Нарушая прежнюю дистанцию

Войдя в гостиную виллы, Гуань Синь поставила дорожную сумку у дивана.

Окинув взглядом комнату, она вдруг поймала себя на странном ощущении: вроде бы ничего не изменилось, а в воздухе будто стало чуть больше жизни, чуть больше домашнего тепла.

— Приехала.

Низкий, неторопливый голос вдруг донёсся сверху.

Не ожидав услышать кого-то так внезапно, Гуань Синь подняла голову - и увидела Чжоу Цзинтина, стоявшего у ограждения второго этажа. Одна рука была в кармане, другая небрежно лежала на перилах.

Лицо у него было по обыкновению спокойным и холодноватым, а взгляд, которым он смотрел сверху вниз, отдавал той самой отстранённостью - сдержанной, почти аскетичной.

Гуань Синь на мгновение растерялась.

Он что, приехал так рано?

— Когда ты пришёл?

Теперь стало ясно, почему Чэнь Сун не впустил внутрь людей из бутика.

Потому что здесь был он.

— Вчера вечером, — спокойно ответил Чжоу Цзинтин.

Сказав это, он отвернулся от перил и неторопливо пошёл вниз, словно совершенно не интересуясь, какое впечатление произведёт на неё этот ответ.

Гуань Синь с лёгким недоумением проводила взглядом его фигуру на лестнице:

— Ты вчера не уехал?

Она-то думала, что после того звонка он вернётся к себе.

— Нет, - Чжоу Цзинтин спустился с последней ступеньки и посмотрел на неё. - Я живу здесь. Куда, по-твоему, мне было уезжать?

Ну и формулировочка.

Гуань Синь тихо отозвалась:

— Я просто думала…

Но договорить не успела: он уже подошёл ближе.

Слишком близко.

Гуань Синь машинально подняла голову.

Его взгляд был тёмным и тяжёлым, а голос - спокойным, но давящим:

— В следующий раз не нужно ничего додумывать. Захочешь узнать - просто спроси.

Она проглотила слова, уже готовые сорваться с губ, и почти незаметно задержала дыхание.

Главным образом потому, что он стоял слишком близко.

Между ними оставалось не больше полушага. Ещё чуть-чуть - и носы их обуви соприкоснулись бы.

Эта тонкая, едва уловимая дистанция вдруг без всякого шума сломала ту границу, в которой они держались всё это время.

Чуть запрокинув голову, Гуань Синь видела перед собой только его чёрную рубашку и резко очерченный кадык над воротом.

В воздухе стоял его запах - прохладный, древесный, с кедровой ноткой.

Не резкий, но с таким явным ощущением присутствия, что от него невозможно было отгородиться.

Он держался долго.

Слишком долго.

Гуань Синь незаметно отступила на несколько шагов назад, с трудом восстанавливая безопасную дистанцию, и коротко сказала:

— Хорошо.

Неважно, станет она когда-нибудь задавать ему такие вопросы или нет, но эта её покладистость, похоже, всё же немного смягчила мрачноватое выражение его лица.

— Все вещи привезла? - спросил он, переводя взгляд на её дорожную сумку у дивана.

— Почти, - ответила Гуань Синь, тут же поворачиваясь к сумке. - Я сначала поднимусь, разберу всё.

— Ага.

Когда они разминулись, Гуань Синь вдруг остановилась и, обернувшись, добавила:

— Спасибо за одежду, которую ты заказал.

Вообще-то ей хотелось ещё сказать: «в следующий раз я сама».

Но это уже попахивало бы неблагодарностью, так что она промолчала.

Чжоу Цзинтин как раз наклонился к дивану за лежавшей на столике пачкой сигарет. Услышав её, он бросил на неё взгляд и ровно сказал:

— Если будет мало, скажи Чэнь Суну - закажет ещё.

Да куда уж больше.

Тех вещей, что привезли консультант и директор марки, ей хватило бы носить чуть ли не до следующего года.

Особенно с учётом второй партии: там были даже меха и кашемировые пальто - будто ей сразу собрали весь гардероб на четыре сезона.

Сказав, что пока ничего больше не нужно, Гуань Синь поднялась на второй этаж.

В главной спальне

Она отнесла в гардеробную несколько брошей и шёлковых платков из сумки, а остальные бумажные материалы унесла в кабинет.

Как раз в это время зазвонил телефон.

Это была Цзян Юнь.

— Проснулась? - спросила Гуань Синь.

На том конце Цзян Юнь сонно зевнула:

— Ты во сколько ушла? Почему меня не разбудила?

— В десять. Не хотела мешать тебе отсыпаться после перелёта.

Гуань Синь подошла к дивану в зоне отдыха и села.

— Дома ничего нет. Либо закажи что-нибудь, либо возвращайся к себе и поешь там.

— Я лучше поеду домой, - сказала Цзян Юнь. - Старик Цзян наверняка уже ждёт меня, чтобы устроить разбор полётов. Заодно послушаю, какие новые словечки он успел выучить за это время.

Гуань Синь невольно улыбнулась:

— Тогда перед уходом закрой дверь и выключи воду в ванной.

— Ладно, - вяло ответила Цзян Юнь. - Ещё что-нибудь?

— Нет, только это.

— Окей. Всё сделаю.

После звонка взгляд Гуань Синь невольно упал на большую кровать в спальне.

Сегодня ночью им придётся спать вместе...

— Госпожа.

Мысли не успели разбежаться слишком далеко - из коридора донёсся голос Чэнь Суна.

Гуань Синь вышла наружу и увидела, что у двери главной спальни он поставил два передвижных рейла, целиком увешанных одеждой.

— Госпожа, вся одежда здесь. Чуть позже придёт домработница, тётушка Хэ, она поможет всё разобрать по местам.

Гуань Синь кивнула:

— Спасибо.

— Не за что, - добавил Чэнь Сун. - И ещё господин просил передать: ему нужно ненадолго выйти, так что к обеду он не вернётся.

— Поняла.

Когда узнала об отсутствии Чжоу Цзинтина, Гуань Синь почувствовала себя заметно свободнее.

Она даже не стала ждать тётушку Хэ и сама развесила вещи по гардеробной.

Закончив, спустилась в столовую.

На кухне как раз хлопотала домработница. Завидев Гуань Синь, она сразу с улыбкой вытерла руки о передник:

— Вы, должно быть, госпожа?

Гуань Синь тоже приветливо улыбнулась:

— Здравствуйте, тётушка Хэ.

— Обед скоро будет готов. Пока можете немного посидеть в гостиной, - сказала та. - Я не знала, что вы любите, так что господин велел приготовить несколько блюд кухни Лучэна. Попробуете потом, скажете, подходит ли вам.

Гуань Синь уже собиралась отвернуться, но на этих словах вдруг остановилась:

— Кухня Лучэна?

— Да, - кивнула тётушка Хэ. - Не смейтесь, я сама родом из Лучэна, так что такие блюда у меня получаются лучше всего. Но и другие кухни тоже могу готовить. Если захотите чего-то конкретного, просто скажите.

Объяснение звучало вполне разумно.

Гуань Синь пока решила, что, возможно, просто слишком мнительна.

Но через полчаса, когда еду подали на стол, она всё же невольно посмотрела на тётушку Хэ ещё раз.

Три блюда и суп.

И каждое - из тех, что она в своё время могла есть в Лучэне бесконечно.

— Госпожа, это всё фирменные блюда Лучэна. Попробуйте, - с улыбкой сказала тётушка Хэ.

Гуань Синь опустила взгляд и попробовала первую ложку.

Знакомый вкус мгновенно наложился на вкус из далёкой памяти.

Она слегка прищурилась:

— Очень вкусно.

Похвала прозвучала искренне, и лицо тётушки Хэ сразу просияло довольной улыбкой.

После обеда

Гуань Синь поблагодарила её и поднялась в кабинет на втором этаже.

Кабинет находился с западной стороны, и у них с Чжоу Цзинтином были отдельные комнаты - у каждого свой.

Открыв дверь, она увидела, как тёплый дневной свет ложится на пол и книжные полки. В пятнах солнца даже мельчайшая пыль была видна как на ладони.

Подойдя к широкому окну в пол, Гуань Синь задумчиво посмотрела на густую зелень за стеклом.

Странное чувство никуда не делось.

Но всё равно это не складывалось в картину.

О том, что она когда-то жила в Лучэне, даже отец толком не знал.

Чжоу Цзинтин - и подавно.

А уж тем более он не мог знать такую мелочь, как её любовь к кухне Лучэна.

Подумав так и этак, Гуань Синь в итоге решила, что, скорее всего, Чжоу Цзинтин просто узнал, что тётушка Хэ родом оттуда, и машинально упомянул это.

К вечеру Чжоу Цзинтин так и не вернулся.

Гуань Синь ещё раз перебрала материалы по Хэнхаю в кабинете.

Когда она вернулась в спальню и закончила с душем, было уже половина одиннадцатого.

В шёлковой пижаме из двух частей Гуань Синь стояла перед большой кроватью и какое-то время молча смотрела на неё. Потом всё-таки приподняла одеяло и легла с левой стороны.

Она уже много лет не спала с кем-то в одной постели.

Даже когда Цзян Юнь оставалась у неё, они всё равно ночевали по разным комнатам.

А теперь ей предстояло лечь рядом с мужчиной, которого она знала лишь наполовину.

И от этого ей было и не по себе, и странно.

А если сегодня ночью он захочет зайти чуть дальше…

Она ещё не успела додумать эту мысль до конца, как снаружи, у виллы, послышался приглушённый звук подъехавшей машины.