасту.

Скорее всего, это Мики постаралась.

— Извини, что опоздал, немного заблудился.

— Ничего страшного! Это старый район, тут все впервые теряются. Мики-чан в первый раз тоже плутала.

— Без смартфона я бы вообще пропал.

— Правда? Хотела бы я увидеть Сома-сана, который заблудился и чуть не плачет.

— Эй!

Он бросил на неё полугрозный взгляд, а Тика тихо засмеялась.

— Шучу-шучу. Ну что, проходи.

— В последнее время твои шутки звучат не как шутки… Ладно, я дома. Спасибо за приглашение.

Сома шагнул внутрь дома Сатоми.

Сразу ударил знакомый запах чужого дома.

Похоже, они пользуются ароматизатором — в воздухе витал свежий цитрусовый аромат.

— А…

Он вдруг почувствовал, как напряглись мышцы.

Нервничает.

В узкой прихожей стояли пожилые супруги плечом к плечу.

Оба с красивыми седыми волосами, на вид — где-то за пятьдесят, а может, и под шестьдесят.

Сома знал, что это родители Тики, поэтому не принял их за бабушку с дедушкой. Но без этой информации — легко бы ошибся.

Это… кондитер и кондитерша…!

От одной этой мысли спина сама выпрямилась.

— Добрый день. Меня зовут Итиносэ Сома, я одноклассник Тики… то есть Сатоми-сан. Спасибо, что пригласили меня сегодня.

Он поклонился максимально вежливо, насколько умел.

Для обычного старшеклассского парня, не особо сведущего в этикете, получилось, наверное, неплохо.

«…………»

Но супруги молчали.

— Добро пожаловать. Дочь о тебе рассказывала.

Сказали они это, но продолжали просто смотреть.

«…Что не так?»

Сома растерялся от такой реакции.

— Эм… вы отец? А вы — мама?

Тика тоже явно ничего не понимала и переводила взгляд с Сомы на родителей и обратно.

Наконец они пробормотали:

— Мальчик…

— Это мальчик…

Они произнесли это так, словно увидели нечто невероятное.

«…А, понятно.»

До Сомы дошло.

Для них он сейчас не одноклассник дочери и не поклонник их мастерства.

Он — первый мальчик, которого Тика привела домой.

Скорее всего, она просто сказала родителям «придёт друг», не уточнив пол.

«…Это плохо.»

Их обожаемая дочка без предупреждения привела домой парня.

В обычной ситуации его бы точно не встретили с распростёртыми объятиями.

— Эм… Тика-чан…

Первой опомнилась мама.

С растерянным видом она произнесла:

— Значит, друг, которого ты сегодня звала — мальчик… Я так старалась всё подготовить, думала, это Мики-чан придёт.

— Да! Сегодня в гости Сома-сан! Мы в последнее время очень много времени проводим вместе!

Тика радостно кивнула, отчего мама растерялась ещё сильнее.

— Вот как… Вы близкие друзья, значит… А что вы обычно вместе делаете?

— Ходим за милыми аксессуарами, примеряем одежду, едим парфе в кафе!

Да, это чистая правда.

Но некоторые важные детали опущены.

— Вы… настолько близкие друзья…

Мама повторяла это с очень troubled лицом.

А отец, всё это время молчавший, начал источать ауру яростного гнева.

Он смотрел на Сому тёмным, угрожающим взглядом.

Честно говоря — страшно.

«…Плохо дело.»

В такой атмосфере с ними точно не поговорить.

Попробуешь завести беседу — могут и врезать.

Сжимая в кармане список вопросов, который он полночи составлял, Сома молча решил отказаться от своей мечты на сегодня.

— Умоляю, потом объясни родителям всё нормально, — не выдержал он, поднимаясь вслед за Тикой по лестнице.

— Что объяснить?

— Наши отношения. Твои родители всё полностью неправильно поняли.

Когда Тика громко объявила: «Мы идём ко мне в комнату, ни в коем случае не входите!» — взгляд её отца в тот момент был просто ужасающим.

Он уже совсем не походил на кондитера. Скорее на человека с тёмным прошлым.

Сегодня все планы Сомы рухнули.

Он только вздохнул, когда Тика обернулась к нему у двери своей комнаты.

— Неправильно поняли? В каком смысле?

Перед ним стояла уже вполне взрослая Тика.

— В каком смысле «неправильно», говоришь…?

Он замялся, а она наклонилась ещё ближе.

— А в каком смысле мои родители всё неправильно поняли?

Её большие глаза отражали его лицо.

Она смотрела прямо, с искренним недоумением.

Сома почувствовал себя жалким.

Тихо выдохнул и легонько стукнул её по макушке.

— Ай! Больно! Как грубо!

— Тихо. Всё равно объясни им потом всё нормально.

Похоже, почувствовав, что перестаралась с поддразниванием, Тика без обид завела его к себе в комнату.

Комната оказалась такой же обычной, как и весь дом.

Единственное, что бросалось в глаза — аккуратный ряд плюшевых игрушек на специальной полочке.

В остальном — ничего особенного: стол, книжный шкаф, гардероб, кровать.

И ещё маленький раскладной столик, видимо, специально притащенный для чаепития.

Сома представлял себе типичную «девичью» комнату, всю в розовом и милых вещичках, но здесь было совсем иначе.

— Ну, проходи сюда.

Она усадила его на мягкий пуфик. Сама села рядом.

— Хорошо, начинаем!

Сома с некоторой опаской наблюдал, как Тика делает милую «я-стараюсь» позу.

— Сома-сан, какую закуску хочешь?

На столе возвышалась гора снеков: чипсы, шоколадки, солёные палочки, мармеладки, конфеты — всё, что обычно берут в конбини.

— Тогда вон ту шоколадную.

— Сейчас~

Тонкими пальчиками она развернула упаковку и достала шоколадное печенье.

— Открывай ротик, ааа~

— А?

— Давай, открывай.

С лёгким сомнением он приоткрыл рот, и Тика аккуратно положила печенье внутрь.

— Ну как? Вкусно?

— Ага, вкусно.

Хрустящая, лёгкая текстура разошлась во рту.

— Я так и знала! Мне они тоже очень нравятся. Мики-чан их часто ест.

— Да, марка популярная.

Пока они ели, Тика продолжила:

— Сома-сан, ты тоже изучаешь промышленные снеки от больших кондитерских компаний?

— Конечно. Не важно — ручная работа или заводская линия. Вкусно — значит вкусно.

— Ты ко всему, что связано со сладким, серьёзно относишься, да?

— Звучит так, будто я ко всему остальному несерьёзен.

— Тебе показалось.

Она легко отмахнулась и, заметив пустой стакан Сомы, спросила:

— Что дальше? Или лучше сок?

— Сок.

— Сейчас~

Она налила 100% апельсиновый сок и поднесла трубочку к его губам.

— Сто процентный, натуральный.

— Знаю!

Сома пил сок, глядя на улыбающуюся Тики.

— О! Давай я разомну тебе плечи! Никогда ещё не делала массаж плеч!

— У меня нет зажимов, но давай, если хочешь.

— Ураа!

Тика радостно обошла его сзади и начала мять плечи.

— Ну как?

— Честно? Не очень понимаю.

У него действительно не было зажатых плеч, а силы у Тики, как у девушки, было немного — скорее лёгкие поглаживания, чем массаж. Немного щекотно, немного приятно, но расслабления — ноль.

— Вот как… Значит, не так, как у Мики-чан.

Тика слегка сникла.

— Если бы у меня были зажаты плечи — может, и почувствовал бы разницу. Попробуй сделать родителям вечером.

— У мамы с папой есть зажатые плечи?

— У большинства взрослых — да.

Это, конечно, предубеждение, но вряд ли сильно ошибочное.

— Тогда сегодня вечером попробую. А теперь разомну тебе руки. Положи, пожалуйста, руки на стол.

— Хорошо.

Сома вытянул руки, и Тика принялась аккуратно массировать их от запястий до плеч.

…

…

Тика старательно массировала.

Сома молча принимал.

Так продолжалось какое-то время.

— Может, хватит уже?

Сома спокойно нарушил тишину.

— Что значит «хватит»?

Тика ответила серьёзным тоном, продолжая массировать.

— Всё, что происходит с момента, как я вошёл в комнату. Угощения, массаж…

— Это же… моё гостеприимство…

Руки остановились.

— Тебе неприятно?

— Ну… немного…

Видимо, выражение его лица было странным, потому что лицо Тики постепенно затуманилось тревогой.

Судя по реакции — она правда не дразнила.

— Я… что-то делаю не так?

Если честно — всё не так.

— Эм…

«Даже не знаю, с чего начать.»

— Тика, почему ты решила угощать меня именно так?

— Ну… когда я была в гостях у Мики-чан, она со мной точно так же обращалась.

— Значит, виновница — Мики?

Мики, которая обожает баловать Тики, видимо, даже у себя дома устраивала ей какой-то странный VIP-приём. Неудивительно, что у Тики сложилось такое представление о «гостеприимстве».

— Поня-я-я-ятно… Я совсем неправильно поняла…

Сома нахмурился, а Тика совсем поникла.

Прямо как щенок под дождём.

Хотя он и не хотел её обидеть, всё равно почувствовал укол вины.

— Эм… ну…

Подбирая слова, он мягко погладил её по пушистой макушке.

— Я же у тебя — подопытный для практики, правильно? Значит, можно и провалиться.

— Значит, всё-таки провал…

Тика поникла ещё сильнее.

Но Сома продолжил, не обращая внимания на её реакцию.

— Зато можно пробовать снова и снова, пока не получится. Провал — это материал для размышлений, который ведёт к успеху. Оставлять провалы просто провалами — это и есть настоящий waste.

— Waste, говоришь…

— Конечно. Если провал остаётся провалом — зачем тогда были все усилия? Провал существует, чтобы превратиться в успех.

Тика задумчиво смотрела на него.

— Наверное, Сома-сан немного отличается от всех остальных.

— Что, я странный?

Она торопливо замахала руками.

— Нет-нет! Просто… когда я ошибаюсь, мама с папой и Мики-чан обычно говорят «ничего страшного», «всё хорошо». А вот «постарайся в следующий раз добиться успеха» — никто не говорит. Здорово, что ты так можешь.

Под таким почти восхищённым взглядом Сома почувствовал себя неловко.

Почесав щёку, он пробормотал:

— Это не потому, что у меня какие-то высокие идеалы. Больше половины того, что я сказал, — это я сам себе. Например, испёк торт — а он полностью сгорел. Это же огромный waste.

— Действительно огромный waste.

Тика кивнула с детской непосредственностью.

— А если я оставлю этот провал как есть и испеку следующий — и тоже провалюсь? Тогда waste уже в два раза больше.

— …Верно.

Сома собирал деньги на ингредиенты из своего скромного карманного бюджета.

Повторяющиеся провалы били и по кошельку, и по нервам.

Он самоучка — провалы неизбежны.

Но копить их вечно он не хотел. Хотел хоть понемногу двигаться вперёд.

— Поэтому каждый раз, когда проваливаюсь, разбираю — почему именно так вышло, ищу, как не допустить этого снова. Тогда даже полностью сгоревший торт может упокоиться с миром.

Тика засмеялась.

— Торт упокоился с миром — это так в твоём стиле, Сома-сан. Но я поняла. Действительно жалко оставлять провалы просто провалами. Я запомню твои слова и буду стараться.

«Переведу своё унылое настроение в боевой настрой и подумаю, что делать дальше!» — добавила она мысленно.

— А просто любопытно: когда ты ходишь в гости к подругам, что вы обычно делаете?

Сома вспомнил, как бывал в гостях у Сёхэя.

— Ну… играем в маджонг, в игры, смотрим видосы, роемся в комнате в поисках интересного… ну или просто болтаем.

— Роетесь в комнате?!

— Это запрещено! Категорически!

Тика мгновенно вскочила и загородила собой гардероб.

— Спокойно. Я так делать не собираюсь.

Конечно, он и не думал рыться в комнате у девушки.

— Кроме «рыться в комнате» — всё остальное довольно обычно, да?

— Ну дома особо не разгуляешься.

В любом доме есть родители — не особо пошуметь.

— Верно… Но что же нам делать? Маджонга у нас нет, приставки тоже… Есть подписка на стриминговые сервисы, но просто смотреть видео, когда Сома-сан специально приехал… как-то расточительно…

Тика задумчиво ходила по комнате, приложив палец к щеке.

Сома мог бы подсказать, но решил — он сегодня гость на практике, а не советчик. Будет наблюдать.

Она покружила по комнате, посмотрела на потолок, потом снова на Сому — и вдруг хлопнула в ладоши.

— Давай играть в игры на телефонах! Как тебе?

— Нормально.

Предложение безопасное, возражать не стал. Достал смартфон.

— Ты вообще редко играешь?

— Почти не играю. Иногда Мики-чан и остальные зовут в игры, где строишь домики или копаешь руду.

— Понятно.

Это, конечно, весело по-своему, но, откровенно говоря — пустая трата времени.

Сейчас у него не было особого желания в такое играть.

— Может, в простой FPS?

— Я особо в FPS не играл, но ладно.

Они сели напротив друг друга через столик и скачали приложение.

— Кстати, как хочешь: чтобы я тебя полностью разнёс один на один, или лучше командой сыграем?

— Ты уже заранее решила, что я проду?!

— Я довольно много в FPS играю, так что уверена, что новичку не проиграю.

— Тогда давай вместе, командой.

— В этом мире есть такое понятие — «вежливая игра». Проиграть мне — один из способов развлечь гостя, знаешь ли.

— Не хочу! Если буду постоянно проигрывать — заплачу!

Поддразнивая Тики, он быстро прошёл туториал. Выбрали онлайн-мультиплеерный FPS.

— Ну, в общем, когда видишь кого-то, кроме меня — стреляй.

— Так просто?

— Я никогда раньше не играла, так что волнуюсь…

Тика крепко сжимала телефон.

Матч начался.

Сома хоть и новичок в этой конкретной игре, но в целом FPS почти все похожи: бегаешь, подбираешь оружие и патроны, видишь врага — стреляешь.

Но даже при такой простоте для абсолютного новичка вроде Тики это было сложно.

— Сома-сан, Сома-сан! У меня весь экран красный, я ничего не могу делать! Это баг?

Она пододвинулась и показала экран.

— Ты умерла.

— Уже?! Когда меня успели убить?

— В следующем матче будь осторожнее.

— Угу…

Она вздохнула и вернулась на место.

Второй матч.

— Сома-сан, Сома-сан! Я жму на спуск, а пули не вылетают! Я же точно подобрала патроны!

Опять пододвинулась, показывая экран.

— У тебя патроны не подходят к оружию. У этой пушки нужны 9 мм, а ты подобрала 7,62.

— В такой суматохе я не успеваю смотреть, какие патроны!

— Ничего, привыкнешь.

— Ууу… я постараюсь…

Третий матч.

— Сома-сан, Сома-сан! Теперь пули летят, но я вообще ни в кого не попадаю! Что делать?

— Включи aim assist — он помогает целиться.

— О, звучит хорошо! А где это?

— В настройках.

— Где именно?!

— Где-то там…

— Уууу!

В итоге Тика, уже не в силах терпеть, просто подсела к нему вплотную.

— Эй…

Слишком близко.

Очень близко.

Плечи почти соприкасаются.

— Где эта aim-что-то-там?

— А, вот…

Он открыл настройки и включил помощь при прицеливании.

— Теперь я точно лучше играть буду! Поехали в следующий бой!

Она радостно потрясла кулачком… и осталась сидеть рядом.

— Эй, твоё место вон там же?

— Мне ещё много чего спрашивать, а каждый раз бегать туда-сюда — лень.

Ну… логично, конечно.

Но расстояние стало совсем некомфортным.

Возможно, у Тики и не было никаких задних мыслей.

А вот Соме — было очень не по себе.

Плечи соприкасаются.

Волосы щекочут щёку.

Слышно дыхание.

Чувствуется тепло тела.

Любой нормальный старшеклассник-мальчик в такой ситуации занервничал бы.

Если только он не каменный или не имеет очень специфических вкусов.

А Сома не был ни тем, ни другим.

«Спокойно…! Спокойно…!»

Он старался выглядеть невозмутимым и нажимал на кнопку выстрела.

Если Тика заметит, что у него сердце колотится — точно начнёт дразнить.

Этого он хотел избежать любой ценой.

— Ух ты! Теперь попадаю! Может, даже выиграю!

— Ага…

Тика, совершенно не замечая состояния Сомы, радостно вскрикивала.

А он отвечал максимально нейтрально, стараясь не выдать волнения.

— Сома-сан, ты и без aim assist неплохо играешь.

— Я просто много в похожие игры играл.

Всё нормально.

Он спокоен.

Выглядит нормально.

Ещё несколько матчей — и можно будет плавно свернуть игру.

Тогда всё будет в порядке.

«Спокойно… держи себя в руках… голова холодная…» — повторял он про себя как мантру и продолжал палить по врагам на экране.

— Ух ты, круто! Врагов почти не осталось! Ещё одного — и победа!

Тика радостно закричала. В этот самый момент на экране появился последний противник.

— Вот и конец.

Сома прицелился и уверенно ткнул в кнопку выстрела.

Должно было закончиться именно так.

— А?!

Сколько ни стучи по экрану — ни одной пули.

В панике он начал тыкать во все кнопки подряд, но ствол молчал.

— Патроны кончились?

Он глянул в правый нижний угол: там мигал ноль.

— Чёрт!

Враг ждать не станет.

Персонаж Сомы получил очередь и рухнул.

— Ай, извини. Ошибся.

Он попытался сделать вид, будто ничего не произошло, и перейти к следующему матчу.

Но Тика продолжала смотреть на него с подозрением и даже не нажимала «готов».

— Ти… Тика?

— Почему ты допустил такую элементарную ошибку?

Под её испытующим взглядом Сома занервничал.

— Просто совпадение! Я же не хардкорный геймер, с кем не бывает.

— Правда? А мне показалось, что это было совсем не случайно.

— Я впервые в эту игру играю, между прочим!

— Но ты же хвастался, что в кучу FPS наиграл?

— Я не хвастался…

Пока он оправдывался, Тика уже перестала смотреть в свой телефон. Она наклонялась то с одной стороны, то с другой, разглядывая его лицо.

В комнате работал кондиционер, а по спине Сомы всё равно стекал холодный пот.

— Сома-сан, у тебя лицо красное.

— Тебе показалось.

— Уши тоже красные.

— Ошибка.

Тика вдруг схватила его за запястье.

— Пульс бешеный.

— У меня тахикардия.

Она ловко задрала ему край футболки.

— А спина-то вся мокрая?

— Эй, не приставай ко мне так нагло!

Сома отбросил телефон и попытался одёрнуть майку, но было уже поздно.

— Потому что мы так близко сидим, да? Ты нервничаешь, Сома-сан?

Тика точно попала в цель и довольно улыбнулась, явно собой довольная.

— Слушай, я давно хотел сказать: у тебя иногда с личным пространством полная беда.

Он попытался переложить вину на неё, но Тика вдруг серьёзно поклонилась.

— Ты прав. Прости. Я всегда так прижимаюсь к Мики-чан, вот и к тебе привыкла. Это нехорошо, да? Больше не буду.

— Э… ну да?

Сома растерялся от такой неожиданно разумной реакции.

Что, даже она может быть тактичной?

Но эта мысль прожила недолго.

— Ладно, оставим это. Сома-сан, ты сейчас такой милый.

— …А?

— Получай!

С совершенно детской непосредственностью, как будто опрокидывает домино, Тика толкнула его в грудь.

Сома, совершенно не готовый к такому, рухнул на спину.

Перед глазами — потолок, а сразу над ним — лицо Тики.

— Я обычно такого не делаю. Впервые так смело.

— Да ладно? А я тут, между прочим, объект для издевательств.

Он смотрел на неё холодным взглядом, но внутри всё кипело.

Ситуация была настолько абсурдной, что он даже смог сохранять спокойствие и внимательно наблюдать.

С виду она просто дразнила его, но в глазах мелькало лёгкое смущение — будто она сама удивлена тому, что натворила.

— Странно, правда? Иногда мне так хочется тебя подразнить, Сома-сан. Интересно, почему?

— Откуда мне знать? Может, Сайто и остальные тебя достали, а ты бессознательно копишь стресс. Говорят, даже у домашних животных стресс бывает, если хозяева слишком сильно их опекают.

Это была просто первая пришедшая в голову теория, но если она верна, значит, его используют как антистрессовую игрушку.

«Хотел бы я, чтобы она это прекратила».

Он согласился присматривать за Тикой, но быть громоотводом для её эмоций в договорённость не входило.

Тика слегка покачала головой.

— Сейчас мне одновременно и весело, и волнительно, и как-то… пушисто внутри. Я сама себе удивляюсь. В груди что-то сжимается, но это не неприятно. Это и есть снятие стресса?

— Я даже не знаю, о чём ты говоришь.

«Возбуждение, волнение и пушистость, да?»

Сома никогда не испытывал всего этого одновременно.

Самое близкое — ощущение, когда торт получается идеальным.

А вот сжатие в груди… такого он точно не знал.

— Что думаешь, Сома-сан?

Она моргнула, глядя ему в лицо.

— Можно не засыпать меня такими философскими вопросами?

Он действительно не понимал, что с ней происходит.

— Это загадка. Для меня ты —

Слова, видимо, не складывались у неё в голове. Она замолчала.

Вместо этого медленно провела пальцами по его рукам, груди, животу.

— Ладно, можешь уже отодвинуться…

— Тебе не нравится, когда с тобой так обращаются, Сома-сан?

Она продолжала касаться его, задавая вопрос.

«……»

Сома не смог ответить.

Да, вот в чём вся сложность.

Если делить на два типа — Сома точно не «М», а скорее «С».

Ему совсем не нравится, когда девушки его дразнят или издеваются. Быть вот так игриво поваленным — это вообще недопустимо.

Он хочет, чтобы она немедленно прекратила.

Но… с другой стороны, ему совсем не противно видеть Тики такой — совершенно не похожей на обычную себя.

Обычная Тика — невинная, чистая, детская, невероятно милая.

Такая, что хочется баловать, как маленького зверька, и иногда Сома сам ловит себя на желании погладить её по пушистой макушке.

А когда в Тике щёлкает переключатель, вся эта детскость исчезает, и появляется завораживающая, взрослая, притягательная красота.

Это уже не «мило». Это — «соблазнительно».

Её глаза, обычно блестящие, как яркие стеклянные шарики, которыми дети дорожат, теперь сияли глубоким, гипнотическим блеском драгоценных камней.

Сердце Сомы билось сильно, полностью захваченное её очарованием.

Было невозможно отвести взгляд. Даже губы, обычно растянутые в беззаботной детской улыбке, сейчас казались влажными и соблазнительными, хотя на них не было ни блеска, ни помады.

Он хотел прикоснуться.

Поэтому сказать, что ему не хочется видеть, как Тика его дразнит, было бы ложью.

Если честно отвечать на её вопрос — то и «да», и «нет» одновременно.

— Я не хочу, чтобы меня дразнили и играли мной… но я готов смотреть на неё вечно.

— Я хочу, чтобы эта девушка была только моей, и никто больше не видел эту её сторону.

Полная противоречий и абсурдная мысль.

Но это были настоящие чувства Сомы.

— …Я побуду с тобой, пока ты не наиграешься, Тика. Но потом и ты будешь пробовать мои сладости, пока я не наемся.

— Да, именно так. Мы же друзья, которые помогают друг другу.

Тика чуть улыбнулась и протянула руку.

— Давай и дальше работать вместе.

— …Ага.

Они пожали руки, и она мягко помогла ему сесть.

— Сома-сан, что дальше? Ты специально приехал, а я больше ничего не могу придумать. Может, видео посмотрим?

Сома на секунду задумался, пока она отодвигалась от него.

— Тогда давай сделаем что-нибудь классическое, что я обычно делаю у друзей.

— Есть такое? Расскажи!

— Ничего особенного… Хотя… а, вот!

Он подошёл к книжной полке и быстро вытащил тёмно-зелёный альбом в солидном футляре.

— Это выпускной альбом?

— Когда приходишь в гости, смотреть выпускной альбом друзей — классика, разве нет?

— Понятно.

Видимо, Тика никогда раньше не видела выпускных альбомов в гостях.

Что ж, если её всегда только изысканно угощали, то и шанса такого не было.

— Обычно ищут старых друзей, вспоминают всякое…

— Ясно. Тогда найди и меня, Сома-сан! Вот страница — первый год средней школы. Угадай, где я?

— Вот эта?

Он сразу ткнул в девочку, которая улыбалась, сидя на пикниковом покрывале и жуя бенто. Тика аж подпрыгнула от удивления.

— Как ты так быстро нашёл?! Ты что, профессиональный искатель людей?

— Эта профессия только для Сайто. А ты просто почти не изменилась. Поэтому и угадал сразу.

Он улыбнулся… и вдруг замер.

— Это правда три года назад? Обычно за это время хоть немного меняешься.

Он внимательно смотрел на Тики в альбоме.

Ранний подростковый возраст — пик роста.

Обычно черты лица становятся взрослее.

Но у Тики изменений почти не было.

Сома вздохнул с разочарованием.

— Подожди! В прошлом году я ещё в первом классе средней была! Я ещё расту! Я стала выше, и… грудь тоже заметно увеличилась!

— Даже если так, речь не о росте тела, а о лице и ауре. Они совсем не изменились. И вообще, не говори такие вещи так casually.

Тело, может, и выросло чуть-чуть, но улыбка осталась точно такой же детской.

Если наложить нынешнее лицо Тики на эту фотографию — никакого диссонанса.

— Теперь мне интересно посмотреть альбом начальной школы.

— Не дам!

Когда он потянулся к следующему альбому, Тика с мокрыми глазами вцепилась в его руку.

— Если скажешь, что я совсем как на фото из начальной — я не переживу!

— Да ладно, взрослые обычно радуются, когда им говорят, что они не изменились.

— Я старшеклассница, которая хочет стать взрослой! И вообще, это нечестно — только мой альбом смотреть! Покажи и свой, Сома-сан!

— Это уже слишком личное.

— Но ты же мой сейчас смотришь?!

Хотя всё пошло не совсем так, как он планировал, Тика удалось подразнить вволю — и это уже было приятно.

— Хорошо выглядеть моложе своих лет — это плюс. Радуйся.

— Нисколько не радуюсь!

«С ней иногда можно и поиграть», — подумал Сома.

Они играли в мобильные игры, ели снеки, Тика его валяла, они листали альбомы — время пролетело незаметно.

— Уже шесть часов.

Сома посмотрел на часы с мультяшным героем на полке и удивился.

Почему в гостях у друзей время всегда летит так быстро?

— Мне, наверное, уже пора. Я и так долго задержался. И… можно попрощаться с твоими родителями?

Встреча с родителями Тики была немного нервной, но правила вежливости есть правила.

— Э… подожди секунду!

Когда Сома встал, Тика быстро бросилась к двери и загородила выход.

— Если хочешь… оставайся на ужин?

— Ужин? Ну… это…

Увидев его колебания, она тоже засомневалась.

— Это невежливо — приглашать гостя на ужин?

— Нет, нормально.

Он много раз ужинал у Сёхэя.

Но в первый раз в доме у девушки — всё-таки неловко.

— Я очень старалась и всё подготовила…

— Тика, ты вообще умеешь готовить?

Он смутно помнил, что она говорила, будто даже по дому не помогает.

— Только на уроках домашней экономики. Но сегодня я всё делала одна.

Она гордо согнула правую руку, пытаясь показать бицепс — хотя на тонкой руке ничего не было видно.

— Понятно. Значит, уже всё готово?

Отказываться после таких усилий было бы грубо.

К тому же жалко выбрасывать продукты.

— Тогда… принимаю. Спасибо.

Лицо Тики мгновенно расцвело.

— Тогда подожди чуть-чуть! Я скоро закончу.

— Стой. Ты же не собираешься есть вместе с родителями внизу?

Перед глазами всплыло лицо отца с тёмным выражением, поэтому он уточнил.

— Я думала принести сюда, но если хочешь внизу — тоже можно. Ужинать большой компанией веселее, правда?

— Нет-нет-нет! Здесь, здесь отлично!

Он яростно замотал головой.

Если бы была возможность расспросить про кондитерское дело — он бы с радостью, но после сегодняшнего это вряд ли.

А сидеть за одним столом с недовольными родителями девушки — это уже слишком.

— Поняла. Принесу сюда. Жди!

Тика весело выбежала из комнаты.

«…Не могу поверить, что буду есть её готовку», — подумал Сома, слушая, как её шаги спускаются по лестнице.

Месяц назад он и представить такого не мог.

Пока ждал ужин, он бесцельно бродил по комнате.

«Девичья комната, значит…»

Без особой цели он вдруг осознал, где находится.

Тика довольно смело пригласила парня к себе, независимо от причины.

То ли храбрая, то ли просто не думает о последствиях.

Самое заметное в комнате — полка с плюшевыми игрушками.

Большие и маленькие, новые и старые — целая коллекция милых мордашек.

В уголке сидели вместе средний кот, которого Сома недавно купил в магазине, и маленький парный котёнок.

— Хм?

Взгляд зацепился за новенького — маленького кота, который прислонился к другому плюшевому зверю.

Это был старый плюшевый кролик — явно самый древний на полке.

Шерсть когда-то была снежно-белой, теперь стала тёмной и взъерошенной.

Уши, которые должны были стоять торчком, печально обвисли.

«Что-то знакомое…»

На кролике было оранжевое пушистое платьице.

Знакомое ощущение шло именно от платья.

Швы немного кривые, размер не совсем подходит.

Бирки нет — явно самодельный.

Уникальная вещь… но почему-то сильное дежавю.

«Где и когда я это видел…?»

Память была где-то в голове, но никак не всплывала.

Он почесал висок, пытаясь вспомнить, и в этот момент…

— Кьяяяяя!

Снизу раздался высокий пронзительный крик.

— Тика?!

В следующую секунду Сома уже вылетел из комнаты.

Как человек, который каждый день проводит на кухне, он мгновенно представил, почему кричат.

Если просто чёрный таракан — можно потом посмеяться. А если ожог или пожар — совсем другое дело.

Он сбежал по лестнице, пронёсся по короткому коридору и ворвался в кухню-столовую.

— Тика, ты в порядке?!

— Сома-сан…

Тика сидела на полу и смотрела на него глазами, полными слёз.

— Я провалилась…

— Провал? А, ясно…

Из сковородки, которую она держала, валил дым и пахло горелым.

— Я всего на секунду отвернулась, и вот…

Она совсем поникла.

Сома облегчённо выдохнул — по крайней мере, не ожог и не пожар.

Но потом понял: это тоже серьёзно.

— Тика…

Пока он подбирал слова, в кухню вбежали родители, услышавшие крик.

— Тика, что случилось?!

— Тика-чан, ты цела?!

Они сразу всё поняли.

— Папа, мама… я провалилась…

— Не переживай. Главное — ты не обожглась?

— Нет ожогов?

— Простите…

Тика всё ещё держала сковородку и извинялась без сил.

Родители мягко положили руки ей на плечи, погладили по спине, по голове.

— Не надо извиняться. Ты старалась.

— Точно. Не волнуйся совсем. Дай сковородку, я уберу.

Они смотрели на дочь с такой любовью, что было ясно: она для них — настоящее сокровище.

— Кстати, папа закажет доставку.

— Да, хорошо. Тика-чан, что хочешь? Говори любое.

Родители моментально начали утешать и заботиться.

Отец пошёл за планшетом, мама уже отмывала сковородку.

Идеальные родители.

Обычно даже сыну сказали бы «ладно, просто убери», и всё.

Но Сома вдруг задумался.

Правильный ли это ответ?

Он посмотрел на Тики.

В её глазах ещё не погас огонь. Она не сдалась. Глубоко внутри ещё тлел слабый, но упрямый пламя.

— Ну, Тика-чан, дай маме сковородку.

