Глава 24.0

Глава 24.

Сигнал отправлен так, чтобы его могла распознать только я.

Членами гильдии, которых Рико поселил в нашем доме, являются никто иные, как две мои личные горничные.

Причина, по которой они прошли конкуренцию 50 человек на 1 место и стали моими приближёнными, вероятно, заключается в сборе информации.

Это пугает, – Лирис осторожно поднялась.

– Се, сест, сестрички…… – и с хитрым личиком прошептала сёстрам-горничным. – Пожалуйста, позаботьтесь обо мне в будущем……?

– Конечно, мисс!

– Естественно! – ярко улыбнулись те.

*****

На следующий день.

Энох был изумлён, получив от кого-то анонимную информацию.

Этот ребёнок…… является внебрачным ребёнком маркиза Оникс?

Мальчик-простолюдин, над которыми издевались аристократы, и которого они случайно встретили в день своего прибытия в столицу.

По просьбе дочери, Энох занимался поисками ребёнка, но пока не достиг существенного прогресса.

Между тем, анонимное сообщение, пришедшее неожиданно, содержало информацию об этом ребёнке.

Л.

Единственная подсказка, что может привести к информатору – это инициал Л.

Без каких-либо требований или услуг, он просто передаёт ситуацию, в которой оказался этот ребёнок.

Будучи внебрачным сыном маркиза Оникс, он сейчас находится в заточении в особняке отца, где подвергается насилию……

Л. Не знаю, кто это, но видно, что он хочет спасти ребёнка.

Среди консервативной знати, чувствительной к репутации, внебрачных детей часто считали позором и тайно избавлялись от них.

Кажется, этому ребёнку каким-то образом удалось дожить до этого момента, но.

Если это правда, мне нужно действовать быстро.

Неизвестно, как долго продлится прихоть дворянина о сохранении жизни своему внебрачному ребёнку.

– Чёрт. Но почему именно Оникс? – Энох нервно потёр лоб.

У меня нет никаких личных связей с маркизом Оникс. Даже 7 лет назад, живя в столице, я никогда не сталкивался с ним.

Семья Оникс – знатная семья, обладающая значительной властью и громким именем в столице……

У Эноха не было причин внезапно врываться в дом Маркиза и спрашивать того, где он прячет ребёнка и не издевается ли над ним.

Я не могу просто пойти туда.

Мне самому необходимо обратить внимание на своё окружение.

Прошло меньше недели с тех пор, как я вернулся, я не могу поднимать громкий шум.

Есть ли способ посетить особняк Маркиза максимально быстро и естественно?

– Как, чёрт побери……

– Папочка-а-а!

– О-о-о, Принцесса!

В этот момент дверь в его кабинет распахнулась.

Энох, который быстро спрятал анонимное письмо, поприветствовал Лирис:

– Доченька моя, уроки закончились?

– Да-а-а!

Энох посадил дочь, прибежавшую с сумкой-медведем, к себе на колени и нежно погладил по голове:

– Что сегодня узнала Принцесса?

– Сегодня я впервые пошла на урок рисования, и он был очень весёлым. Там рассказывали об известных скульпторах и произведениях искусства.

– Да?

– Угу, папочка, ты знаешь это? – с сияющими глазами, Лирис достала из сумки книгу и открыла её. – Это произведение искусства создано очень известным скульптором по имени Линдель. Оно называется <Небесные врата> и такое красивое.

– О.

На странице было изображено произведение искусства в виде бронзовой двери с вырезанными на ней фигурами ангелочков.

– Я хочу увидеть их, но не могу, да?

– Почему не можешь? Где оно? Если это известное произведение искусства, оно должно находиться в художественном музеи Синчон, верно? Папочка отведёт тебя туда.

– Нет, там нет. Учитель сказал, маркиз Оникс? Он сказал, что дяденька купил его. Значит, оно у него дома?

– Что? Оникс? – глаза Эноха расширились.

– Ангелочки такие красивые…… я правда хочу увидеть их……

– Увидишь!

– Ох! Правда?

– Да! Увидишь, принцесса! – Энох широко улыбнулась и вскочил, держа дочь на руках.

Мне нужен был естественный повод посетить маркиза Оникс……

– Папочка свяжется с этим дядей. Мы съездим, чтобы посмотреть его.

– Вау, правда? Папочка лучший!

Энох обнял немного сомневающуюся Лирис, не увидев её тайную улыбку.

*****

Особняк маркиза Оникс.

С самого утра день для всех стал напряжённым из-за известия о визите герцога Рубинштейн.

Разумеется, это не имело никакого отношения к жилой комнате на втором подвальном этаже особняка Маркиза, куда не проникало ни единого луча солнечного света.

– Ешьте сегодня быстрее! Я не хочу надолго оставаться в этой комнате, здесь воняет! – сердито закричала горничная, швыряя в угол комнаты булку чёрного хлеба и миску с водой.

И тут же побежала к двери, словно не хотела оставаться рядом с ним.

Куда положила?

С позавчерашнего дня масло в осветительной лампе вытекло, и мальчик лишился источника света.

Некоторое время Чэзио шарил в темноте по полу и наконец нашёл хлеб.

– В любом случае, сегодня мы тоже сможем увидеть Герцога?

