Поиск

Желание вышло из-под контроля. Как необузданный жеребец, инстинкт вспыхнул яростно. Женщина тяжело дышала. Казалось, что ей трудно, но по-настоящему мучительно было ему. Да, так было и раньше. С самой первой встречи она цепляла его взгляд и занимала мысли, а в постели — удовлетворяла. Когда такая женщина набрасывается телом, какой мужчина сможет устоять? Он не был уверен, что сможет. Вот и сейчас он обнимал её.

Он притянул её к себе. Чоён без сопротивления изменила позу, как он и велел. С рождения наделённая природным обаянием, она была именно такой. Юнджо сделал то, чего раньше ни разу не делал. 

— Нельзя…! 

Женщина, до сих пор не сопротивлявшаяся, впервые отказалась. Но было уже поздно, чтобы остановить его. Она, чуть не плача, покачала головой. Но он не хотел отпускать. Юнджо легко поднял её на руки. 

— Пан Юнджо! — Давай теперь поменяем место и сделаем всё как следует. 

Охваченная страхом, что упадёт, она обвила его шею руками. Взглянув на настенные часы, она увидела, что прошло уже немало времени. 

— Я... 

— Соха же не написал. 

Он уже знал, что она хотела сказать. Положив её на кровать в спальне, он тут же оказался сверху. Он достал презерватив с тумбочки — было очевидно, что компромисса не будет. Юнджо медленно взглянул ей в лицо. Его прикосновение к щеке было мягче, чем раньше. 

— К тому же, ты ведь ещё не почувствовала... 

Чоён хотела объяснить, что это не так. Но не успела и слова сказать — её губы тут же были закрыты. Он проник внутрь, словно полон любви. 

От переполняющих ощущений она не смогла его оттолкнуть. Хотя волновалась за Сурён, как он и сказал — ей тоже захотелось чувствовать и наслаждаться. Да, если он напишет, я уйду, не поздно же будет. Только ещё один раз... Только ещё раз хочу ощутить эту горячую волну... Она обвила его шею руками и поцеловала. После того, как выплеснул страсть, Юнджо стал мягче. Он смотрел на неё теплыми глазами, нежно касался тела, осыпал поцелуями. Лежа лицом к лицу, он снова, как прилив, накрыл её собой. Чоён прижалась к нему. Не знала, к чему именно прижимается — но по-другому не могла. Звуки, вырывавшиеся из её уст, словно ударяли в голову. Нет, в сердце. 

Нельзя. 

Слабое предупреждение поднималось из глубины души. 

Нельзя впускать его в своё сердце. Он — опасный мужчина. Но волна, накатывающая с невиданной силой, была непреодолима. Как внезапное землетрясение. Мне нравится этот мужчина. Почему — она не знала, но с самого начала он ей не был неприятен. Да, я его люблю. Даже когда её неправильно понимали, она надеялась, что он увидит в ней женщину. Хотя знала, что это запретная высота — Чоён не могла не увлечься. Страсть, которую она никогда не ощущала прежде, накрыла её целиком. Это чувство даровал только он. Она не хотела испытывать его с кем-либо другим. 

Ах... Что теперь делать? 

Не думала, что он так легко проникнет ей в сердце. Чоён, не знавшая настоящей любви, была слишком уязвима даже перед маленькой волной. Хотя понимала, что нельзя терять бдительность, тело беззащитно растворялось в наслаждении, которое он дарил. 

Юнджо обнял её и слился с ней, полностью отдавшись инстинкту. Переплетённое желание, разбросанное по всей постели, продолжало гореть без остановки. 

*** 

— Как там? 

Лицо Унхо, задавшего вопрос, было мрачным. Госпожа Нам с напряжённым видом еле открыла рот: 

— Это... она опять куда-то переехала… 

— То есть ты хочешь сказать, вы её не нашли? 

— Отец, да бросьте вы уже её искать! Сама ушла — сама и вернётся, когда станет тяжело! 

Чохи вмешалась. Они всё это время искали Чоён, но каждый раз, когда удавалось выйти на след — она исчезала снова, и так ни разу не показалась. 

Унхо накричал на мать и дочь, не сумевших найти Чоён: 

— Замолчите! Это всё из-за вас! Я сколько раз говорил вам — знайте меру! 

— Отец, но я ни в чём... 

— Довольно! Вызовите начальника Кан! 

— Опять? Да вы знаете, сколько денег уходит, чтобы его вызвать... 

Начальник Кан был специалистом по розыску людей. Все зацепки о местонахождении Чоён — его заслуга. Но, казалось, она каждый раз заранее знала, что за ней идут, и исчезала до того, как её находили. 

Так и сейчас — только зря тратили деньги. 

— Тогда сама иди и найди! 

— Я? Да вы с ума сошли? 

— Тогда молчи и вызывай! 

— Вот уж... 

Раздражённо развернувшись, госпожа Нам ушла. Чохи с перекошенным от злости лицом тоже ушла в комнату. 

В гостиной остался один Унхо. Его лицо было тревожным. 

— Только бы найти тебя, дрянь… Я ж тебя как растил… 

Он достал телефон и долго копался в контактах. Но не найдя нужного, раздражённо позвонил личному секретарю: 

— Где старый телефон, которым я раньше пользовался? 

— А... вы же сказали утилизировать. 

— Вообще ничего не осталось? 

— Возможно, мы сохранили данные с памяти. Я поищу. 

— Быстро найди и передай мне весь список контактов, до последнего! 

— Да, понял! 

Отключив звонок, он пробормотал: 

— Если мать найдётся, как она, эта дрянь, сможет не выйти? 

Он искал глазами, на кого бы вылить злость. Но никого достойного в поле зрения не оказалось. 

— Только деньги тратите, ни одного толкового рядом нет! 

Закричав, Унхо резко развернулся. 

— Если в этот раз поймаю — обеих в покое не оставлю. 

*** 

— Со стороны председателя Со пока всё тихо. Похоже, после недавней повторной женитьбы он какое-то время будет держаться в тени. 

По докладу Соха, Юнджо положил ручку и встал, потянувшись после долгого сидения, и посмотрел в окно. 

— Что ж, не удивительно. Всё зашло слишком далеко. Даже если с его любовными похождениями как-то можно было смириться, эта женщина — явно перебор. 

— Верно. Она ведь годится ему в дочери, причём младшей. К тому же, эта... госпожа, использовала сотрудников компании в личных целях. Жалоб уже немало. Думаю, он и дальше будет избегать публичности. 

— А там как? — острым взглядом Юнджо посмотрел на Соха. 

— Да, президент Ли Унхо по-прежнему, кажется, ищет свою вторую дочь. 

— Больница? 

— Санаторий пока в порядке. Имя пациентки изменено, так что они пока не могут её найти. 

— Но расслабляться нельзя. Продолжай внимательно следить. 

— Понял. 

— Если мы первыми разберёмся в ситуации — действовать будет проще. 

Закончив доклад, Соха замолчал. Его осанка была особенно собранной. Юнджо, заметив это, продолжил: 

— Что такое? 

— Что вы имеете в виду? 

— Последнее время ты какой-то не ты. 

Соха немного помолчал и ответил: 

— Я подумал над этим. Кажется, вы были правы — я слишком по-личному воспринимал рабочие моменты. Сейчас переосмысливаю. 

Глаза Юнджо сузились. 

— Это скорее похоже на демонстративный отказ, чем на раскаяние. 

— Нет. Если больше не будет поручений, я пойду. 

Соха развернулся, и в его спину Юнджо бросил негромкий, но тяжёлый голос: 

— Вечером — выпьем. 

— Я воздержусь. 

— Я заплачу за переработку. Забронируй тихий бар. 

Соха промолчал, лишь вежливо поклонился и вышел из кабинета. 

*** 

Хотя не ответил, но указание президента — закон для секретаря. Соха с недовольным лицом пил вино, не переставая. 

— Если будешь пить только это — быстро опьянеешь. 

Юнджо сунул ему в рот кусок сыра. Соха, проглотив его с досады, поморщился. 

— Это сексуальное домогательство. 

— Ты же не женщина. 

— Даже между представителями одного пола возможно домогательство. Всё зависит от того, как это воспринимает пострадавший… 

— Ладно, хватит. Говори уже — чего ты хочешь. 

Огромная благодарность моим вдохновителям! 

Спасибо Вере Сергеевой, ,Анастасии Петровой, Лисе Лисенок,Ксении Балабиной и Марине Ефременко за вашу поддержку! ✨Ваш вклад помогает создавать ещё больше глав, полных эмоций, страсти и неожиданных поворотов! 

Вы — настоящие вдохновители!