Мама мягко потянула сковороду.

Но Тика не отдавала.

«Да, именно так — она пыталась отобрать».

Её драгоценное желание, её потенциал — вот-вот заберут.

— Подождите… пожалуйста, подождите.

Сома сам не заметил, как сказал это.

Все трое Сатоми посмотрели на него.

— А ты вообще кто такой, чтобы вмешиваться, посторонний?

Отец сверкнул глазами. Сома невольно вздрогнул.

Только что он смотрел на дочь с нежностью, а теперь взгляд стал острым, как нож.

«Он точно раньше не кондитером работал…»

Сома собрал силы в животе.

— Да, вмешиваюсь. Пожалуйста, не мешайте ей.

— Мешать? Мы просто беспокоимся о дочери…

— Она ещё не сдалась. Она ещё может. Правда, Тика?

Он посмотрел ей в глаза.

— Сома-сан…

— Ты из тех, кто так легко сдаётся?

Пламя в её глазах разгорелось сильнее.

— …Да! Именно так, Сома-сан! Я ещё не сдалась! Провал — это просто шаг к успеху!

Она крепко сжала ручку сковородки, из которой всё ещё шёл дым.

— Тика…!

Впервые она ясно выразила свою волю и отказалась от помощи родителей.

Оба родителя смотрели на неё в полном шоке.

— Но… ты не должна себя заставлять…

Мама попыталась успокоить.

— Ничего страшного, если не получится. Не переживай.

Но Тика решительно покачала головой.

— Я не хочу оставаться неспособной. Не хочу вечно полагаться на родителей. Если я постараюсь, то смогу многое. Сейчас я провалилась, мне обидно и досадно. Я глубоко раскаиваюсь. Но ещё сильнее я хочу исправить этот провал.

— Тика-чан…

Мама посмотрела на мужа.

— Что делать?

— Тика, ты серьёзно? Это твоё решение, а не влияние этого парня?

— На меня не повлиял Сома-сан. Это правда мои чувства.

Отец тяжело вздохнул, словно отпуская что-то дорогое.

— Хорошо. Если Тика так говорит — мы не будем вмешиваться.

— Но…

— Мы ещё до её рождения обещали друг другу, что не станем родителями, которые мешают дочери делать то, что она хочет. Помнишь?

— …Да.

Мама улыбнулась и тихо убрала руку со сковородки.

— Спасибо, мама, папа!

Тика радостно поклонилась и сразу начала искать решение.

Она листала телефон, оглядывала кухню.

Родители нервно наблюдали, не вмешиваясь.

Отец раздражённо глянул на Сому.

— Ты её подбил, а сам такой спокойный? Если она снова и снова будет проваливаться — ей же будет больнее.

Хотя он говорил разумные вещи, в голосе явно слышалась тревога.

Сома слегка пожал плечами.

— Она справится. Обязательно найдёт способ. И даже если будет проваливаться снова и снова — это нормально.

— Что ты сказал? Как можно говорить, что нормально постоянно проваливаться?

Отец стал ещё серьёзнее.

— А я спрошу наоборот. Вы правда думаете, что она настолько слабая, что сломается от такого? Я знаю её недолго, но даже я так не думаю.

«……»

Отец замолчал и просто смотрел на профиль Сомы.

Наверное, теперь его совсем возненавидели.

Сома тоже не решался посмотреть на отца и мысленно вздохнул с разочарованием.

Он так надеялся поладить с родителями Тики…

Но ничего. Его место — на стороне Тики.

Если сейчас не бросить ей спасательный круг, то зачем вообще быть тем, кто за ней присматривает?

— ——Нашла!

Пока Сома размышлял, Тика радостно воскликнула, будто нашла сокровище.

В высоко поднятых руках она держала блок карри-ру.

*****

— Сома-сан, Сома-сан, как карри на вкус?

Через тридцать минут Сома ел рис с карри, который приготовила Тика.

— Горелый и горький. Ещё и чёрные обугленные кусочки портят и вид, и текстуру.

Он честно высказал впечатление, продолжая есть ложкой.

Тика, которая нервно наблюдала за ним, сразу поникла.

— Ууу… ну, ничего не поделаешь. Это лучшее, что я сейчас могу.

Использовать ру для спасения проваленного блюда — умный ход, но до идеального карри ещё далеко.

Просто обманка.

— Кстати, а что ты изначально хотела приготовить?

— Аква пацца. В интернете написали, что выглядит красиво и просто готовится.

— Просто… но ты всё равно провалилась?

— Ууу… я думала, получится.

Хотя тон был грустный, сама она уже не выглядела совсем убитой.

То, что она сама справилась с провалом, явно вернуло ей уверенность.

— Ну, в следующий раз сделаешь — я снова попробую.

— Да! Обязательно!

Тика радостно кивнула и сама принялась есть карри.

— Вы двое очень хорошо ладите.

«……»

Сома и Тика повернулись к маме, которая с интересом переводила взгляд между ними, и к папе, который сидел с недовольным лицом.

— Мы хорошие друзья. Правда, Сома-сан?

— А… ну да.

На вопрос Тики он смог ответить только неопределённой улыбкой.

«Почему я ем карри вместе с родителями Тики? Мы же должны были есть у неё в комнате, но из-за провала на кухне почему-то все четверо сидим за одним столом…»

Это должно было быть той самой долгожданной возможностью — расспросить профессиональных кондитеров о мечте.

Но сейчас он не мог даже думать об этом.

Сейчас между ним и родителями Тики были отношения не «школьник, мечтающий стать кондитером» и «профессионалы», а «парень, которого дочь внезапно пригласила в гости» и «родители, которые души в ней не чают».

Ужинать с родителями девушки, которую только недавно узнал, — это слишком высокий уровень сложности!

— Эм, Сома-кун, ты с Мики-чан тоже так близко общаешься?

Мама вдруг спросила, пока Сома пытался запить сложный вкус карри водой.

— С Сайто? Нет, совсем нет. Просто одноклассница.

Почему вдруг Мики? Сома честно ответил, но внутри удивился.

— Вы иногда вместе проводите время?

— Невозможно. Мы только иногда в классе разговариваем.

— Правда?

— Да.

Хотя мама улыбалась мило, когда смотрела пристально — по спине пробегал холодок.

Муж страшный, но и она тоже не подарок.

В её глазах была глубина, которая словно видела насквозь.

Чем дольше он смотрел, тем больше замечал сходство Тики с мамой.

Значит, когда Тика наберётся опыта и лет — станет похожей на неё.

Хотя иногда уже проскакивает.

— Я общаюсь с ней, только когда она пробует мои сладости.

— Ты занимаешься выпечкой?

Отец, который молча ел карри дочери, вдруг поднял взгляд.

— Да, самоучкой. Хочу этим заниматься.

— О?

— Сладости Сома-сана очень вкусные, знаешь!

Тика добавила пояснение.

— Ну, конечно, до папиных им далеко, но нам с Мики-чан очень нравятся. Правда?

— Я самоучка, так что понимаю, что ещё очень неопытный.

— Хм…

Отец долго смотрел на Сому.

А потом неожиданно предложил:

— Если хочешь, в следующий раз принеси свои сладости. Мы с женой их оценим. У меня большой опыт, думаю, сможем дать полезные советы.

— Правда? Вы серьёзно?

Неожиданный шанс! Получить оценку от профессионалов — бесценно.

Отец продолжил, снова принимаясь за карри:

— Просто мне немного любопытно. Не пойми неправильно. И мы не будем щадить. Даже если раскритикуем и ты сломаешься — ответственности не несём, так что готовься.

— Да! Огромное спасибо!

Это был огромный подарок. Сома загорелся.

— Классно, Сома-сан!

Тика рядом тоже радовалась, как будто для неё самой.

— А, но мне тоже дай попробовать! Не хочу быть лишней.

— Конечно. Рассчитываю на твою дегустацию.

Тика довольно засмеялась и вдруг хлопнула в ладоши.

— Придумала! Давайте скоро устроим вместе чайную вечеринку! Сома-сан приготовит сладости к чаю, а я — чай и сервировку стола. Это отличная возможность потренировать гостеприимство после сегодняшнего дня!

— Ну… это…

Сома заколебался.

На первый взгляд — идеальное предложение, которое устраивает обоих.

Но это значит — снова сидеть за одним столом с родителями Тики.

Мама радостно улыбнулась, поддерживая дочь:

— Ой, как здорово! Папа тоже наверняка ждёт, правда? Тика и Сома-кун вместе организуют для нас чайную вечеринку.

— Грр…!

Отец издал какой-то неопределённый стон, борясь с эмоциями.

*****

После того как Сома ушёл, Тика стояла у раковины и яростно оттирала пригоревшие кусочки со дна кастрюли.

Она отчаянно скребла губкой в форме черепашки.

Мама и папа смотрели с беспокойством, но не вмешивались.

Похоже, слова Сомы всё-таки подействовали.

— Сома-сан…

Она тихо прошептала имя, чтобы родители не услышали.

Она давно им восхищалась и уважала.

А теперь, проводя с ним больше времени, узнавала всё новые его стороны — и это делало её очень счастливой.

Он может быть надёжным, смешным и милым.

С ним всегда весело и свежо, и ей хочется быть рядом всё время.

С Мики и остальными тоже весело, но это совсем другое чувство.

Что же это такое?

— Тебе весело, Тика.

Мама смотрела на её покрытые пеной руки.

Тика честно кивнула:

— Да, очень весело. Просто думаю, что мы будем делать с Сома-саном в следующий раз — и сердце уже стучит от предвкушения.

— Вот как? Тогда я рада.

Мама улыбнулась.

Оттирать пригоревшие кусочки было тяжело и утомительно.

Но каждый раз, когда Тика думала о Соме, усталость становилась чуть легче.

Мама прищурилась, глядя на возбуждённую дочь, потом повернулась к мужу:

— Я думала, раз мы родили её уже в возрасте, то внука на руки взять будет сложно… А может, и получится.

— Внука?! Слишком рано! Тика ещё в старшей школе!

— Ну что ты, помечтать-то можно. Разве ты не хочешь увидеть лицо внука?

— Конечно хочу… Но для этого Тика должна выйти замуж, и… ну…

— Разве плохо, если дочь выйдет замуж? Или ты не хочешь увидеть Тики в свадебном платье?

— Не в этом дело… совсем не в этом, но…

— Ты неразумный. Мой отец был точно таким же. Хотя на самом деле одобрял тебя, но упорно не давал разрешения на брак.

— Да, помню. Тогда было тяжело, я даже обижался на твоего отца. А теперь понимаю его чувства. Отцы — сложные существа.

— Просто проблемные существа.

— Дорогая, не говори так резко. Больно же.

Пока родители болтали, Тика, погружённая в мысли о том, что делать с Сома-саном дальше, совершенно их не слушала.