– Наверное? Ах, я завидую тем, кто работают в семье Рубинштейн. Если ты преуспеешь в глазах Герцога, разве твоя жизнь не расцветёт?

– Расцветёт…… ты сошла с ума и решила, что Герцог останется с горничной?

– Мать этого ублюдка тоже соблазнила нашего хозяина. Шансов на это не так и мало.

Две горничные, стоящие далеко в стороне, рассмеялись, смотря на Чэзио, скрытого во тьме.

Свет лампы в их руках был слабым и в комнате почти полностью сохранялась темнота.

– Это…… не могли бы вы налить немного масла в лампу? Ничего перед собой не видно.

– О чём вы сейчас говорите? Не знаете насколько дорогое масло?

– Молодой господин Джонатан будет очень рад, если мы заменим масло в лампе вашей комнаты. Нас тут же выпорют, идиот.

– Просто ешьте быстрее. Нам нужно идти. Герцог скоро приедет.

Герцог, герцог, чёртов герцог……

Именно из-за этого Герцога единокровный брат Чэзио, Джонатан, приходивший вчера, чтобы избить его, был в хорошем настроении.

– Завтра приедет герцог Рубинштейн. Ты идиот, даже не знаешь, что это за семья такая Рубинштейн, не так ли?

– ……

– В этот раз я определённо произведу впечатление на Герцога. Если преуспею, возможно, позже мне даже удастся жениться на дочери этой семьи.

Хочет сказать, что это следующий по влиятельности человек после Императора?

В любом случае, я тот, кого никогда его не увидит.

– Если Герцог узнает о тебе, отец больше не станет оставлять тебя в живых. Будет обидно, если о твоём существовании станет известно?

А, тогда я наконец умру, – Чэзио был напуган, поскольку смерть была не за горами, но в то же время это был момент, которого он всегда с нетерпением ждал, живя жизнью, что была хуже смерти.

Да, я скоро умру так зачем мне свет, – подумал Чэзио, погружаясь во тьму, где не было видно ни дюйма перед собой.

В этот момент.

– Девочки, почему вы здесь так поздно? Разве не знаете, что сегодня приезжает герцог Рубинштейн? – в комнате раздался ещё один голос.

– А, Ришель. Прости. Нам нужно забрать поднос……

– Я сделаю это. Возвращаетесь первыми.

– Боже, спасибо.

– Спасибо. Пошли быстрее.

Топ, топ, топ.

Чэзио увидел лицо другой горничной, приближающейся к нему с лампой.

Ришель……

Это была одна из четырёх горничных в этом замке, знавших о существовании Чэзио.

Она не была дружелюбной, но и не швыряла ему еду и не оскорбляла.

Просто стояла рядом с мальчиком, не говоря ни слова, пока он не заканчивал есть.

Пусть они никогда не разговаривали, Чэзио знал, что Ришель его жалеет.

– Это, – Чэзио впервые заговорил с горничной, когда та подошла за подносом. – Возможно, вы можете заменить лампу?

– ……

Хоть мальчик знал, что это была бессмысленная просьба, он всё равно высказал её из страха перед неминуемой смертью.

Прежде чем я умру……

Я хочу помнить, хотя бы отблеск какого-то тепла……

– Вам не нужна лампа, – однако Ришель спокойно отказала ему, вставая с подносом. И, развернувшись, стала уходить. – В любом случае, сегодня, молодой господин, ваш мир станет ярче.

Оставив после себя лишь слова, которые Чэзио не мог понять.

Хлоп.

Щёлк.

Дверь в его комнату, как обычно, была заперта.

Мир Чэзио вновь погрузился во тьму.

Мой мир станет ярче?

Забавно слышать такое.

Как обычно, мальчик прополз вперёд по холодному полу, садясь в углу.

И по привычке достал то, что держал в кармане, чтобы сжать в пальцах.

Полученный неделю назад.

Розовый платок с вышитым кроликом, подаренный Чэзио девочкой, которая с сочувствием смотрела на него.

Сейчас мальчик, казалось, понял, почему тогда забрал его с собой.

Тёплый.

Хоть Чэзио думал, что это всего лишь жалость высокопоставленной аристократки, он взял её платок потому, что жаждал этого сладкого тепла.

Даже всегда повторяя: «хочу умереть», этот маленький мальчик всегда пытался выжить и надеялся, что рядом с ним будет кто-то.

Я оставался с матушкой, которая каждый день пыталась задушить меня, говоря, что мы должны умереть вместе……

В конце концов, матушка бросила меня, и я стал жить в этом доме, как животное……

Всё, всё это……

Из-за чёртового желания «я хочу жить».

– Отец больше не станет оставлять тебя в живых.

Почему же?

В этот момент Чэзио действительно был близок к смерти.

И впервые почувствовал эмоции истинного страха.

Глаза мальчика заболели. Как бы больно не было, Чэзио никогда не плакал, но сегодня он расплакался.

– Я……

Имея лишь одну точку тепла.

Чэзио заплакал, крепко сжимая в руках носовой платок.

На самом деле, он не хотел умирать.

Сильнее, чем кто-либо……

– Я хочу жить……

Чэзио хотел жить.

.
.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –